I am become Death, the destroyer of worlds

— …Мистер Эванс! Вы вообще слышали мой вопрос?! Гарри с трудом вынырнул из не самых радостных дум, что занимали его разум все время после вечера воскресенья. Дамблдор нетерпеливо ожидал от него ответа на вопрос, и Гарри был без понятия, что именно хотел услышать профессор. Он скосил взгляд на компанию Риддла, но столкнулся лишь с всеобщим равнодушием и пытливым любопытством на дне глаз Блэка, который следил насколько хватит выдержки Дамблдора. — Мистер Эванс, обратите наконец свое внимание на меня. Дамблдор сердился, а кто-то из гриффиндорцев уже подхихикивал над неудачей Гарри, но тому было все равно. — Вы можете повторить свой вопрос, профессор? — предельно вежливым тоном спросил Гарри, силясь припомнить тему урока. Гарри затылком чувствовал кое-чье неодобрение, разлившееся в воздухе душного класса. Бросив взгляд на доску, Гарри наконец понял, что сейчас они проходят пространственную трансфигурацию. Дамблдор, тяжело вздохнув, повторил злосчастный вопрос, который на поверку оказался простейшим. Гарри заученно отрапортовал ответ, накидав парочку примеров, на что Дамблдор кивнул и наконец-то оставил его в покое. Сидящая через ряд рейвенкловка, имени которой Гарри совершенно не помнил, ободряюще улыбнулась, но, заметив направленный на нее взгляд, густо покраснела и отвернулась. Мерлин, только поклонницы ему не хватало! Сидящая с ней Юфимия начала что-то бурно нашептывать, поглядывая на Гарри. Прозвенел колокол, и Гарри не глядя побросал все в сумку, стремясь поскорее покинуть кабинет, где его преследовал мерцающий прищур Дамблдора, в котором сквозило подозрение. — Ты Гарри Эванс? — это была Юфимия. Ее соседка, еще раз покраснев, отошла, оставив их вдвоем. Гарри запоздало кивнул. — Да. А ты Юфимия Роули. Чем… могу быть полезен? — Гарри смущенно растрепал волосы на затылке. Ее близость немного смущала его. Перед глазами то и дело мелькал образ Джинни. — Я хотела кое-что сказать, — неуверенно протянула девушка и, понизив голос, прошептала. — Это касается Тома Риддла. Гарри тут же подобрался и серьезно кивнул. На них многие поглядывали с любопытством, явно желая узнать тему их разговора. Конечно это же так интересно — что могло быть общего у новенького беженца и красавицы Роули? — Где у тебя следующий урок? — спросил он. — У меня руны… Это на третьем этаже, — кажется она немного растерялась, его вопрос застал ее врасплох. — Отлично. Я провожу. Гарри знал короткий путь до третьего этажа. Его ему показали близнецы Уизли. Какое-то время они шли молча, но оказавшись в отдалении от студентов, когда даже голоса не доходили до них, Юфимия остановилась и теперь серьезно и немного нервно смотрела на него. — Послушай. Я знаю, ты здесь недавно и мало еще что знаешь, но… Кажется Риддл заинтересован в тебе. Многие готовы на многое пойти, чтобы завоевать его внимание. Гарри нахмурился. Он не совсем понимал, к чему клонит Юфимия. — Я знаю, что это звучит странно, но я хочу предупредить тебя. Скорее всего ты заметил, что Риддл и его компания… немного отличаются от обычных студентов. Гарри понимал, о чем она. Как бы сильно не был предвзят Гарри в отношении слизеринцев, он не мог не заметить, что их компания отличалась от других студентов Хогвартса. Все они были блестящими магами, которые уже сейчас демонстрировали недюжинный магический потенциал. Все они были обладателям известных фамилий, входящих в Священные двадцать восемь, и могли похвастаться длинной родословной, уходящей корнями в далекое прошлое. У них было все, о чем можно мечтать — сила, власть, деньги, связи, внешняя привлекательность и незаурядный ум. Ими восхищались, их любили и ненавидели, завидовали самой черной завистью и в тайне желали попасть в их круг. И в центре всего этого массового помешательства был чертов Риддл. Завладеть его вниманием — для многих это было сродни заполучить Феликс Фелицис. Гарри определенно понимал, о чем речь. Дождавшись его кивка, она продолжила немного смелее. — Возможно попасть в его круг кажется чем-то невероятно привлекательным, — Гарри на этих словах едва слышно фыркнул. — Но не все так радужно. Вокруг них всегда ходят какие-то непонятные слухи и не все из них безобидные. — Что ты имеешь в виду? — подался вперед Гарри, затаив дыхание. — Было множество неприятных инцидентов, и одними из подозреваемых всегда был кто-то из круга Риддла, но доказательств всегда было недостаточно, и учителя просто закрывали глаза на это. — Например? — Гарри не верил своей удаче — наконец-то нашелся человек, который не считает Риддла ангелом во плоти. Он другими глазами взглянул на Юфимию. Она явно была очень умной и проницательной волшебницей. — В прошлом году Диггори свалился с проклятой метлы и неделю пролежал в магической коме. Когда он пришел в себя, то ничего не помнил. Но буквально за день до этого он очень сильно поругался с Блэком и Лестрейнджем. Но их причастность доказать не удалось. И это только единичный случай. Юфимия явно расстроилась и замолчала. Гарри лишь знал, что Диггори был капитаном команды Гриффиндора по квиддичу, а учитывая, что Лестрейндж и Блэк в команде Слизерина, вывод напрашивался сам собой. — Но почему профессора ничего не делают? — возмутился Гарри и сам понял, насколько это глупый вопрос. Очевидно же, что обаяние Риддла распространялось на всех учителей кроме Дамблдора, и тот наверняка наплел с три короба, чтобы защитить своих дружков. К тому же он ста-а-ароста. — Понял, глупый вопрос. Они почти пришли, но Юфимия не торопилась уходить. Она напряженно кусала губу и о чем-то размышляла. Наконец придя к какому-то решению, она развернулась и с лихорадочным блеском в глазах начала быстро шептать: — В тот раз, когда ты с Риддлом встретили нас с Поттером… спустя пару дней он нашел его, и они о чем-то долго разговаривали. Флимонт не говорил мне, но я чувствую, что это что-то серьезное. Я боюсь, что это закончится плохо для него. Я понимаю, что это тебя никоим образом не касается и ты имеешь полное право просто не обратить на это внимание и забыть, но я прошу тебя, Гарри, если у тебя будет возможность, помоги Флимонту. Если вдруг что-то будет. Мне почему-то кажется, что я могу тебе доверять. Юфимия действительно волновалась за Поттера и, даже переступив свою гордость, обратилась к нему за помощью. Гарри видел, что она не находила себе места от беспокойства. — Конечно, я понимаю. Я сделаю все, что смогу. Кажется, именно этого ответа она и ждала от него. Роули улыбнулась ему, отчего что-то в груди болезненно екнуло. — Спасибо! — она еще раз улыбнулась и скрылась за дверями класса. Гарри постоял еще какое-то время и поплелся в библиотеку. Гермиона могла бы им гордиться.

