Вот и сказочке конец

Было холодно. Первое время — если, конечно, можно было применить слово «время» — он чувствовал только пронизывающий насквозь холод. Кожей он не чувствовал ветра или падающего снега, но все же сворачивался, подогнув ноги, когда становилось невмоготу. Лежал он долго. Он не мог чувствовать, сколько времени прошло, он не мог даже понять, шло ли оно вообще. Вокруг не было никаких звуков, которые его острый слух сумел бы уловить, в глаза не бил рассветный луч — или луч закатный — и он лежал, не помня, кто он, не помня, что у него есть глаза и тело. Он словно сросся с землёй, на которой лежал, а может быть и примёрз к ней. Он ощущал себя младенцем в утробе матери — кажется, ты что-то чувствуешь, но не можешь понять, что именно чувствуешь. Голода тоже не было. Не было жажды. Он лежал на боку, видел сны — пугающе реалистичные. Сны заменили ему реальность. Он лишь переворачивался с бока на спину, обратив лицо к небу, если, конечно, это небо вообще над ним было. Но однажды он пришёл в себя. Осознал, что он — не холм на земле, не вросший в землю булыжник, понял, что у него есть тело. После долгого сна, после сумасшедшего круговорота из лиц и мест действия, открыть глаза было по-настоящему удивительно. Словно родиться. Сколько он спал? И спал ли он вообще? Кит был так потерян во времени и пространстве, что не мог сообразить, что же произошло. Долго он вспоминал. В момент пробуждения он лежал на спине, и первым, что он увидел, было чёрное небо. Высокий купол с разбросанными по нему звёздами, яркими, словно солнца. Кит попытался найти в небе Луну, чтобы по ней отслеживать, сколько прошло времени. Но не сумел. Он прокашлялся, ему казалось, словно горло было заполнено пылью. Затем попытался подняться. Тело сначала не слушалось. Он долго пролежал, пытаясь вспомнить, как управлять руками и ногами, стараясь заставить их хоть немного двигаться. Сколько же он так пролежал? И почему он столько пролежал? И где он вообще? Вопросов было слишком много, голова болела от их количества. Стоило Киту попытаться ответить на один вопрос, как возникали два новых вопроса. И так — до бесконечности. «Ладно, — сказал он себе, — нужно вспомнить, что случилось» И он зажмурил глаза, погрузился в воспоминания, которые были похожи не на ленту, в которой события шли друг за другом, а на суп. Здесь — в бульоне из воспоминаний Кита о том, кто он такой, плавали кусочки воспоминаний о Флинне. Об отце — их было мало, но они притягивали взгляд. И, словно масляная пленка, на поверхности расположились воспоминания о Лэнсе. Кит вспомнил. Воспоминания выстроились в нужном порядке, и он, собрав все силы, попытался подняться. Последнее похищение! Он похитил принцессу Люси. Потом его подстрелили. Он упал и сражался с Аврилом. Потом... Киту удалось встать на ноги. Колени подгибались, парень упёрся в них ладонями, согнувшись, чтобы не упасть. В глазах потемнело — сколько же он пролежал на земле? — и когда зрение стало возвращаться, Кит сумел разглядеть, где же находится. Он увидел красную брусчатку. Света звёзд хватало, чтобы различить цвет. Кит поднял голову и увидел, что стоял он на дорожке, по обеим сторонам которой росли высокие деревья. Их ветви раскинулись во все стороны, на ветвях не было ни одного листика. Кит обрадовался — лето ещё не наступило! Он, по крайней мере, не проспал наступление Йонасса. Отчего-то у Кита было чувство, что место, в котором он находился, не было обычным. Он