Возвращение разума

Драко посмотрел на Рона и Гермиону, когда друзья вошли в комнату Гарри. Блондин задавался вопросом, почему Северус позволяет им приходить в свои комнаты. Помфри выпустила Поттера из Больничного Крыла, так как оно превратилось в настоящую Мекку для студентов. Они приходили и приходили, и очень часто единственной причиной их появления в Больничном Крыле было желание хотя бы мельком увидеть знаменитого Гарри Поттера. К тому же, подросток уже достаточно пришел в себя, чтобы жить со слизеринцами, а не в больнице. – Ну что еще? – со вздохом спросил блондин, медленно гладя голову Гарри на его коленях. Черноволосый подросток плакал всю ночь из-за кошмарных снов или, может, воспоминаний. Слава Мерлину, что с Гарри смог посидеть Северус, и у Драко получилось подремать пару часов. Теперь за Гарри следил Малфой, пока Снейп мог немного передохнуть. В конце концов, Поттер тоже смог уснуть, ведь подросток долгое время плакал и кричал, и поэтому он сильно вымотался. Конечно, не обошлось и без успокоительной настойки. – Просто проверяю, как тут Гарри – за ним же смотришь ты! – злобно заметил Рон. – Ох, сколько можно уже! – обреченно сказал Драко. – Я. Не. Мой Отец. Ты можешь это понять, или нет? Я просто пытаюсь помочь своему другу. Рон уже собирался огрызнуться в ответ, когда Гермиона неслабо стукнула его по голени. Уизли чертыхнулся, подскочив, а девушка сказала: – Прости его, Драко. Прости за наше поведение. И за слова. Просто видеть Гарри таким для нас очень и очень непросто и даже… больно. Как он? – У него всю ночь были кошмары, – сказал Драко, зевая. – Я только недавно поспал пару часов, а Северус бодрствует уже два дня. – Два дня? – спросила Гермиона. – Ему же надо отдохнуть! – Я пробовал заставить его, но крестный был занят какими-то зельями. А потом чем-то еще. И еще, – ответил блондин. Гермиона разозлено вкинула руки и пробормотала: – Мальчишки! Девушка стремительно покинула комнату. Драко удивленно посмотрел ей в след. Гарри все еще спал, а Рон, наконец, прекратил ругаться и произнес: – Моргана, мне даже жаль Снейпа. – В смысле? – спросил блондин. – Просто, когда у Мион такое выражение лица, она абсолютно сбрасывает образ примерной девочки, – сказал Рон. – Я уже не раз попадался ей под руку, когда она в таком настроении. И знаешь что? Слава Мерлину, что я очень быстро бегаю! Ладно, так значит, у Гарри всю ночь были кошмары? – Да. – Но теперь ему лучше? – спросил Рон, аккуратно присев на кровать. – Немного, – ответил Малфой, поглаживая смоляные волосы. – Он… Он говорил, что этим летом вы были хорошими, – сказал рыжик. – Что… вы стали ему семьей. – Да, он – моя семья, – пробормотал блондин. – Я устраивал истерики из-за этого, – заметил Рон. – Я – плохой друг, да? – Просто у тебя есть твое собственное мнение о нас с Северусом. Вот и все. Я не могу обвинять тебя в этом. – Ты действительно имел в виду, все те слова, которыми оскорблял мою семью все это время? – с искренним любопытством спросил Рон. Подросток надежно гладил Гарри по спине, и Драко не видел причины выгнать его. – В начале – да, – ответил Драко. – Пока не узнал вас лучше. После первого курса… не совсем. И мне, наверное, стоит извиниться перед Грейнджер за то, что я называл ее грязнокровкой. – Ну, Миона скорее всего скажет, что это уже не важно, – ответил Уизли. – Я знаю, что твой отец – сволочь. Ну а мать? – Она другая, – нежно произнес Драко. – Нарцисса пыталась помочь мне. Она отправила меня к крестному, когда поняла, что пора бежать из Менора. – А теперь, когда Волдеморт повержен, она вернется? – спросил Рон. – Да, – ответил блондин, и тут же стал успокаивать Гарри, который вдруг захныкал. – Мама приезжает на Рождество. – Но сейчас же только октябрь! – тихо возмутился Рон. – Я переживу, – с улыбкой ответил Драко. – Скорее всего, у нее