***

И хоть Гарри старался теперь не попадаться на глаза Риддлу и компании, избегая их в коридорах, в Большом Зале, но они все еще являлись однокурсниками и проживали в одной комнате, поэтому неудивительно, что, когда Гарри практически за пару минут до начала комендантского часа вернулся в гостиную, он был окликнут Блэком. — Эванс! Иди сюда! — воскликнул Блэк, тряхнув бутылкой сливочного пива и немного расплескав его на сидящего рядом Нотта. — Садись же! Гарри неловко принял предложенную бутылку пива, не торопясь сделать глоток — мало ли что. Но под насмешливым взглядом Лестрейнджа, который, казалось, знал, какие мысли посетили его, сделал вид, что отпил немного. Риддл даже жестом не дал понять, что ему есть дело до появившегося здесь Гарри. С одной стороны, это порадовало Гарри, но с другой — это ужасно нервировало. — В эту субботу будет отбор в команду по квиддичу. Приходи, посмотришь, будет то еще зрелище! У нас освободились места охотника и загонщика. Напарником Редмунда был Монтегю, но он выпустился в том году. — У Монтегю был отличный удар. Таким и убить можно, — вздохнул Лестрейндж, явно жалея, что потерял такого напарника. — Слышал, на место загонщика собирается пробоваться Лира Флинт с пятого курса. Тебе стоит быть поосторожнее, Редди, она все-таки девчонка, — усмехнулся Мальсибер, который тоже тут был. От него у Гарри все еще были мурашки. — Та дылда, которая разбила нос в прошлом году Крэббу за то, что тот свистнул ей вслед и опустил какой-то сальный комментарий в сторону ее ножек? — хохотнул Блэк, развеселившись. — Она самая! У нее хороший удар правой. Думаю, у нее все шансы попасть в команду. Лестрейндж явно был не в восторге от этого и кидал гневные взгляды на вовсю веселившихся Блэка и Мальсибера. — Вот еще, играть вместе с… девчонкой! — выплюнул последнее слово Лестрейндж с особенной злостью и отвращением. — Боишься, что она окажется лучше тебя? — хмыкнул Гарри, который немного расслабился от присутствия Блэка. К тому же он уже успел выяснить, что были две темы, которые совершенно не переносил Риддл и предпочитал игнорировать их — это квиддич и те самые девчонки. Но сложно не касаться этих тем в присутствии Альфарда, который был готов день и ночь обсуждать это. — Заткнись, Эванс! Неужели ты думаешь, что девчонка может быть в чем-то лучше меня? Наглый самоуверенный тон Лестрейнджа разозлил Гарри. — Только тот факт, что ты парень, не делает тебя в чем-то лучше. Моя подруга была просто потрясающей охотницей и могла любого парня заткнуть за пояс. Не говоря уже о ее способностях в магии. Тут Лестрейндж расхохотался и со смесью фальшивого сострадания и иронии на лице повернулся к нему. Другие молча следили за их пикировкой. — Да ну?! И кто же твоя подруга? Мы знаем ее фамилию? Где она сейчас? Гарри уже пожалел, что влез в этот разговор и вспомнил Джинни. Настроение испортилось, и наглая рожа Лестрейнджа вызывала тошноту. — Она умерла, — сухо произнес Гарри, отворачиваясь. Он поклялся себе, что, если Лестрейндж посмеет еще раз открыть свой поганый рот, он его проклянет и плевать, что сделает Риддл. Атмосфера накалилась, хотя со стороны этого и не было заметно. — Гарри прав, Редмунд. Ты не объективен в своих суждениях, — вкрадчиво произнес Риддл, отчего все вздрогнули, смущенно переглядываясь. — Чистокровные ведьмы имеют точно такую же силу что и волшебники. Далеко за примерами ходить не надо — наша уважаемая всеми Вальбурга, Араминта Берк да и даже твоя матушка. Разве она не является сильной волшебницей? Гарри с трудом верил своим ушам. Риддл сейчас на полном серьезе согласился с ним и осадил Лестрейнджа? Другие были не слишком удивлены его высказыванием, только Лестрейндж, покрывшийся красными пятнами, досадливо скрипнул зубами, но смолчал, хотя было видно, что с его языка вот-вот готова была слететь какая-нибудь мерзость. — Но я не собираюсь ее жалеть, только потому что она девчонка! Будет проходить отбор также как все! — прошипел Лестрейндж, все еще кипя негодованием. — Милый Редди! Ты совершенно ни черта не смыслишь в женщинах! — проворковал Блэк, снисходительно глядя на вновь подорвавшегося слизеринца. — Им ведь только это и нужно — чтобы с ними общались на равных. — К тому же решение принимает капитан. А Малфоя никогда не волновало, парень ты или девушка, главное, чтобы неплохо сидел на метле, — закончил дискуссию Нотт, переглянувшись с Мальсибером. — Так ты придешь? — вновь обратил на него внимание Блэк, закинув себе в рот драже. Гарри оглядел круг собравшихся слизеринцев, остановившись на Риддле, и изобразил свою самую уверенную ухмылку. Он тоже умел блефовать и идти ва-банк. — Конечно, Блэк, что за вопрос! — Вот это по-нашему! — поддержал его Блэк, чокнувшись своей бутылкой со сливочным пивом о его. Гарри решил вести себя так, как будто ничего не произошло. В конце концов Риддл пока что не стремился что-либо делать с полученной информацией. Конечно Гарри не сомневался, что хитрый слизеринец найдет применение этому. Знание Парлсентанга могло наделать ему проблем, наверняка если бы эта новость распространилась, градус недоверия Дамблдора к нему повысился бы, но Гарри не слишком это заботило. Этот Альбус Дамблдор еще не прошел свой путь. А ему так или иначе стоило налаживать мосты со слизеринцами. — Кстати, Гарри, поправь меня, если я не прав, но это действительно ты сегодня разговаривал с Роули? — подавшись вперед, спросил Альфард, блестя серыми глазами, на дне которых тлели шкодливые искорки. Он похабно приподнял брови с намеком. Привычка Блэка слушать ходящие по Хогвартсу слухи раздражала. — Мы просто обсуждали учебу. Она интересовалась как мне в Хогвартсе. Здесь нечего рассказывать, — ложь сама собой слетела с его языка, и он даже жестом не выдал себя. Это немного нервировало — то с какой легкостью ему это удалось. — Обычно, когда так говорят, все как раз наоборот. Но ты можешь нам не рассказывать. Кто бы мог подумать, что тебе нравятся такие пташки. Гарри едва не застонал в голос. Способность Блэка переворачивать все с ног на голову поражала. — А что, рейвенкловки те еще штучки! — никак не унимался Блэк, который похоже окончательно захмелел. — Он когда-нибудь замолкает? — риторически вздохнул Гарри, изображая мученика всем своим видом. — Только когда спит, — откликнулся Эйвери, послав Гарри понимающий взгляд. — Или под хорошим Силенцио, — максимально серьезно ответил Нотт, и не было сомнений, что подобное на Блэке уже проверялось. — Если предварительно отобрать палочку, наслав Петрификус для закрепления эффекта, — закончил Мальсибер, послав надувшемуся Альфарду веселый взгляд. Слизеринцы понимающе ухмыльнулись и коротко рассмеялись. — Да пошли вы! Придурки, — пробурчал Альфард, но тоже не смог сдержать улыбки. Хотя скорее всего он был просто пьян.

