Нерушимые правила

      Пританцовывая от нетерпения на пути к лучшему изобретению человечества, Сакура мечтала. Мечтала о чудесном нежнейшем греческим йогурте с гранолой, щедро политом сливовым джемом. Её внутренности, спутавшиеся внутри тугим узлом от голода, разделяли её энтузиазм и, кажется, даже перестали болеть. Сделав музыку погромче, но оставив в ухе только один наушник, Сакура открыла холодильник и зависла. Что за чертовщина? Йогурт, который она поставила на полку буквально вчера, пропал! Она зажмурилась и, медленно выдохнув, вновь пристально всмотрелась в пустоту офисного холодильника.       Желудок протестующе заурчал раненым китом, намекая, что ещё один день на кофеине и экстремально энергичной музыке её организм просто не выдержит.       — Ты в своём милом подземелье, когда холодильник открываешь, тоже долго не можешь вспомнить, зачем пришла?       — Ты… — Сакура поморщилась. Досчитав до пяти, чтобы не прибить на месте возможную причину пустоты полок, она выглянула из-за приоткрытой дверцы. — Это ты опять съел мой йогурт, Какаши?       — Нет, — не отводя взгляда от уже пожелтевших страниц, ответил он, — но всего лишь за один твой лавандовый кофе я готов взяться за расследование этого поистине безнадёжного дела.       — Можешь взять оба, — легко согласилась Харуно, — уже смотреть на него не могу.       Если что, она всё равно поймёт, если он соврёт: удивительно, но этого делать он совсем не умел.       — Итак, — Какаши довольно потянулся и отложил книгу в сторону, — судя по показаниям свидетелей, это была среднего роста хорошенькая блондинка, по совместительству самый яростный борец с просрочкой в нашем офисе. Искренне тебе соболезную — твой недельный йогурт пал жертвой санитарного режима.       — Что за?.. Да я его вчера положила!       — Какой сегодня день, Сакура?       — Среда? — Она нахмурилась.       — Вторник. Ты серьёзно не заметила, что работаешь уже десятый день почти круглосуточно?       Сакура тяжело вздохнула. Отрицать свой рабочий запой было бессмысленно, впрочем, как и факт острой необходимости работать на износ. Эта рабочая неделя — точнее, как напомнил Хатаке, десять дней, включая выходные — была на редкость тяжелой. Вскрытия, лабораторные исследования и заключения вперемешку с отчетами тянулись стройной вереницей. Сакура всё делала почти на автомате, постоянно торопилась и совершенно забыла о себе, едва поспевая за рабочим ритмом: что-то ела, кривилась и глотала остывший кофе, беспокойно спала, то и дело подскакивая от ночных кошмаров, если вообще добиралась до дома.       Но даже дикая усталость не могла выбить мысли об убийце. Кто она? Что делает и о чём думает? И почему она, чёрт её дери, всегда на шаг впереди?       — Эй, Земля вызывает Сакуру, приём.       — А? — Она резко захлопнула дверцу, удивлённо фокусируясь на покосившихся магнитах перед лицом.        — Так я возьму твой кофе? — нетерпеливо донеслось из-за спины.       — Да, конечно. — Не оборачиваясь, Сакура устало ущипнула переносицу, решив, что её внимания на данный момент достойна исключительно еда.       Полная скептицизма, она двинулась к шкафчикам в надежде, что найдёт в них что-то кроме сухих крошек и початых бутылок разнообразного подарочного алкоголя. Конечно, затея изначально была провальной, но вновь раздавшееся урчание ясно намекнуло, что ей жизненно необходимо хотя бы что-то съедобное. Стоная, быстро захлопав дверцами, она потянулась к самой верхней полке и взмолилась: «Ну хотя бы одна завалявшаяся печенька!»       — Ками, убила бы сейчас за горячий обед… — Сакура упёрлась лбом в нижнюю полку, предсказуемо нащупав лишь крошки. Нет, с таким рабочим графиком явно пора завязывать, а то так и до голодной смерти недолго.       — Поосторожнее с такими заявлениями, Сакура-чан, — хмыкнул Хатаке.       — Да ну тебя… Ладно, одно желание точно выполнила бы, — бессильно поправилась она.       — Хм, а вот это уже интереснее… Я могу принести. — От его низкого голоса, тихо прозвучавшего в томной близости от её уха, волоски у неё на затылке встали дыбом. Она резко обернулась, неловко взмахнув руками. И тут же в ужасе застыла, провожая взглядом полетевший на белоснежную ткань кофейный стакан. — Н-да… А я как раз собирался на встречу…       «Чёрт! Чёрт! Чёрт!» — запаниковала Сакура, быстро потянувшись к нему.       