Возвращение разума

Гарри открыл глаза и сел. Он был в комнате, очень похожей на ту, которую он создал, когда убил Волдеморта. В этот момент юноша помнил абсолютно все: свое прошлое, свое настоящее, и даже то, как умер Темный Лорд. – Почему я не могу вспомнить Рона и Гермиону, когда бодрствую? – вслух спросил подросток. Потому что ты не готов к этому. – Кто же ты? Я – это ты. Гарри, не переживай. Я – часть тебя. Я – тот, кто лечит тебя. Когда ты придешь в себя окончательно, мы снова будет одним целым. – То есть, это ты не даешь мне помнить? В некотором роде, – признался «второй» Гарри. – Где ты? Тебе не покажется странным видеть своего двойника? – Мне кажется, что у меня в жизни было достаточно странных событий, чтобы пережить это. Думаю, ты прав. Тут же прямо перед парнем возник его близнец и протянул руку. Гарри принял ее и встал на ноги. – Почему я не готов… к памяти? Потому что ты хочешь забыть. Ты хочешь обладать тем, чего у тебя никогда не было. Хочешь быть тем, кем тебе никогда не давали возможности быть. Ты хочешь быть любимым. – И это единственная причина? Нет, конечно. Волдеморту удалось уничтожить твой разум. И хотя я отключил боль тогда, я не хочу, чтобы ты снова переживал воспоминания, где Лорд пытался перестроить твое сознание. Эта комната – место, где я спрятал твои воспоминания, поэтому когда ты вне неё, ты – ребенок. – И как долго так будет? Если захочешь, всегда. А теперь – пора спать. Я не хочу мешать твоему отдыху, так что возвращайся в реальность. У Гарри были вопросы. Он хотел услышать ответы на них. Сейчас же. Но «второй» Гарри прижал палец к его губам, не давая подростку вымолвить и слова, улыбнулся и… Все поглотила тьма. Драко проснулся, когда услышал тихий плач. Блондин повернулся, и столкнулся лицом к лицу с Гарри, который не спал. В уголках его глаз застыли слезы. – Привет, – сонно произнес Малфой, протирая глаза. Хорошо, что была суббота, так что они с Поттером могли отоспаться. – Прости, – захныкал Гарри. – Я разбудил тебя… – Все в порядке. Плохой сон? Брюнет кивнул. – И о чем? – Драко был очень рад, что подросток теперь мог довольно сносно говорить. Больше не приходилось гадать, в чем проблема. Чаше всего кошмарами становились воспоминания из детства, и тогда очень просто было успокоить Гарри, заверив его, что это больше не повториться. Но в этот раз кошмар был спровоцирован чем-то другим. – Комната, – сказал черноволосый подросток. – Меня был там. Драко не видел смысла исправлять Гарри, так как было уже очень поздно, и они оба были уставшими. – И другой меня, – продолжил подросток. – Мы говорили, но меня… меня не помнит, о чем… а потом… так темно, и ничего не видно, и… – Но сейчас-то все в порядке, – заметил Малфой. – Подвинься. Надо поспать еще. Ты ведь видишь меня? – Угу. – Значит, спать. Гарри охотно приполз в объятия Драко и уснул. Северус взъерошил волосы Гарри, а потом и Драко. Подростки пошевелились, но не проснулись. Потом Снейп перевел взгляд на часы, но решил, что в субботу вставать в половину восьмого все же несколько рановато. Профессор решил дать юношам возможность выспаться. Мужчина аккуратно подоткнул одеяло, и на миг залюбовался тем, как Гарри довольно прижался к груди блондина. Маг тихо вышел и закрыл дверь. – Они еще спят? – спросила Гермиона. – Да, – ответил Северус и посмотрел на часы. – Я был у них в половине восьмого, и они еще спали. Сейчас было тридцать минут девятого. И Грейнджер, как оказалось, бодрствовала уже пару часов. Когда гриффиндорка больше не могла находиться в своей комнате, она спустилась в подземелья. Конечно, девушка ожидала, что Гарри уже проснулся. И тут, как будто отвечая на ее безмолвную просьбу, открылась дверь, и появился заспанный Драко. – Гарри еще не проснулся? – спросил профессор зельеварения. Мгновением