***

Он вновь куда-то шел. Вокруг возвышались темные деревья будто двухсотлетние великаны. Они стояли настолько близко, что свет от луны терялся в кронах деревьев, и кроме тусклого света от Люмоса других источников света не было. Запретный лес! Гарри так часто в нем бывал, что сразу узнал его. Но раздумать над тем, что он тут забыл, не было времени. Впереди зависла рука, держащая палочку, отдельно от всего тела. Мантия невидимка! Конечно же рука не может быть отдельно от тела. Гарри догадался, что все это ему снилось. Ведомый любопытством он последовал за фигурой скрытой мантией. В конце концов это был всего лишь сон. Человек под мантией углублялся все дальше в лес. Гарри знал лишь одного волшебника, у которого на данный момент была мантия невидимка. Флимонт Поттер, а это был именно он, зачем-то поперся ночью в Запретный Лес. Ну что за идиот! Хагридов акромантул пусть еще не вымахал размером со слона, но все равно был смертоносной тварью. Это не говоря уже о кентаврах, оборотнях и, Мерлин знает, каких тварях, которые водятся в лесу. В какой-то момент они выбрались на небольшую поляну, поросшую какими-то светящимися в темноте цветами. Гарри не был силен в Травологии, поэтому не смог распознать эти цветы. Он лишь надеялся, что они не были ядовитыми. Спустя пару минут раздался хлопок, и на поляне появилась фигура в темной мантии с капюшоном, что скрывал лицо мага. Гарри напрягся, но Флимонт, казалось, наоборот выдохнул с облегчением и скинул мантию. — Я надеюсь, это правда было так необходимо. Ты же знаешь, что мое начальство следит за нашими перемещениями, опасаясь шпионов, — проговорил маг глубоким грудным голосом. — Я знаю, прости. Но это правда срочно! — воскликнул Поттер. Маг тяжело вздохнул, но спорить не стал. — Я доверяю тебе и знаю, что у тебя есть серьезные на то причины. Но ты точно не хочешь мне поведать, зачем тебе вдруг понадобился Компас Гермеса? (1) Если у тебя его найдут… Ты подставишь и меня. — Не найдут, — оборвал его Флимонт, нахмурившись. Он был немного нервный. Маг секунду рассматривал его, потом вздохнул и достал из кармана небольшой сверток. Гарри понятия не имел, о чем они говорят. Он впервые слышал о Компасе Гермеса. Наверняка Гермиона знала, что это такое. Флимонт протянул руку, чтобы взять сверток, но маг не разжимал пальцы. — Ты точно ничего мне не хочешь рассказать? — Нет, ничего, — тут же ответил Флимонт, не моргнув и глазом, и Гарри ясно понял, что его ответ был точно таким же, что он сам сказал когда-то Дамблдору. — Ладно. Держи, — маг передал сверток, и Флимонт поспешно сунул его к себе в карман. Гарри никак не мог понять, кто же этот маг и кем он приходится Флимонту. Но очевидно, что они хорошо друг друга знают. Гарри терялся в догадках. — Я надеюсь, это того стоило, — проворчал маг. — У тебя все в порядке? — Да, все прекрасно. И спасибо. Это правда важно для меня, — скороговоркой выпалил Флимонт. — Хорошо. И будь осторожен. Времена сейчас непростые, — предупредил маг, на что Поттер серьезно кивнул. — Ладно. Мне пора. Рад был тебя видеть. Смотри в оба на обратном пути. Мантия — это конечно хорошо, но она не панацея. Сказав это, маг аппарировал. Флимонт вновь набросил на себя мантию и направился обратно. Удивительно, как еще он не набрел на какого-нибудь в этом лесу. Гарри оставалось лишь выдохнуть, что этот идиот, что забрел в самую чащу Запретного Леса, все еще жив. Гарри подскочил в собственной кровати, смутно понимая, где он находится. Он же буквально пару секунд назад был в Запретном Лесу, даже мог ощущать ночную прохладу и дуновение ветерка. Он уже не сомневался, что это был не просто сон. Он вновь видел во сне Флимонта Поттера, который за каким-то чертом поперся в Запретный Лес ночью, чтобы встретиться с какой-то подозрительной фигурой и получить не менее подозрительную вещь. Эта история, откровенно говоря, была неважной с самого начала, как ему начали сниться сны с участием Поттера. Рон говорил, что даже в волшебном мире слышать голоса не к добру, но он ничего не говорил про вещие сны с участием родственников. Гарри не хотел превратиться в сумасшедшую Трелони, которая просто свихнулась на почве своего дара «предсказателя». Он прикрыл глаза, стараясь восстановить дыхание и унять бешено колотящееся сердце. Перед глазами так и вставала одинокая фигура Флимонта, окруженная со всех сторон жуткими деревьями. Это его не касается. Пусть гриффиндорец делает, что хочет. Он вообще не должен был узнать об этом, если бы не этот чертов сон. Но ведь он его родственник! Гарри прошипел несколько проклятий в сторону своей гриффиндорской натуры, ему вечно не сидится в стороне! Но он просто не мог не проверить. Он убеждал себя, что это просто небольшой приступ паранойи (Муди бы одобрил), он лишь убедится, что Флимонт в целости и сохранности выберется из леса, не став чьим-то обедом. Не теряя времени, он спрыгнул с кровати и кое-как нацепил на себя очки. Схватив лежащую под подушкой палочку и набросив прямо поверх пижамы мантию, он выскочил из спальни, все еще шепча себе под нос проклятия. В гостиной никого не было — стояла глубокая ночь. Гарри припомнил скрытый в подземельях выход недалеко от комнат Слагхорна, который выходил прямиком к Запретному лесу. Света от звезд и луны было вполне достаточно. Гарри прислушался, но ничего кроме шороха листвы и уханья сов не услышал. Гарри решил поторопиться. — Акцио школьная метла! Он надеялся, что заклинание сработает. Он представил одну из тех метел, что он сам использовал, будучи первокурсником. Гарри сомневался, что с тех пор кто-либо озаботился сменой школьных метел. Его ставка оказалась верной — к нему на полной скорости приближалась метла. Навыки ловца были отточены до автоматизма, поэтому, подхватив метлу, он быстро взобрался на нее и полетел в сторону леса. Он лишь надеялся, что не выставит себя еще большим дураком. В лесу пришлось зажечь Люмос, так как Гарри не видел дальше своей руки — так было темно. Он летел не слишком быстро из-за обступивших со всех сторон деревьев. Пусть во сне все было более чем реально, но сейчас, когда Гарри сам находился в лесу, ему то и дело мерещились какие-то чудовища, а случайные шорохи и звуки вызывали табун мурашек. Что вынудило Флимонта выбраться сюда ночью? Гарри пообещал себе, что обязательно поищет в библиотеке об этом