Кофейное пятно стремительно расползалось по ткани, и она, нахмурившись, проворно расстёгивала пуговицы на его рубашке — ту нужно было скорее снять и обработать кожу, чтобы не допустить ожога. Ловко расправившись со всей чёртовой фурнитурой, она стянула сорочку до локтей и тут же осеклась, услышав его оторопевший голос:       — Сакура, что ты делаешь?       — Спасаю тебя от ожога, — выпалила она и подняла на него слегка виноватый взгляд, — разве не видно?       «Что за дурацкие вопросы? Что он уже себе там надумал?» — легко кольнуло раздражение.       — Ожога давно остывшим кофе? — хмыкнул Какаши.       И как только до неё дошёл смысл сказанного, её мгновенно захлестнула волна стыда.       Сакура неловко одёрнула руки и попыталась отступить на шаг назад, но не тут-то было. С глухим стуком её затылок встретился с незакрытой дверцей шкафчика, и перед глазами вспыхнули звёзды. От тупой боли Сакура рефлекторно подалась вперёд и рухнула в объятия Хатаке, оказываясь прижатой лбом к его влажной из-за пролитого напитка обнаженной груди.       Кофе действительно был холодным.       От очередного удара её спасла его ладонь на затылке, которая не дала ей снова дёрнуться.       — Давай-ка ты прибережешь увечья для своих поклонников.       Что ж. Вряд ли ей когда-либо удастся вернуть свой авторитет после такого, но можно было хотя бы попытаться с самообладанием. Чем она и занялась, делая глубокий вдох, несмотря на то, что была готова выть от того, какой идиоткой себя выставила.       — Прости, — наконец-то выдавила она, отлепившись и отодвинувшись в сторону, — кажется, я совсем заработалась.       Затылок пульсировал. Лоб был липким, а вся кровь оказалась в голове. Почему нельзя просто провалиться под землю?       Хатаке молчал и не отходил ни на шаг. Похоже, его забавляла эта до нелепости комичная ситуация.       — Сильно ушиблась? — первым нарушил тишину он, сиюсекундно возвращая Сакуру мыслями к их последнему совместному субботнику.       — Пустяк… Твоя рубашка…       — Пустяк.       Почему он не снимет её тогда? Или, наоборот, оденется? Он что, хотел, чтобы она оставалась в этом неловком положении как можно дольше?       «Или покрасоваться телом…» — Она опустила глаза, уставившись куда-то в район забрызганной обуви, как только поймала себя на мысли, что откровенно пялится на него.       — Насмотрелась?       «Ну уж нет, хватит с меня твоих издевательств!» — Его вопрос отрезвил её.       — Вполне. — Сакура криво улыбнулась и скрестила руки на груди.       — Тогда, может, уже дашь мне салфетки? Они прямо у тебя за спиной. Не хочу испортить ещё и брюки.       Удержав спокойное выражение лица, она протянула ему пачку и, поймав на себе не слишком довольный насмешливый взгляд, вновь почувствовала себя идиоткой. Безумно голодной идиоткой.       — Я куплю тебе новую.       — Не стоит. — Какаши наспех промокнул кофейное пятно и, критично осмотрев его, всё же стянул с себя рубашку. — Ты уже угостила меня кофе, боюсь представить последствия более щедрого жеста.       Скомканная в один грязный комок ткань с шумом ударилась о дно пустого мусорного ведра.       — Как знаешь.       — Не заморачивайся.       Какаши махнул рукой и, развернувшись, вышел из кухни, и внезапно ей стало ещё паршивей.       Сакура тяжело вздохнула и, виновато поджав губы, присела на кушетку. Вытащив наушник с играющей так некстати музыкой, под которую только первую любовь хоронить, она нахмурилась, чувствуя острую вину. Но ведь это всего лишь было неприятным стечением обстоятельств…       «Ладно, куплю ему новую рубашку и кофе. Переживёт. Не первая наша стычка, в конце концов. А сейчас надо заказать хотя бы китайской лапши из бистро, м-м, или рамена?» — Довольно кивнув собственному решению, она потянулась за телефоном и удивлённо вскинула брови, прочитав на экране текст короткого сообщения:       «Рок Ли: Вы согласитесь сейчас пообедать со мной?»

