Арвендейлов огонь

      Когда Иккинг закончил убирать следы «преступления» в ванной, прошло часа полтора. Оставалось только отнести рюкзак Астрид из ванны. По пути в свою комнату, он решил принять душ, чтобы смыть кровь, как бы это ни звучало, и прийти в себя после всего, что сегодня произошло. Не каждый день приходиться ассистировать хирургу.       Зайдя в свою комнату, парень поставил рюкзак девушки на стол, а сам полез в комод за чистыми вещами. Открывая ящик, он толкнул стол, и рюкзак свалился на пол. Из него выпал блокнот и какие-то бумажки. На секунду Иккинг прислушался, чтобы убедиться, что шум не разбудил Астрид. Кроме ветра, ничего не шумело. Он присел, чтобы поднять всё и положить обратно, но это был блокнот не по предметам, а скетчбук, где она постоянно рисовала. Прекрасно понимая, что нехорошо смотреть чужие блокноты не спросив, он поспешил собрать всё обратно, но заметил закладку в середине блокнота с надписью «фурия».       Любопытство пересилило чувство такта, и парень открыл этот разворот. «Ну, здесь же мой позывной написан, наверное, не слишком страшно, если я посмотрю» — подумал он.       На одной стороне был нарисован байк с гонщиком, которого все знали, как «Ночная фурия», а на другой странице были какие-то надписи.       Немного порассматривав рисунок, он попытался разобрать закорючки Астрид. «Выигрывает все гонки Близко знаком с Тони и ещё одним гонщиком Классное худи Собеседник, каких поискать Брат Дагура (был двенадцатым) Узнать больше       Последняя фраза была несколько раз подчёркнута, а страница чуть-чуть запачкана кровью.       С одной стороны, ему было безумно приято читать первые строки. Но предпоследняя оставила какой-то неприятный осадок. Пока Иккинг убирал всё в рюкзак и направлялся в душ, он нашёл единственное, и вполне логичное объяснение того, почему Дагур вдруг захотел перейти в их школу вслед за ним и почему сбил Астрид на гонках.       — Он был последний, кто пытался завербовать её, а теперь он не даст нам спокойно жить, — сказал он вслух и уткнулся лбом с стену ванной комнаты, — Во имя великого Тора, Иккинг, — обратился он сам к себе, потирая виски, — на кой чёрт ты тогда попёрся туда.

*за 3 дня до 1/16 турнира*

      — Итак, прошу тишины, — профессор Алломер по своему обыкновению постучал указкой по столу, призывая всех наконец-то послушать, — мы с вами прошли долгий путь. Почти месяц проучились, а школу ещё не разнесли. По классу прошлась волна смеха.       — Ну, ещё не вечер, — усмехнулся Иккинг, — в переде ещё два года.       — Учитывая, что происходило в предыдущие года, — начала Астрид, — месяц без разгромов близнецов — это легендарный успех.       — Совсем плохо было? — усмехнулся парень.       — Не представляешь на сколько, — засмеялась она, — как-нибудь рассажу.       — Буду ждать, — себе под нос сказал Иккинг.       — В общем, — продолжил профессор, — организационный комитет устраивает поход, который будет после предзащиты ваших проектов в конце месяца. По классу прокатился воодушевлённый вздох.       — Вот где лес рук и море энтузиазма — не изменяя своей манере речи, проговорил профессор, — на сколько я понимаю, это будет первый ваш поход, и думаю не последний.       — Профессор, а едут все классы? — спросил кто-то с первой парты.       — Да, как сказали на совещании, едут все за редким исключением, — он сделал паузу, — но там у каждого личные причины.       — А когда это будет? — спросил уже кто-то другой.       — Так как это мероприятие достаточно сложное в организации, оно будет в следующей месяце, — профессор посмотрел на календарь, стоящий на столе, — десятого октября. Чуть позже нам более подробно скажут, что с собой взять, куда, как и когда ехать. Я надеюсь, что поедут все, — он исподлобья посмотрел на класс, — всё-таки по окончании школы, вы запомните именно эти моменты, а не то, как вы сидели на уроках.       — Ты поедешь? — спросил Иккинг у Астрид.       — Думаю да, — не отрываясь от блокнота ответила она, — раньше мы с некоторыми одноклассниками ходили в небольшие походы. Да и мама хотела съездить к родственникам в этих числах. А ты? — она подняла взгляд на него       — Если не случится апокалипсис, то, вполне возможно, — ответил он, чем вызвал улыбку девушки.       — Что ж, я думаю пища для размышлений у вас теперь есть, — подытожил профессор, — на сегодня всё, можете быть свободны.       Когда все начали расходиться, Иккинг воспользовался моментом и написал короткое, но крайне важное сообщение: «Есть информация». Буквально через пару секунд ему пришёл ответ: «Жду в 21:00». Сам того не заметив, Иккинг прочитал это сообщение раз двадцать, абсолютно не понимая его содержания.       — Ты чего завис? — голос Астрид вернул его в реальность.       — А, да, уже иду, — отстранённо ответил он.       Во дворе школы они попрощались и отправились в разные стороны. Сегодня они закончили на редкость поздно, и до встречи оставалось около пяти часов. За это время Иккинг решил проверить состояние своего байка, потому что в последнее время что-то барахлило.       Работа в гараже, в общем как и всегда, заставляет забыть о том, сколько времени прошло. Будильник, который Иккинг поставил заранее, прозвенел ровно в 20:20. Парень как раз разобрался с главной проблемой. Одевшись в свою привычную амуницию, он поехал по уже давно знакомому адресу, который очень хотел бы забыть. Там стоял ещё один человек, которого Иккинг никогда до этого не видел. Он был в чёрном костюме. Этот человек кардинально отличался от всех, кто обычно здесь ошивался. Это вызвало какое-то подозрение. В кабинете ничего не изменилось. Те же красные стены, мебель и всё остальное. Единственное, что заметил Иккинг, так это новые пятная на ковре. «Помнится мне он был не таким красным. Чего и стоило ожидать. Интересно, сколько уже человек тут успели свои жизни оставить?» — парню приносило невероятное удовольствие иронизировать на тему этого несчастного ковра. Наверное, он единственный знал сколько жизней на самом деле сломала Красная Смерть.       — Что узнал? — нетерпеливо протараторила женщина, — давай быстрее, мне некогда.       — В начале ноября её мамы не будет дома, кажется, поедет к родственникам, — начал Иккинг, — и в это же время мы на день или два идём в поход. Я не верю, что тебе нужна только она и только в качестве ценного доставщика, или ещё кото-то. Я думаю, тебе нужная какая-то информация, которая есть у неё. Эти слова заставили Красную Сметь трястись от раздражения.       — Как же мне повезло, — она с такой силой сжала карандаш, что тот разломился пополам, — что в моих рядах такие умные люди.       — Ну, этого у меня не отнять, — парировал Иккинг.       — И что ты предлагаешь, гений? — скрепя зубами спросил та.       — Пока её нет обыщите дом, — отчеканил парень, — я знаю, как залезть в дом, чтобы не сработала сигнализация.       Гнев в глазах женщины немного поутих, и она продолжила с уже знакомой натянутой улыбкой:       — Вот видишь! Можешь ведь, когда захочешь.       — Если ты найдёшь то, что тебе нужно, — глубоко вздохнув продолжил Иккинг, — ты отстанешь от нас?       — Я подумаю, — ответила она, — но это не отменяет того, что девчонка должна быть в клане. Приведёшь её сюда, и будешь свободен.       В течение следующий минут они более подробно обсуждали этот план.       Выходя из обители Смерти, Иккинг почувствовал наконец-то какое-то облегчение. Как только дверь захлопнулась и шаги больше не доносились до кабинета, Красная смерть развернулась на кресле и улыбнулась человеку в костюме:       — Я же говорила: у меня всё в полном ажуре.       — Я лично наведаюсь к этой девчонке домой! Я должен найти и забрать её и всю информацию, которой она владеет. Семья должна держаться вместе, верно? — грозно отвел ей мужчина.       — Верно, Матиас, — кивнула та, — либо мы свяжем этих двоих по рукам и ногам, либо мы окажемся в полной заднице.       — Кстати, на счёт этих двоих, — продолжил тот, — какова вероятность того, что Фурия переметнётся на другую сторону?       — Не могу сказать, — нахмурилась Смерть, — я пообещала ему свободу.       — Хороший ход, — улыбнулся Матиас, — он не мог отказаться.       — Как всегда, — сверкая глазами ответила женщина.