загадочном Компасе Гермеса. Вдруг за своей спиной Гарри услышал, как хрустнула ветка. Он резко развернулся, всматриваясь в темноту, но не увидел ничего кроме деревьев. Гарри отлетел на пару шагов назад и почувствовал, как нечто острое уперлось ему прямо между лопаток. Это было не слишком больно, но определенно неприятно. — Человеческий ребенок, тебе здесь не место, — пророкотал голос, который в мертвой тишине леса звучал жутко. Гарри попытался медленно повернуться, чтобы увидеть, на кого он смог напороться. — Не двигайся! Если тебе мало моего ножа, то мой брат сейчас целится в тебя из лука. Гарри тяжело сглотнул. Кентавры. Он никогда не понимал их, а они никогда не хотели понять волшебников. — Я ищу своего… друга. Отпустите меня, я найду его, и мы уйдем. Его прервало зычное гиканье кентавра, за которым последовал хруст сгибаемых веток, и перед Гарри возник крупный черноволосый кентавр с натянутым луком. Стрела с острым наконечником была направлена прямиком в область его сердца. — Наши старейшины предсказывали твое появление, маг. Ты нарушил привычный ход планет. Марс еще никогда не был так ярок. Гарри закатил глаза — кентавры просто обожали приплетать всякие бессмысленные факты из астрологии и предсказаний. Еще Гарри подумал, что в его жизни стало как-то слишком много вещей, связанных с предсказаниями. — Ну раз они предсказали мое появление, то наверняка смогли предсказать и мой уход. Гарри почувствовал, как нож который все еще упирался ему в спину, сильнее впился в кожу. Он протестующе зашипел. — Не дерзи, мальчишка. Ты причина всего. Второй кентавр с луком немного беспокойно перебирал копытами, но лук не опустил. — Может мы отпустим его, Фол? (2) — неуверенно спросил он, бросив осторожный взгляд на Гарри. — Он зашел на нашу территорию, Хирон! (3) Его не должно быть среди нас! — пророкотал кентавр. Гарри просто терял здесь время. — Смерть провела его, — возразил Хирон, опуская лук, явно бросая тем самым вызов, отчего другой кентавр угрожающе заржал. — Послушайте, дайте мне найти своего друга, и мы уйдем. Я обещаю! — вновь подал голос Гарри, но его просто проигнорировали. Кентавры мерились взглядами, явно не замечая его. Может удастся незаметно скрыться? Нож уже какое-то время не упирался ему в спину. Гарри сделал резкое движение палочкой и исчез из виду кентавров. Нож полоснул по тому месту, где лишь секунду назад была его шея. Метлу пришлось бросить. Гарри боялся обернуться назад и упорно бежал все глубже в лес, стараясь не сбиться с тропинки. Но похоже кентавры все-таки решили его не преследовать и оставили в покое. Что за безумная ночка! И казалось бы, все теперь хорошо, но где-то недалеко буквально в паре метров Гарри отчетливо услышал вскрик и знакомый голос, который приговаривал: — Хорошая кобылка! Или кто ты у нас там. Спокойно. Тише! Гарри ринулся сквозь кусты, цепляясь мантией за ветки. У него было скверное предчувствие. На небольшой полянке в нелепой позе застыл Флимонт уже без мантии. И зачем этот идиот ее снял? Застыл же он не просто так — прямо перед ним стоял, грозно фыркая, дикий гиппогриф. Он был определенно больше Клювокрыла в холке и уже достаточно разъярен какими-то действиями гриффиндорца. Он точно не посещал занятий по Уходу за магическими существами. Гиппогрифы просто не переносят неуважения! Им обязательно нужно смотреть в глаза, не мигая, Флимонт же все делал с точностью да наоборот. — Поттер! Не смотри в пол, смотри на гиппогрифа! — стараясь не привлекать к себе внимания шепнул Гарри, так как если гиппогриф испугается его, то точно заденет своими лапами Флимонта, а когти гиппогрифа острее стали. Гриффиндорец явно не ожидал встретить в лесу Гарри и едва все не испортил, так как гиппогриф встал на задние ноги, издав резкий крик, был готов в любую секунду напасть на Флимонта. — Делай, что я говорю! Смотри ему в глаза и не мигай! И медленно поклонись, — Гарри старался говорить спокойно, но под конец фразы голос дал петуха. Этот вполне может вспороть ему грудную клетку. Слава Мерлину, гриффиндорец не стал спорить и сделал так, как сказал ему Гарри. Гиппогриф с минуту разглядывал взмокшего от напряжения Флимонта, который, закусив губу, застыл в поклоне, но наконец опустился и сделал небольшой поклон, напоследок щелкнув клювом, как бы говоря: «Только потому что я сегодня добрый». Гарри перевел дух и продел то же самое, чтобы гиппогриф не взъелся уже на него. — Ты в порядке? — задал вопрос Гарри, подходя ближе, и, чуть задумавшись, осторожно погладил сильную шею гиппогрифа, который издал странный клекот. Похоже он никогда не чувствовал подобного. Ответа от гриффиндорца не последовало, и Гарри обернулся, чтобы повторить вопрос, но запнулся. Флимонт все еще бледный от пережитого ужаса с широко раскрытыми глазами глазел на Гарри, явно не находя слов. Взгляд его карих глаз переместился от его лица на руку, которая все еще поглаживала мягкие перья гиппогрифа, который ластился как громадная кошка. — Ты!.. Как ты?!.. Я… — Гулял, — перебив его, обронил Гарри, не придумав лучшего объяснения, каким образом он оказался в лесу ночью. — Ага. Точно, — не стал спорить Флимонт. — Откуда ты знал, что нужно делать? — Читал много, — но ответ явно не удовлетворил гриффиндорца, поэтому Гарри добавил. — У меня был друг, а у него был гиппогриф. Он рассказал, как с ними поладить. Даже покататься на одном таком удалось. — Ты катался верхом на гиппогрифе? — выпучил глаза Флимонт в неверии и быстро взглянул на гиппогрифа, который предупреждающе рыкнул на него. — Ну да. Они не такие уж и страшные, просто гордые. Хочешь его погладить? Тот кивнул и осторожно приблизился к гиппогрифу, который фыркнул, но уступил. Гарри ободряюще кивнул ему. Пора было возвращаться. Внезапно внимание Гарри привлек какой-то блеск в траве. Он неуверенно подошел, стараясь рассмотреть ближе. Присев, Гарри подавил удивленный возглас — это же тот самый предмет, что Флимонт получил от того незнакомца! Это действительно был компас, самый обыкновенный как в книжках. Гарри еще раз обернулся на гриффиндорца, но тот был полностью поглощен гиппогрифом и ничего не замечал. Наверное, он выронил его. Гарри осторожно взял его в руки, в последнюю секунду подумав, что он может быть проклят. Но ничего необычного не произошло. Это был обычный компас. Приоткрыв крышку, он увидел круглую