продолжал вспоминать. Лэнса ранили. И Кит приложил все усилия, чтобы его спасти. Сумел прочесть сказку. Да, было так. А что потом... Кит поднял глаза. Дорожка уходила вверх, петляя. Деревья и кусты не давали увидеть, куда же она ведёт. Парень сделал шаг. Он не мог больше стоять на месте, ведь кто знал, сколько он лежал здесь до своего пробуждения. Было ужасающе тихо. Лишь стук подошв ботинок о брусчатку и дыхание Кита. Дракону было не по себе. Потом он подхватил Лэнса и полетел в лес. Привалил его к дереву, привалился сам и потерял сознание. Кит вспомнил о ранах, что арбалетные болты и меч Аврила нанести ему, и завёл руку за спину, стараясь нащупать ранения. Он засунул руку под рубашку, но ран не было. Зажили, выходит. Он шёл по дорожке, внимательно прислушиваясь, но все было тщетно. Ни одного звука, ни далекого шуршания травы и опавших листьев, ни слабого отголоска, ни шорохов чужих шагов, не было ничего. Кит словно оказался в пустоте. Дорожка привела его к улице. Он увидел домики, самые разные. Чуть поодаль были настоящие особняки, а поближе — скромные домишки с побелёнными стенами и красной черепичной крышей. Кит стучался в двери и заглядывал в окна, но никто ему не открывал. Тогда, осмотревшись, он вошёл в один из домиков — двухэтажный узкий дом с покатой крышей. Встретили его темнота и тишина. Кит был не из тех, кто боится темноты. Он привык жить в темных пещерах, привык быть тем, кто пугает, а не тем, кто пугается. Или, вернее, он привык быть тем, кем пугают. Да и к тому же — он видел в полумраке и даже в полной темноте не становился слепым. В доме никого не оказалось. Была простая мебель, полки и шкафы, была даже парочка книг, о названиях и авторах которых Кит никогда в жизни не слышал. Он прошёл мимо тяжелого шестиместного стола, провёл рукой по спинке стула, и, поняв, что в доме никого нет, вышел прочь. Никого не было и в следующем доме. И в следующем. Кит вышел из десятого по счету дома и понял, что оказался в очень странном месте. Не было ни одной живой души, не было вообще ничего, что могло бы подсказать ему, где он находится... так он думал. Пока не вышел на главную площадь. И тогда у него наконец появилось предположение. Посреди огромной площади стоял фонтан. Величественный, больше похожий на озеро, в середине которого возвышались колонны, устремляющиеся, казалось, к самим небесам. Он замер, заворожённый тем, что открылось его взору. Струи воды, искрящиеся в свете звёзд, отрывались от верхушек колонн и устремлялись вверх, оставляя после себя клубы водной пыли, которая сверкала в свете звёзд всеми цветами радуги. Какие-то струи мягко стекали по колоннам, образуя водопады, и оттуда, где поток встречался с гладью, разбегались круги. Кит подошёл поближе. Он прислушался, но не услышал журчания воды. Тогда он, подумав, что оглох, пару раз хлопнул в ладоши, и услышал звонкие хлопки. Дело, значит, было в этом фонтане. Кит выловил из головы ещё одно воспоминание. Тот день, когда План показал им Легенду о Варском Фонтане, слова, которые они перечитывали снова и снова, пока они, кажется, не отпечатались в памяти. Может, выйдешь, когда будешь стар Нет, нет! Кит просто не мог этого допустить! Там, в Королевстве, его ждали важные дела, и, мало того, его ждали дорогие люди! Летом Йонасс устроит резню, и Кит просто не мог позволить себе... Или мог? Дракон смотрел на фонтан, пытаясь решить, что же делать. В тот момент он услышал за спиной знакомый лай.

