Правда

      Листья на деревьях начинали желтеть, и София, дожидаясь Бет на «их» скамейке напротив полицейского участка, рассеянно вертела в руках один, только что поднятый ею с земли. При виде совсем бледной и, казалось, похудевшей ещё больше, хотя больше и некуда было, подруги она смяла лист в руке и поднесла к носу, вдыхая острый запах стоявшей на пороге осени.       Впервые за целый месяц, прошедший с тех пор как Хершела забрали в реанимацию с инфарктом, София встречалась с Бет не в больнице и не у них дома, а на улице. Тот случай переполошил всех и оставил неизгладимый след на подруге, которая считала, что именно она виновата в случившемся. Вероятно, в чём-то так оно и было. Ведь для даже не подозревавшего о связи дочери с Гаретом Хершела стало огромным ударом внезапно увидеть их в парке у раскидистого дуба, ещё и в таком положении, что он сначала решил, будто Гарет прижал её к дереву против воли. Конечно, ничего подобного не было, они просто целовались и не предполагали, что именно в этот день с утра плохо себя чувствующий мистер Грин покинет своё рабочее место и решит подышать свежим воздухом в парке. Скорая его увезла прямо оттуда…       — Привет! Сегодня последний день? — спросила София, кивая на полицейский участок, когда Бет подошла к ней и, чмокнув в щёку, села рядом.       — С завтрашнего дня снова учёба. Раньше я рассчитывала, что смогу совмещать учебу с работой, но… Сама понимаешь, я сейчас очень нужна папе. Этот месяц нам много помогали, но вечно так продолжаться не может. Я не могу так… Рядом с папой должна быть именно я, хотя бы всё то время, которое буду свободна от учёбы.       Она стала крошить на землю пончики, вместо того, чтобы съесть их, и София последовала её примеру. Ей было ужасно жаль Хершела, который ещё в том мире показал своё доброе сердце, не убив её в обличье ходячего, а спрятав среди других, среди своей семьи, в надежде на исцеление. К счастью, его инфаркт оказался не фатальным, но возраст давал о себе знать, и восстановление проходило медленно и тяжело. Бет и Глену, которые ухаживали за ним не покладая рук, помогали и остальные: Хершел был дорог очень многим людям. Даже Филип Блейк приходил к нему несколько раз, справляясь о здоровье и предоставляя всю необходимую помощь в плане специалистов и лекарств. У них была возможность нанять круглосуточную сиделку, но Бет категорически отказывалась от подобного варианта. Поначалу она и учёбу хотела забросить, планируя посвятить всю себя отцу, но совместными усилиями Глена, Софии, Андреа, Лори и других их друзей Бет удалось уговорить не жертвовать собой. Ведь это последнее, чего хотел бы от неё Хершел.       — А как же Гарет? — тихо спросила София.       — Никак, — отвернувшись, так же негромко ответила Бет. — Я поговорила с ним, и он всё понял. Понял, что я после случившегося не могу… просто не могу… Господи, это ведь я виновата! Если бы я как-то подготовила папу! Если бы с самого начала сказала, что мне понравился Гарет, что я пойду с ним на свидание… Он бы, конечно, переживал, но не настолько же! Это было бы плавно, а не так вот…       — Как знать, может быть, всё было бы точно так же.       — Не было бы!       — И что теперь — всё?       — Думаю, да, — сказала Бет. — Я сказала ему, что мне нужно время. Возможно, очень много времени. И возможно, это время не поможет, и я не смогу вернуться. Он сказал, что понимает и что будет ждать. Но я сказала, чтобы не ждал. Не нужно. Я ведь тоже всё понимаю…       — Если любит — дождётся, — убеждённо сказала София.       — Это всё красивые слова, София! Так только в книжках бывает, чтобы ждали годами. В жизни всё иначе! Он погрустит какое-то время, потом встретит симпатичную девушку и… его нельзя в этом винить, я сама его бросаю. Всё правильно.       — Мне очень жаль, — вздохнула София, которая прекрасно понимала, что её слова о великой любви впечатления на Бет не произведут, тем более что и сама она пребывала сейчас в смятении. — Я вот тоже думаю: завтра мы с Карлом пойдём в школу, он встретит столько новых людей… Столько девушек! Разных девушек, знаешь… не таких проблемных, как я.       — Это ты-то проблемная? — фыркнула Бет, обнимая её. — Если ты проблемная, то как же назвать всех остальных?       Она до сих пор ничего не знала о прошлом Софии, и София не спешила её посвящать. Ей не хотелось думать об этом и уж тем более рассказывать кому-то. И всё же не думать она не могла. Ей с Карлом было хорошо, он был очень нежен и заботлив с ней, но ей всё время казалось, что это знание, та правда, в которую он оказался посвящён, стоит между ними. Или именно она им и помогает? Наверное, это станет известно лишь через время…       — Ты опять ходила по магазинам? — улыбнулась Бет, показывая на лежащий на скамейке пакет и тут же стирая улыбку с лица ладонью, которой она скользнула сверху вниз от лба до подбородка. — Наверное, Андреа с Мэрлом уже всю детскую вещами забили. Ты скажи им, чтобы не увлекались так сильно, нам всем ведь ещё подарки малышу предстоит дарить! Пусть оставят пустыми хотя бы пару полочек!       Для Софии, как ни удивительно ей самой было это понимать, беременность Андреа стала не столько радостью, сколько испытанием. Глядя на то, как Мэрл и Андреа счастливы, как они планируют переделывать гостевую комнату под детскую, как мечтают о новом будущем, она долго скрывала свои мысли по этому поводу. Но однажды вечером не удержалась и сказала им, что через год, когда пора будет поступать в колледж, она попросит о месте в общежитии, чтобы не мешать им тут. Кричали они после её слов долго и наперебой. Докричались до того, что они даже маме её отдавать не хотят, не то что в какое-то общежитие. В итоге Андреа и София расплакались и долго обнимались, а Мэрлу пришлось бежать за мороженым, все запасы которого таинственным образом исчезали из холодильника в первый же день их появления там.       — Я, конечно, передам им твои слова, но, сама понимаешь… Едва узнав вчера, что у них будет мальчик, Мэрл словно с ума от счастья сошёл. Так что будет и у нас тут свой Дэрил.       — Боже мой, дядя Дэрил был бы счастлив! Если бы он мог только знать, — вздохнула Бет и торопливо сморгнула с ресниц накатившие слёзы. — Так жаль, что не все вернулись.       — Да, жаль, — вздохнула София. — Но когда-нибудь… Я ещё познакомлюсь с твоей сестрой Мэгги, увижу снова маму, мистера Граймса, Дэрила…       — Нужно верить, — кивнула Бет и спохватилась: — Я уже опаздываю! Пока! Позвони мне завтра после школы!       — Обязательно!       Подождав, пока она скроется за дверью участка, София вынула из сумочки телефон и нажала на кнопку вызова.       — Ты ещё не опаздываешь? — спросил у неё Карл, дожидавшийся её в сквере за углом.       София посмотрела на время, тихо чертыхнулась и ускорила шаг:       — Уже бегу!       Подбежав к ждущему возле лотка с хот-догами Карлу, она радостно зажмурилась в его объятьях, руки для которых он раскинул, увидев её издалека. Она уже давно догадывалась, что у Бет с Гаретом не всё гладко теперь, и не хотела смущать подругу зрелищем собственного счастья.       — Как Бет? — спросил Карл, когда они, крепко взявшись за руки, направились к месту назначения.       — Не очень. Я надеюсь, что со временем ей станет лучше. Но пока… И непонятно, как можно ей помочь!       — Посоветуй своего психолога. Вдруг и ей поможет?       — Не думаю, что она согласится. Скажет, что ей сейчас не до того, что это будет только потерей времени…       — Ты ведь тоже раньше не хотела. Но теперь… Всё ведь налаживается, правда?       Карл заглянул ей в глаза, на мгновение замедлив шаг, хоть они и впрямь почти опаздывали на встречу к этому самому психологу, которого навязала ей Андреа и который Софии и впрямь помогал, пусть и не так быстро, как хотелось бы.       — Всё налаживается! — подтвердила она уверенно.       Дальше будет только лучше — в этом София больше не сомневалась.