шкалу с делениями и стрелку, которая повела себя очень странно. Она все крутилась против своей оси, никак не останавливаясь. Гарри прекрасно представлял себе, как работает компас, но этот явно был какой-то бракованный. Захлопнув крышку, Гарри уже собирался позвать Флимонта, но что-то его остановило. Темная крышка компаса с вырезанными на ней рунами манила, гипнотизируя взгляд, Гарри даже почудилось, что он слышит чей-то шепот и шум ветра. Ветер действительно был. Не слишком осознавая, что он делает, Гарри быстро спрятал компас себе в карман мантии и повернулся к гриффиндорцу. — Нам пора возвращаться, пока нас не хватились. — Да, ты прав, — откликнулся Флимонт с улыбкой, который похоже смог найти подход к дикому гиппогрифу. — Ты правда катался на подобном? — Да, но он был чуть более ручной, — кивнул Гарри с фальшивой улыбкой. Ему было неловко говорить с гриффиндорцем, компас оттягивал его карман как когда-то философский камень. — И спасибо тебе. Ты ведь Гарри, да? Не знаю, что бы я без тебя делал. Удачно ты сегодня гулял, — хмыкнул Флимонт, но искренне улыбнулся. Гарри становилось все более неловко. Нужно быстрее возвращаться, пока не пошли еще более неприятные вопросы. Да и в Запретном Лесу гиппогрифы и кентавры далеко не самые опасные существа, что могли встретиться им. Обратный путь занял не так много времени, и вот они уже выбрались из чащи. Небо посветлело, и последние звезды догорали на западе. Попрощавшись с Флимонтом, Гарри свернул к подземельям. Про компас Гарри так и не заикнулся. Он решил, что сначала выяснит, что это за вещь, а потом обязательно вернет ее Поттеру, если она не несет в себе никакой угрозы ученикам. По хорошему ее стоило сразу же отнести Дамблдору или директору, но тогда бы возникли вопросы, откуда она у Гарри, а он этого не хотел. Нужно что-то сделать с его снами. Гостиная все еще пустовала. Гарри кинулся к камину, быстро разжигая его. В лесу он ужасно замерз, даже некогда было наложить согревающие чары. Мантия была порвана в нескольких местах, на руках и лице были едва заметные царапины, как будто его располосовал чей-то кот, ботинки были все в грязи. На лицо совершенное преступление. Гарри потянулся в карман достать найденный компас, чтобы получше его рассмотреть, но раздавшийся за его спиной знакомый голос разбил в дребезги все его планы. — Так-так. Интересно. Эванс. Ты что здесь делаешь? — чуть ли не пропел Риддл, стоящий в паре метров от него в простой пижаме и мантии, небрежно наброшенной сверху. Было видно, что он недавно проснулся, так как на голове вместо обычной прилизанной прически был небольшой беспорядок. Но даже так он все равно выглядел куда лучше, чем Гарри, который сейчас больше напоминал жертву нападения. Гарри лишь поправил покосившиеся очки, но это явно не произвело большого эффекта на слизеринского старосту. — Ммм, сижу у камина. Риддл иронично выгнул бровь и уселся в кресло напротив него. Он медленно оглядел его, не пропустив ни грязи на его обуви, ни слегка кровоточащих порезов. — Хорошо. Задам вопрос по-другому — что ты делал до этого? Где ты был, Эванс? Гарри отвел взгляд, но на ум не приходило ничего стоящего. Сказать правду? Да наверняка чертов Риддл и так уже обо всем догадался, а теперь сидит перед ним с этой наглой полуулыбкой и измывается над ним, требуя ответа, который и сам знает. Ну что за мерзавец! — Гулял. Мне не спалось, вот решил подышать свежим воздухом, — закинув ногу на ногу, повторил Гарри позу Риддла, принимая условия игры. В кармане брякнул компас. — И догулялся ты до самого Запретного Леса. Так? — фыркнул он, склонив голову набок, отчего несколько прядей упали ему на лоб. — Вроде того, — скрипнув зубами, согласился Гарри, в который раз мысленно проклиная ублюдка. — Ты никогда не задумывался, почему Запретный Лес называется Запретным? — и вновь этот полный фальшивого участия голос. — Догадываюсь. — Знаешь, я бы мог прямо сейчас пойти с Слагхорну и доложить ему, что один из его студентов ходит ночью в Запретный Лес. Не думаю, что он обрадуется этому. За такое могут и исключить, — доверительно сообщил ему Риддл, как будто раскрывал какой-то секрет. Гарри передернуло. — Но… он сейчас спит, как и большинство в этом замке. Не хотелось бы его будить ради такого. Как считаешь? Гарри осторожно кивнул, сведя брови к переносице. Что, черт его дери, он задумал? Опять играет в кошки-мышки? — Ну раз мы оба пришли к такому выводу, то замечательно. Мы ведь соседи, одноклассники, Гарри. И я надеюсь, что в будущем еще и друзья. Ты ведь хочешь со мной дружить, Гарри? Гарри замутило. Он знал, что должен сказать «да». В конце концов ради этого он здесь — втереться в доверие к будущему Темному Лорду и изменить будущее, не дав тому им стать. А для этого он должен сказать «да». Язык во рту словно разбух, Гарри с трудом облизал шершавые губы. Глаза Риддла гипнотизировали, как и голос, медом растекавшийся между ними. — Да, — на выдохе мертвыми губами вымолвил Гарри, борясь с тошнотой. Глаза Риддла победоносно заблестели. Этот раунд был за ним. Гарри отчетливо почувствовал, как продал свою душу дьяволу. Слизеринец наверняка думал, что Гарри согласился только потому, что боялся, что тот донесет на него. На самом деле ему было плевать. Конечно это было бы неприятно, и скорее всего всплыла бы история с компасом, а там бы пришлось объясняться, за каким чертом Гарри понесло в лес… История была крайне подозрительной, и вряд ли бы Дамблдор спустил бы такое с рук. Но само осознание того, что своим согласием он будто бы признал превосходство Риддла над собой, бесило. Злость бурлила у него в крови. Хотелось стереть с бледного лица слизеринца мерзкую улыбку. — Правильно, Гарри, лучше уж быть моим другом. — Таким же как Лестрейндж? Или Нотт? Их ты называешь друзьями? — фыркнул Гарри, закатив глаза. — Если это именно то, что ты называешь дружбой, я пас. Знаешь, Том, настоящие друзья — это те люди, кто равны друг другу. В дружбе нет такого, чтобы кто-то возвышался над остальными. Так что либо мы будем равны, либо мне не нужен такой друг как ты, Том. Сказанные слова повисли, запутавшись в натянувшемся между ними напряжении. Прозвенел колокол, сообщающий о подъеме. Они оба вздрогнули, и странная атмосфера, застывшая между ними, треснула. — Я тебя услышал, Гарри, — его голос был ровным без какого-либо оттенка эмоций. — А ты уверен, что ты сможешь быть равным мне? Высокомерие напополам с гневом все-таки прорезались в его голосе. Риддл встал, теперь возвышаясь над Гарри. Ему тоже пришлось встать. И пусть ему пришлось запрокинуть голову, чтобы поймать взгляд прищуренных синих глаз, Гарри твердо произнес не дрогнувшим голосом: — А ты? И пусть Риддл смотрел на него свысока своего роста, но все равно сила, плескавшаяся в синих глазах, отражалась в точности таких же зеленых глазах напротив, ни капли не уступая в своем упрямстве. После этого слизеринец отвернулся, направляясь в спальню. — Поторопись, первая пара у Меррисот.

