Осколки

— Это называется "вопрос - ответ", типа словесного пин-понга, ну игра такая... Что, нет, не слышали? А, ладно, альтернативно одаренные вы мои, объясню ещё проще. Я задаю вопрос, вы, милорды, отвечаете, потом вы задаете вопрос - я отвечаю, все просто. Поняли? Только отвечать нужно честно. — Феникс, казалось, был в отличном расположении духа. Он шутил, смеялся над своими же шутками и едва ли не пел. Не смущало его даже то, что руки были связаны, а со всех сторон окружали вооруженные конвоиры. Вдобавок, перед самой поездкой пленник всё твердил, что отродясь в седле не сидел, но тем не менее сейчас его это не особо волновало, да и поводья были привязаны к мерно вышагивающей впереди лошади Эскера. — Ну, допустим, я согласен, что дальше, умник? — Вояка слегка повернул голову к одержимому, то ли из чистого любопытства, то ли для подстраховки, дабы тот не учудил чего. — Для начала нужно кинуть монетку, чтобы определить очередность, — с умным видом заявил Феникс и крутанулся назад, едва не слетев с лошади. Хотя кобыла и так с радостью бы скинула столь незадачливого ездока. — Есть у Вас монетка, милорд? — с совершенно бесхитростной улыбкой обратился он к Герриану, ехавшему следом. — И, я надеюсь, ваша светлость окажет нам честь, приняв участие в нашей простецкой игре? Юный лорд только крепче стиснул зубы да впился в одержимого ещё более гневным взглядом. Всего за ночь пленник буквально преобразился: стал вежлив, как никогда, учтив да и выражался теперь, как самый обыкновенный придворный муж. Выпусти его сейчас в городе - так никто ж не заметит подмены. Этот факт не мог не настораживать, более того, он вселял настоящую тревогу. Если все демоны так быстро маскируются, то как же тогда их вычислять? — Мило-о-орд, ну право, что Вы такой кислый? Оглянитесь - свежий воздух, горы, замечательная компания, — Феникс хотел было развести руками, чтобы широким жестом охватить все окрестности, но веревки не позволили, тогда он сделал это ногами, едва не свалившись с лошади. — Мерзость, — пробубнил себе под нос Герриан, отворачиваясь от этого клоуна. Он крепко сжал поводья, жалея, что не заткнул рот пленника кляпом. — Если я соглашусь, ты умолкнешь? — Зуб даю, ваша светлость! — радостно выпалил пленник. — Может кляп, милорд? Действенная вещь против любого человека, опробованная неоднократно, — отозвался Эскер, словно читая мысли. — Ни один кляп меня не остановит! — торжественно заявил Феникс. — Молод ты ещё, ибо хороший удар кувалды в правильное место решает эту проблему раз и навсегда, хе-хе, тут главное выбрать правильную дозировку. — Эскер ехидно покосился на пленника и даже чуть развернул лошадь для этой цели. — Господин Эскер, давайте без угроз, — наконец прервал молчание Рудус и, выглянув из-за своего господина, недовольно посмотрел на старика, — которые, к слову, Вы все равно не исполните. Я, например, считаю данную игру вполне полезным занятием, поэтому, с Вашего позволения, милорд, пусть наш гость задает свои вопросы. — И получает на них ответы, — добавил вдогонку пленник. — В этом же вся суть. — Да-да, конечно, — отозвался вояка, в интонации которого четко звучало не "может быть", а вполне красноречивое "конечно же нет". — Задавай. — А почему тут нету других эльфов? Я больше ни одного не видел, только гномов. — Феникс кивнул в сторону Эскера и вспыхнул довольной улыбкой. Тишина словно пронзила округу, и под ритмичное цоканье копыт старик потянулся к мечу. Глядя на него, напряглись и гвардейцы, приготовившись в любую секунду принять необходимые меры для усмирения наглеца. Герриан тоже бы с радостью выхватил свой меч, однако боевым мастерством он не отличался, поэтому ограничился холодным и весьма красноречивым взглядом. Несомненно, Феникс именно этого и добивался - разозлить и вывести из себя людей, а дальше попытаться улизнуть или ещё чего вытворить, не исключено, что даже наколдовать какую пакость. За два дня им так и не удалось разузнать об этом существе хоть что-нибудь существенное, поэтому приходилось постоянно быть начеку. — Да будет Вам известно, что данные народы больше не населяют нашу страну, — учительским тоном произнес Рудус, разрядив тем самым обстановку. Эскер и Герриан облегченно выдохнули, в мыслях благодаря ученого. — Чего так? Выгнали или обиделись и ушли сами? — не унимался одержимый, словно не замечая всю тяжесть данной темы. — Истребили, — чуть ли не по буквам процедил Герриан с интонацией, предвещающей неминуемую смерть для обычного человека, но Феникс в эту категорию, увы, не входил. Во всяком случае пока. — Двести шестьдесят лет назад была война между двумя королевствами, победившая сторона решила, что избрана богом и … — Ох, как это знакомо звучит, — прервал учёного пленник. — Вроде другой мир, а все та же хрень. Ну ничего, мы это побороли и здесь искореним. Все снова притихли, но на этот раз по иной причине. Герриан блеснул глазами, осознав, что пришелец прокололся, потерял бдительность и выдал свои истинные намерения, намерения захватить власть, а, может, и каждого живущего на свете. Теперь, когда всё стало ясно, можно было выстроить новую стратегию, заставить одержимого рассказать всё. Но прежде необходимо дать ему желанную конфетку, вернее - пещеру с кристаллами. — Да ладно тебе, остроухий, я же не со зла, у меня просто… характер тяжелый, — будто бы извинился Феникс и, как-то внезапно сникнув, развернулся и ухватившись за гриву лошади принялся её теребить. Дальше он ехал молча.

