Передоз.

Я смотрела в окно. Мимо проносились деревья, дорожные знаки, заправки… Мы ехали уже около пяти часов и никто из нас не пытался начать разговор. Я, конечно же, закатила истерику, как только мы добрались до машины, но Диппер и глазом не моргнул. Он просто силой усадил меня в автомобиль и поехал… Я пыталась вразумить его — говорила про Мэйбл, про его семью, друзей. Но от этого не было никакого прока, он лишь спросил штат и настроил навигатор. После, я задремала и проснулась от того что сильно замерзла. Я взглянула на Диппера, и заметила, насколько же он плохо выглядит. Вся его скула была исцарапана, одежда в некоторых местах была порвана, верхняя губа разбита. Под глазами появились синяки, лицо осунулось, а взгляд выражал дикую усталость. Я заерзала на сиденье и попыталась понять, где мы едем. За окном начали мелькать частные дома, возможно, мы приближались к малонаселенному городку. — Диппер, — Позвала я парня, — Может, остановимся? Я думаю тебе нужно отдохнуть. — Нет, — Устало покачал головой шатен, — Тебя наверняка ищут, нужно выехать за пределы штата. — Но ведь у нас есть поддельные документы. — Давай не будем рисковать, — Ответил мне Диппер. Я замолчала и снова уставилась в окно. Мне нужно было что-то сделать, чтобы он хоть немного отдохнул. Ведь это все из-за меня. — Тогда я поведу, — Тут же сообразила я, — А ты хоть чуть-чуть передохнёшь. Пайнс как-то странно усмехнулся. Мне это не понравилось. — Я думаю это сейчас невозможно, — Сказал он и кивнул на мои руки. Я в непонимание подняла правую руку с колена — она вся дрожала. Я быстро сжала её в кулак и опустила обратно, стараясь напрячь её, что бы это прекратилось. — Это от холода, — Отводя взгляд, проговорила я, — Просто замерзла. — Как скажешь, — отозвался Диппер. Мы оба знали — это не так. Но сейчас я была, благодарна, что Диппер не осудил меня и не стал расспрашивать. Господи, как бы мне хотелось, что бы он, не знал обо всей этой херне. Почему мы не могли начать общаться год назад, когда я была совершенно живая не испорченная всей этой дрянью девушка. Стоп… Бля, а с каких пор мне хочется общаться с Пайнсом? — Там в рюкзаке лежит красная толстовка — Вывел меня из моих размышлениях Пайнс, — Надень если холодно. А ещё там вода и таблетки, я бы советовал их принять. Конечно, не отпустит, но легче станет. Значит, он знает. Он знает про мою зависимость. Я внутренне тихо застонала, конечно, я давно догадывалась, что Диппер в курсе — он ведь не дурак. Но все же до последнего надеялась, что сумею скрыть это от него. Чертовый, чертовый Пайнс. Я внезапно осознала, что мне дико важно мнение этого придурка. И от этого меня бросило в жар. Тело непроизвольно вздрогнуло. Я покосилась на Пайнса. Заметил. Но даже не взглянул. Ему плевать? «Ну да, тупая ты идиотка. Он просто ради эксперимента, решил посвятить своё лето твоим проблемам!» Я потянулась до рюкзака, который валялся на заднем сиденье, и достала из него ту самую красную толстовку. Я поспешно надела на себя, полюбившийся ранее предмет гардероба. Также достала таблетки и воду. Мне стало стыдно. Но было бы глупо не принимать своё положение. Поэтому я закинула две таблетки в рот и запила их водой. Я не знаю почему, но мне стало трудно дышать. Я лихорадочно пыталась привести дыхание в норму, но ничего не выходило, когда у меня