***

Ходить по пустому городу с Флинном-Псом было лучше, чем ходить в одиночестве. Кит то и дело оглядывался на пса, отмечая про себя, насколько радостным выглядит зверь. Кит никогда не видел его таким ошарашенным и счастливым, даже тогда, когда Флинн-пёс встречал Флинна после долгой разлуки. Пёс словно пытался подарить кусочек счастья и Киту, но тот не мог принять его, пока не поймёт, чему же радуется пёс. Что же. Теперь было ясно, как Кит здесь оказался. Раз Кит здесь, то, значит, Флинн-пёс принёс сюда и Лэнса, потому что Лэнс был рядом с Китом тогда, в лесу. Если Кит все правильно помнил и ничего не упускал — а такое вполне могло быть — то ему следовало продолжить искать Лэнса. Флинн-пёс бежал перед Китом, по-смешному задирая лапы. Кит улыбался, глядя на него. Хоть кто-то радовался сложившейся ситуации. Город был большим. Кит даже не мог сказать, долго ли он ходил по нему, переходя с улицы на улицу, потому что не менялось ни небо, ни его самочувствие. Он мог лишь сказать, что обшарил уже пять сотен домов сверху донизу, и ни в одном из них не было Лэнса. Дома и улицы не кончались. Кит ходил мимо парков, мимо огромных зданий, мимо рынков с пустыми прилавками выкрикивая имя, но тщетно. Он снова и снова возвращался к Фонтану, затем стоял, смотря на водные струи, а потом шёл дальше. Он почувствовал, что в нагрудном кармане что-то было. Замер, засунул пальцы в карман, вцепился в знакомую гладкую поверхность, и достал красный камень. Но в кармане было что-то ещё. Кит достал из кармана второй красный камень и теперь стоял, держа их на ладонях, смотря то на один, то на другой, а в голове проносился лишь один вопрос: Что за чертовщина? Камни были одинаковыми по цвету, по весу, но немного отличались по форме. Кит посмотрел в глаза Флинна-пса, успевшего за время, которое Кит посвятил разглядыванию камней, уже устать и растянуться у ног парня. — Откуда второй? — Спросил Кит. Горло саднило от выкриков одного и того же имени. Кит постарался ещё раз прогнать в голове события. Они улетели в довольно далекую часть леса, поблизости никого быть тогда не могло. Откуда взялся камень? Кит задумался. — Лэнс дал его мне. Больше некому. Никто не знал о камне, что дала мне дева, кроме него. Но откуда он у Лэнса?.. Кит замер, перестав шептать. Он услышал, словно наяву, звук, который раздался, когда Лэнса ранили. Звон разбитого стекла. Кит осмотрелся. Он совсем забыл об этой детали, и теперь ему казалось, что кто-то или что-то подсказало ему. Заставило вспомнить. Заставило обратить внимание. Кит обернулся. — Кто здесь?! — Спросил он у пустого города за спиной. Ответа не последовало. — Если здесь есть кто-то... покажись мне! Тишина. Кит тяжело задышал, вдруг поняв, в какой ситуации оказался. Дракон уже переживал подобное ранее, но это всегда был его осознанный выбор. Теперь же он тщетно пытался встретить хоть одну живую душу, и сходил с ума от того, что оказался снова в пустой темной пещере — вместе с Флинном-псом, правда, как в старые времена. Он сжал ладони, пряча камни. Прикрыл глаза, прислушиваясь к звукам, которых не было. Сердце перестало вырываться из груди. Кит опустил голову, вглядываясь в брусчатку, и вдруг понял, что глаза горят. Он не любил это чувство — оно ассоциировалось у него с детством, с теми месяцами, когда он жил в Крамале и скучал по Флинну. Кит и сейчас скучал, хоть и не желал себе признаваться в этом. Он был уже слишком взрослым, чтобы скучать. Он был драконом! Драконы не должны скучать, это не по их природе! Правда же? Правда же? Кит уже не был в этом уверен. Ему хотелось скучать. Ему хотелось плакать от того, что душа рвалась прочь из тела, желая полететь к дорогим людям. Было больно. Что-то словно было не на месте, чего-то словно не было. Или кого-то. Страшная догадка вдруг вспыхнула в мозгу Кита. А что, если Флинн-пёс не перенёс Лэнса вместе с Китом лишь потому, что пытаться спасти его не было смысла? Сердце дракона заныло сильней, проваливаясь в глубокую дыру, темнее, чем любая пещера. Вдруг он умер? Что же делать тогда? Кит опустился на колени, склонив голову перед Флинном-псом, и, внимательно глядя в темные звериные глаза, спросил: — Он жив? — Флинн-пёс смотрел на Кита, не моргая. Пёс лежал, вытянув лапы, пристроив на них большую голову. — Святая Королева. Кивни, гавкни, я не знаю. Пожалуйста. Кит ждал, замерев, а его голова была заполнена одной единственной мыслью. Руки дрожали, перед глазами все плыло. Если Лэнс погиб?! Какой ужас! Кто в этом виноват? Аврил и Орден, в этом нет сомнений. Только вот... если Лэнса больше нет на этом свете, что же теперь делать Киту? Он ведь и согласился пойти с ними лишь потому, что этот странный мальчишка убедил его. До других драконов Киту не было никакого дела, и он не чувствовал вины из-за этого. Смерти магических созданий, чуть ли не их вымирание, конечно, это не очень хорошо. Но Лэнс заставил Кита поверить в то, что от его участия что-то да зависит. Киту стало горько. Его