***

Они развели костер и поставили палатки. Солнце было ещё высоко, но уже неуклюже скользило по горному хребту, грозясь ненароком скрыться за одним из пиков. По эту сторону долины всегда царили сумерки, которые создавала тень от каменных стен. Склоны, плотно укутанные еловым лесом, ловили ветвями ледяной ветер, укрывая полог от стужи. По другую же сторону сверкал желтый ковер дубрав и осинников, нежась золоте угасающего светила. Место выбрали хорошее - небольшую поляну на самой опушке. Деревья давали защиту от ветра, а также служили источником хвороста и подстилок под палатки. Неподалёку журчал ручей, унося воду с ледников вниз, в долину, а далее - во вполне полноводную реку. Прямо над их головами красовались пики гор, и где-то там находилась злополучная пещера, куда им ещё только предстояло попасть. Уже после полудня, когда им удалось наконец перекусить, Герриан созвал своих советников в палатку. Шатёр не блистал роскошью, более того, единственным признаком того, что он принадлежал лорду оказалась масляная лампа над их головами, во всём остальном обстановка была абсолютно солдатская. Они взяли с собой лишь то, что способна унести лошадь, поэтому единственной мебелью здесь были раскладные стулья, а столом и вовсе служил мешок, набитый соломой, который к закату превратится в кровать. — Пока всё идёт хорошо, — начал парень, когда Эскер и Рудус расселись и готовы были слушать. Всё же сытый человек - куда более приятное существо, не случайно все самые важные разговоры ведутся за пышной трапезой. — Однако, меня беспокоит сказанное одержимым. — Всех нас оно беспокоит, — удручённо отозвался старик, откупоривая бурдюк с тонизирующим напитком, — но, думаю, стоит придерживаться плана. — Следует быть бдительными и осторожными и присматривать за ним в оба глаза, — поддержал коллегу Рудус, смиренно приняв бурдюк из его рук. — Если есть хоть малейший шанс покончить с этим, нужно его использовать. Милорд, мы справимся. — Мне бы вашу уверенность, — выдохнул Герриан, принимая сокровенный сосуд от учёного. — Я всё думаю, что нас там ждёт. Что если мы идем прямиком в тщательно подготовленную западню? Феникс не так прост, как хочет казаться. — Милорд, да полно вам, у него мозгов не больше, чем у обычного селянина. Да, он хитер и знает много чудаковатых слов, но не более. Если бы Вы позволили его пытать, я бы мигом выбил все ответы... — Эскер, довольно, — парень закупорил бурдюк и вернул его старику. — Если мы не найдем ответов в той пещере, то делай с ним, что хочешь. — Милорд, есть же научные методы, — запротестовал учёный, но Эскер наградил его довольной улыбкой и уверенным взглядом, четко говорящими, кому из них достанется подопытная мышка. — Вот и проверим эти методы в пещере, — Герриан поднялся и накинул длинную меховую куртку. Она была совершенно непригодна для верховой езды, но при этом идеально подходила для пешей прогулки в холодную, сырую пещеру — Надеюсь, управимся до заката. На этом совет закончился, и они покинули теплую палатку, вернувшись в суровый, холодный мир с кучей проблем и лишений. Их заседание не осталось незамеченным, и холодный взгляд Феникса был ярким тому подтверждением. Он сидел у костра, зажав коленями миску и неуклюже держа ложку связанными руками. Не смотря на то, что вокруг было много солдат, все они старались держаться подальше от одержимого, лишь косясь на него и временами прижимая ладони к рукояткам мечей, кинжалов и топоров. В некотором роде, это было хорошо, ведь пленник всегда находился под присмотром, а значит любая его выходка не застанет людей врасплох. Тем не менее Герриан выделил на охрану пленника аж двоих гвардейцев, тех самых, что больше остальных заслужили его доверие и которые ранее неустанно стерегли его собственный покой. Из всего отряда именно эти двое могли приструнить одержимого, не прикладывая особых усилий. Он лично проинструктировал ребят, как им надлежит поступать с бесноватым и какие меры принимать в непредвиденных ситуациях или попытке бегства. Наконец, лишь оставив пару солдат присматривать за лагерем, они выдвинулись к намеченной цели. Дальше путь пролегал по извилистой и крутой дороге, которую не смогла бы преодолеть ни одна лошадь, не поломав ног, поэтому пройти по нему мог лишь человек или муфлон. Шли они налегке, взяв лишь самое необходимое, рассчитывая провести беглый осмотр и вернуться в лагерь ещё до темноты. Феникс всю дорогу молчал, лишь глазел по сторонам, а когда показались своды пещеры и вовсе остановился, как вкопанный. — Вы же не собираетесь туда вот так всем скопом переться? Отправьте разведчика! — возмутился одержимый, тыча связанными руками прямо в каменную пасть. — Что, твоя бесовская натура боится темноты? — усмехнулся Эскер, доставая толстую, обмотанную тканью дубину. Быстрыми, отработанными движениями старый вояка высек огонь и зажег факел. Не прошло и минуты, как этим славным предметом обзавелись все, кроме одного. — Да вы серьезно что ли?! — завопил пленник. — А вдруг там дракон! — Давай топай! — старик махнул рукой, и двое стражников ненавязчиво подтолкнули одержимого сапогом под зад. Герриан на миг улыбнулся, довольный тем, что наконец подобрал меру воздействия на гостя. Его гвардейцы прекрасно справлялись с ролью вооруженных нянек и, в случае чего, могли просто-напросто скрутить пленника и