появился любовник, поэтому она так долго. Я не против: у меня есть Северус и Гарри. Их для меня достаточно. Тут появилась Гермиона, с широкой улыбкой на лице. Рон застонал и произнес: – Миона, скажи, что ты не заколдовала его. Он же учитель! – О, нет, я не накладывала чары… в общепринятом понимании, – ответила девушка, улыбаясь еще шире. Рон же побледнел и сказал: – Только не говори, что ты использовала «это»! – О, мой милый друг, именно «это» я и использовала! Драко с непониманием переводил взгляд с Уизли на Грейнджер. – Что «это»? Рон вздрогнул, и Гермиона засмеялась. Внезапно, у Драко пропало всякое желание узнавать, что именно было «этим». Гарри просто счастливо спал. – То… То, что ты сделала с Северусом – это безопасно? – спросил Драко у девушки с густыми каштановыми волосами. Ее не было около получаса, и сейчас Малфой сгорал от любопытства. – О, все нормально, «это» - абсолютно безопасно, – сказала Гермиона и махнула рукой. – Просто Рон ненавидит его, потому что пугается каждый раз, когда я его использую. – Что «это»? – блондин действительно хотел узнать, и уже даже собирался встать, чтобы проверить Северуса. Гермиона взъерошила волосы Гарри и улыбнулась. Потом она повернулась к Малфою и ответила: – Это заклинание. – Какое? – Делай-как-я-говорю-иначе… – Оно имеет разное действие, в зависимости от того, к кому применяется, – продолжил Рон. – Миона никогда не накладывала его на Гарри. – Потому что он меня слушался, – раздраженно заявила девушка. – Не то, что ты! – Это не моя вина! – воскликнул Рон, пытаясь не разбудить черноволосого подростка. – И как оно действует на Северуса? – спросил Драко с широкими глазами. – Он никогда не вспомнит, кто его заколдовал, – мечтательно произнесла девушка, смотря куда-то вдаль. Рон вздрогнул и бормотал: – Абсолютно чокнутая девчонка… Драко сглотнул, и решил, что не стоит зря идти к профессору зельеварения. Когда Малфой удобнее устроился на кровати, Гермиона нежно погладила его по голове и сказала: – Хороший мальчик. Драко удивленно обернулся на Рона. Тот просто пожал плечами и сказал: – Она иногда гладит так меня или Гарри, когда, по ее мнению, мы ведем себя не как идиоты. Поттер осторожно открыл глаза. Подросток чувствовал, что рядом есть кто-то еще, кроме Драко. Гарри увидел девушку с каштановыми волосами, которая говорила с блондином. Именно ее рука гладила его по голове. Это было хорошо. На самом деле, она воспринималась им, как добрая… Он мог бы признать ее. Возможно. Парень не был полностью в этом уверен. Гарри не сдержал зевок, и девушка опустила на него взгляд. – Доброе утро, Гарри, – с улыбкой произнесла она. Откуда она узнала его имя? Ей сказал Драко? А как зовут ее, интересно? – Я – Гермиона, – произнесла девушка, увидев его удивленный взгляд. – Ты не голоден? Драко говорил, что ты ничего еще не ел. Как раз в этот миг живот у Гарри забурчал, поэтому юноша покраснел. Он хотел было сказать, что не голоден, а тут его выдало это бульканье. Драко увидел, что подросток расстроился, потому что Поттер пока не мог говорить те слова, которые хотел. Блондин нежно обнял юношу и прижал к себе. – Все хорошо, – сказал Малфой. – Ты скоро сможешь разговаривать, не волнуйся. Гарри кивнул. Он знал, что Драко никогда не лгал ему. Его живот снова забурлил, и Гермиона аж подскочила. – Я принесу обед, – сказала девушка. – Рональд, помоги мне. – Разве ты не говорила, что… Под ее взглядом Рон побледнел и, подпрыгнув, произнес «Да, Госпожа», прежде чем последовать за девушкой. Поттер проследил за ними, а потом еще крепче прижался к Драко. Малфой захихикал и произнес: – Гарри, а ты знаешь, что это твои друзья? Подросток замолчал на пару минут, и блондину показалось, что его перестали слушать. А потом он вдруг медленно произнес: – Др.. Друзья? Малфой удивленно взглянул на юношу и сказал: – Ты говоришь? – Друзья, – повторил Гарри. Его глаза светились от восторга, когда он смог произнести такое длинное слово без проблем. – Друзья! Друзья! – Да, друзья, – с улыбкой сказал Драко. – Мальчик с рыжими волосами – Рон. А девушка… Думаю, ты знаешь ее имя. – Ге… рем.. миона? – Гермиона, попробуй. – Миона! – Неа, Гер-ми-о-на. – Миона! – упрямо настоял Гарри. Громко. Очень громко. И прямо на ухо Драко. Блондин показательно прижал ладонь к уху. – Ну, я думаю, для первого раза – просто отлично… Когда Рон и Гермиона вернулись, Драко широко улыбнулся и сказал: – Ну-ка, Гарри, кто к нам пришел? – Рон и Мион? Девушка чуть не уронила поднос. А Рон моргнул и неуверенно произнес: – Когда мы уходили, он еще не мог произнести наши имена. –Ну, Гарри – очень быстро учится, – ответил Драко. – Хотя у меня не получается заставить его произнести Гермиона. Миона нравиться ему намного больше. Девушка поставила поднос, и Гарри, широко ей улыбнувшись, снова произнес: – Мион! – Он уже несколько раз повторил ваши имена, – сказал блондин. – А еще ему нравиться орать их мне в ухо, так что я скоро оглохну на одну сторону. Драко вместе с Гермионой и Роном смогли накормить Поттера плотным завтраком и даже заставили выпить тыквенного сока. Гарри не любил ни сок, ни кашу, так что каждый завтрак был форменным сражением. Малфой понял, что его подопечный уже наелся, когда брюнет начал двигаться, поворачивать голову, и в конце концов, уткнулся лицом в плечо блондина. – Все, хватит, – сказал блондин Гермионе. – Гарри не может пока нормально говорить, поэтому он показывает все жестами. Как сейчас. – Так, а что вы делаете после еды? – спросила девушка, продолжая хрумкать чипсами. – Ну, я могу читать ему что-то, или пытаться чему-то научить, – произнес Драко. – Но, в данный момент он не хочет ни того, ни другого. – Откуда ты знаешь? – спросил Рон, так как не заметил у Гарри никаких жестов, указывающих на это. – По тому, как он меня обнимает, – ответил Драко. – Так как он уютнее устроился у меня на плече и даже не двигается, то значит, Гарри хочет отдохнуть именно так. Если он хочет, чтобы я или Северус почитали ему, он обычно пытается ударить нас книгой. Если Гарри хочет чему-то учиться, то он продолжает шевелиться, пока я не угадываю, что именно он хочет изучать. – Он нервничает, Сев. – Вижу, но что мы можем сделать? – спросил зельевар, глядя на Драко. – Я хочу научить его ходить, – ответил Малфой. – Он устал быть на кровати все время. – То есть, ты хочешь, чтобы он еще и убегать мог от нас? – Нет, я хочу, чтобы он быть свободен, – возразил Драко. – Вот ты бы хотел 24 часа в сутки, 7 дней в неделю быть в постели? Северус вздохнул, признавая правоту крестника. Мужчина потер лоб и сказал: – Думаю, ты прав. Просто не хочу, чтобы Гарри бродил по Хогвартсу сейчас, когда едва может говорить. – У него получаются короткие предложения. – Не достаточно хорошо. И в Хогвартсе, и вне замка остались люди, которые хотят причинить ему боль. – Он будет слушаться нас, – ответил блондин. – Ты это знаешь. Пожалуйста. Гарри хочет двигаться. Я вижу это. Я вижу его боль, когда я иду к нему, а он не может. – А почему именно ты учишь Гарри ходить? – спросила Гермиона. – Потому что у Сева нет времени. А вы учитесь. – Ты тоже. – Но я живу вместе с Гарри. К тому же, вы с Уизли еще и парочка, разве нет? – спросил у девушки Драко. Гермиона покраснела и сказала: – Н-н-нет! Мы не… – Да ладно, даже Гарри это заметил! – Что? – вскрикнула она, прикрывая красные щеки ладонями. Драко засмеялся, а Гермиона продолжила: – Нет, нет, нет! – Так или иначе, Гарри хочет ходить, а я буду его упорно этому учить. – Гарри, не сейчас! Я занят – делаю домашнее задание! – Ходить! – Я знаю, что ты этого хочешь, но я же сказал после обеда! – Сейчас! – Нет! – Ходить! – Нет! – Проблемы? Драко зарычал