закружилась голова, я в панике прошептала: — Останови машину. — Что, — Обратил на меня внимание Пайнс. Вдох. Выдох. — Останови машину, — уже громче повторила я. Диппер резко затормозил у обочины. Я как ошпаренная вылетела на дорогу. Давай Пас, просто дыши, мысленно говорила я себе… Моя голова раскалывалась. В сознание лезли странные мысли, кажется, у меня была паническая атака. Я смотрела вниз на сухой асфальт. Чувство удушья сильнее окутывала моё горло. Пожалуйста, только не при нем! Я в панике поймала себя на этой мысли. Все вдруг перестало существовать, мне захотелось дико рассмеяться. Меня всю просто выворачивало наизнанку, и в этот момент я думаю лишь о том, чтобы он этого не видел… Серьёзно? Кажется я очень… Да я просто пиздец как вляпалась. Я обошла машину и уперлась локтями в багажник. Мне было тяжело дышать, я начала всхлипывать. Краем уха услышала, как Пайнс вышел из машины и направился ко мне. Я сама не поняла, как начала рыдать взахлеб. — Пасифика. В глазах стало темнеть. — Пасифика. Грудную клетку что-то толи стягивало, толи сильно давило, временами и то и другое. — Пасифика, все хорошо? Руки продолжали дрожать, а ноги медленно подкашивались. — Да. Со мной никогда такого не было. — Уйди Пайнс! Я всегда была сильнее всех этих нервных срывов. — Пайнс! Просто нахуй уйди, — Задыхалась я, — Дай мне минуту. Я пыталась бороться, правда, пыталась. Я вытерла слезы. Уже почти распрямила плечи, сбросила теплую ладонь Диппера с плеча. Ну вот. Кажется, все прошло. Я ещё раз шумно вздохнула. И… и… не смогла выдохнуть… Мою голову стало окутывать самыми сокровенными страхами. Сознание прыгало с одной ужасной мысли на другую. В одну минуту мне захотелось просто умереть, лишь бы это прекратилось, пусть это все закончится, прямо сейчас… Но в следующий миг я почувствовала, как теплые, сильные руки обхватывают меня за плечи. — Пайнс нет, — Пытаюсь сказать я, но мой голос меня игнорирует. Диппер аккуратно поворачивает меня к себе и крепко прижимает к своему телу. Становиться тут же тепло, слишком тепло. — Все хорошо. Голова снова начинает безудержно кружится. Нихрена не хорошо. — Я рядом. Почему он излучает спокойствие? От него так пахнет мятой и лесом. Нет. Это глубже. Я утыкаюсь Дипперу в шею и медленно выдыхаю. Чувствую, как его объятия становится ещё крепче, осознаю, как же пересохло горло. Пытаюсь сглотнуть, а затем медленно хватаю воздух. Нет. Это глубже. Это лес после дождя. И снова выдох. Я обхватываю его за талию, медленно и неуверенно. И снова вдох… Мята. Сладкая мята… — Ты не одна, — Шепчет мне на ухо Диппер. Я выныриваю из себя и понимаю. Он гладит меня по голове, нежно перебирая мои волосы. — Тебе нечего боятся. И мне становится легче. Я тяжело выдыхаю. Дыхание восстанавливается, сердце перестаёт звенеть в ушах, я моментально смущаюсь. Хочется провалиться сквозь землю от того, что сейчас произошло. Для него я теперь не только истеричная наркоманка, но и неуравновешенная плакса. Я перевожу руки ему на плечи и отстраняюсь, пытаясь разорвать наши объятия. Пожалуйста, Пайнс, отойди от меня нахуй. Но Диппер не читает мои мысли. Напротив, он аккуратно перехватывает мои руки, я резко дергаю их на себя. Его руки. Никогда бы не подумала, что мне захотелось бы… О, нет. Меня как водой холодной облили. Я снова пытаюсь вырваться. Все