*сейчас*

      Выйдя из душа, Иккинг отправился в свою комнату с ещё более загруженной головой, чем раньше. На глаза ему попался исправленный Астрид чертёж костюма для полётов. Завтра им нужно было назвать чётко сформулированную тему профессору Алломеру.       — Стоп, завтра? — сам себя спросил Иккинг, хмурясь. Он посмотрел в календарь на телефоне.       — Завтра же понедельник… Чёрт, совещание, — он хлопнул себя по лбу, быстро натянут домашнюю одежду и взяв ноутбук, некоторые документы и папки из стола, печать, ручку и поспешил вниз.       Парень принял решение подготовить всё внизу, на случай если Астрид проснётся. Через пару минут Иккинг уже поставил чайник, чтобы заварить кофе. Вечер обещал быть долгим. После он разложил всё на столике в гостиной и усевшись на подушку, принялся разбирать бумаги, сверяясь с перечнем, который ему отправил отец. Когда парень добрался до огромной стопки листов с готовым проектом, презентация которого должна была пройти завтра, он понял, что кто-то по неосторожности перемешал все листы, и теперь невозможно понять, на каких договорах нужно ставить печать сейчас, а на каких завтра.       Осознав масштаб работы, который ему предстоит проделать, он положил голову на стол, и потирая виски, пытался придумать, как ускорить процесс. В этот момент вскипела вода в чайнике.       — Как нельзя вовремя, — сказал он вслух, и пошёл на кухню. Через несколько минут кружка с шестью ложками растворимого кофе, стояла на столе и ждала своего часа.       Как только он сел за стол, Астрид начала просыпаться.       — Как ты себя чувствуешь? — стараясь говорить как можно тише, произуёс Иккинг.       — Чудесно… — крайне невнятно ответила Астрид, и повернув голову в сторону парня, продолжила, — Подожди… Почему я лежу здесь? И почему всё так болит? — в её глазах читались смятение, непонимание и страх.       — Ты упала в ванне, а я тебя нашёл в луже крови, — расставляя все предметы на столе в удобном порядке, сказал тот, — надеюсь это первый и последний раз, когда мне пришлось отмывать руки от крови, — добавил он с уставшей улыбкой, отпив немного горячего кофе.       — О, Боги… — Астрид положила здоровую руку на лоб, пытаясь вспомнить хоть что-то и параллельно придумать убедительное оправдание, — сколько я уже лежу? И что вообще произошло?       Иккинг посмотрел на время, и ответил:       — Почти пять час…       — Пять часов?! — перебила его девушка, собираясь принять сидячее положение, и начать собираться домой, но резкая головная боль, заставила бросить эту затею. «О, Один, когда я успею всё сделать, если провалялась тут пять часов?!» — кричал её внутренний голос.       — Учитывая, в каком ты состоянии, думаю это не предел мечтаний, — напомнил ей парень.       — А… кто-то знает? Ну… что я… в общем ты понял, — Астрид не могла нормально сформулировать свои мысли. Оно и понятно.       — Да, знает один мой знакомый, — коротко ответил он.       В зале на какое-то время повисла пауза. Взъерошив волосы и немного собравшись с мыслями, Иккинг продолжил:       — Я нашёл тебя в ванной в луже крови, и сразу увидел огромный порез. Я машинально позвонил другу отца — Питеру, который уже много лет работает хирургом не только в больницах, но и в полевых условиях, если можно так назвать. Он быстро приехал, мы зашили рану, наложили повязку… В общем сделали всё, что от нас зависело. По мимо этого у тебя многочисленные ушибы и трещины в левой руке, рёбрах и ключице.       Всё это время Астрид ничего не говорила, лишь смотрела куда-то абсолютно пустыми глазами.       — Питер не стал сообщать в полицию и настаивать на госпитализации, хотя стоило бы, — он посмотрел в глаза девушки, — при условии, что ты не сбежишь от сюда, как только придёшь в себя.       — Долго я буду восстанавливаться? — тихо спросила она, пытаясь осознать то, куда она влипла.       — Питер сказал, что недели две надо провести дома. Потом сможешь вернуться в школу, но без фанатизма, пока всё окончательно не заживёт.       — Какой ужас… — она с головой укрылась одеялом, чтобы не встречаться взглядом с Иккингом.       — Если ты сейчас думаешь о том, как сбежать домой, — начал он, отпив немного кофе, — то поспешу тебя расстроить, я тебя никуда не отпущу, пока не буду уверен в том, что ты полностью здорова, — продолжая что-то печатать на ноутбуке, абсолютно невозмутимо закончил фразу.       Астрид выглянула из-под пледа. Увидев, как уверенно, но в то же время по-доброму Иккинг взглянул на неё поверх ноутбука, она тоже улыбнулась.       — Я так понимаю, мне нужно как-то объяснить все эти травмы, да? — неуверенно спросила она.       — Хотелось бы… — Иккинг отвлёкся от документов и закрыл ноутбук.       Астрид немного помедлила. Было видно, что она не хотела рассказывать всей правды.       — Только обещай, что это останется между нами, ладно? — с надеждой спросила девушка. Иккинг кивнул.       — В общем, я уже давно в тайне от мамы езжу на байке. Довольно быстро езжу. В ночь с пятницы на субботу, видимо был дождь, или просто я была не в том состоянии, не знаю, но я ехала по трассе, и на скорости не вписалась в поворот, из-за какого-то пришибленного гонщика, который меня подрезал, — она остановилась ненадолго, но потом продолжила, — влетела в какой-то заброшенный ларёк. Там разбилось окно.       — Разбилось окно? — удивлению Иккинга не было предела. Он, конечно понимал, что Астрид не скажет всей правды, но только сейчас вспомнил, что на пром.зоне было полно битого стекла, и когда в шатрах он обрабатывал раны, он убрал пару осколков, так что он был абсолютно уверен в том, что история про разбитое стекло была правдивой.       — Да, я понимаю, что надо было ехать в больницу, но как ты и сказал, было бы слишком много вопросов, поэтому я доковыляла до байка, и пока не прошёл болевой шок, быстро поехала домой.       — Я не перестаю тебе удивляться, — Иккинг устало провёл рукой по волосам и облокотился головой на руку.       — Когда я приехала домой, сразу пошла в ванну, чтобы смыть кровь и оценить, скажем так, масштаб проблемы… — она на секунду остановилась, — в общем под рёбрами торчал огромный осколок длинной сантиметров семь. Ну, я выпила почти всё обезболивающее, которое было дома, и вынула его. Крови было много, — она уже с улыбкой вспоминала этот момент.       — Ты сумасшедшая, — констатировал Иккинг, — ты знала?       Астрид улыбнулась.       — А уже утром, после того, как не смогла поднять левую руку, я увидела огромную гематому.       — Не смотря на всё это, ты пошла работать над проектом? — не веря всему сказанному, спросил Иккинг.       Она молча улыбнулась и снова закрылась пледом.       — Ну, по крайней мере ближайшие две недели, ты точно будешь в дали от всей этой опасности.       — Я с ума сойду, если целыми днями буду просто лежать…       — И тут я снова тебя спасу, — победоносно заключил Иккинг, — я хочу это время провести дома.       — Ну, нет! — запротестовала девушка, — ты не будешь прогуливать из-за меня уроки!       — Знала бы ты сколько я прогуливал в старой школе, — усмехнулся тот, — ты бы удивилась, что я этот месяц от звонка до звонка просидел. Да и кроме всего прочего у меня есть дела, которые нужно как-то закончить. Как минимум разобраться со всеми этими бумажками, — это взглядом указал на стопки листов, которые лежали на столе.       — Познаёшь все радости работы секретаря? — Астрид не могла не пошутить.       — Не то слово, — он зевнул.       — Помочь? — предложила та.       Иккинг окинул взглядом стол, посмотрел на время и резко сообразив, как можно ускорить всё это, утвердительно кивнул.       За два часа они не только полностью разобрались с тем, какие печати и подписи нужны, но и подготовили формы для завтрашнего совещания.       — Спасибо тебе огромное, — выпалил Иккинг, — что бы я без тебя делал…       — Спал бы, — усмехнулась девушка, — час поздний как никак.       — Учитывая, во сколько я обычно ложусь, семь часов вечера — ещё далеко не вечер, — ответил ей парень. В ответ она лишь зевнула.       — Когда в офис? — достаточно тихо спросила Астрид, пытаясь прогнать сон.       — Мне к половине восьмого утра, — ответил он, — начало в восемь, но нужно ещё всё настроить и проверить, поэтому поеду раньше. Потом надо доехать до магазина, а то у меня в холодильнике мышь повесилась. Уже давно пора. Тебе что-то нужно?       — Нет, ты и так делаешь для меня очень многое, хоть и не должен, — ответила она, снова зевнув. Парень не стал возражать, лишь укоризненно посмотрел.       Несколько минут Иккинг складывал бумаги по стопкам, и убирал всё в рюкзак, чтобы завтра утром быстро всё взять и поехать в офис. После он пошёл на кухню, чтобы отнести кружку.       — Ты есть не хочешь? — крикнул парень, но не услышал ответа.       Астрид уже задремала. Учитывая, сколько она пережила за последние несколько дней, это абсолютно нормально.       Иккинг облокотился на дверной косяк и улыбнулся. Несколько минут он просто наблюдал за спящей девушкой, параллельно обдумывая то, как лучше завтра распланировать день, чтобы слишком долго не шататься по улицам.       Окинув взглядом гостиную, он остановился на кресле. Парень решил, что сегодня, и вероятнее ближайшую неделю, он будет спать здесь, чтобы быть всегда рядом, если Астрид стает хуже.       Через десять минут он уже разложил кресло, превратив его в подобие раскладушки, накидал подушек и выключив всё освещение, кроме торшера, стоявшего в углу, свалился на свою импровизированную кровать, и через минуту уже уснул.