спустя дверь распахнулась, и Гарри с визгом повалил Малфоя на пол. Северус и Гермиона тут же поспешили к подросткам, помогая им встать. Поттер засмеялся, а блондин заскулил: – И почему я никогда не замечаю его, когда он собирается завалить меня на пол? Гарри проигнорировал слова слизеринца и крепко обнял Гермиону. Девушка рассмеялась и сказала: – Тебе нравиться нападать на этого нахала, Гарри! И, по правде, у тебя это здорово получается. – Отлично, а теперь идите и умойтесь, – сказал Снейп. – Я и мисс Грейнджер будем ждать вас, чтобы позавтракать. Гарри убежал первым, заставив Драко вскрикнуть и устремиться за подростком. Дело в том, что Поттер еще очень неустойчиво держался на ногах, и поэтому в любой миг мог упасть. Так что блондин за него сильно переживал. – Мило… Драко постоянно оберегает его? – с нежностью спросила Гермиона. – Оберегает? Он просто с ума сходит. По его мнению, любой косой взгляд в сторону Гарри – повод для убийства, – пробормотал Северус. Грейнджер засмеялась. Девушка следила за тем, как Гарри маленькими кусочками жевал тост. Она заметила, что Драко прилагал кучу усилий, чтобы не начать самостоятельно кормить подростка. – Как я вижу, Гарри все еще не очень хорошо кушает? – спокойно спросила девушка у слизеринцев. – Да, – ответил Северус. – Его не волнует еда, как таковая. Она ему нравиться, как повод быть рядом с нами. – Но вы часто указываете Гарри, чтобы он ел, – сказала Гермиона. – Да, и поэтому он ест, так как знает, что это сделает меня счастливым, – сказал Драко. – Но, несмотря на это, я всегда слежу за тем, как Гарри питается. В прошлый раз, когда мы разрешили этому чуду кушать самостоятельно, он свалился в голодный обморок. Гарри явно обрадовался, когда Драко произнес его имя, поэтому стремглав побежал к блондину. Тот низким и мягким голосом попросил подростка выпить стакан сока. Брюнет нахмурился, но согласился. Потом, к огромному удовлетворению Малфоя, Поттер догрыз остаток тоста. – Ты голоден? – спросил Драко. – Нет, – уверенно ответил Гарри. – Обычно он не сильно голоден с утра, – заметила Гермиона. – Именно поэтому, вероятно, у нас больше всего проблем именно с завтраком, – ответил блондин. – Гарри, у меня есть предложение. – Да, какое? – Я почитаю тебе про тот текст про защитную магию, который принес Рон, – ответил блондин. – А ты съешь всю закуску во время обеда. Согласен? – Да! – Почему бы ему не согласиться? Обычно на обед еда была хорошей и нравилась ему, и Гарри действительно хотел послушать тот текст, который принес Рон. Несмотря на то, что он мог ходить и говорить, у него все еще были большие проблемы с чтением и письмом. – Отлично, – сказал Драко. – Тогда доедай, ага? – Да! – Он всегда кричит «да»? – спросила Гермиона. – Не забывай, есть еще «нет»! – ответил блондин. – И он просто обожает орать мне в ухо! Гарри уже закончил кушать и медленно слезал со стула. – И куда это ты? – спросил Северус у подростка. – … Иза… стола? – А что ты должен был спросить? – Могу ли… меня… выйти иза стола? – Конечно, можешь, – сказал профессор зельеварения. И Гарри тут же побежал за фотоальбомом, который для него сделал Драко. Когда Гермиона с вопросом в глазах посмотрела ни них, Драко ответил: – Он отказывается говорить «я» вместо «меня», и иногда коверкает слова, но прогресс очевиден. – Миона! Гермиона повернулась и увидела Гарри, который протягивал ей альбом с фотографиями. Девушка сложила салфетку, поблагодарила Северуса за завтрак и села на полу гостиной рядом со своим другом. – О, милый, это очень хороший альбом, – сказала она. – Это Драко дал тебе? – Да, – громко сказал Гарри, но все же подросток не кричал. Малфой застонал и сказал: – Он орет только мне на ухо? – Потому что он точно знает, – ответила Гермиона. – Что тебе нравится это, потому что