Два билета в ад

      Ночная прохлада опустилась на город, и все мирно разбрелись по своим квартирам. Ни для кого из нашей группы не существовало понятия нормального сна. Посменные дежурства на крышах, контроль территории и обход каждые четыре часа. Слишком многое пришлось пережить, поэтому теперь риск пытаемся свести до минимума.       Прошло практически три недели с момента ранение Людмилы. К моему счастью, женщина уверена шла на поправку, и уже стала выходить на свежий воздух. О той ночи ей напоминает только боль в боку и кривой шев, неумело сделанный мной.       Мы успели сделать более-менее крепкое ограждение, протянув проволку от нашего дома к соседним, а местами уже и начали строить железный прочный забор, через который ходячим просто не прорваться. Нас осталось сорок семь человек. Девять погибло на последних двух вылазках за едой, одеждой и оружием. Мы больше не делили припасы между собой, отвели одну квартиру для кухни, готовили в порядке очереди, посуду мыли также.       Я привыкла видеть смерть и кровь. Я уже ни во что не верю и точно знаю, что рано или поздно наш маленький мир снова кто-то разрушит. Я готовлюсь к этому заранее. Настраиваю себя на плохое. Понимаю, что нельзя привязываться к людям сильно, потому что они обязательно умрут. А вместе с ними умрет и очередная часть меня. Где сейчас те, кого я так любила? Где же родители? Вместо них вокруг только пустота бездонных дыр и рваные шрамы на сердце. Мысли режут мозг до крови, впиваясь все глубже. Я совсем запуталась и не уверена в своих поступках. Последняя вымытая ложка ложится на стол, и я устало вытираю руки. За сегодняшний день мне не удалось присесть ни на минуточку. Сначала я помогала мужчинам со строительством забора, потом занималась с детьми русским языком, готовила обед, ужин, убиралась в кухне, убивала ходячих сквозь проволоку, чтобы Егор хоть немного смог отдохнуть, стирала вещи всей группы. К огромному удивлению, я даже не заметила, как быстро пролетело время. Сейчас больше всего на свете мне хотелось просто прилечь и закрыть глаза. Но я не сделаю этого, так как Крид зачем-то пригласил меня на крышу. Хотя сейчас даже не наше время дежурить. И теперь мне нужно осторожно пройти через темную лестницу, чтобы не привлечь к себе внимания.       Непонятная пустота бьется внутри все сильнее, растекается по сосудам и капиллярам. Я знаю, чем вызвано такое состояние. Критические дни смешались с печальными событиями. И теперь мне очень хочется толи плакать, толи смеяться. Я и сама не могу разобраться в собственных ощущениях. - Привет, солнышко, я соскучился, - едва я поднимаюсь на крышу, меня крепко обнимает Егор. - Да? И когда же ты успел? - День был очень долгим, - он чмокает меня в губы, подводя к краю краши. - Постой, мне страшно, - я хочу сделать шаг назад, но он крепко держит меня в своих руках. - Я рядом, не бойся. Смотри, как красиво... - Да, красивый мертвый город... Даже не верится, что когда-то он был живым, полным людей, смеха... - Потанцуй со мной, - вдруг говорит он, увлекая меня в танце. - Так странно танцевать без музыки, - я улыбаюсь, не отрывая взгляд от его глаз. - Исправим ситуацию, - Егор усмехнулся и запел: Что скажет мама? Когда увидит нас с тобой. Ведь это все правда. Мы не поедем к нам домой. Я знаю, что каждый нас обсуждает за спиной. Все это неважно. Им не понять нашу любовь. - У тебя волшебный голос, - бормочу я и тянусь к его губам. - Малыш, я, конечно, позвал тебя сюда не просто так. Мир сейчас летит ко всем чертям, и мы не знаем, что будет завтра, поэтому нет времени тянуть. Я хочу привязать тебя к себе всеми возможными способами. Выходи за меня, - Крид вдруг опустился на одно колено. Сердце пропустило удар. Он ведь шутит, да? Он несерьезно? Я молчу, не зная, что сказать, только от слез начинает щипать глаза. - Да... - Спасибо, родная, - он достал из кармана колечко с маленьким камушком и надел на мой палец. - Не могу поверить, - радостно шепчу я, бросаясь в его объятья. Он подхватывает меня на руки и начинает кружить. Я смеюсь, не сдерживая эмоций. Впервые за долгое время я счастлива. - Люблю тебя, очень люблю, - неустанно повторяю я, пока он покрывает мое лицо поцелуями. - И я тебя, малыш. - Эй, любовнички, ну харэ орать, на ваши вопли вон сколько ходячих идет, - крикнул мужчина, который дежурил у здания. - Прости, Мишка, - прокричал Егор в ответ, доставая пистолет, - Солнышко, беги отдыхать, а я помогу Мише с этими тварями разобраться, и сразу к тебе. Спасибо, что сказала да. - Будь осторожен, - шепчу я, целуя его на прощание, и бегу в квартиру, чтобы поговорить с Людмилой, чтобы поделиться с ней своим счастьем.