прошло. Блять я же сказала дать мне минуту. Это просто Пайнс. Просто Диппер, тупой недалёкий, мать его Диппер Пайнс. Пайнс, от которого у меня мурашки бегают по всему телу. Пайнс, от которого так притягательно пахнет. Это просто Пайнс… который только что меня успокоил. Пайнс от которого у меня просто сносит крышу. Пайнс у которого самые пышные ресницы и невероятно теплая улыбка. Пайнс, в объятья, которого я готова упасть и никогда, никогда из них не вылезать. Это Пайнс, который спас сука мою никчемную жизнь. Это просто Диппер Пайнс. Просто мать его Диппер Пайнс, от которого меня кидает в самое пекло. Поэтому, пожалуйста, отойди от меня! Но брюнет не отпускает мои руки, лишь притягивает чуть ближе. Боже… ЧЕГО. ТЫ. ДОБИВАЕШЬСЯ? Я чувствую, как он ищет мои глаза. По моим щекам продолжают течь слезы. Я поднимаю свои голубые глаза и всматриваюсь в лицо Диппера. Он с обеспокоенным взглядом смотрит на меня, кажется, я не на шутку его напугала. Я моргаю. Секунда и я вижу, как Пайнс одной рукой также крепко прижимает меня к себе, а второй нежно вытирает с моих щек слезы, которые продолжают струиться рекой. Я перехватываю его лицо своими ладонями. — Зачем… Зачем ты все это делаешь, — В непонимание бормочу я, — Чем я это заслужила? Почему Диппер, почему? Он молчит. И отводит взгляд куда-то мимо меня. Мне вдруг стало страшно. А вдруг он сейчас рассмеётся? Скажет что это розыгрыш? Или… или скажет, что Гидеон заплатил ему, за то чтобы он доставил меня. А я просто тупая глупая идиотка. Простотупаяглупаяидиотка — Пайнс! — Я сильнее сжимаю его лицо, пытаясь перевести его взгляд снова на меня, — Просто скажи мне! Блять, пожалуйста! Не молчи… Диппер хмурится, обдумывая мои слова, а затем просто лучезарно улыбается. — У нас же сделка, я должен убедиться, что ты не заявишь на меня в полицию за проникновение. На моих губах появляется улыбка. Слишком быстро. Я резко закрываюсь. Пытаюсь хмыкнуть, посмотреть на него взглядом Нортвест. Но не могу, и я тихо смеюсь. Мои руки никчемно падают. Ну конечно. Я вдруг заливаюсь диким смехом. Простотупаяглупаяидиотка А я то уже просто… Просто. Боже, какая же я тупая. Ну конечно. Я снова смотрю на Диппера, который подхватывает мой смех. — Я так тебя ненавижу Пайнс, — Мои губы еле шевелятся произнося это. Шатен меня не услышал. Не знаю, хорошо это или плохо. Ненавижу этот твой взгляд. Ненавижу твои глубокие глаза. Ненавижу твои губы к которым хочется прикоснуться прямо сейчас. Прямо сейчас. Ну конечно. Я перестаю заливаться смехом. Прикоснуться… Я любуюсь мягкой улыбкой. Как же я тебя ненавижу. Я делаю шаг. Гребаный Пайнс. Нет. Кажется два шага. Я хочу этого очень сильно. Ты просто ублюдок! Моё тело снова кидает в жар, щеки заливает румянец. Я ловлю его взгляд. Медленно обхватываю его плечи, чувствую, как от моего касания он напрягается. Улыбка становится еле заметной. Плевать. Плевать, что он подумает. Если ему похуй, то он завтра же об этом забудет. Я пытаюсь запомнить его выражение лица, и не понимаю, откуда взялась во мне эта смелость. Я приподнимаюсь на носочки, опираясь на плечи Пайнса. Смотрю в глаза шатену. Как же ты меня бесишь, просто до безумия бесишь. Сейчас. Я это сделаю. Но. Вижу как остатки улыбки разбиваются об мой взгляд. Диппер хватает меня за локти, заставляя остановиться. Что я только что хотела