***

      — Ты не представляешь, как вовремя ты написал.       Сакура мягко улыбнулась и, позволив Ли соблюсти все правила европейского этикета, присела в кресло. В том, что он выберет именно этот ресторан, она не сомневалась: он был практически за углом её офиса и отличался полным отсутствием традиционных блюд. Пожив пару лет в Европе, Рок Ли не только проникся местной культурой и ценностями, но и пристрастился к простой, но изысканной кухне. Это его пристрастие Сакура разделяла — она терпеть не могла острое, а в этом заведении отыскать что-то слишком сдобренное специями было практически невозможно.       — Я рад быть полезным вам, Сакура-сан. — Он так же сдержанно улыбнулся в ответ. — Вы много работаете в последние недели…       — Мне приятно, что ты не забываешь заботиться обо мне. — Сакура виновато поджала губы и, покрутив в руках давно изученное меню, отвела взгляд. — Прости, что уделяю тебе так мало времени.       Всего на миг Ли застыл: жёсткая выучка была впереди всех рефлексов. Она успела заметить лишь то, как сильно напряглись его длинные пальцы, цепляясь в разложенную на столе салфетку. Сакура знала, как тяжело ему давалось это вынужденное ограничение в общении, но Ли всегда был сильным и более чем понимающим мужчиной — давить на жалость и умолять о хотя бы получасовой сессии он не стал бы.       — Мне радостно уже от того, что вы нашли его, чтобы пообедать со мной, Сакура-сан. — Он немного расслабился, вновь принявшись изучать узор лакированной столешницы. — Я прошу прощения за задержку, я заказывал к вашему приходу, но, видимо, произошла…       — Всё в порядке, — спокойно перебила она, наблюдая за тем, как Ли продолжил стыдливо прятать глаза. — Я всё равно пока хотела с тобой обсудить кое-что.       Как бы ни болел от голода желудок, как бы ни была завалена её ушибленная голова рабочими делами — было в её жизни то, что всегда приоритетнее простых ежедневных потребностей, как еда и отдых. Жизнь и безопасность дорогого ей человека. Ни на секунду невозможно было заглушить ни чувство тревоги, ни свою потребность в опеке над ним.       В одну из последних их встреч они всё-таки пришли к тому, что Ли должен был преодолеть себя. Долгое время он был влюблён, и чувства даже оказались взаимными, но страх быть осмеянным за свой «немужской» фетиш был выше всего. Страх был настолько велик, что поначалу Ли вообще держал все чувства и эмоции внутри. Боялся признаться той девушке и быть униженным, и, к разочарованию Сакуры, также боялся поговорить с ней. Он предпочитал молчать и страдать, считая, что его внутренние желания никогда не найдут выхода с любимой женщиной. Считал себя недостойным счастья и предателем обеих. Это убивало его.       Всё это время Харуно и сама видела, что его что-то мучит, не даёт вздохнуть полной грудью, но не собиралась давить. Естественно, она была готова на всё, чтобы помочь ему, но он должен был сам обратиться к ней. В итоге, конечно, он не выдержал и рассказал всё, что его тревожило, самолично приняв верное решение. После этого началась долгая моральная подготовка, в конце которой Сакура дала ему последнее задание — перебороть себя и наконец-то признаться. Он хотел этого сам, его всего лишь нужно было поддержать.       — Моё задание, — начала она и тут же замолчала, заметив, как нервно расширились зрачки в и без того чёрных глазах.       Только бы это «то» было не тем, чего она так опасалась! Сейчас, зная о том, что по городу спокойно гуляет серийный убийца, она засомневалась в правильности этого «домашнего задания» — пожирающее беспокойство то и дело заставляло её взвешивать каждый шаг и каждое слово. Ей нужно было убедиться. Ответственность за чужую судьбу была как никогда высока.       — Ли, как давно ты знаешь свою девушку?       — С самого детства, — без заминки честно ответил он, и Сакура тут же мысленно выдохнула. Одним опасением меньше. — И я… Я ещё не виделся с ней, она срочно уехала по делам в другой город.       — Ты не обманываешь меня? — Она сменила интонацию, её голос прозвучал максимально строго и жёстко. Но она знала ответ наперёд. Конечно нет. Рок Ли откусит себе язык, но не позволит себе такой роскоши — солгать своей госпоже.       — Что вы, я бы не посмел!       — Ли… — Немного разочарования в тоне его разговорит.       — Вы же сказали признаться лично, перед её отъездом мы виделись… Но…       — Но?       Он секундно зажмурился, Сакура тяжело вздохнула. Неужели все недели её трудов насмарку и нужно начинать сначала?       — Я снова не смог. Что, если я потеряю её?!       — Не хорошо заставлять девушку ждать…       — Но, Сакура-сан…       — Ли, ты знаешь, я желаю тебе лишь счастья. Совершенно нормально бояться потерять близкого тебе человека. Но ты не можешь быть счастливым, не будучи честным. И твоя девушка тоже. Любовь всей твоей жизни должна знать не только о твоих ответных чувствах, но и о твоих пристрастиях. И, судя по тому, что ты мне рассказывал о ней, очень маловероятно, что она отвернётся от тебя. Доверься мне в последний раз, пожалуйста. И помни, что каким бы ни был её ответ, я всегда буду на твоей стороне.       — Да… Да, простите моё малодушие, я не разочарую вас, Сакура-сан.       «Не сомневаюсь», — хотелось протянуть ей, но она лишь одобрительно прикрыла глаза и хмыкнула. То, как мило Ли стеснялся и отводил виноватый взгляд, хотелось оставить в памяти навсегда. Чудный мальчик и одновременно замечательный мужчина. Даже жаль, что он был не в её повседневном вкусе.       Обед принесли как нельзя вовремя. Пожелав Ли приятного аппетита, Сакура постаралась не накинуться на еду — её милый мальчик угодил ей сегодня и в этом. Ровно то, что она и хотела — горячий ароматный обед, поданный так, словно его собирались снимать для кулинарного журнала. Удовлетворённо улыбнувшись, она притянула тарелку ближе к себе. Как жаль, что с каждой минутой, что она была здесь, дел в офисе становилось всё больше.

***

      Сакура посмотрела на свои занятые руки и толкнула дверь плечом. Вкусный обед и приятная компания окончательно вернули ей спокойствие, прекрасное настроение и твёрдую почву под ногами. Так же, как и Ли, ей было необходимо это — чувствовать, что всё под её контролем, брать на себя ответственность… По дороге обратно в офис она купила мысленно обещанные Какаши кофе и рубашку. Своё слово она всегда держала. Особенно перед собой.       Шурша бумажным пакетом и напевая под нос заевшую ещё с утра мелодию, Сакура вошла на кухню, чтобы оставить кофе на общем столе — Хатаке наверняка доберётся до него первым. Такой пили только они. А вот как поступить с рубашкой, она пока не знала. Благо хоть выбирать ту долго не пришлось — на встречи с клиентами он носил самые обычные белые.       — У вас в офисе из съедобного только вода?       — Кофе не дам. — Сакура предусмотрительно отвела руку с подставкой, на которой была пара стаканов, от Обито. — Ели бы вы у себя в офисе, Обито-сан.       Он едва заметно ухмыльнулся, и Сакура ответила тем же, с хорошо скрываемым облегчением. Судя по всему, Учиха не собирался вновь выяснять отношения. И это не могло не радовать — ещё одного приступа непонятной ревности она не вынесет. Только не в офисе.       После секундной неловкой паузы она обошла Обито и поставила кофе на стол. Наверное, нужно было сказать что-то ещё хотя бы ради приличия, но она честно не знала, чем заполнить эту тишину. Не о погоде же разговаривать, в конце концов. Пусть всё будет так, как сейчас. Лучше худой мир, чем хорошая война.       — Сакура, я хотел поговорить с тобой.       «Нет-нет-нет. Просто уйди, Учиха. Сгинь, чёрт тебя дери!»       — Я хотел извиниться. Знаешь, я бываю иногда вспыльчивым, и мне очень жаль, что ты увидела эту сторону моего характера.       «Что?» — Она пару раз глупо моргнула.       — Да ничего страшного, — стараясь не показывать своего удивления, пробормотала она. — Бывает.       — Надеюсь, что мы сможем поддерживать прежние рабочие отношения? — Он едва заметно улыбнулся.       — Конечно, — она не задумываясь ответила.       — Ты замечательная девушка, Сакура, но, видимо, наши жизненные пути хоть и часто пересекаются, но ведут совершенно к разному.       «Охренеть, надо же, как хорошая порка меняет человека!» — Сакура, подавив неуместный смешок, улыбнулась вполне искренне.       — Как странно, говоришь вроде бы ты, а я слышу голос Хаюми, — она всё-таки не удержалась от комментария. — Прячешь её во внутреннем кармашке пиджака?       — Пока лишь в своей голове.       Он ответно обворожительно улыбнулся одним из своих дежурных оскалов и, закончив на этом разговор, вышел из кухни.       Сакура выдохнула. Как гора с плеч. Вот и всё — неожиданно вспыхнувшие чувства Учихи погасли так стремительно, как и возникли.       «Надо будет Конан хорошего вина передать». — Усмехнувшись собственным мыслям, она ещё раз посмотрела на пакет с рубашкой и отправилась на поиски Хатаке. Прятаться тому было негде. Большую часть не маленького офиса занимали они с шишо. И если он не читал свою книгу лёжа на кушетке, то он определённо был в кабинете и пялился в книжонку там.       Сакура быстро прошла по коридору, в последний раз прокручивая в голове извинения перед Какаши. Не слишком драматичные, чтобы он не подумал, что она и правда чувствует себя виноватой. Конечно, можно было бы просто положить рубашку ему на стол, но хотелось забыть этот нелепый эпизод прямо сегодня и никогда больше к нему не возвращаться.       — Она совершает убийства примерно на третье свидание. — Сакура секундно застыла в проходе и быстро шагнула в сторону, прячась за стеной. В кабинете детективов, похоже, было собрание, на которое её точно не звали. — В случае с Нара всё зашло гораздо дальше, по его показаниям, прошёл не один месяц.       Конечно, подслушивать не хорошо, но если есть новые подробности, касающиеся этого дела, она ни за что не упустит возможности получить ещё один кусочек этого ужасного пазла.       — Сакура, зайди уже. — Обито обернулся и кивком головы указал ей на стул. — Стук твоих каблуков в этом офисе никто не спутает.       Дважды приглашать её не станут — это она прекрасно понимала, поэтому молча и быстро прошла в кабинет и села. Внутреннее чувство тревоги волной захлестнуло её, и, чтобы успокоиться, она до хруста сжала бумажный пакет.       — Я прошу вас, Джирайя-сан, снять с других дел Намикадзе Минато и Хатаке Какаши — детективы такого уровня будут задействованы в расследовании федерального агентства. Медлить больше нельзя, и нами было принято решение выставить подставную жертву.       — Хорошо. — Джирайя согласно кивнул. — Человек будет из твоего отдела?       — Да. На основе всех наработок сперва мы собираемся создать профиль в этом чате знакомств. Что-то среднее между всеми профилями наших жертв…       — Это всё, конечно, замечательно, но у вас ничего не выйдет. — Сакура встала. Оставаться без движения больше не было сил. Учиха нёс хоть и конструктивный, но откровенно самонадеянный бред.       Обито скривился, по всей видимости, пожалев, что позвал её. Ей ли не знать, что он ненавидел, когда ему перечили, а тем более перебивали? Вот только она сразу поняла, что его план был обречён на провал.       — Продолжай, — подбодрил её Минато, чем нарушил звенящую тишину в кабинете. — Лучше рассмотреть все варианты ещё до начала операции.       — Если вы хотите ловить на живца, то это должен быть именно живец, а не «кто-то средний», который в обморок упадёт при виде плети. Так что, во-первых, нужен подготовленный человек, знающий не только теорию, но и как вести себя на практике. — Сакура слегка поёжилась под пристальными взглядами, но продолжила: — Также мы не можем быть уверенными, что первый клюнувший на анкету — тот, кто нам нужен. «Живец» должен понимать, что верно, а что нет. Кто просто любитель, а кто маньяк.       — Лакмусовой бумажки для идентификации маньяков ещё не изобрели, риск и ошибки будут в любом случае, а мои ребята на мозги не жалуются и совсем не кисейные барышни. — Учиха упрямо сложил руки на груди.       — Да, скорее всего придётся побывать на паре-тройке сессий, чтобы сказать наверняка. Но профессионалу будет ясно почти сразу, кто перед ним. Причём я говорю про обе стороны — дающую и принимающую. Мы не можем недооценивать человека, как минимум убившего уже двоих тематиков, которые ничего не заподозрили. И мы не можем надеяться на удачу и на то, что, прочитав статью в википедии про БДСМ, подставная жертва будет хорошо подготовлена.       — У нас есть примерный фоторобот, мы знаем, чего ожидать.       — Совсем не обязательно быть в теме, чтобы… — предположил Минато, но Сакура тут же перебила его, возмутившись:       — Примерный! Что значит — не обязательно!..       — Нужна будет не одна встреча, чтобы не только не спугнуть, но и заинтересовать… — неожиданно задумчиво протянул Какаши, но на него никто не обратил внимания, потому что следующим заговорил шеф:       — Нет, она права. — Джирайя качнул головой и нахмурился. — Обито, у тебя уже есть на примете подходящий человек?       — Этим человеком буду я.       Сакура не сдержанно раздраженно цокнула и, почти швырнув рубашку на стул, подошла ближе к Обито, твёрдо заглядывая тому в глаза.       — Ты не сможешь. И ты не саб. — Она предупреждающе подняла руку с раскрытой ладонью, прося не перебивать. — Твоё слишком запоминающееся лицо и ещё более запоминающийся нрав знает уже каждый, кто вхож в клуб. И у меня нет уверенности, что наша дамочка — не одна из наших знакомых. — Она демонстративно кивнула на тонкий кожаный браслет с серебряной гравировкой на его руке. Знак отличия каждого, кто являлся учеником Тобирамы Сенджу.       Кажется, все присутствующие даже не дышали во время этого монолога. Сакуру это больше не смущало, как не смущало и то, с какой яростью смотрел на неё Учиха. Она видела в его глазах всё невысказанное. Но прежде всего она видела в них подтверждение своей правоты. Пусть он и был её начальством, они оба знали, что в другой плоскости авторитетом была она.       — Хорошо, — после некоторой паузы прошипел он. И медленно вернув себе спокойное выражение лица, продолжил: — Выберешь любого из моего отдела и обучишь. Недели-двух будет достаточно.       — Нет. Это пустая трата времени. Я не специалист и просто не смогу работать с незнакомым человеком. Нужно будет провести хотя бы одну сессию…       — Тебе нужно тотальное доверие? — перебил её Обито.       — Этого почти не возможно добиться за такое короткое время, даже со знакомым. Я согласна на взаимопонимание… и, естественно, добровольность прежде всего. — Сакура устало помассировала виски, у неё начинала болеть голова.       — Может, у тебя есть кто-то на примете?       — Нет, тем более я никогда не подвергну опасности людей без специальной подготовки. Из мужчин, в ком я уверена, нет никого, кто хотя бы служил в армии, насколько я помню…       — Значит, тебе нужен доброволец из хороших знакомых, с подготовкой, и который нигде пока не засветился?.. — Учиха повторил всё скорее всего для себя самого и помрачнел. — Сакура, ты ведь понимаешь, что это не…       — Кажется, я подходящая кандидатура.       Сакура резко обернулась. Она совершенно забыла про лениво развалившегося в кресле и читающего свою книжонку Хатаке за спиной.       «Нет…» — Краем глаза она уловила лукавую полуулыбку Обито, который, по всей видимости, уже всё за всех решил.       — Соглашайся, Сакура-чан. — Джирайя одобрительно хохотнул. — Когда тебе ещё официально разрешат бить Какаши?       «Не-е-ет!» — Она панически огляделась. Чувство того, что она сама захлопнула капкан прямо над своей головой, становилось всё ярче.       Как там говорится? Бойтесь своих желаний.