участие в спасении магии и драконов зависело лишь от жизни одного мальчишки, и, если эта жизнь уже прервана, значит, Киту нет смысла возвращаться. Флинна, разве что, жалко. Если он потерял внука, а Кит не вернётся к нему, что же старику останется делать? Кит знал старика достаточно долго, чтобы понять, что от дела своего он не отступится. Мгновенно постареет лет на десять — да, заболеет — да, потеряет блеск в глазах, тягу к жизни и веру в справедливость — да, да, да. Но он продолжит бороться. — Он жив? — Переспросил он Флинна-пса слабым, тусклым голосом. Пёс наклонил голову и прикрыл глаза. Он во всем разберётся, а ты потом верни его, ладно? Кит узнал голос сразу же — не нужно было даже задумываться. Он подскочил на ноги, завертелся по сторонам, стараясь увидеть силуэт. Но он и Пёс были в этом городе абсолютно, бесконечно одни. Тогда Кит выдохнул, убрал волосы, лезшие в глаза, и снова сел. — Он жив. — Спокойно произнес он, а сердце, стоило произнести эти простые слова, вернулось на место и разгорячилось, забилось быстрее. Щеки Кита запылали — с ним никогда не происходило ничего подобного. Он повторял эти слова снова и снова, они опьяняли его, у парня перед глазами все плыло от невероятного чувства облегчения. — И он знал, куда отправляет тебя и меня. Он сделал это намеренно. Кит поднялся на ноги, выпрямился, быстро размял шею и спину. А затем обратился драконом, и, царапая когтями землю, зарычал так, что эхо его рева долго ещё преследовало его в воздухе. Он взлетел и убедился, что мог спокойно летать — дыра в крыле затянулась. Но даже если бы она не затянулась, он бы полетел все равно. Он полетел бы, даже если бы пришлось сжимать зубы от боли.

***

Все было тщетно. Он поднялся довольно высоко и летел, оставляя за собой дома и деревья, затем жилые улицы остались позади, город закончился, и он летел лишь над голым лесом. Что-то странное показалось впереди, и дракону пришлось приземлиться. Он снова обернулся человеком и пошёл прямо, Флинн-пёс тотчас возник рядом с ним, и остаток пути они преодолели вместе. Шли они недолго. Кит замер, пытаясь осмыслить то, что открылось взору. Земля обрывалась. Заканчивался лес, а затем начиналась, уходя вниз и вверх, бесконечная чёрная пропасть. Отдельные куски земли замерли в воздухе над пропастью, обнаженные корни деревьев зависли в бесконечном миге до падения. Кит попытался подойти ближе. Он ступал уже не по земной твердыне, а по ее разрозненным кускам. Словно хлебные крошки рассыпали по водной глади — вот, на что это было похоже. Кит боялся соскользнуть вниз. Он чувствовал себя, как тогда, ночью, когда гальюнная фигура попросила его спуститься, и он замер над чёрными волнами. Сейчас волн не было. Вообще ничего под кусками земли не было. Флинн-пёс шёл по следам Кита и скулил. Жалобно так, словно сочувствовал. Кит дошёл до последних кусков — расстояние между ними стало по-настоящему большим, и ему приходилось точно рассчитывать свои прыжки, чтобы не свалиться. Не то, чтобы он не мог во время падения обернуться драконом и спастись, но зачем лишние проблемы, когда можно их избежать? Вот и конец. Перед Китом предстала бескрайняя чёрная пропасть. Он стоял на последней хлебной крошке, и смотрел туда, где должна была быть линия горизонта. Сдаваться он не собирался. Он вдохнул и выдохнул. Флинн-пёс пронзительно залаял, а Кит сделал шаг. Он взмахнул крыльями и полетел вверх, разгоняясь до предела своих сил. Порывы ветра били в глаза, Кит махал крыльями с невероятным упорством, но, как только оборачивался, понимал, что город вдали совсем не уменьшался. В конце концов Кит выбивался из сил, возвращался на островки земли, коря Вар и вообще весь мир, и шёл вдоль места, где начинала рассыпаться на куски земля, пока не находил новую точку, с которой можно было попробовать улететь прочь. Все было тщетно. Он не знал, сколько времени прошло. Кит совсем перестал чувствовать время — не то, что раньше ему это особо удавалось, но человеческая часть, по крайней мере, имела к этому склонность. Здесь же не было ничего. Бесконечный сон словно забрал его в свой плен, из которого Киту никак не удавалось выбраться. Он во всем разберётся, а ты потом верни его, ладно? Кит лежал на одной из кроватей в каком-то доме, что первым попался на пути. Он был зол. Злость была привычным его состоянием с тех пор, как он попытался впервые покинуть это место. Он должен в чем-то разобраться, иначе Вар его не выпустит. Только в чем разбираться? Кит устал. Он был растерян и совсем не понимал, что делать. Флинн-пёс все время был рядом с ним, лишь иногда куда-то исчезал. — Подскажите мне! — Раздраженно прошептал Кит, смотря в потолок. Звезды заглядывали в окно, похожие на сотни маленьких глаз, неотрывно наблюдающих. — Я не знаю, что делать. Вы не даёте мне уйти, — Кит не знал, к кому конкретно обращается. Но если вспомнить легенду, то все жители Вара все ещё были в городе. — Так хоть скажите, что делать! Ответа никогда не было.