тащить того подмышкой. Воистину, незаменимые бойцы, которым, по завершению этого похода, не грех выдать награду за непомерное терпение и стальной характер. — Милорд, отправить разведчика? — старик подошёл вплотную и произнес это практически шёпотом, во всяком случае так, чтобы одержимый никак не смог расслышать. — Никак драконов испугался, Эскер? — усмехнулся Герриан. Кажется, он впервые за несколько дней улыбался. Что это, как не предчувствие удачного исхода? — Боги! Как можно вообще обсуждать эту чушь? Милорд, ладно старик Эскер, но вы-то - молодой и образованный господин, ну право слово! — разразился возмущенной тирадой Рудус. Учёный тащил на себе увесистую сумку со свитками, фолиантами и склянками, которые то и дело позвякивали, как бубенчики на лошади. — А одержимость, по-твоему, что? Магия же! — выдержал удар вояка, нисколько не усомнившись в своей правоте. — Всему есть научное объяснение, мой престарелый друг, и я скоро его найду, — учёный поправил свою поклажу и гордо прошествовал мимо, невозмутимо подступая к пасти пещеры. Но вояка его опередил. Величественно подняв руку с факелом, он переступил каменный порог, освещая себе дорогу. За ним робко последовали и остальные: тройка солдат, ученый, лорд и в самом “хвосте” мельтешил пленник со своей свитой. Масштаб пещеры поражал, вход в нее тянулся на добрых сотню метров, а дальше она резко уходила вниз, теряясь во мраке подземелий. Поначалу свет факелов не достигал её сводов и стен, но оказалось, что дальше чертоги довольно резко и быстро сужаются, наступая со всех сторон наростами сталактитов. — А нехилая пещерка, в такую может поместиться… А-а... чтоб тебя... — Эскер не договорил, поскольку поскользнулся и, плюхнувшись на задницу, с воплем покатился по отполированному полу прямиком под откос, в самое сердце пещеры. Факел он не выронил, а потому был хорошо виден даже когда уткнулся сапогами в ощетинившуюся зубами морду дракона. — Гла-а-зам своим не верю... — только и смог вымолвить старик. Пламя осветило огромный, почерневший скелет зверя, которого до сего момента знали только по легендам. Оскалившаяся пасть с длинными зубами, каждый размером с кинжал, лежала на боку, всматриваясь пустыми глазницами в тонкую полоску солнечного света, откуда и могла исходить единственная угроза. Путники замерли, боясь даже дышать. Пред ними предстал самый настоящий исполин, и пусть уже давно поверженный, но это отнюдь не означало, что поблизости не было его собратьев. Напуганные люди водили факелами из стороны в сторону, наполняя пещеру блуждающими тенями, пока беспечный голос не выдал их окончательно. — Да я же вам говорил! Вы чего, фильмов никогда не смотрели? Повезло, что хоть разминулись, а то бы эта скотинка нами и пообедала, — завопил Феникс, едва ли не прячась за спинами гвардейцев. — На пару столетий разминулись, — сплюнул Эскер. Он осторожно поднялся, ухватившись за ноздрю гиганта, которая чуть ли не раскрошилась в его руках, — чёртова тварь и вправду существует... Эх, каких чудес только не бывает. Они медленно и осторожно разошлись, осматривая тушу, поросшую сталактитами и грибами. Никаких посторонних предметов заметно не было: ни копий, ни мечей, ни щитов. Словом, ни одного признака, что зверя поверг человек. Похоже дракон почил собственной смертью, тихой и спокойной, совсем не такой, как предрекали сказания о доблестных рыцарях. Пригнувшись, Герриан проскользнул между изогнутыми ребрами и, подняв факел над головой, окинул взглядом поистине гигантский скелет. Возможно, при жизни этот демон являлся самым большим творением богов, разве что морские гады могли с ним поспорить. И совершенно не верилось, что подобная тварь могла летать, но вот - скорченные крылья упирались в свод пещеры, и даже перепонка частично была на месте. Парень сделал шаг к шипастому хвосту и тут же поскользнулся. Факел отлетел в сторону, разбрасывая мутные блики по гладкой поверхности пола пещеры. Сам же Герриан, чертыхаясь, плюхнулся на спину. Под рукой что-то звонко хрустнуло и на миг он замер, страшась, что сломал себе кость. Боль, конечно, была, но не такая, как ожидалась. Парень с опаской перевернулся, и его взору предстал кристалл, чуть красноватого цвета и величиной не больше еловой шишки. Расколотый пополам камень искрился в свете огня, словно благородный рубин. Тут подоспел гвардеец и, едва устояв на ногах, подал руку лорду. Следом примчался и пленник, достаточно ловко скользя и лавируя между сводчатыми ребрами даже со связанными руками. — Так это и есть ваши кристаллы? — брезгливо поинтересовался Феникс, подобрав и повертев стекляшку в руках. — Ни в коем случае, это самое обыкновенное драконье стекло, — заверил его Рудус, стоя на безопасном расстоянии, дабы не составить компанию уже ушибленным. — Вон, посмотрите, всё дно пещеры покрыто им. Словно разлитый хрусталь, просто потрясающе. Дракон изрыгал огонь, да так яростно... Боги, да тут всё им покрыто! — Учёный задрал голову и поднял факел повыше. Весь свод пещеры засверкал, словно ночное небо. — Рудус... — Герриан осторожно прошаркал к учёному и с облегчением запрыгнул на самый обыкновенный камень. Еще никогда твердая поверхность не приносила такого облегчения, как сейчас. В конце концов, он уже не в том возрасте, чтобы кататься на заднице по льду, пусть и сотворенным драконом, — так это