***

Почти бессонная ночь не прошла просто так — Гарри с трудом удавалось держать глаза открытыми. Он то и дело клевал носом, и если бы не постоянные тычки в спину от Блэка, то он, вероятно, просто бы просто уснул и получил отработку у Меррисот. А по словам Блэка, это не самое приятное времяпрепровождение, тем более что профессор предпочитает назначать их на выходные. Но похоже в какой-то момент он все же умудрился уснуть, потому что уже в следующее мгновение ему прилетело ощутимое жалящее заклинание от профессора, отчего он мигом подскочил, отлипая щекой от конспектов. — Эванс! Наверное, вы перепутали мое занятие с уроком Истории магии у профессора Бинса. На Защите попрошу не спать, а внимательно слушать и записывать, если хотите уметь защитить себя и других. — Да, профессор, простите, — извинился Гарри, игнорируя всеобщие шепотки и хихиканье. — Мы как раз говорили об инферналах. Может поведаете нам немного о них? — вскинула в ожидании бровь Меррисот, явно провоцируя Гарри, считывая его реакцию и гадая, как он себя поведет. Но Гарри лишь выпрямился и уверенным голосом начал вещать. — Инферналами называют оживленные с помощью заклинаний трупы умерших. Ими могут стать как маглы, так и маги. Они полностью подчиняются воле своего создателя. У них бледная ледяная кожа и белые слепые глаза, поэтому они ориентируются на звук. Они не чувствуют боли, и у них отсутствует инстинкт самосохранения, поэтому они очень удобны в качестве стражей или воинов. Их нельзя убить, так как то, что мертво, умереть не может, но на них вполне действуют заклинания вроде Ступефай, Инкарцеро и Петрификус Тоталус, что могут их замедлить, — Гарри вспомнил, как на него напало полчище инферналов в той проклятой пещере, и передернулся от отвращения. Только безумцу могло прийти в голову создать инферналов. — Но самым действенным является огонь. Гарри немного перевел дух. Он и так сказал слишком много, судя по образовавшейся вокруг тишине. — Это был… очень исчерпывающий ответ, мистер Эванс, спасибо, — немного погодя ответила профессор и начислила ему целых десять баллов. — Но спать на моих занятиях я все же не советую. Гарри внял ее совету и все оставшееся время упорно записывал лекцию. На вопрос Лестрейнджа, будут ли они вызывать инферналов, Меррисот сухо пригрозила отработкой за подобные шуточки. — Напоминаю, что с октября у нас открывается Дуэльный Клуб. Все, кто вновь желают участвовать, прошу записаться, — со звоном колокола огласила Меррисот, кивнув на доску. Дуэльный клуб! Наверняка у Меррисот это будет действительно похоже на настоящий Дуэльный Клуб, а не как было у Локхарта — цирк, да и только. Гарри заразился всеобщим энтузиазмом. Желающих оказалось много, практически все. — И да, мистер Эванс, если вы желаете принять участие, то вам необходимо получить мое разрешение. То же касается и новых учеников. Я должна убедиться, что вы знаете, что значит дуэль, — хмыкнула женщина, окинув их строгим взглядом. — Если я решу, что ваших знаний недостаточно для клуба, то вы попадете туда только в качестве зрителей. Все зависит от ваших умений. — Нам что нужно сдать какой-то тест? — высокомерно поинтересовался беженец с Рейвенкло. — Вот еще, мистер Левин! Я должна проверить вас лично, — выделила она последнее слово, сверкнув глазами. — Дуэль! — поразился Гарри, не веря, что она им предлагает. Сразиться с самой Меррисот! По спине пробежала дрожь предвкушения. — Все верно, Эванс, — хмыкнула Меррисот. — Если я пойму, что уровень вашей подготовки соответствует необходимому, то вы сможете принять участие. Я не говорю, что вам надо победить, но хотя бы продемонстрировать на должном уровне знание базовых заклинаний. Гарри это пришлось по душе. Он радостно кивнул и, подхватив сумку, направился к выходу, где его ожидали слизеринцы. — У тебя здесь чернила засохли, — прокомментировал Блэк, ухмыляясь. Гарри ругнулся и с трудом попытался оттереть чернильные разводы с щеки. — Что думаешь насчет Дуэльного Клуба? Будешь вступать? — поинтересовался Нотт, скользя по толпе внимательным взглядом. — Конечно! Правда Меррисот хочет провести что-то вроде проверочной дуэли, чтобы проверить мой уровень. Слизеринцы ухмыльнулись, обменявшись многозначительными взглядами. Эйвери прошептал: «Я бы посмотрел на это».  — Она сказала, когда это будет? Мы могли бы прийти в качестве моральной поддержки, — заметил Мальсибер, подмигнув. Гарри передернуло, вот еще подобной команды поддержки ему не хватало! — Не думаю, что мне нужны зрители. Это же просто тренировка, не более. Что тут может быть интересного? — попытался убедить их Гарри, используя свой самый уверенный тон, но, похоже, те уже все решили за него. — Пока что ты нас не разочаровал, Гарри. С тобой не бывает скучно, — Риддл произнес это с таким выражением лица, что Гарри захотелось проклясть его в ту же секунду прямо посреди коридора. Он не какая-то чертова обезьянка из цирка! — Это точно! — подхватил Блэк, который, похоже, был вполне искренен. — Куда ты сейчас? — В библиотеку. — Ты только что все испортил своим ответом! — возмутился Альфард, всплеснув руками. Нужно как можно быстрее узнать о Компасе Гермеса и решить, что с ним делать. А скользкая мысль, что он попросту украл его у гриффиндорца, была неприятной, и объяснять это тем, что это может быть опасный артефакт, было так себе и совершенно не в духе Поттера. Он и сам не знал, что на него нашло, когда он его увидел, лежащим в траве. Сейчас компас находился на дне его сундука. Наверняка Флимонт обнаружил пропажу. И оставалось гадать, грешил ли он на внезапное появление гиппогрифа и свою собственную неосмотрительность, или же смог связать появление Гарри и пропажу компаса.