он тем самым привлекает твое внимание. Блондин странно посмотрел, как гриффиндорцы начали просматривать альбом. – Даже не пытайся это отрицать. Это правда. – Проклятье… Она быстро заметила. – Таковы женщины. – Неудачный опыт или что-то другое? – Та же Поппи всегда знает, когда у меня что-то болит, как бы мне не хотелось скрыть это от нее, – ворчливо ответил Снейп, и Драко не мог не засмеяться. Гарри со скукой крутился на кресле. Драко был на занятиях, а Северус вел уроки. Его друзья снова начали заниматься, когда Гарри поправился. Конечно, маги не давали подростку спать все время, но они мало что могли предложить ему. Юноша встал и прошелся по комнате. Ему все надоело, а когда ему что-то надоедало, он обычно делал что-то новое. Гарри больше не пытался читать самостоятельно, потому что у него не получалось, и тогда он начинал плакать. Без Рона, Гермионы, Драко или Северуса это не имело смысла. В прошлый раз его успокаивал Северус, но к этому времени Гарри уже так устал от криков, что проспал после этого десять часов подряд. Итак… читать не хочется. Но что-то делать надо было, потому что Гарри было очень скучно. Поэтому Поттер подошел к двери, и попробовать открыть ее. Раньше она всегда была заперта. Но не сегодня… Щелчок, и дверь открылась. Гарри удивленно уставился на нее. Потом подросток сделал пару шагов и выглянул в коридор. Северус и Драко никогда не запрещали ему выходить из комнаты, если ему станет скучно. К тому же, он точно знал, что находится в школе… Однако Гарри хотелось самому увидеть замок. Подросток вышел из комнаты. Теодор Нотт шел по коридорам, возмущенно бормоча под нос. Он пропустил урок, и теперь пытался незаметно выйти из подземелий. Все пошло прахом, когда Поттер победил Темного Лорда, а теперь никто не мог убить этого Героя! Парня слишком хорошо защищали. Это же просто смешно! Ну, если никто не решался сделать это, тогда Гарри Поттер будет убит им. Теодором. Но юноше требовалось время, чтобы составить план. Время и свобода в передвижениях. И по этой причине, он временно покидал Хогвартс. Ни один из них не замечал другого, пока подростки не столкнулись. Один упал с тихим ругательством, а второй – с удивленным визгом. Нотт поднял взгляд и увидел огромные зеленые глаза. Поттер. Без палочки. И без памяти, судя по всему. Слабый и беззащитный Поттер. Теодор радостно вскинул палочку и направил ее на Гарри, который с ужасом уставился на слизеринца. Аластор Муди шел мимо Большого Зала, размышляя над тем, зачем он понадобился Альбусу. У мага не было никакого желания говорить с жизнерадостным директором. Тут течение его мыслей прервал крик. Но это не был крик удивления. Это был крик боли. – Круцио! Гарри почувствовал боль, а потом услышал шум в ушах. Юноша закрыл глаза и провалился в блаженную темноту. – Гарри… Все в порядке. – Кто ты? – спросил он у темноты. – Гарри, это же я. Подросток осмотрелся, и увидел знакомую комнату, и что рядом с ним какая-то тень. – Ремус? – спросил Гарри. – Привет, – ответил мужчина и сел на колени. – Прости, что я не с тобой. Альбус сказал, что ты тяжело ранен. – Я в порядке! – ответил Гарри. – Он говорил о повреждении мозга, – заметил Ремус. – Ты точно в порядке? – Ну… Ладно, у меня дела идут не отлично, но уже намного лучше, чем раньше, – ответил Гарри, забыв о боли и о реальном мире. – А ты не можешь приехать и навестить меня? – Ты хочешь этого? – Конечно! Ремус улыбнулся и сказал: – Тогда для начала проснись. Гарри закричал, когда его снова настигло проклятие. Оно огнем прокатилось по нервам. Нотт злобно рассмеялся: он собирался прямо сейчас покончить с Поттером. Теодор питал проклятие ненавистью, ведь Гарри убил его отца, и теперь слизеринец мог отомстить. Когда у Гарри изо рта потекла кровь, Грюм, наконец, добрался до места нападения