то, что мы ищем или нет? — Нет, милорд, конечно же нет. Такого добра в каждом селе навалом, его доставляют из штолен в пустынных горах и выдают за драгоценности. — Пха, так это у вас бижутерия что ли?! — разразился звонким смехом пленник, да так, что его голос зловещим эхом разнесся по пещере. Однако, под напором серьезных и презрительных взглядов он быстро утих. — Может, это оно? — подал голос Эскер. Старик стоял по другую сторону скелета, там, где пещера резко сужалась, образуя множество разветвлений, а в руке у него сверкал синий камень, размером с орех. — О-да! — восторженно вскрикнул Рудус и рванул к старику прямиком по заливному полу, но, к счастью, был вовремя перехвачен Геррианом, поймавшим того за капюшон. — Ох, милорд, простите мое безрассудство, — учёный спохватился и помчался в обход, как ребенок выставив руки вперед, желая поскорее схватить драгоценность. Герриан поспешил за ним, ловко перескакивая зеркальные лужи и краем глаза следя за одержимым, ведь бог знает какую глупость мог вытворить это пришелец. Интуиция твердила ему, что надо поскорее избавиться от этой язвительной проблемы, творившей хаос на каждом шагу. И он это непременно сделает, как только разберется в той чертовщине, что творится вокруг. — Какая интересная безделушка! — изумленно воскликнул Эскер, вертя в руках кристалл. Камень тускло светился бледно-синим цветом, именно таким, какой представляется в рассказах о привидениях. Мертвецки-холодное сияние слегка подрагивало, а если присмотреться, то можно было даже заметить определенный ритм этой пульсации. — Эскер! Немедленно брось его! — истошно завопил ученый, подбегая к бородатому первооткрывателю. — Позабыл первое правило?! Не трогать неизвестное руками! — Да я его и не знал... — забормотал себе под нос вояка, вытирая руки о штаны и отходя подальше от места находки. — Подобные вещи - прерогатива посвящённых, — Рудус натянул толстые кожаные перчатки и подобрал камень, осторожно удерживая его двумя пальцами. — Только взгляните - прозрачный, как стекло. А сколы... сколы будто искусственно сделаны. При беглом осмотре дефектов не замечаю, источник свечения, видимо, распределен по всему "телу" кристалла и имеет постоянную фазу мерцания. Да с такими камнями и свечи не нужны. Милорд, надо забрать его и изучить как следует. — Рудус, мы не за этим здесь, у тебя ещё будет возможность изучить этот кристалл, — Герриан стоял в сторонке, переводя взгляд то на игрушку в руках ученого, то на всех остальных. Во-первых, ему не особо хотелось подходить ближе, поскольку природный инстинкт твердил держаться подальше от всего незнакомого и потенциально смертоносного. Во-вторых, парень присматривался, не окажет ли камень какого-либо воздействия, в таком случае он сможет быстро принять меры. — А, Вы правы, милорд, — Рудус все так же аккуратно, если не сказать нежно, положил камень на землю и стянул перчатки. — И это всё? — настороженно осведомился Феникс, выглядывая из-за широких плеч своего эскорта. — Почему же, в этой пещере должно быть целое месторождение, наверняка оно скрыто где-то глубже, — Рудус повернулся ко входу в одно из ответвлений. Там не было и следов драконьего стекла, только чернота и холод стен, уходящих в никуда. — И вы, естественно, туда попретесь? А тогда, может, я вас здесь подожду... — одержимый чуть попятился и хотел было улизнуть, но гвардеец легким движением рук прервал его попытку к бегству. — Феникс, ты казался мне весьма уверенным в себе и бесстрашным человеком, — Герриан обернулся к нему и радушно улыбнулся. Выглядело это странно, поскольку зубы при этом он не разжимал. И именно плотно сжатые челюсти выдавали его страх. Страх, который парень пытался скрыть за улыбкой и внешним спокойствием. — Во всяком случае, в клетке таковым был. Тогда, может, туда и вернешься? — Ладно, почапали, — раздражённо процедил пленник, опустив голову. — Только не зовите на помощь, когда вами будет перекусывать монстр... На этом его капризы закончились. Собравшись с духом, они направились в одну из боковых пещер, которую выбрали по наставлению учёного, то есть наугад. И поначалу всё было хорошо, но, как только позади пропал всякий намёк на солнечный свет и свежий воздух, стало жутковато. Как тут не вспомнить о сказках про троллей и гоблинов, поджидающих путников в пещерах и штольнях? Факел коптил и трещал. Его света хватало метров на десять, а дальше - только тьма, которая казалась живой и движущейся. Они шли цепочкой, на расстоянии пары шагов, чуть ли не дыша друг другу в затылок. Было холодно и сыро, под ногами чавкала глина, а с потолка капала едкая жидкость, едва ли походившая на воду. Временами впереди раздавались странные звуки и все замирали, прислушиваясь и вглядываясь. Разум вырисовывал в разводах темноты чёрные силуэты демонов, чудовищ из свитков и героев ночных кошмаров. Но когда они доходили до того места, ничего не обнаруживалось, лишь камень и мерзкое зловоние. Сколько прошло времени, было непонятно. Тоннель то шел под гору, то резко уходил вверх, а то и вовсе сворачивал под прямым углом. Пару раз потолок становился настолько низким, что даже Эскеру приходилось наклоняться, не говоря уже о Герриане, которому приходилось ползти на четвереньках, теша себя надеждой, что всё это не зря. Наконец, после долгих и тяжелых блужданий, своды