Два билета в ад

      Страх окутал меня полностью, не позволяя придумать, как быть дальше. Одно дело, когда перед тобой ходячие, ты понимаешь, что это жестокие монстры, которых нужно убивать, но совсем другое - когда на тебя ни за что наставляет пистолет человек. Живой, дышащий, чувствующий, думающий...Иногда люди хуже самых страшных чудовищ, они и есть чудовища. - Захар, успокойся, зачем ты это делаешь, - срывающимся голосом шепчу я, понимаю, что он в неадекватном состоянии. - Ты такая красивая, если бы не этот петушиный певец рядом, я бы боролся за твое сердце, но ты даже не смотришь в мою сторону, - грубо бормочет он, приставляя пистолет все ближе ко мне. Его трясет, а взгляд совершенно потерянный. - Мы прекрасно можем общаться, убери пистолет, прошу тебя, ты же не хочешь меня убивать, правда? - я страюсь говорить мягко, но голос предательски дрожит от страха. - Нет, я с удовольствием всажу пулю в твою милую головку, - он улыбается, но улыбка эта похожа на звериный оскал. - На шум сбегутся все, и ты станешь следующим трупом, зачем тебе это? - я с трудом сдерживаю слезы, которые предательски рвутся наружу. - Заткнись. Знаешь, чего мне хочется сейчас? - он бросился на меня, я попытался сделать несколько шагов назад, но уперлась в стену. - Захар...Отпусти, умоляю... - Ага, конечно, - он сжал рукой мое лицо и попытался поцеловать, но я сомкнула губы и крепко сжала зубы. Стало так мерзко, что слезы все-таки хлынули по щекам. - Пусти же, - стону я, надеясь вырваться. - Нет, детка, игра только начинается, - он попытался стянуть с меня рубашку. И мое терпение кончилось, а страх вдруг притих. Я пинаю его коленкой, и, крича что есть силы, бегу вниз по лестнице. Выстрелы звенят совсем рядом. Я боюсь обернуться, вдруг он бежит за мной, вдруг все-таки убьет. - Егор! Егор! Бежим! Доставай пистолет! - Что случилось, милая? Откуда кровь? Ты ранена? Я слышал выстрелы, в здании ходячие? - Крид, ничего не понимая, смотрит на меня. - Захар! Он...Он...- я реву и не могу выдавить из себя ни слова, а рука почему-то начинает пульсировать от боли, я прислоняю ладонь к плечу - там, где болит больше всего, и вижу кровь. Кажется, задело пулей, но совсем неглубоко, видимо, она лишь пролетела рядом. - Иди сюда, успокойся, малыш, расскажи мне, что случилось, - Егор обнимает меня, начиная гладить по голове. - Он ждал меня, приставил к голове пистолет, угрожал, а потом... - Что потом? - Пытался изнасиловать, - испуганно лепечу я, утыкаясь носом в грудь Крида. Только в его руках я чувствуя себя в безопасности. - Не плачь, солнышко, все хорошо, тебе очень больно? Нужно обработать рану, - я чувствую, как Егор целует меня в макушку. - Это сейчас не так важно, рана не опасная. - Хорошо. Где эта сволочь? Я сейчас же вынесу ему мозги, - Крид вдруг отпускает меня, вытаскивая пистолет. А я понимаю, что и сама не знаю, куда делся Захар. - Я убежала, он, наверное, остался там, - растерянно бормочу я, зажимая рукой кровоточащую рану. Боль становится практически невыносимой. - Малыш, будь здесь, я найду этого урода, он за все ответит, слышишь? Ты молодец, ты моя героиня, - он наклоняется, ласково касаясь моих губ своими. - Не оставляй меня одну, прошу. Мне страшно, - честно признаюсь я, растирая слезы по щекам. - Давай поступим так: я отведу тебя в квартиру к Людмиле и Владимиру, посидишь там, а я скоро вернусь, ладно? - Ладно. - Прекрасно, идем, - Крид взял меня за руку, и мы быстро начали подниматься по лестницам. Я никак не могла успокоиться. - Он ведь мог убить меня, одна пуля в голову и все... - Родная, пожалуйста, не говори так. Он труп, я тебе обещаю, - Егор сжимает мою руку крепче, пытаясь хоть немного подбодрить и успокоить. - А почему дверь открыта? - настороженно спрашиваю я, когда мы подходим к нашей квартире. - Хороший вопрос, - Егор, выставив пистолет перед собой, входит первым. И вдруг замирает. Я не понимаю, что происходит, но все-таки пытаюсь пролезть за ним. - Ну что, любовнички? Поиграем? - Захар стоит в гостиной, направив пистолет на Людмилу. Владимир, до ужаса побледневший, с Верочкой на руках стоит чуть дальше. Женщина плачет. Но плачет не за себя, она просит отпустить нас всех. Вот, кто настоящая героиня. - Слушай, мразь, только попробуй тронуть ее, - грозно говорит Крид, а я с трудом узнаю его голос. - Да? И что же будет? - язвительно бросает в ответ Захар, не прекращая ехидно улыбаться. - Ты сдохнешь, - сквозь зубы выпаливаю я, а сердце просто выскакивает. Я смотрю на Людмилу и молюсь, чтобы с ней все было хорошо. - Она же дорога вам, да? Вот и посмотрим, как вы без нее проживете! - Элина, беги, он не остановится, посмотри на его глаза, это наркотики...- сквозь выступившие слезы говорит женщина, и я понимаю, что она права, что это объясняет поведение Захара. - Заткнись! - кричит он, размахивая пистолетом. - Я вас всех очень люблю...- шепчет Людмила, словно прощается с нами. Верочка проснулась от шума и начала плакать. Голова загудела, и я разревелась в голос. Господи, за что нам все эти испытания? Почему люди такие жестокие? - А я вас всех ненавижу, - резко бросает Захар. А дальше - выстрел. И громкий, оглашающий крик. Я смотрю на Людмилу, она хватается за бок, а ее белая кофточка мгновенно становится бардовой, Владимир подбегает к ней, а Захар уже целится в него, но не успевает - пуля Крида настигает его голову раньше. Парень падает на пол. - Вот и все, подонок, будь ты проклят. - Люда! - я бросаюсь к женщине, а она, теряя сознание, падает на пол рядом с трупом Захара.