на своего очень удивленного крестного отца, а потом продолжил заниматься. Гарри собрался уже бросить еще одну книгу, но тут Северус сел рядом с ним. – Драко нужно заниматься, Гарри, – тихо произнес Снейп. – Давай, ты посидишь со мной в гостиной до обеда. А потом Драко будет с тобой весь вечер, и ты сможешь мучать его каждый раз, когда захочешь. Давай? Поттер, казалось, был доволен таким поворотом событий, а Малфой застонал. Профессор зельеварения поднял подростка на руки, и Гарри счастливо улыбнулся. Северус положил парня на диван, и вздрогнул, когда юноша не смог даже сидеть самостоятельно. Похоже, Драко был прав, когда решил снова приучать Гарри к физической деятельности. За прошедшие недели тело подростка настолько расслабилось, что он совершенно не мог напрячь мускулы, разве что только на руках. Юноша даже ползать не мог – ему не хватало сил. Все закончилось тем, что Гарри полулежал на коленях у мужчины, а Северус читал ему. Кто-то может подумать, что Поттер слушал детскую сказку, но это не так. На самом деле, подросток предпочитал книги по зельям или защитной магии. Так что Снейп склонялся к мысли, что Гарри помнит больше, чем может сказать. Сейчас это был текст по щитовым чарам, так как подростку больше всего нравилась ЗОТС. Северус читал уже минут 10, когда понял, что его не слушают. Гарри уснул прямо у него на руках. Маг аккуратно убрал книгу и стал напевать колыбельную, нежно поглаживая подростка по голове. Зельевар еще долгое время просто сидел и напевал, пока Поттер мирно спал. – Сев? – Хм? – Уже обед, а ты ничего не делал последние три часа. – Ничего страшного, – ответил Северус, нежно погладив Гарри. – Иногда надо просто посидеть и подумать. – И дать своим мозгам передышку? – Драко! Гарри почти кричал от разочарования. Неважно, что делал Драко – у Поттера никак не получалось встать. Сейчас он сидел на полу, глаза блестели от слез. Блондин все это видел и с отчаянием думал о других способах, которые он мог бы применить. Малфой искал такую возможность, которая бы сработала. И, наконец, ему это удалось. Осталось только убедить в этом его подопечного. – Ладно, Гарри. Давай попробуем по-другому, – сказал Драко, приседая на корточки рядом с брюнетом. – Обними меня руками за шею. Крепко обними. Гарри сделал, как его попросили, фыркнув. Блондин крепко обхватил его талию и поднялся на ноги. Гарри пискнул в знак протеста, так как ему пришлось со всей силы опереться на ноги, если он не хотел, чтобы Драко упал вместе с ним. Ноги у подростка дрожали, и он все же перенес большую часть веса на Малфоя. Руки Драко крепко и надежно держали его за талию, давая брюнету знать, что его не оставят. Постепенно Гарри привык к такому положению, и стал более уверенно опираться на ноги. – Кажется, так лучше, – пробормотал слизеринец. – Эта тактика лучше, правда? Гарри кивнул, немного отстраняясь от блондина. – Не перенапрягайся, – сказал Драко. – Давай делать все медленно и постепенно. Когда пятнадцать минут спустя в комнату зашел Северус, он увидел интереснейшую картину. Гарри неуверенно стоял на дрожащих ногах, при этом Драко почти не обнимал его за талию. Конечно, блондин дал брюнету обхватить себя за шею, потому что Поттер еще не мог держаться ровно совсем без поддержки. – Я вижу, мы делаем успехи, – сказал профессор зельварения, входя в комнату. – Сев! – Гарри! Драко поймал взволнованного подростка, и Северус улыбнулся, подходя ближе. Поттер попытался подойти к нему, забыв, что у него это пока почти не получается. – Похоже, у нашего Гарри просыпаются некоторые инстинкты, – сказал Снейп блондину, позволяя брюнету крепко обнять себя за талию. – Если мы приведем его мускулы в тонус, он тут же сможет нормально ходить, – произнес Драко. – Правда, Гарри? – Правда! – Ты даже не слушал? – Нет! – И как можно быть таким довольным…