расступились, открывая взору ещё одну пещеру. Факелы прогорели наполовину, но, хвала небесам, их встретили те самые кристаллы. Камни торчали из стен, валялись под ногами, нависали над головой, и все они светились синим, безжизненным светом. — Думаю, можно погасить огонь, чтобы хватило на обратный путь, — Герриан опустил палку, намереваясь затушить её, но внезапно замер. — Вот черт... — выругался Эскер, поднося факел к небольшой луже, которая на деле оказалась следом, человеческим следом, — так я и думал, вот твердила же мне печень! — Они человеческие? В смысле, вы в этом уверены? — в очередной раз вмешался пленник, настойчиво суя свой нос куда не надо. — Конечно, они человеческие, чьи же ещё? — изумился Рудус, но затем заметил, как пленник покосился на его господина. — Я пусть и не следопыт, но след вполне свежий, и... — учёный покрутился, помахал факелом перед собой, растолкал всех вокруг и остановился у следующего отпечатка, — нет обратных следов. — Ха, значит этот тип еще здесь! — Эскер просто просиял от этой новости. — Неужто мы сможем покончить с этой скверной? А день оказался не так плох, как думалось. — Если именно в этом причина, — отстраненно пробормотал Герриан. — Конечно, в этом, я практически уверен, милорд, — успокоил господина Рудус, измеряя отпечаток подручными средствами, а именно пальцами, — все следы одинаковые, значит, наш незнакомец был один, а судя по длине отпечатка, он худой и высокий, без доспехов. — Ха, Рудус, а ты не хочешь к моим парням податься? У тебя, я погляжу, отличные навыки, станешь кадетом, мир повидаешь, — Эскер с ехидной улыбкой сложил руки на груди, увлечённо поглядывая на копошения учёного. — Нет! Как-нибудь обойдусь, спасибо. Продолжу прозябать в научных экспериментах и опытах с опасными веществами, — парировал тот, даже не обернувшись. — Милорд, думаю, у нас высокие шансы застать его врасплох, подозреваю, что наш прист… подозреваемый истощён и особого сопротивления не окажет. — Хорошо, — Герриан кивнул и развернулся к пленнику. — Феникс, — он довольно улыбнулся, как бывает, когда нужно преподнести какую-то плохую весть, — ты останешься здесь, под надёжным присмотром моего доверенного лица, — парень кивнул на одного из молчаливых гвардейцев, — надеюсь, ты отлично проведёшь время, пока мы разведаем обстановку, а как всё проверим, так сразу пошлем за тобой. Бегло обговорив тактику и меры предосторожности, они во главе с Эскером отправились вглубь пещеры. Брать с собой пленника было чересчур опасно, ведь никто не мог знать, на что способен и что задумал одержимый, и именно поэтому этот балласт решено было оставить позади. — Спорим на сундук с золотом, что там засел злой колдун-некромант?! — крикнул им вслед Феникс, а затем полушёпотом продолжил специально для гвардейца, не спускавшего с него глаз. — Ох, даже как-то банально, не находишь? Как в сказку попал, только единорогов не хватает. Солдат смерил его презрительным и спокойным взглядом. Именно так смотрит кошка на копошащихся рядом тараканов, изредка снисходя до прихлопывания мелюзги широкой лапой. Охранник положил руку на оголовье меча и замер, как статуя, готовый среагировать на любую шалость подопечного. А поскольку ситуация была исключительной, то лорд не будет сильно ругать, если одержимый лишится руки-другой при попытке к бегству. — Что, неужели есть? — мечтательно пробормотал пленник, пристраиваясь на пологом камне.

***

— ... Это читерство чистой воды! А потом она берет и жрёт это яблоко. Ну, дураку же понятно, что там подвох, и ведь и мысли не возникло - "а вдруг оно отравлено?". Нет, ну не дура ли?! Ну и естественно... да и поделом ей, естественный отбор. Эй, бро, тебе что, не интересно? — Феникс сидел на большом валуне, подобрав под себя ноги, и проверял нервы гвардейца на прочность, то бишь доставал его. В руках пленник вертел небольшой кристалл, временами проверяя тот на прочность, колотя по подошве ботинка. — Скучно с тобой, приятель, — он уставился на охранника и томно вздохнул. — Мне кажется, ты слишком серьёзно относишься к своей работе, так и перегореть не долго. У тебя вообще выходные-то есть? Гвардеец даже не моргнул. Он неподвижно стоял, пропуская мимо ушей все, что бормотал пленник, реагируя только на резкие движения и то как-то неохотно. Подобная бестактность в конечном счете начала раздражать Феникса, и тот замолчал, а затем, кусая губы, принялся обдумывать коварный план превращения этого типа в нормального человека. — Вот сам посуди, после сегодняшнего путешествия тебе следует затребовать минимум недельный отпуск... Ты же знаешь, что такое отпуск? Что, нет? Да как так-то! — одержимый вскочил и с досады ударил кристалл о колено. Камень с легким хрустом раскололся выпустив фонтан искр и дыма. Изобразив испуг, он с воплем швырнул "петарду" в сторону и бросился к гвардейцу. — Смотри! Смотри, из него что-то вылезает! Солдат напрягся и уже собирался было выхватить меч, как Феникс скрылся за его могучей спиной и внезапно со всей силы ударил пяткой прямо под колено своему защитнику. Гвардеец не ожидал такой подлости, а потому предсказуемо рухнул на одно колено, и вот тут-то пленник на него набросился по-настоящему. И пусть его запястья были по-прежнему связаны, одержимого нисколечко это не смутило, он извернулся и, зажав шею своей жертвы в локтевом суставе, принялся