Правда

      — Карл сказал, что ждёт тебя. Посетителей у него уже намного меньше, мы выбрали удачное время. Кстати, его со дня на день должны выписать. Я говорила тебе, что они живут на соседней улице? Вы будете ходить в одну школу, — щебетала Андреа, сосредоточенно поливая растопленным шоколадом оладьи, которые напекла София.       Оладьи, конечно, обычно готовились на завтрак, но сегодня ей почему-то захотелось устроить сладкий ужин, тем более Мэрл был на дежурстве, а Андреа в последнее время пристрастилась к сладостям, смущённо признаваясь, что просто заедает сахаром неприятные эмоции.       Софии не помогал даже сахар. Она каждый день собиралась пойти к Карлу и каждый день не решалась, иногда просто сворачивая уже на полпути к больнице. Возможно, покопайся София в душе поглубже, она смогла бы понять внезапное нежелание его видеть, но копаться было слишком больно. Уж очень много всего тут оказалось намешано: и внезапно всплывшие неприятные воспоминания, и боль от предательства мамы, не желающей просыпаться и воссоединяться с ней, и раздражение из-за невинных, но постоянных шуточек Андреа и Мэрла над тем, какая она затворница.       Вот и теперь Андреа облизнула десертную ложечку и бросила на Софию пытливый взгляд.       — Вы с Карлом поссорились?       София уже было открыла рот, чтобы сказать твёрдое и решительное «нет», как вдруг зазвонил домашний телефон. Они с Андреа, тут же позабыв о разговоре, удивлённо переглянулись: обычно все пользовались мобильниками. Об этом телефоне они вспоминали лишь во время уборки, протирая пыль с трубки, висящей на стене кухни.       — Да? Привет, Хершел, — улыбнулась Андреа, ответив на звонок.       Она приподняла брови, увидев, что София наблюдает за ней, затаив дыхание: неужели Мэгги проснулась? София не была знакома с Мэгги, но так много слышала о ней ото всех вокруг, что эта Мэгги уже чуть ли не родственницей ей казалась. Перевернув оладью лопаткой, она снова посмотрела на Андреа, у которой совершенно изменилось выражение лица.       — Книжка Бет? Она забыла у Софии книжку? Вчера вечером? — Брови Андреа, которая прекрасно знала, что вчера вечером у них не было гостей, снова поползли вверх, она посмотрела на отчаянно кивающую Софию и не очень уверенно продолжила разговор: — Да-да, конечно, Бет провела вчера у нас весь вечер. Ну что ты, совсем не мешала! Насчёт книжки я не знаю, уточню у Софии позже, хорошо? Да, обязательно. Ничего страшного.       Положив трубку, Андреа, с трудом скрывая улыбку под нарочито серьёзным выражением лица, присела за стол и машинально сунула в рот верхнюю оладью с тарелки.       — Так, ну и что у вас, дамы, за секреты? Где была вчера Бет, и почему её отец ищет глупые предлоги, чтобы проверить, где именно она была? Я не против, конечно, её прикрыть, сама такой была и знаю, гиперопека ни к чему хорошему не приводит, но, София, надо ведь предупреждать! И я должна знать, в чём дело. Где была Бет? Если я её прикрываю, я должна быть уверена, что это не что-то опасное, противозаконное или слишком… нерассудительное.       Хихикнув от последнего слова — интересно, считает ли Андреа свою связь с Мэрлом очень рассудительной? — София пожала плечами:       — Прости, я сама ничего не знала. Бет меня не предупредила. Может быть, не успела? И я понятия не имею, где она вчера была.       — Но ты что-то знаешь. — Как всегда, Андреа так быстро не сдавалась: получать требуемую информацию она умела. — И я хочу знать всё, что знаешь ты. Прости, но если твоя подруга вмешала в это нас, мы должны быть в курсе. Иначе в следующий раз пусть на помощь не рассчитывает.       Помявшись немного, София переложила на тарелку последнюю оладью, налила себе сока и села напротив Андреа. Они ели руками, как всегда, когда были вдвоём, зато при Мэрле пользовались всеми столовыми приборами, укоряли его за каждый промах за столом и весело переглядывались, радуясь общей маленькой тайне.       — Гарет, — проговорила София, жуя и надеясь, что Андреа удовлетворится одним лишь только именем.       — Гарет — это имя её парня? — уточнила та.       Осознание приходило медленно, но беспощадно. Андреа не была знакома с Гаретом раньше, но теперь частенько встречалась с его семьёй по работе: Мэри, его мать, постоянно обращалась за помощью к адвокатам.       — Тот самый Гарет, насколько я понимаю, — ледяным тоном наконец сказала она, пока София, стыдясь, словно это она встречается с Гаретом, не поднимала глаз от столешницы.       — Тот самый. Но это не точно!       — Что значит не точно? Выкладывай всё, дорогая!       — Я знаю, что он ей нравится, и что она пару раз заходила к нему в кафе. — О своём посещении «Терминуса» София умолчала. — Я просто предположила, что, может быть, она пошла с ним на свидание. Но, может быть, это вообще кто-то другой. Ноа, например! Или Зак вдруг приехал из Вирджинии!       — И зачем ей скрывать от отца Ноа или Зака, скажи мне, пожалуйста?       — Я не знаю, Андреа. Узнаю — скажу. Но… ты же ничего никому не скажешь?       Андреа глубоко вздохнула, посмотрела в окно и вдруг нежно и тепло улыбнулась. Через пару мгновений незапертая входная дверь открылась, и из прихожей раздались шаги и голос Эми.       — Не скажу, — пообещала Андреа и радостно встала навстречу сестре. — Я думала, ты о нас уже совсем забыла!       — Работы много! — пожаловалась Эми, чьё лицо осветилось такой же радостной улыбкой. — Ой… кажется, её и правда слишком много. Я была уверена, что сейчас вечер, а у вас тут завтрак…       — София меня балует! Садись и попробуй, это отличный вариант для ужина после напряжённого трудового дня. Я слышала, у вас там целая группа Спасителей проснулась? Кажется, у меня тоже скоро прибавится работы.       Эми просить второй раз не пришлось, она сама взяла тарелку с вилкой, чувствуя себя тут как дома, налила сока и, придвинув блюдо с оладьями, принялась за еду.       — Одолжи мне Софию хоть на недельку, а то с меня уже джинсы сваливаются! — шутливо попросила она и кивнула. — Да, Спасители — группа Саймона с ним во главе. Решили пойти против Нигана и оказались здесь.       — Ходят слухи, хотя это, скорее, горькая правда, что Саймон ещё похлеще Нигана будет, — покачала головой Андреа.       — Да, я слышала, он там совсем вразнос пошёл. Но ведь не все Спасители такие. Среди них тоже есть неплохие люди, которые там, в том мире… Ну, просто вынуждены были пойти по дурной дорожке. Это не должно стать для них клеймом, — стала оправдывать Эми своих новых подопечных.       — Может быть, и не должно, но всё же становится. Хотя вон такие предприимчивые, как Блейк и Гарет с его семейкой, даже деньги научились из своего негативного имиджа извлекать, так что, возможно, и кто-то из Спасителей сможет. И всё же…       — Ты считаешь, что все они… с червоточиной? — спросила Эми чуть подрагивающим голосом.       София даже вскинула на неё взгляд, отвлекшись от телефона, на экране которого она набирала возмущённое сообщение Бет. Казалось, для Эми это в самом деле важно. Но Андреа ничего не заметила, она сосредоточенно собирала оладьей шоколад со стенок тарелки.       — У меня к ним отношение не самое лучшее. Ну вот знаешь, давай возьмём Мэрла — он честный. И по нему сразу всё видно. А эти Спасители, во главе с их Ниганом, какие-то… скользкие. Да и вообще, мне сложно уважать людей, которые живут чужим трудом. Знаешь, Мэрл после того, чем закончился его контракт с армией, не работал. Да, он торговал наркотиками и оружием, и это отвратительно. Но вот так вот обирать людей, как это делают они, взрослые сильные мужчины, способные сами добыть себе еду… Нет, мне это не по душе. Тем более, что у них есть выбор, среди них ведь и просто рабочие имеются? А если человек добровольно взял оружие в руки и вместо того, чтобы заработать на пропитание трудом, забирает хлеб у других голодных, между прочим, людей, вынимая последние куски из рук женщин, стариков и детей, ничего не давая взамен и совершенно не утруждая себя… Это бесчеловечно. Хотя, конечно, это только между нами, девочки. Как адвокат, я подобных личных суждений о потенциальных клиентах избегаю и буду избегать впредь. Всё, совершённое в том мире, останется там же — это закон. И я его защищаю.       София слышала подобное уже столько раз, что просто снова опустила голову и продолжила писать Бет. Та была на связи и уже через несколько минут прислала сообщение, полное извинений и обещаний рассказать всё при встрече. Имя Гарета она писать не стала, видимо, опасаясь, что телефон попадёт не в те руки, и потому сказала лишь, что встречалась с «сама-знаешь-кем», и что это было чудесно.       На мгновение София ощутила лёгкий укол зависти. Ей вдруг тоже захотелось пережить нечто подобное. Волнение перед свиданием, влюблённость, то чувство, когда эта самая влюблённость взаимна. Хотя вот насчёт взаимности она имела некоторые сомнения. Бет сейчас совершенно слепа, она ничего плохого в Гарете не видит и слышать о нём тоже не захочет. Не то чтобы София считала, что Гарет не должен иметь шанса из-за его поступков в том мире, откровенно ненормальных, честно говоря, и всё же… Он показался ей не тем парнем, с которым всё будет хорошо и спокойно. А что, если Бет для него лишь повод испытать необычные эмоции? Здесь ему определённо было скучновато после всего пережитого там. Да, долю эмоций давало их скандально известное кафе, но скандалы вокруг него постепенно затихали, что было вполне естественно, и ему хотелось чего-то нового. А Бет — хорошая девушка, которую любят все те люди, которые разрушили изначальный Терминус — может быть лишь его очередной жертвой. Он её, конечно, не съест, даже думать о таком было странно, сидя на кухне дома, но обидеть может очень сильно.       София не хотела, чтобы какой-нибудь мужчина обидел Бет. Но и защитить она её никак не могла. Она могла лишь быть по возможности рядом и стараться помогать. Или… или рассказать всё Глену. А Глен защитить Бет наверняка сможет. Вот только какой ценой? И что, если ценой станет личное счастье Бет? Или её дружба с Софией? Или доверие к родным?       Бет была её лучшей подругой. А если совсем уж честно — Бет была её единственной подругой. С ровесницами у Софии не ладилось. Дуэйн хотел от неё вовсе не дружбы, а Карл, которому она привыкла говорить всё, словно личному дневнику, теперь бы сбежал от неё на край света, вздумай она выдать что-то из того, что говорила ему, пока он спал.       Ну, и как ей поступить? Слишком сложно.       — Всё в порядке, София? — спросила Андреа.       Они с Эми уже сменили тему и болтали о каких-то людях, которых София не знала. Она кивнула, но, даже не поднимая налитых слезами глаз, заметила, что Андреа обеспокоенно смотрит на неё. Новое сообщение с незнакомого номера пришло так удачно, что София ухватилась за него, как за спасательный круг.       «Привет, это Карл! Мама принесла мне телефон, это мой номер. Завтра меня выписывают».       — Тут… это Карл! Я схожу к нему! — выдохнула София и буквально выскочила из-за стола, а через миг — и из дома, услышав напутствие Андреа уже через окно:       — Только недолго!       По сообщению Карла сложно было предположить, что он ждёт её сегодня у себя или ждёт в принципе. Скорее всего, он просто забивает в свой новый телефон контакты всех знакомых, а заодно рассылает им собственный номер. Но в этот раз София, несмотря на внутренне сопротивление, вошла на территорию больницы и, поколебавшись всего мгновение перед его палатой, решительно нажала на ручку двери.