***

Кит совсем отчаялся. Он ходил по домам, движимый какой-то силой, а не собственным желанием. Он разговаривал сам с собой, пытаясь разобраться. Строил теории и сам опровергал их. Пинал землю и пускал столбы пламени в небо. Смотрел на фонтан. Флинн-пёс пропал. Кит не знал, как давно это случилось. Но за время, пока пса не было рядом, он успел больше сотни раз попытаться улететь прочь. Но и узнал он кое-что. В самом большом здании города — это был настоящий замок — Кит нашёл фреску. Она была вырезана на потолке одного из обеденных залов, поражающих своей роскошью. На фреске был Варский Фонтан. Кит узнал его, узнал колонны и струи воды, такие величественные, что перехватывало дыхание. Вдоль Фонтана, на одинаковом расстоянии друг от друга, стояли Псы. Множество Созвездий Пса, точно таких же, как Флинн-пёс. Там были и огромные взрослые звери, и совсем щенки. — Охраняли фонтан, значит. — Тихо выдохнул Кит. И вдруг встрепенулся и схватился за голову, потому что вспомнил, что слышал, пока был без сознания. Разговор Флинна и Лэнса. Легенда о Созвездиях Пса. Лэнс понял, как связан Вар, псы и драконы. Он все понял, а потом отправил Кита и Флинна-Пса в Вар, чтобы Кит узнал все, что им было нужно для полной картины. Дракон начал смеяться. Этот парень его точно интересовал! Лэнс был одним сплошным недоразумением, чистой случайностью, пришедшей в жизнь Кита тогда, когда он ничего не ждал. И он обо всем догадался раньше Кита! Этот Лэнс, который на Острове Холодных Ветров терял сознание от ужаса и страха, этот Лэнс, которого всерьёз не воспринимал никто из рыцарей, Лэнс, к которому Кит испытывал настоящую привязанность. Кит успокоился. Он смеялся так долго, что на глаза успели навернуться слезы. Кит выдал драконью присказку и криво улыбнулся. У него снова появились силы для того, чтобы пытаться выяснить больше.