душить бедолагу. Охранник сопротивлялся как мог, боролся за свою жизнь, пытаясь то вырваться из смертельных объятий, то достать нападавшего руками. Но Феникс был настроен серьёзно, он изо всех сил сдавливал горло противника, а когда тот чуть ослабил сопротивление, повалился на спину, уводя за собой теряющего сознание гвардейца. Наконец, после ожесточённой схватки, когда дело было сделано, одержимый ослабил хватку и убедившись, что жертва не шевелится, выбрался из-под безвольного тела. Потратив целую минуту, чтобы отдышаться, он проверил пульс. Увы, солдат оказался всё ещё живым. «Мда, совсем форму потерял, приятель,» — подумал про себя одержимый и, поднявшись на ватные ноги, оглядел то, что натворил. Думать было особо некогда, впрочем, как и смаковать победу, а потому был выбран первый пришедший на ум вариант. Ни секунды не сомневаясь, он вновь обхватил руками шею гвардейца и уперся плечом в его подбородок. Однако, на этот раз, все закончилось одним резким движением и громогласным хрустом. Теперь Феникс был доволен. Бездыханное тело лежало у его ног, а голова была запрокинута назад в позе, не предполагавшей наличие жизни. Он улыбнулся и плюхнулся на колени рядом с трупом, торжественно вынимая его меч из ножен. — Ничего, дружок, теперь ты в лучшем мире. Пусть там и не всё идеально, но ты привыкнешь, выбора-то у тебя нет, — бывший пленник перерезал веревки и отшвырнул оружие, а затем похлопал свою жертву по плечу и встал. — Жаль, я не узнал твоего имени. Наконец Феникс мог перевести дыхание. Он вернулся к булыжнику, на котором не так давно восседал, придумывая план действий. Вышла, как всегда, полная импровизация, но если всё получится, то можно сказать, что так и было задумано. Разминая запястья, ему оставалось лишь ждать и надеяться, что законы мироздания в очередной раз не поменялись. Наконец тело дернулось, раздался мерзкий хруст и голова вернулась в правильное положение. Не прошло и минуты, как гвардеец вздрогнул и открыл глаза. Бывший мертвец приподнялся на локтях и осмотрелся. Взгляд его был рассеянным и блуждал по пещере, пока наконец не остановился на фигуре напротив. — Да прибудет с тобой Великая Сила, — слегка настороженно отчеканил Феникс, краем глаза поглядывая на лежащий рядом меч. — Имя и специализация. — Помоги мне, Оби-Ван Кеноби... — отозвался гвардеец чуть хриплым голосом и протянул руку. — Артур, инженер-механик. — Феникс помог ему подняться, благо, он довольно быстро освоился с любезно предоставленным телом, и, отряхнув свою одежду, принялся разглядывать новое обличие. — Эх, Артур, не вовремя ты явился. Не гоже гвардейцу носить такое королевское имя, — Феникс ехидно улыбнулся, жалея об упущенной возможности для первоклассной шутки, — но ничего. Мечом махать умеешь? А ладно, всё равно не понадобится, запихни его в ножны и сделай серьезное лицо. У нас ещё осталась работенка, а потом закатим пирушку в честь нашей победы. Идём!

***

Наросты становились гуще, чем дальше они продвигались, тем всё больше поверхности пещеры покрывали кристаллы. Куда не посмотри, везде были эти камни, будто плесень покрывала всё свободное пространство. В местах особо больших скоплений их свечение становилось настолько ярким, что приходилось щуриться. Тут царила полная тишина, лишь звуки каплей воды да их шагов отражались от стен, но быстро тонули в острых наростах кристаллов. Воздух казался на удивление чистым, ни затхлости, ни запаха серы или гнили, абсолютная чистота. Эскер, вертя палку в руках, вел своих ребят по дорожке следов, подсчитывая, сколько отпечатков было пройдено, и прикидывая расстояние. Герриан и Рудус плелись в хвосте, один угрюмо, во власти нехороших предчувствий и страхов, другой же - в восторге и раздумьях о тайнах мироздания. Путь был однообразен, своды пещеры то поднимались, то опускались, но всюду были кристаллы, сглаживая контуры и очертания и делая невозможным ориентировку на местности. Но вот, наконец, следы исчезли. На миг Эскера это озадачило, но потом старик сообразил, что первопроходец просто где-то свернул, и обследовав ближайшие закоулки и повороты, вернулся на тропу. Не пройдя и сотни метров они уперлись в зал, по-другому сказать было нельзя. Что в нем отличалось? Да всё! В этом месте не было кристаллов, ни одного. Сферическая комната из чёрного, шершавого камня с вырезанным рисунком, а в самом центре - замершая фигура. Перед незнакомцем висели в воздухе три сверкающих камня, медленно пульсируя обжигающе холодным светом. Но самым жутким были его глаза, безжизненные пылающие сапфиры, как у статуи. — Отойди от камней! Медленно и без фокусов, Колдун! — Эскер обнажил свой меч, тоже самое сделали и солдаты, да и Герриан решил не отлынивать, он хоть и не боец, но оружием махать умеет. Чародей не ответил, бесцеремонно проигнорировав гостей, даже не сдвинувшись с места. Такой наглости старик стерпеть не мог, и, решив, что ему ответили отказом, двинулся вперед. Он выставил оружие перед собой и тяжелой осторожной поступью направился к колдуну. Что в итоге вояка собирался предпринять, используй противник против них магию, можно было только гадать. На этот случай рядом был Герриан, и пусть его колдовские навыки оставляли желать лучшего, а владение магическим искусством и того хуже, но парень твердо был убежден, что сможет хоть как-то