***

В выходные Гарри буквально с боем был вытащен из библиотеки и под конвоем в виде Долохова и Эйвери, который опять же шел за компанию, отправился на стадион. Он и забыл про квиддичные пробы в команду. Было не до этого. Его поиски не принесли никакого результата. Как будто такого артефакта вообще не было. Он перелопатил половину библиотеки, испугав своими поисками даже непробиваемую мадам Нодэ. Он пояснил, что делает домашнее задание по трансфигурации, но, кажется, ему не слишком поверили. Возможно он просто не там искал. Но должно же быть хоть какое-то упоминание, верно? Спросить у кого-то он не решался, это было бы слишком подозрительно, начались бы неприятные вопросы, поэтому он пока полагался на себя. Даже Эйвери заметил, что его поиски имели под собой какое-то помешательство. Эйвери вообще мало обращал внимания на то, что творилось вокруг него, хотя Гарри иногда казалось, что он побольше других замечал все, что происходит вокруг. Это немного пугало Гарри, отчего он старался избегать оставаться один на один с Эйвери. На стадионе, несмотря на ранний час, было достаточно много слизеринцев. Как объяснил ему Эйвери, это что-то вроде неофициального мероприятия, которое посещают даже не самые ярые поклонники квиддича. Это стало ответом на вопрос, какого черта на трибунах забыл Риддл. Судя по его кислому выражению лица, он до сих пор этого не понимал, но стоически терпел сидящую рядом Лукрецию Блэк, которая увлечено щебетала, ничего не замечая вокруг, что, казалось, пролети в сантиметре от нее бладжер, она бы и на него не обратила внимания. По другую сторону от Риддла сидели Мальсибер и Нотт, которые с их появлением вежливо кивнули в знак приветствия. Вальбурга тоже тут была, но его появление никак не обозначала, ее лицо вообще не изменилось, лишь глаза тепло заблестели. Они кивнула рядом с собой, и Гарри не нужно было повторного приглашения. — Еще не началось? — Вы как раз вовремя. Хорошо, что Долохов заметил твое отсутствие и догадался, что тебя можно найти в библиотеке, даже в утро субботы, — с едва заметной иронией в голосе заметила она, на что Гарри закатил глаза, он и так знал, что ведет себя в лучших традициях Гермионы — провести выходные в библиотеке, считая это лучшим способом времяпрепровождения, могла только его подруга. — Я думала, что знаю только одного человека, который грешит подобным. Он проследил за насмешливым взглядом Вальбурги, который переместился на Риддла. Его лицо напоминало восковую маску, но даже со своего места Гарри мог почувствовать кипящее в нем раздражение. Гарри даже посочувствовал ему. — Начинается! — возбужденно воскликнул сидящий неподалеку Сигнус. На поле появилась слизеринская команда. Гарри отсюда увидел белые волосы Малфоя, которого распознать было легче всего. Блэк и Лестрейндж тоже там были. Причем последний явно был настроен более чем серьезно, то и дело подкидывая тяжелую биту. Он хмуро оглядел пришедших на пробы слизеринцев и сплюнул на песок вязкую слюну. Среди пришедших на отбор была одна девушка, видимо та самая Лира Флинт. Она была высокой, поэтому на фоне других парней смотрелась ничуть не хуже. Гарри со своего места смог заметить, что у нее сильные руки и подтянутая спортивная фигура. Он неплохо разбирался в квиддиче, поэтому был уверен, что у этой Флинт есть все шансы попасть в команду. Еще на позицию пробовались двое слизеринцев младше ее на курс или два. На место охотника пробовалось целых пять человек, и среди них не было ни одной девушки. В принципе, это было похоже на то, как сам Гарри проводил отбор в команду. Сначала просто посмотреть, кто как держится на метле, ведь если ты не умеешь толком летать, то делать в команде тебе нечего. Потом задания начали усложняться. Просили пролететь на скорость, уклоняясь от выпущенных бладжеров. Это было куда сложнее и опаснее. Гарри, сидящий рядом с Вальбургой, заметил, что пусть та и пыталась держать свои эмоции в узде, но в порыве закушенная губа и набежавший румянец выдавали ее с головой. — Мой кузен пробуется на место охотника. Мордред его понес в квиддич, — проворчала Вальбурга, следя за одним худеньким пареньком, который носился над полем как угорелый. Гарри внимательнее присмотрелся к четверокурснику, который, видимо, был Орионом Блэком, кузеном Альфарда и Вальбурги, а в будущем и ее супругом. Отец Сириуса… Он совсем не был похож на Бродягу. Тощий, нескладный, костлявый, с горбинкой на носу — его нельзя было назвать даже отдаленно симпатичным. Но он определенно хорошо держался на метле, получше некоторых пятикурсников. — Вы помолвлены? — решил внести ясность Гарри, теперь тоже неосознанно цепляя взглядом тощую фигурку еще одного Блэка. — Что? Нет! Фу! Гадость! Он же мой троюродный брат! Мы конечно чтим традиции чистокровных, но не до такой же степени. Близкородственные браки — причина вырождения и появления в роду сквибов, ты что, не знал? Реакция Вальбурги была более чем экспрессивная и яркая, Гарри даже не ожидал от нее такого. Привык, что тут Вальбурга леди, а не крикливая сварливая баба, коей она была, будучи портретом на стене Гриммо. Но сами слова старшей Блэк его удивили. Он ведь думал, что она полностью поддерживала подобный брак, а оказалось все наоборот. Что же могло произойти, что все обернулось подобным образом? — С чего ты вообще взял, что мы помолвлены? — все еще возмущалась Блэк, никак не успокаиваясь. — Не знаю… Так у тебя есть жених? — Гарри тут же пожалел о своем вопросе. Он явно был бестактный, и совершенно не ему о таком спрашивать. Блэк покраснела и зло сверкнула серыми