сделать? Диппер же вдруг становится серьезным. Я стыдливо опускаю взгляд. Он понял. И даже не дал мне это сделать. Просто остановил как шлюху. Я моментально теряюсь. Простотупаяглупаяидиотка Внутри, что-то разрывается. Падает вниз прямо под рёбра и отдаёт острой болью. Он ищет мои глаза. Но мне так стыдно… Хочется сорваться и убежать прмо в лес. Нахуй все. Нахуй Диппера. Я стараюсь осторожно отойти и вдруг осознаю, что Пайнс до боли сжимает мои руки. — Ненавижу, — Говорю скорее себе, чем ему. Я встречаюсь с ним взглядом при этом, не понимая. Какого черта он так меня держит? Словно боится что я сейчас убегу от него. Пайнс все читает по моему лицу, и хватка становится мягче. — А если серьезно, — нарушает тишину Диппер, — Пасифика Элиза Нордвест. Он произносит это — медленно, растягивая каждое слово. Его рука скользит по моей щеке костяшками пальцев и заправляет выбившуюся прядь. Так легко. Так обыденно. Как будто делал это всю жизнь. От этого жеста я перестаю дышать. Диппер, нарочно скользит по мне серьёзным взглядом. Одной рукой он обхватывает меня за талию, задирая свою толстовку и мою футболку. Он же блять специально. Слишком медленно притягивает меня к себе. А затем я замечаю вторую руку. Диппер тянется к моей щеке и я непроизвольно втягиваю слишком громко в себя воздух. Он заметил. Усмехнулся. Да чтоб тебя. Чтоб ты просто сдох Пайнс. Я ненавижу тебя за эти ощущения. Я впервые чувствую себя настолько убито. Я как будто голышом перед ним стою. Где она? Где моя гордость? — Диппер, я… — Но слова повисают где-то на Марсе. И тихо отдаются на Луне. Совершенно не долетая до Земли. Он все ближе. Я на рефлексе снова нахожу его плечи. Я не знаю зачем. Я чувствую его дыхание на своих губах. И мои руки сжимаются от чувства, которое окутало все тело. Мои глаза бегают по его лицу, пытаясь уловить, о чем он сейчас думает. Но Диппер лишь сильнее притягивает меня к себе. Замечаю… как проносится мимо машина. Чувствую… как соединяются наши носы. Как же не хватает воздуха. Ещё чуть-чуть. Пара сантиметров, но Пайнс не собирается идти дальше. Я поддаюсь вперёд и целую его в уголок губ. Еле касаюсь. Чувствую… как он улыбается. Его губы. Он… он что-то говорит? Молчу. А затем мозг разбирает звуки. — Что Нортвест. Влюбилась в меня? Я замираю. Хочу поднять глаза посмотреть на него. Шутит что ли? — Что… Мои слова утопают в его губах. Диппер утаскивает меня в поцелуй. Я все ещё не могу отмереть. А Пайнс не ощущая сопротивления продолжает жадно кусать мои губы. Я нерешительно приоткрываю рот и отвечаю на его горячие поцелуи. Диппер сразу же начинает исследовать мой рот. Во мне загорается буря эмоций. Я перестаю думать и сильнее прижимаюсь к Пайнсу. Я запускаю свою руку в его шелковистую шевелюру, когда как другой рукой обвиваю его сильные плечи. Наши тела сплетаются. — Как же долго я об этом мечтал, — Шепчет мне в губы Диппер. Что он там говорил? Это кричит оставшаяся гордость. Он же смеётся над тобой! Тупаяглупаяидиотка Но он такой теплый. Я кажется сейчас задохнусь в этой мяте… Потеряюсь в этом лесу. Как же я тебя ненавижу Пайнс, думаю, снова и снова прижимая его к себе. Ещё ближе придурок… — Я тебя ненавижу, — Не слышит. — Я ненавижу тебя Пайнс, — С расстановкой между поцелуем говорю я ему. Диппер молчит. Отпускает меня из объятий и в следующий момент чувствую