защитить солдат. — Эскер… — Парень, наконец, смог как следует разглядеть этого заклинателя и с некоторым облегчением опустил оружие. — Что молчишь? Я приказал тебе... — не унимался вояка. — Эскер! — лорд убрал меч в ножны и осторожно подошел к колдуну. То, что перед ним предстало, уже давно не было человеком, уж, во всяком случае, живым. Фигура походила на искусно вырезанную статую из серого камня. Маг застыл в повелительной позе, выставив руку к кристаллам, парящим перед ним, которые, очевидно, и превратили его в окаменелость. Наконец, старик отдал приказ солдатам расслабиться и подошел поближе, сохраняя настороженность и бдительность. Следом подоспел Рудус, являя собой полную противоположность старому вояке - для учёного важность находки всегда перевешивала весь возможный риск и опасность. — Может, он и есть первопричина эпидемии? Но реакция, очевидно, продолжается без его участия, — учёный вынул из кармана пинцет и пошкрябал им по застывшей руке колдуна. — Камень, — заключил он, окончательно потеряв интерес к "скульптуре". — Могу лишь предположить, что эти кристаллы его и выжгли, иссушили тело до состояния мумии. — А с глазами что? — Эскер медленно обошёл статую, внимательно её разглядывая. — Тут можно только гадать. Например, у него был подмастерье, который, когда учитель погиб, вставил ему в глазницы кристаллы. Может, из уважения, а, может, и по личному желанию колдуна. Говорю же, тут можно только гадать, но, уверяю, никакой магии здесь и близко нету. — Ладно, раз учёный сделал такой вывод, то как я могу с ним спорить, — огрызнулся Эскер, стараясь не смотреть на яркие огни парящих камней. — Милорд, думаю, нам стоит вернуться в лагерь и хорошенько всё обдумать. Я совершенно уверен, что смогу что-нибудь обнаружить при изучении этих кристаллов, поэтому захватим пару образцов и поднимемся, оставаться тут абсолютно незачем. — Не знай я тебя так хорошо, Рудус, подумал бы, что ты испугался, — подколол коллегу старик. — Согласен, достаточно мы тут насмотрелись, возвращаемся, — Герриан вовремя вмешался, поскольку эти двое могли препираться бесконечно долго, а это место уж точно не подходило для подобных занятий. Хвала небесам, учёный терпеливо промолчал, и они выдвинулись в обратное путешествие. Путь должен был даться тяжелее, поскольку усталость брала своё, и выбравшись на поверхность, никто из них точно не сможет заняться чем-либо, кроме ужина и сна. — Милорд, я ничего не смыслю в магии, но если этот колдун прочел некое заклинание, которое и привело к этой чуме, то не стоит ли нам позвать мага, чтобы обратить последствия? — Эскер шел впереди, боязливо переступая камни, которых становилось всё больше, по мере возвращения в основную пещеру. — Мысль очень хорошая, — без особой радости кивнул Герриан. Он и сам думал об этом, но если бы всё было так просто. — Утром я отправлю гонца в замок, но если связь со столицей не ладится, то толку от этого никакого не будет. Возможно, есть смысл поискать в свитках и фолиантах, об этом я попрошу нашего летописца. А сегодня необходимо придумать что-то с нашим... — парень осекся, поскольку прямо перед ними появился Феникс с гвардейцем. — Ну наконец-то, а то, думал, вы там и заночуете. Нашли что-нибудь интересное? — одержимый, как всегда, просиял наглой улыбкой и развел руки в стороны, чем вызвал неприятное удивление у остальных. — Я же велел ждать там! — рявкнул Эскер, багровея от столь наглого непослушания. — И кто разрешил его развязывать?! — Эскер, дружище, разве так встречают гостей? — пленник развел руками, будто предлагая по-дружески обняться. — Что? Что ты несешь! — он выхватил свой меч и наставил на одержимого. — Слабоумие и отвага... Ладно, старик, твоя взяла, — Феникс поднял руки вверх, как бы намекая, что сдается на милость превосходящим силам врага, — Артур, будь другом, постой в сторонке, пока профессионалы заняты работой, — он устало вздохнул и резким движением выдрал один из кристаллов. — Верни эту штуку на место, сопляк! — рявкнул Эскер и сделал шаг вперед, твердой рукой держа клинок, готовый разрубить врага на пополам. — О, простите, конечно, как скажите, — Феникс изобразил на лице испуг и трепет, а потом легким движением руки ударил кристаллом о другой кристалл, торчащий из ближайшей стены. Те со звоном разлетелись. Все замерли, и поначалу ничего не происходило, а затем появился гул. Камни начали мерцать, сопровождая сие действо стальным жужжанием. Вся пещера разгоралась и, повинуясь единому порыву, вдруг озарилась ритмичными всполохами. Теперь стало не до одержимого, перепуганные люди не знали, куда деться и чего ожидать от одновременно чарующего и пугающего танца света. А затем их словно пронзило молнией. Один за другим они падали на колени, зажимая уши руками и вопя от боли. Герриан с ужасом взирал на всё это, понимая, что неведомая сила исходит из кристаллов. И он побежал. Сорвался с места, бросив своих подданных, и помчался, как трус. Им уже не помочь, именно так он успокаивал себя. Ему хотелось лишь поскорее выбраться из пещеры, подальше от дьявольских камней и тех, кого они пускают в этот мир. Он бежал, не разбирая дороги, не запоминая повороты и не обращая внимания на смыкающиеся над головой кристаллы. Пару раз парень натыкался на острые выступы камней, но отделывался лишь рваными ранами на куртке. Подошвы ботинок так и норовили соскользнуть с очередного выступа или мокрого валуна, но обращать внимание на подобные мелочи было подобно смерти. А она следовала за ним неотступно, мчалась на всех парах, временами окрикивая и предлагая принять свою судьбу. Герриан уже начал выдыхаться, когда за очередным поворотом его встретил тупик. Стены пещеры внезапно смыкались, образуя узкий лаз, в который разве что ребенок пролезет. На мгновение у него зародилась идея всё же попытаться протиснуться, но здравый смысл твердил не тратить на это время и мчаться назад, в поисках другой дороги. Он чуть отдышался и развернулся для нового рывка к своей свободе. — Ты, верно, смерти моей хочешь, — у выхода в основную пещеру его уже ждал Феникс, держась за бок рукой и с хрипом глотая воздух. — Герри, малыш, бегство тебе не поможет, как говорится - с подводной лодки... — Ты всё так и задумывал, верно? — парень попятился, отчетливо понимая, что деваться некуда и вот сейчас ему в спину упрётся холодная стена. Нет, он не собирался отступать или просто отдаться на милость одержимого. В сердце молодого лорда уже вовсю клубилось отчаяние, но так просто его не возьмёшь. И пусть это будет последний бой в его жизни. — Заманил нас сюда, чтобы перебить по-одному? Колдун тоже твоих рук дело? — Ха, ну что ты! Я, конечно, хорош, но не настолько, — он искренне рассмеялся, польстившись столь щедрому комплименту из уст своей жертвы, — мы предполагали, что есть подобное место, но не были уверены до конца. А тут ты так удачно упомянул о пещере и кристаллах. За это тебе огромное спасибо, — одержимый театрально поклонился, едва ли не окунув шевелюру в случайно подвернувшуюся лужу, — грех было не воспользоваться таким шансом, и вот я нашел источник и причину всей этой заварушки. Ох, даже и не знаю, как выразить свою признательность. Герриан на секунду поверил во всё сказанное и даже посмел по наивности подумать, что сможет уговорить Феникса оставить его в живых. Но всю глупость этих мыслей подтвердила улыбка врага - широкая и довольная - да сверкающие глаза, как у хищника, предвкушающего расправу над беззащитной добычей. — Но довольно болтовни, мы оба устали, вымотались, день был долгим, и пора уже закругляться, так что приступим, — бывший пленник потер руки и размял пальцы, до мерзкого хруста суставов, — Герриан, не нужно этого бояться, ты даже ничего не почувствуешь, просто “пшик” и всё кончено, — снисходительным тоном принялся он успокаивать свою жертву, а затем резким движением ноги выбил ближайший кристалл из стены. Тот разлетелся как сосулька, мерцая не хуже упавшей звезды. Парень напрягся. Он переводил взгляд с камня на одержимого и обратно, ожидая какого-то подвоха, например, резкого броска и рассечения горла. А потом послышался гул. Жужжание и скрежет, будто от разъяренного роя стальных пчел. Звук нарастал и пульсировал, но, казалось, что это слышит только он. — Ты только прислушайся. Слышишь эту вибрацию? — Феникс улыбнулся ещё шире. Он был непомерно доволен и даже, позабыв об осторожности, расслаблено шагнул к лорду. — Правда, она похожа на биение сердца? Сердце твоего мира… нашего мира. Теперь они едины. Но Герриан его уже с трудом слышал, все силы уходили на сопротивление, борьбу против новой неведомой напасти. Голова просто раскалывалась, а мир вокруг расплывался, мутнея под пеленой беспамятства. Ему всё сложнее было оставаться в сознании, гул был настолько сильным, что хотелось кричать. В итоге, зажав уши ладонями, он повалился на колени, а из глаз ручьем потекли слезы. — Друг, дело к тебе есть, важное, — он и не заметил, как Феникс оказался прямо перед ним и, чуть наклонившись, ухватил бедолагу за подбородок, не давая отвести взгляд, — передай весточку. Смотри мне в глаза! Передашь слово в слово! Усек? — одержимый стал говорить медленно и разборчиво, будто надиктовывая послание. — Источник кристаллов обнаружен и захвачен. Лорд замка у нас, как и основная свита, приступаем к захвату непосредственно замка. В пламени возродимся. Герриан слушал, внимательно, не отрывая глаз от лица своего врага. Вся его злость и ненависть сейчас была направленная в чернильные очи одержимого, в которых клубилась лишь тьма. Противник не заметил, как его рука скользнула к сапогу, где пальцы сжали рукоятку небольшого кинжала. В туже секунду сверкнуло лезвие, и Феникс отскочил, как ужаленный. — Гребанный гоблин! — весьма эмоционально выругался Феникс, но быстро взял себя в руки. — Ну ничего, боевой шрам… украшение для настоящего мужчины, — он сплюнул кровяной сгусток и вытер подбородок рукавом. Помогло это весьма слабо, рана была глубокой и болезненной и ещё долго будет напоминать об этом дне. — Да и тело-то не моё, так что плевать, — его губы растянулись в злобной улыбке, обнажая окровавленные зубы, — ещё увидимся, удачи на той стороне! Слабое, но всё же утешение. Герриан истратил все свои силы на этот удар, и теперь беспомощно повалился на землю. Реальность ускользала от него, заполняясь белой дымкой. Наверное такова была смерть, а дальше - только белый коридор и грань, переступив через которую уже не вернёшься. Он постепенно терял связь с миром - чувства пропадали, эмоции тускнели, мысли каменели. Вдруг его ждет та же участь, что и колдуна? И, спустя века, его скелет найдут уже другие путники, быть может, из иного мира...