Он ненормальный.

      Мы подъезжаем к моему дому, и я вижу машину матери. Чёрт, я, кажется, больше не хочу домой. Только вот как ему это сказать? Распсихуется ещё… — Что-то не так? — он читает мои мысли. Инфа сотка. Ну и ладно, мне так только проще. — Я не пойду домой, — каким-то не своим голосом говорю я. Расскажу кратко о своей матери: Её зовут Таша Сангстер. Она блондинка, как и я. И она здорово не уровновешенная. На этом пока всё, а дальше узнаете по сути…       Он молча заводит мотор и едет в неизвестном мне направлении. Стоп, что?! Куда?! — Эй, тормозни, Дил! Куда мы едем?! — Ты же не хочешь идти домой, какая разница? — то есть?! А если мы едем, к примеру, прикончить меня или сбросить машину со скалы? — Да что с тобой?! — испуганно выкрикиваю я, это меня не на шутку испугало. — Заткнись! — теперь кричит он. Мне становится ещё сильнее не по себе.       За окнами темно, людей не видно. О боже, я понимаю, что весь дрожу. Хоть бы он не заметил… сердце пропускает удар.       Мы подъезжаем к большому дому. Он выходит, а я остаюсь сидеть. Где мы? Что этот псих задумал? — Не беси меня и выходи из машины, — Дилан закатывает глаза, — пожалуйста, — добавляет он после небольшой паузы, он мигом открывает дверь, я не вижу вариантов, кроме как повиноваться и выйти.       Он направляется к калитке. Я на подгибающихся ногах следую за ним. Смотрю на адрес. Его дом? Серьёзно?       О’Брайен открывает входную дверь. Холл просто огромен. Он здесь живёт? Вау. — Дили? — слышу я из кухни высокий и мелодичный голос. — Мам, — он улыбается, его взгляд моментально теплеет, а голос приобретает… кхм… несколько непривычный для парня оттенок. Нет. Это не тот Дилан, которого я видел буквально пару минут назад. Его будто подменили. — Я не один. — С другом? — в её голосе звучит столько удивления, как будто у него не может быть друзей. А, да. Он так мило улыбается и с такой теплотой говорит с матерью, что я и забыл о том, что он психопат и грубиян. А ещё ни с кем не общается. — Да, с другом!)       К нам тут же выбегает женщина лет сорока пяти, в брюках цвета хаки, с худощавым лицом, с темными, как у Дила, волосами по плечи и голубыми глазами.       Несмотря на немаленький возраст, она не выглядит ни толстой, ни худой. Единственным, что портило картину, были синяки под глазами, будто от регулярного недосыпа. — Здравствуй, меня зовут Лиза О’Брайен. — она так мило улыбается мне. Сама доброжелательность. Она протягивает мне руку, а я не знаю, куда себя деть от неловкости. — Очень приятно, Мисс О’Брайен! Я, Томас Броди-Сангстер! — тоже выдавливаю подобие улыбки и жму руку. — Вы будете ужинать? — спрашивает Лиза.       Дилан вопросительно смотрит на меня. А что я? Сам-то хочешь? — Нет, спасибо. Уверен, вы прекрасно готовите, но я не голоден! — я уже искренне улыбаюсь. — Мы поедим позже, мам, — он целует её в щёку, не переставая улыбаться. Идёт к лестнице и кивком приглашает меня следовать за ним. — Ты этого не видел, — шепчет он, закрывая дверь. — Ещё как видел! — довольно улыбаюсь я, — Даже удивительно, что ты можешь быть таким. — Ты не знаешь меня, — опять этот его ледяной тон, так, где тут стоят вещи потяжелее? — Что я делаю здесь? — Ты не хотел идти к себе домой — напоминает он.        Великолепный ответ! Лучше и придумать нельзя! Не хотел я домой, так, может быть, хотел пойти и с крыши сброситься, а он сорвал все мои планы? — А к тебе хотел? — вот всё, что я сказал, не желая завязывать ссору. — Не плевать ли? Мне понравилось спать с тобой.       Плевать? В смы… стоп, что?! Что он сказал?! Понравилось спать со мной?! Это просто его тупая шутка? Пожалуйста, скажите, что это просто шутка… внутри всё переворачивается, словно я на аттракционах. Я же, блин, парень, это его не смущает? — Когда ты спишь, — он краснеет. — Похож на беззащитного щеночка, — я тоже раскраснелся, — Хотя-а… нет, на крысёныша, — спасибо, мне очень приятно, О’Брайен! — Дебил. — Но это ничего не значит, — холодно замечает брюнет, боже, прибейте его кто-нибудь, пожалуйста, ничего не значит, но ты, тем не менее, рассказал это мне, а теперь сам варёный рак с нас бы поржал. Так, ладно… Спокойствие… — Я могу задать пару вопросов? — Нет, — вот паскуда. — Это несправедливо. — Ты тоже хочешь быть в моей постели. Никаких вопросов. Я не люблю много разговаривать. — Я заметил. Стоп, что?! Что ты, блять, сказал?! — так, спокойно, а то сейчас я точно задушу его… Он       снимает футболку и по моему телу пробегаются мурашки. Он замечает это и улыбается. Не смешно, грёбаный извращенец! — В одежде в кровать не ляжешь! — он снимает штаны и остаётся в одних боксерах, я делаю тоже самое.       Он пожимает плечами и ложится в кровать. А что мне остаётся? Я ложусь рядом с ним. — Не подумай ничего такого… просто… — я опять краснею. Твою ж мать. — Я понял, — он обнимает меня, а я кладу голову на его грудь. Снова слышу, как бьётся его сердце.       Чувствую, что засыпаю в его руках, и это лучшее, что я когда-либо испытывал. А ведь я знаю его совсем недолго, а пару секунд назад его смерть была моим самым первостепенным желанием.