как с меня слетает его толстовка, а затем и моя футболка. — Я… — Целую его в правую щёку, — Ненавижу… — Чувствую как Диппер разворачивается и усаживается на капот, притягивая к себе ещё ближе. А я лишь нахожу губами его левую избитую скулу. Его рваное дыхание, давит на мои уши. -Тебя, — Выдыхаю со всей злобой ему в губы, и пытаюсь как можно больнее укусить его нижнею губу. Он весь взвинчен, глаза как в тумане. Словно не понимает происходящего. Волосы растрёпаны. Я сейчас также выгляжу? — Хуже, — проносится в голове, — Ты блять полуголая! Плевать. Кажется, Дипперу это нравится. Он тихо рычит, и отстраняется от моих губ. — Лжешь, — Слишком спокойно срывается это слово с его губ. А затем он впивается в мою шею. Из мои губ вырывается стон, и я уверенна, что в этот момент, на долю секунды Пайнс снова улыбнулся. Он одним движением поднимает меня к себе на колени, я чувствую его стояк и тут же краснею, прерывая его, от истязания моей шеи. Диппер это замечает. Он медленно целует меня сначала в одну ключицу, затем в другую. Я машинально сжимаюсь. Все это не было похожим не на одну прелюдию, с теми громилами, которых мне подсылал отец. Он медленно проводит губами к мочки моего ушка и легонько прикусывает его. — Ты невероятно мило краснеешь, — Шепчет мне Пайнс, — Будто никогда этим не занималась. Диппер находит мою лямку лифа, подцепляет её зубами и нарочно медленно стягивает её с плеча. Он поднимает свои глаза на меня, я резко выдыхаю… «Будто никогда этим не занималась» Пайнс сильнее прижимает меня к себе. Я ощущаю… насколько сильно он меня хочет. Я распахиваю глаза и тупо пялюсь на Диппера. Шатен тяжело дышит. Он тут же пытается снова приблизиться ко мне. Но я заставляю его остановиться. Пайнс разочарованно выдыхает и ловит мой взгляд. — Что… Что такое? — Говорит Диппер. — Ты, — Я неловко слезаю с колен Диппера, — Ты… Тихий всхлип. Чтоже со мной? Я натягиваю на себя футболку. Я опять реву, пытаясь закутаться в толстовку. Спрятаться от Диппера. Опять при нем… Реву. — Эй, — Диппер разворачивает меня к себе, — Пас? Я опускаю глаза. Собираюсь с мыслями. — Ты, — От обиды не могу связать свою речь, — Только секс да? Диппер молчит. Я всматриваюсь в его взгляд и вижу полное недоумение. — Не понимаю… — Что ты во мне видишь Диппер? — Тихо шепчу я, — Я для тебя ведь просто тупая глупая идиотка. Что с меня взять? Только секс, да? Он молчит. — Тело. Я ведь для тебя просто красивая оболочка. Как же я тебя ненавижу, — Последняя фраза срывается довольно неосознанно. А Диппер просто обессилено вздохнул. Или… или огорченно? — Что расстроился, что сегодня траха не будет? — Ну вот, ко мне вернулся мой ядовитый голос, уже что-то хорошее. Пайнс бросает на меня серьёзный взгляд. Значит правда. Я с ужасом хватаюсь за ручку машины, но он меня останавливает. — Больно, — Вырывается у меня, как только Диппер резко поворачивает меня к себе, — Диппер отпусти. И снова этот запах. И его горячие глаза. — Ты действительно Пасифика тупая глупая идиотка раз вообще о себе можешь такое говорить, — Диппер перехватывает моё лицо, и прижимается к моей щеке. — Ты даже, черт возьми, вообразить не можешь, — Шепчет Диппер мне в ухо, — Как же я… И замолкает. — Что? — Нетерпеливо подхватываю его, — Что ты? Диппер переводит взгляд на мои губы, а я… Я снова поддаюсь вперёд… А потом