Алле-ап, или Выкрутасы подсознания ковёрного

Толик улегся спать рано, но ему не спалось. Из головы не шли слова Гарри: " Убийца!». Он вздыхал и ворочался, пытаясь сообразить, как же ему теперь быть. Ведь лично он, Толя Пистемеенко, ни в чем не виноват и в жизни своей никого не убивал. Комары, конечно, не в счет. Он прикидывал и так и этак, и все больше приходил к выводу, что ему надо сделать. А то магия магией, но быть обвиненным в убийстве — слуга покорный. Ночь накрыла Малфой-мэнор, и дом наполнился какими-то звуками и шорохами. Толику чудились голоса, топот бегущих ног, смех и бой больших часов где-то глубоко в замке. Сон не шел. В конце концов, Толик решил пройтись в библиотеку и взять что-нибудь почитать."Люциус, наверное, не будет против, что я пороюсь в его книгах, — решил Толик, — в крайнем случае — извинюсь, то есть разгневаюсь.» Он накинул халат и тихонько выскользнул в коридор. Где находилась библиотека, он примерно помнил. От парадной лестницы направо, по маленькому мостику, от фонтана налево. Он шел, и ему было не по себе. С обеих сторон коридора слышались шорохи и шелест крадущихся шагов, веяло жутью. Временами из-за портьер и мебели выглядывали маленькие светящиеся глаза, а временами Толику казалось, что кто-то окликает его из-под пола. Его путешествие подходило к концу, он уже взялся за ручку тяжелой двери, как внезапно понял, что в библиотеке кто-то есть. Он стал ступать как можно тише, приоткрыл дверь, молясь про себя, чтобы она не заскрипела, проскользнул в библиотеку, затаился между стеллажами и весь превратился в слух. Говорили двое. Не шептались, а просто говорили очень тихо. — Северус, старина, что-то не так с нашим Лордом, ты заметил? — Я заметил даже больше, Люц. Это не Лорд. — Не Лорд?! Мерлин и его присные! А кто? — Не имею понятия. Но это не Лорд, говорю тебе. — Может, он после перевоплощения немного того, не в себе? — Не немного, Люц, а в Лорде совершенно другой человек. Толик покрылся холодным потом. Его так и подмывало выскочить из-за стеллажа и крикнуть: «А вот я вас, мошенники!», но он продолжал стоять, не дыша. — Но перевоплощение… — Люц, — перебил Северус, — ты можешь себе представить Лорда, который не убил Гарри на месте? — Гарри? Почему ты зовешь его Гарри? — О Мерлин, Люц, это… это совсем не важно сейчас. — Северус! Колись! Ты неравнодушен к мальчишке. Он и вправду очень мил. — Люц, черт тебя побери! — рыкнул Северус. — Это мое дело, сейчас не обо мне и не моих чувствах речь! — Ага! Проговорился. Значит, есть чувства. Есть! —Люциус! — совсем вышел из себя Северус.— Ты лучше скажи, почему он не прибил его на месте, а велел не обижать? Почему ни одного Круцио никто из нас не получил до сих пор? — А ты что, соскучился по боли? Се-ев, ну ты затейник, — снова поддел друга Люциус. — Мордред, не знаю, что на уме у того типа, но ты у меня сейчас точно получишь! — Северус бросился на Люциуса, тот увернулся, но в темноте не рассчитал и налетел на здоровенную библиотечную лестницу. И тут произошло что-то несусветимое. Лестница зашаталась, и с нее свалился кто-то довольно увесистый, сбил кого-то с ног и оба завопили. Люциус обмер. Трясущимися пальцами он зажег люстру под потолком, и его глазам представилась дивная картина: на полу, пытаясь распутать ноги, руки и мантии, валялись… Лорд Волдеморт и Гарри Поттер. — Подслушивали, Поттер? — ехидно спросил Люциус. — И даже подглядывал! — с вызовом ответил Гарри, с трудом поднимаясь на ноги. — Я… Вы меня извините, сэр, и вы, профессор, но я хочу спросить: кто этот тип в облике Волдеморта, да не вздрагивайте вы! и куда делся настоящий Тёмный Лорд? — Как вы догадались? — обреченно спросил Толик с пола. — Вы