***

Камни раскалялись докрасна, когда Кит подходил к одному из окон замка. Окно выходило на Варский Фонтан. Кит стоял у окна, перед этим преодолев два широких и длинных лестничных пролёта, и смотрел на открывающийся вид. Замок стоял на возвышенности, поэтому Кит видел город, как на ладони. Камни в его руках словно пульсировали, обжигая его кожу. Киту ожоги были не страшны. — Почему это место? — Спросил он сам себя. Флинн-пёс возник за его спиной совсем неожиданно. Кит обернулся. Зверь медленно подошёл к нему и замер, усевшись у ног. — Ты ведь был щенком, когда это случилось. Я помню, Лэнс это сказал тебе. Смутно помню. — Он развернул лицо к Флинну-псу. — Подскажи мне. Что здесь произошло? Флинн-пёс прикрыл глаза. Глунар. Глунар. Мой милый Глунар. Ты уйдёшь перед рассветом. В самый тёмный час. Я спрятала одного щенка для тебя. Киту стало не по себе. Он уже не боялся голоса, но этот голос заставил его поежиться. Женский голос. Надрывный шёпот, полный боли и отчаяния. Кит никогда не слышал ничего подобного, и он почувствовал величайшее облегчение, когда это закончилось. Когда все замолкло, он посмотрел на Флинна-пса. — Глунар? — Спросил Кит. — Кто это? Пёс посмотрел на Кита тёмными глазами. Отец не узнает. Он не заметит, мой дорогой Глунар. Не плачь. Не плачь. Нас могут услышать... — Что это за голос? — Камни бились в руке, словно разгоряченные сердца. Кит посмотрел на них. Мама... Это был уже другой голос. Детский голос, голос совсем маленького ребёнка, что собрал все свои силы, чтобы вместо рева и хныканья произнести одно-единственное слово. Киту стало дурно. Столько мольбы было в этом слове, столько надежды и боли. — Это случилось в этом месте. Стекляшки горят, такого никогда не было. Женщина прощалась с ребёнком. Словно навсегда. — Кит помедлил. — Но что это за камни? Пёс заскулил. Кит отпрянул. — Конечно. Лэнс бы наверняка догадался! Он же такой следопыт, да?! — Кит кричал, расхаживая по комнате. Он сорвался. Он устал быть один в этом темном месте, в городе из древней легенды, в котором не было больше ни души. Ему надоело пытаться разобраться. Сколько прошло времени? Кит не мог понять. Он перестал считать свои попытки улететь прочь, когда их количество перевалило за пять сотен. Он перестал считать, когда изучил все дома по несколько раз. Оказывается, он должен был держать в руках камни! Камни подскажут, да! — Я здесь уже целую вечность, и я не хочу ничего, кроме как вырваться отсюда и улететь. Мне плевать на Вар, на драконов, на Йонасса и Аврила. Мне плевать на себя самого! Только... — Кит остановился. Истерика отнимала у него драгоценные силы, которые он должен был потратить на то, чтобы выбраться. Какое расточительство. — Мне мало до кого есть дело. И до меня тоже мало кому есть дело. Только вот... Кит резко втянул воздух, выпрямился, вышел из комнаты. Камни быстро остыли, сердцебиение утихло. Кит двинулся дальше. Флинн-пёс сорвался с места и побежал за ним. Когда зверь нагнал Кита и пошел с ним вровень, парень сказал: — Нужно найти место, в котором она прощалась со своим ребёнком. Искал он долго. Но все же нашёл. Нужно было обойти замок и идти, петляя по садам, к тому месту, где заканчивалась земля. Кит замер, чувствуя, что камни снова раскалились. Пёс сел рядом. Кит приготовился слушать. Глунар. Живи. Живи и радуйся жизни. Тебя ждёт долгая жизнь, драконья жизнь. Будь хорошим. Делись со своими близкими, чтобы не допустить того, что происходит сейчас в Варе. Это не в духе драконов — делиться, но, поверь своей маме, если бы мы умели это делать, все было бы намного проще. Не обижайся на людей. Не обижайся на отца и на меня, — голос на мгновение оборвался, — прошу тебя, Глунар. Стань достойным своего народа. А я всегда буду гордиться тобой. Мама... Я люблю тебя. Живи за меня. Живи за весь народ. Мой милый мальчик... Киту стало совсем плохо. Сцена прощания до сих пор стояла в голове, и Кит, хоть и не видел глазами всего происходящего, но ему было достаточно одних лишь слов. У него никогда не было мамы. Она была где-то, и, скорее всего, давно умерла. Кит не успел расспросить отца, но считал, что женщина умерла сразу после рождения Кита. Мама никогда не говорила ему таких слов. Он ее и не видел ни разу, чего уж там. Но боль от того, что ребёнок из воспоминания многолетней давности вот-вот потеряет маму, схватила Кита за горло. Он стоял, пытаясь отдышаться, камни жгли ладони. — Глунар. — Произнес