резко отскакиваю от его усмешки. Что же ты со мной делаешь? Я ощетиниваюсь. Обнимаю себя руками. — Ты не ответила на мой вопрос. — Какой? — Отворачиваюсь от этого ублюдка. Слишком больно смотреть на него. Тело все ещё горит, помня его прикосновения. Но Диппер видимо решил не разрушать меня сегодня окончательно. Он хмыкнул и отвернулся к багажнику. Я с интересом повернулась. Что же ты … что же ты хотел тогда договорить? — Что, кажется, люблю тебя. Я резко вколачиваюсь в него своими глазами. Я сказала это вслух? Или это отголоски воображения? — Что? — Что? — Передразнивает меня Пайнс. Он достаёт плед из багажника и резко захлопывает крышку, я аж подпрыгиваю. Нерешительно делаю к нему шаг, в замешательстве поправляю кофту. — Что ты сказал? — Неуверенно повторяю я. Пайнс скользит по мне своими долбанными глазами. Словно пытается заставить меня самой отвечать на свой вопрос. — Я говорю… Зачем так широко и красиво улыбаться? — Что люблю тебя Нортвест. И словно в подтверждения этих слов Диппер снова приближается ко мне. Он видит как мне плохо, как я в замешательстве оглядываюсь вокруг… Как неловко смущаюсь отступая от него на шаг. Как эмоции медленно скользят по моему лицу. Он ждёт. Ждет, когда же я обрушу на него всё свою желчь. Но сейчас я похожа на уставшего щенка, который тихо поскуливает и готов бросится облизывать любого, кто принесёт ему маленькую косточку. — Зачем ты говоришь такие вещи? — Недоверчиво отчитываю я, — Видишь же… как мне хреново… И насмехаешься ещё больше. Диппер ничего не отвечает. Перехватывает мои руки и обнимает. — Дура ты Пас… Я утыкаюсь снова в его плечо. — Я тебя ненавижу. Диппер смеётся. И ничего на это не отвечает. Отстраняется от меня приоткрывая дверь машины. — Я действительно устал, — Говорит, словно сам с собой, — Сможешь полежать со мной в молчании? Или ты настолько меня ненавидишь, что предпочтёшь наслаждаться природой, пока я передохну? Диппер залез на задние сиденья и показательно стал расправлять плед. — Придурок, — бросаю я. Но все же двигаюсь за Диппером в машину, аккуратно прикрывая за собой дверь. Диппер блокирует машину и по-хозяйски обвивает мои плечи, притягивая к себе. — Всё-таки ты в меня втюрилась. Я кладу свою голову Дипперу на грудь и позволяю ему переплести наши пальцы. — Иди нахуй Пайнс. Да иди нахуй Пайнс со своими тупыми играми. Вокруг нас лишь дорожная тишина и парочка проезжающих машин в минуту. Я слушаю биение сердца Диппера и до сих пор не могу поверить в происходящие. Это все не могло быть похожим на правду. — Да ладно, — Смеётся Диппер, — Так сложно признать? Никто не может меня любить, никто не может меня так заботливо обнимать. — Так сложно заткнуться? Я медленно проваливалась в сон, прикрыв глаза… Я почувствовала, как Диппер ослабляет свою хватку и аккуратно кладет меня на сиденье. Он сворачивает одну из своих толстовок в виде подушки и подкладывает мне под голову. Затем заботливо снимает с меня обувь и располагает мои ноги. Я ощущаю, как на мои плечи опустилась, помимо пледа, куртка Диппера. Чувствую еле ощутимое касание его губ моего лба. Чувствую себя в безопасности. Ненавижу тебя Пайнс. Он снова подловил меня… Ублюдок… Когда же Диппер заводит машину, и мы снова отправляемся в путь, я окончательно засыпаю, при этом, кажется, впервые за долгое время, ощущаю себя счастливой?