пили чай, не вынимая ложки из чашки, — ответил Северус. — Так делают только русские. И где это видано, чтобы Темный Лорд возле фонтана жонглировал яблоками и булочками с изюмом? И вообще… — Что ж, в наблюдательности вам не откажешь, джентльмены, — Толик все-таки поднялся на ноги и вышел на свет. Джентльмены замерли. Северус инстинктивно схватил Гарри за плечо и крепко прижал к себе. Люциус зажмурился, ожидая смертельного заклятия. — Не волнуйтесь, я и в самом деле не ваш Лорд. Вернее, не совсем не Лорд, то есть… Немножко сложно, но давайте присядем, и я все вам расскажу. Я и так хотел поговорить с вами… — он посмотрел на Северуса, — или с вами, — он перевел взгляд на сиятельного лорда Малфоя. В общем, слушайте, а потом скажите, что с этим всем делать. — Ну и дела-а, — протянул Северус, выслушав рассказ Толика. — А что с тем, с настоящим Лордом? — Да, что с ним? — Люциус призвал бутылку коньяку и четыре рюмки. — Не знаю, — честно ответил Толик.— Может, в цирк попал? — Ага, — встрял Гарри, — и его там в клетке почтеннейшей публике показывают. За деньги. «Лорд злобный.Не кормить!» — Гарри, а вдруг ему плохо? — с мягким укором спросил Толик. — А так ему и надо! — Знаете, мне кажется, что Тома Риддла специально поместили в ту реальность. Ну, чтоб осознал и раскаялся, — задумчиво сказал Северус. — Ну правильно! — откликнулся Люциус.— В раю тоже, небось, не дураки сидят. На что им осколки души? Разлетятся еще по белу свету. Возись с ними. Нет уж, раз получил при рождении цельную душу, то и вернуть изволь в целости и сохранности. Реквизит подотчетный. — А мне-то что делать, господа? — взмолился Толик. — Я не маг, я просто погулять вышел. А тут я злодей не приведи Бог какой, и морда — без слез не взглянешь. — А ничего не будем делать, мой Лорд, — решительно сказал Люциус, и Северус кивнул, поддерживая его слова. — Будем считать, что вы гость в моем доме. Сидите себе на солнышке, грейтесь, делайте что хотите, но не покидайте границ мэнора. И вы мистер Поттер тоже, оставайтесь -ка здесь, с нами, пока все не уляжется. — Но меня будут искать, сэр. — Ну поищут немного и успокоятся. Северус соврет Дамблдору что-нибудь. — Я никогда не вру, Люц! — возмутился Сверус. — Дамблдору сам Мерлин врать велел! — отрезал Люциус. — Ну хорошо, я сам совру, а ты передашь. Мол, в тайном магическом убежище ваш Гарри, так надо, чтобы его наш Лорд не съел. Пишите письма до востребования. А вы, Гарри, будете периодически отвечать на послания. Мол, жив-здоров, скучаю, шлите деньг… э-э, приветы и новости. Гостей разогнать, надоели до смерти, дармоеды. Велите им сидеть тише воды ниже травы до особых распоряжений. Останешься только ты, Северус, и Фенрир. Я ему будку во дворе поставил, пусть там живет, мэнор сторожит. Вот так, господа, я предлагаю поступить. — А… Мистер Малфой, а можно мисс Беллатрису пригласить? — застенчиво краснея, спросил Толик. — Можно. И я уверяю, что она на любого вас взглянет и еще любоваться будет. Толик только головой покачал. Вдруг он уставился на Северуса и на Гарри, которого тот все еще прижимал к себе. Причем парень не вырывался, а наоборот тесно прижимался к боку мужчины, как бы невзначай обнимая его за пояс. Толик еще раз посмотрел на них и внезапно расплылся в улыбке. — Северус, а вы помните, что я вам обещал за то, что вы меня вылечили? Северус замер и тоже уставился на Толика. — Вы обещали мне подарить то, что само свалится вам на голову, Лорд, — выдохнул он. — Вы о чем это? — с любопытством спросил Люциус.— Вам, мой Лорд, Гарри свалился на голову. — Вот именно, Люциус, вот именно, — ответил Северус, еще крепче прижимая к себе покрасневшего от внезапной догадки Поттера.