и, выглянув из-за угла, швырнул в Нотта Ступефай. Аврор на максимальной скорости поковылял к подросткам. Гарри все еще содрогался в конвульсиях, а глаза были широко распахнуты от боли и страха. – Все уже в порядке, – успокаивающе произнес Муди. Аврор услышал топот ног и крики. – Кто-нибудь, позовите мадам Помфри! Северус всегда наказывал студентов, если они бегали по коридорам, но сейчас мужчина пренебрег своими запретами и несся в сторону Больничного Крыла. Уизли и Грейнждер бежали за ним, потому что у них был урок Зелий, когда сообщили о нападении на Гарри. Драко, к сожалению, с магами не было, так как он был на Трансфигурации с когтевранцами и пуффендуйцами. Когда вся компания добралась до Больничного Крыла, оказалось, что блондин немного опередил их. Северус, Драко, Рон и Гермиона с болью услышали плач Гарри. Поппи пыталась успокоить подростка, но он громко ревел, зовя Драко и Северуса. Малфой не колеблясь прибежал к Поттеру и крепко притянул того в отчаянное объятие. И только тогда Гарри замолчал, но слезы продолжали катиться по щекам. – Что случилось? – потребовал ответа Снейп, подходя к Гарри. Рон и Гермиона стали рядом. – Аластор поймал Теодора Нотта, когда тот накладывал на Гарри Круцио, – сказала Поппи. – Грюм оглушил слизеринца, а потом отправил студентов за мной. Мы перенесли Гарри сюда, но он не прекращал плакать и кричать. И все время звал вас, так что я уже и не знала, что делать. Драко удалось достаточно успокоить Гарри, чтобы тот смог выпустить блондина из объятий. – Я никуда не уйду, – пообещал Драко, садясь на кровать. – Ладно? Но почему ты вышел из комнат? – Дверь… Она была открыта, – сквозь рыдания выдавил Гарри. – Прости. – Ничего страшного, – успокаивающе произнес блондин. Он повернулся к мадам Помфри и спросил: – Какой вред нанесло проклятие? – Пару дней он будет чувствовать слабость, ну а в остальном все в порядке. Я ожидала худшего, но все ограничилось только прокушенным языком, отсюда и кровь. Гарри тихо заскулил и крепче прижался к Драко. Блондин тут же стал нежно гладить подростка по голове, и тот, наконец, расслабился. – Где Нотт сейчас? – спросил Северус, с трудом сдерживая гнев. – Он уже в Министерстве, в камере предварительного заключения, – ответила Поппи. – Альбус и Аластор позаботятся о том, чтобы его посадили. – Зная Фаджа, он потребует интервью с Гарри, – едко заметил профессор зельеварения. – Он уже пытался узнать у Альбуса, что случилось, – сказала Помфри. – Аластор заметил, что, так как он был свидетелем, и так как у них есть Теодор Нотт, то в присутствии Гарри нет необходимости. Северус вздохнул от облегчения. – Теперь ты будет ждать нас в своей комнате? – спросил Драко. Поттер кивнул. – Хорошо. Мы просто не хотим, чтобы это повторилось. – Но… я хочу увидеть… – Ты только что сказал «я» вместо «меня». Гарри кивнул. – Похоже, ты делаешь успехи, – сказал блондин, ложась рядом с подростком. Тот пододвинулся так, чтобы Малфою было удобнее. Вдруг черноволосый юноша стал рассеянно озираться по сторонам. – Где он? – Кто? – спросил Северус. – Он! – Гарри, мы не знаем, о ком ты говоришь, – сказал Драко. – Луни! Он пообещал навестить меня, когда я проснусь! Я проснулся – где он? – Луни? – переспросил Драко. – Ты имеешь в виду Ремуса, Гарри? – тихо спросила Гермиона. – Да! Луни! – Луни – это прозвище Рема, – объяснила блондину девушка. – Но его ведь здесь не было уже давно? – Последний раз Люпин появлялся Хогвартсе, когда Гарри еще был в коме, – сказал Северус и перевел взгляд на Минерву. – Я посмотрю, удастся ли мне с ним связаться, – произнесла ведьма и вышла из комнаты. – Гарри, почему бы тебе не лечь и не поспать немного, – предложил Драко. – Уверен, Луни делает все, что может, чтобы как можно быстрее прибыть в Хогвартс. – Правда? – Да, правда.