Кит. — Она спасла его от того, что случилось с Варом. Вар оказался скрыт, и лишь один ребёнок смог избежать этого. Потому что женщина... Не вини своего отца, мой мальчик, даже спустя сотни лет не вини. Он — достойный правитель. Он все это делает ради народа. Почему тогда я убегаю? Кит резко вдохнул холодный воздух. Продолжения диалога долго не было. Кит уже было подумал, что все закончилось. Потому что я люблю тебя больше, чем весь народ. Сердце Кита сжалось. Он долго стоял, смотря в темное небо, пытаясь понять, что же произошло. Живи за всех нас. Кит отпрянул. Он утёр пот со лба, попытался успокоиться. Парень долго ждал продолжения, но все затихло. Внимательные глаза Флинна-пса следили за Китом. — Она была женой правителя. — Медленно произнес Кит. — Глунар был его сыном. Единственным сыном, и женщина любила его больше жизни. Она спасла его... от этого забвения. А тот щенок, с которым он ушёл... Кит посмотрел на Флинна-пса. Пёс виновато посмотрел в сторону. — Понятно. Дети не боятся Созвездий Пса. Чего не скажешь о взрослых. Кит пошёл дальше, пытаясь собрать в голове части истории. Камни ожили в огромном тронном зале. Кит нашёл его далеко не сразу. Он уже был здесь, но в тот раз камни никак не отреагировали. Выходит, Кит должен был узнавать части истории в нужном порядке. Драконье упрямство, конечно. Кит и не думал забывать о том, кто здесь жил, и кто хотел показать ему правду. Он замер посреди тронного зала, чувствуя, как камни пульсируют в ладонях, раскаляясь. Перед ним были два трона — золотых, украшенных драгоценными камнями и изящными орнаментами. Камни переливались в звездном свете. Кит прикрыл глаза. И услышал тихое пение, эхом разносящееся по залу. Отчего ты поешь, Арания? Отчего слезы льёшь, Арания? Будет спрятан твой Вар Из-за песни и чар, Что сама навела Голос сначала был слаб и дрожал. У Кита не было сомнений в том, что пела эту песню женщина, что прощалась с Глунаром. Голос был тот же. Кит двинулся по огромному залу. Песня становилась все громче — он приближался к тому месту, где когда-то пела женщина. Отчего ты поешь, Арания? Отчего слезы льёшь, Арания? И не будут вовек Дракон и человек, Свою кровь проливать Кит обернулся. Он все ещё был один, но чувство чьего-то присутствия не давало ему покоя. Дай им то, что хотят И не прячь смелый взгляд, Слез кровавых поток Мы останемся здесь Не утихнет пусть песнь, Разгораясь огнём И не будет пусть войн Я исполню долг свой Ярко-красной конвой На лице моем пусть Слезы будут гореть, Буду вечно я петь Камни пылали так, словно Кит предварительно опалил их пламенем. Ему было больно держать их, но он держал, вслушиваясь в слова. Я даю свой обет Между теми, кто впредь Будет кровь проливать Встану я, и не дам Разгореться кострам Войны темным годам. Отчего ты поешь, Арания? Отчего слезы льёшь, Арания? Песня оборвалась. Долго ещё Кит слышал эхо последних слов. Он стоял, и в его голове рождалась мысль. Кит вскинул голову, затем опустил, разжал руки и посмотрел на камни. — Это ее слезы. Слезы Арании. — Кит заходил из стороны в сторону, пытаясь осознать открывшуюся истину. Эта женщина зачаровала Вар по приказу правителя, своего мужа. Об этом приказе было сказано в легенде о Фонтане, но о способе не было и слова. Значит, выходит, слезы этой женщины вернулись в мир и попали в самые разные места. В гальюнную деву. В зеркало... И наделили их магической силой. Арания жива. Она дала обет, об этом была ее сказка, которую она превратила в песню. Арания следила за тем, что творится в мире. Она предотвращала войны, снимая напряженность там, где это было нужно. План. Эта мысль ударила Кита по голове. Ее слеза есть и в Плане! Точно! План существует для того, чтобы обходиться малой кровью. План — вынужденная мера. Кит убрал волосы со лба, переложил оба камня в одну ладонь. И заходил по залу. Арания и Вар пережили много войн. Слишком много, чтобы просто давать им продолжаться. Псы охраняли Варский Фонтан. Сначала жители Вара изгнали Созвездий Пса. Или отпустили. Псы не хотели уходить, их заставили. Арания потом спасла своего ребёнка. Она не дала ему исчезнуть вместе со всеми, она отправила его в Королевство вместе с последним щенком. Она скрыла Вар силой своей магии. Материнское сердце рвалось от горя, но в нем теплилась надежда на то, что ее дитя будет жить. Поэтому от ее сказки Киту стало не по себе. Какая сила была сокрыта в голосе этой женщины и в ее словах! