Задавать вопросы

Кроули размышлял о спасении. Не о Спасении, которое демонам не светит, а просто о спасении чьей-то шкуры. Ангела приходилось спасать довольно часто, хотя это вовсе не демоническая работа. Когда это произошло впервые, Кроули ничем таким раньше не занимался и даже сначала не понял, что натворил. Это случилось в 1467 году, в деревушке недалеко от Оксфорда. Они с ангелом в очередной раз махнулись заданиями. Кроули свое уже закончил — ему надо было кого-то там исцелить и вселить надежду в умирающего. Что-то такое бессмысленное и несложное. Ему стало любопытно поглядеть, как справляется Азирафель, так он и оказался в той деревне. Ангел должен был совратить ведьму на злодеяние. В смысле, научить простую деревенскую знахарку какому-нибудь по-настоящему черному заклинанию. Например, показать, как правильно насылать порчу или что-то подобное. Так Кроули ему подсказывал, когда передавал задание. Но Азирафель всегда по-своему подходил к работе. Творчески. Иногда даже чересчур творчески. В общем, демон явился как раз в тот момент, когда ангел допивал настолько отравленное пойло, что ядовитость его была заметна даже сквозь мутное окошко домика ведьмы. От чашки поднимался мерзкий горький дух беладонны. Или белены. Или еще чего-то, что содержит алкалоид. Пока Кроули таращился на чашку и пытался определить, что же туда насыпали, Азирафель допил ее до дна, искренней улыбкой поблагодарил ведьму, которая и поднесла ему яду, и начал сползать под стол, схватившись за сердце. Потом Кроули, разумеется, ворвался в домик. Возник прямо из-под земляного пола — терпеть не мог такой способ перемещаться, но делать было нечего. Скорчил на ведьму страшную рожу, чтоб являлась ей в кошмарах всю оставшуюся жизнь, подхватил ангела и исчез вместе с ним, оказавшись на сеновале той самой ведьмы, на огромной кипе сена. Лучше было так, в человеческой форме, ибо Кроули понятия не имел, как ловить ангела среди электронов, если тот начнет переживать атропиновый делирий как-нибудь буйно. Ангел, однако, вовсе не собирался буянить. Он вцепился в Кроули и очень счастливо ему улыбнулся, заглянув прямо в душу бессмысленными как пуговицы глазами с огромными зрачками. Чертов атропин. Чертова беладонна. Чертова ведьма! — Кроули! Это ты. Знаешь… оказалось, ее вовсе не надо совращать на злодейство! Она сама! — И что, ты решил дать ей себя отравить и записать это в отчет, как совращение? Ангел часто покивал, продолжая радостно улыбаться прямо на Кроули. Как будто Кроули был не Кроули, а например вкусный торт. Демон понадеялся, что ангел не попытается его съесть прямо сейчас. Азирафеля начинало лихорадить, сердце по-прежнему билось, как сумасшедшее, а что тот видел своими пустыми глазами, Кроули понятия не имел. Но общался он вроде пока разумно, поэтому Кроули спросил: — Может, все-таки желудок промыть? Зачем тебе это терпеть? Азирафель резко поднял вверх палец и назидательно, хоть и не очень внятно сказал: — Не хочу. Фу, — выразительно скривился он, выразив свое отношение к насильственному промыванию желудка. —Я ангел! Мне ничего не будет. Ну по… галлюлициррр. Побрежу немножко, подумаешь. И грех… не засчитается, если я не отравлюсь на самом деле. Их тела и правда не могут отравиться насмерть. Даже рыбу фугу можно жевать сырой, если вдруг зачем-то захочется. Рано или поздно любой токсин усвоится небесным телом, и не понадобится посещать уборную. Очень удобно. Правда, частично яды все равно действовали: ни демонов, ни ангелов никогда не тошнило от алкоголя, но весь его психотропный эффект они не раз на себе испытывали. Поэтому сейчас Азирафеля лихорадило, и он явно уже видел что-то, чего нет, судя по тому, с каким интересом следил за потолком. — Засчитается, поверь мне. Ты же ангел, на ангелов нельзя покушаться, — попытался Кроули его убедить, но Азирафель решительно помотал головой. — Мне! Любпптт. Интересно мне! Никогда не травился. Позже Кроули сделал вывод, что в этом главная проблема: ангелу слишком любопытно, именно поэтому он так себя и ведет. Как будто напрашивается на неприятности. Впрочем, тогда все начиналось даже весело. В первую очередь появился огромный розовый пончик размером с голову Азирафеля. Кроули отпрянул, потому что пончик прилетел по воздуху прямо в протянутые руки ангела, и похоже тот больше демона не замечал. Видел он только пончик. Азирафель откусил от пончика большой кусок, сморщился, и тот упал в сено. Очевидно, оказался не вкусным. Кроули внимательно пригляделся к Азирафелю и к медленно исчезающему пончику и покачал головой. Судя по всему, Азирафель собрался частично овеществлять все свои галлюцинации. Или у него получалось случайно. Тогда Кроули подумал, что это может быть забавным и познавательным, и не стал останавливать ангела. Ему в конце концов тоже было любопытно! Следующими из воздуха возникли: большой бутерброд с маслом; плюшка, посыпанная сахаром; шмат ветчины, который пах так, что Кроули завистливо потянул носом и сотворил себе такой же; яблоко в карамели и связка конфет из любимой азирафелевой лавки. Почему-то вся еда ангелу не нравилась. Он морщился с каждым разом все жалобней и грустней. Кроули в какой-то момент, где-то между яблоком и конфетами, обратил внимание, как пересохли у ангела губы, и как ему жарко. Обругав себя идиотом, демон подсунул ему под руку чашку с водой. Азирафель молча схватил ее, осушил в одно мгновение и, не сказав ни слова, съехал с кипы сена на пол сеновала. Кроули последовал за ним и успел почти испугаться, потому что сеновал вокруг них исчез. Теперь вокруг были Небеса, очень похожие на настоящие, но все-таки не они. Азирафель продолжал делиться своими видениями, хоть и не включал в них Кроули. Настоящего Кроули. Ангела окружали другие ангелы. Гавриил, Михаил, и еще какие-то, каких демон не помнил по именам. За ними еще скучали Вельзевул, Люцифер и Хастур — почему-то в своем прежнем облике, еще до Падения. Кроули даже не сразу их узнал. Иллюзорный Кроули тут тоже был, стоял чуть в стороне. Кроули настоящий с интересом осмотрел себя и мысленно одобрил ангела. С точки зрения демона, иллюзорный был очень похож на него, практически копия. Только улыбка у него какая-то презрительная, но мало ли, о чем эта фантазия. Может, они сейчас будут вместе ругать свое начальство. — Азирафель, тебя уже предупреждали… — говорил Гавриил, укоризненно улыбаясь ангелу, и Кроули с удивлением увидел, что тот почему-то начал бледнеть. — Нельзя же быть настолько… наивным. А потом на ангела посыпались слова со всех сторон. Кроули даже не мог понять, кто именно их говорил — иллюзия расплывалась. Четкими оставались только лица. Гавриил был страшен. Он улыбался, и это было страшно. Михаил закрывала лицо широким рукавом, словно не хотела смотреть на ангела. Вельзевул просто пялилась как на пустое место. — Ты оставил пост и потерял меч. Это непростительно. — Жалкая пародия на ангела. — Почему Господь тебя все еще терпит? — Никчемный трус. — За что тебя уважать? — Ты бесполезен. — Ну ты и идиот, — тут Кроули вздрогнул, потому что услышал свой голос. Иллюзорный Кроули презрительно пялился на Азирафеля, и ангел побледнел еще сильней, а на лице его нарисовалось что-то похожее на самобичевание, смешанное с самой настоящей телесной болью. Как будто его тут жевало чудовище и только что выплюнуло, сообщив, что оно такую гадость не ест, но накормить это чудище собой Азирафелю почему-то очень надо. — Ну хватит! — решительно заявил Кроули. Вовсе нет тут ничего забавного и поучительного, когда какой-то другой Кроули оскорбляет ангела. Только настоящий Кроули может это делать! И уж точно не такими словами, потому что умнее Азирафеля Кроули никого не знает. А знает он много кого! Тогда Кроули щелкнул пальцами, избавив Азирафеля от остатков яда в теле, и постарался отвлечь от такого странного и страшного опыта. Им надо было написать свои отчеты и попробовать теленка на вертеле, которого только что приготовили разбойники в лесу. Очень удачно, что те попытались напасть на двух безоружных путников! Ничто так не отвлекает, как хорошая драка и сытный обед. Хотя дрался в основном Кроули, а ангел так растерялся, что даже никого к маме не отправил. Словом, от разбойников и последствий делирия демон Азирафеля тоже спас. Так Кроули сам не заметил, как у него выработалась дурная привычка спасать своего ангела. Сначала он пытался ей противиться, но потом понял, что это бесполезно. А еще он до последнего времени считал, что галлюцинация Азирафеля не имела отношения к действительности. Что ангелы Небес не такие страшные. Кроули понял, как сильно ошибался, когда сам увидел эту жуткую улыбку очень жестокого существа. Гавриила. На лице Архангела она выглядела еще страшней. Ангелам не полагается так улыбаться… Люди так считают. И они тоже ошибаются. Кроули даже тогда пришлось сделать над собой усилие, чтоб не предложить Гавриилу познакомиться с Хастуром. Они бы нашли общий язык — Хастур тоже любит сжигать всех подряд. Неудивительно, что и сам Азирафель в своем бреду никак не разделял демонов и ангелов. Они и правда похожи больше, чем принято думать. Все это вспоминал Кроули, когда мчался к магазину Азирафеля. Сияние было отлично видно из окон его квартиры. Ненормально сильное сияние множества ангельских крыльев. Что им опять надо от его ангела? Им же сегодня уже утерли нос! Неужели Кроули ошибся в них, и они раскусили их с ангелом трюк?