глазами. Она могла не так его понять. — Черт! Извини, это не мое дело. Прости, я не хотел как-то оскорбить тебя или посмеяться, — покаялся Гарри, расстраиваясь, что ему не по плечу все эти светские разговоры. Блэк еще минуту прожигала его взглядом, но в итоге ее лицо разгладилось и даже появилась легкая улыбка. Гарри незаметно вытер вспотевшие ладони о мантию. — Я принимаю твои извинения, — пафосно отозвалась она, задрав нос, но тут же улыбнулась. — Ты совершенно неподражаем в своей наивности, Гарри. Иногда мне не хватает подобного в общении с людьми, особенно на Слизерине. Всегда ждешь какого-то подвоха. В ее голосе прорезалась грусть, но слизеринка быстро взяла себя в руки и снова начала улыбаться, как ни в чем не бывало. Она вновь обратила все свое внимание на поле. Разговор вышел немного неловким, но Гарри удалось по-новому взглянуть на Вальбургу Блэк. И ему в которой раз стало горько от того, как все обернулось в будущем. — Фоули и МакГрегор выбыли! — вскричал Долохов, наваливаясь всем телом на Гарри. Он немного отвлекся и не уследил за происходящем на поле. Похоже одного сбил бладжер, а второй просто не усидел на метле, совершая крутой поворот. Орион и Флинт все еще были в игре. Следующее задание было для охотников — попытаться забросить как можно больше мячей в кольца, пока там крутился слизеринский вратарь. Крэбб был крупным парнем и своим телом закрывал практически все кольцо. Но здесь была важна скорость и маневренность, что отлично демонстрировал Оливер Вуд. Ну и Гарри грешил тем, что он сомневался в умственных способностях Крэбба. Его внучок таковыми не отличался. Пожалуй, Гарри не пожалел о том, что позволил вытащить себя из библиотеки. Это было действительно захватывающее зрелище, он бы и сам не отказался полетать немного. Ночной полет не был чем-то потрясающим, ему некогда было думать о чувстве полета и той свободе, что он всегда ощущал, стоило ему только сесть на метлу. Он лишь думал, как поскорее найти гриффиндорца. Он действительно скучал по этому чувству, что ему дарили полеты, даже не сам квиддич. Квиддич — это весело, но сама возможность взмыть высоко в небо, за облака, где светит солнце, вдохнуть полной грудью прохладный шотландский воздух и стрелой устремиться вниз в отвесном полете, почти падении, и лишь в паре метров от земли затормозить так резко, что, казалось, все внутренности перекручивались. Он и правда тосковал по этому. С заданием хорошо справился Орион, что смог забросить в кольца два из трех мячей. Но последнее попадание было скорее удачей, так как Крэбб просто отвлекся и ринулся не к тому кольцу. У него определенно был шанс, но последнее слово было за Малфоем. Когда дошла очередь до проверки загонщиков, Лестрейндж неприятно улыбнулся, поудобнее перехватив биту, и с самым кровожадным выражением лица взмыл в воздух. Гарри почувствовал, что сейчас прольется чья-то кровь. В ход пошло четыре бладжера, два из которых с помощью Лестрейнджа пытались сбить участников с метлы, а двумя другими необходимо было целиться в определенные наколдованные мишени, которые к тому же и двигались. И кажется Лестрейндж задался целью вывести из строя первой именно Флинт. Его удары отличались такой высокой точностью и силой, что даже холоднокровная Вальбурга побледнела от напряжения. — Он ее убьет, — прошептал напряженный Долохов, следя за разошедшимся Лестрейнджем. — Никто еще не умирал от удара бладжером. Если Редди немного подправит этой выскочке лицо, я буду только рада, — хихикнула Лукреция, о которой Гарри и думать забыл. — Может после этого она станет чуть более симпатичной. Гарри пришлось призвать ко всей своей выдержке, чтобы не проклясть мерзкую слизеринку. Удивительно, но Флинт была все еще жива и даже умудрилась поразить пару мишеней. Это еще больше взбесило Лестрейнджа, который кажется совершенно перестал себя сдерживать. Отправленный им бладжер вновь не попал в Флинт, зато угодил в ее соперника, и тот рухнул на землю как подкошенный, благо до земли было недалеко. Состязание остановили. Упавший слизеринец выл от боли, баюкая поврежденную руку. По его лицу градом лились слезы. Судя по руке, которая согнулась под неестественным углом, это был перелом. Малфой, уже успевший отчитать красного от злости Лестрейнджа, наколдовал носилки — парень еще и подвернул ногу во время падения. Бросив вслед, что отбор прошли Блэк и Флинт, он Левиосой поднял его на носилки и быстро направился в Хогвартс под аккомпанемент стонов пострадавшего слизеринца. Орион не был особо рад своей победе, а Флинт лишь презрительно фыркнула в сторону Лестрейнджа и поспешила к стайке пятикурсниц, которые восторженно начали ее поздравлять. — Лестрейндж вновь вышел из себя? Какое жалкое зрелище, — лениво протянул Эйвери, который, похоже, все-таки следил за игрой. — Скука. — А ты ожидал иного исхода, Филипп? — хмыкнул Нотт, который похоже был с ним согласен, смотря со смесью отвращения и сострадания на Лестрейнджа, чьи щеки и скулы цвели злым румянцем. — И что же по-твоему весело? Эйвери помахал перед ним книгой, название которой было вновь нечитаемым. — А, ну да, конечно. Гарри осторожно взглянул на Риддла, который ни разу не прокомментировал происходящее. Тот выглядел скучающим, но по каким-то мелким движениям или по его позе Гарри остро почувствовал его раздражение и разочарование. — Я пойду поздравлю кузена, — оповестила Вальбурга, поднимаясь со скамьи. — Постой! Кто тот парень, которого ранил Лестрейндж? — Это Валериан Гринграсс, и кажется у Редди теперь будут проблемы, — хмыкнула Блэк, скосив взгляд в сторону Риддла.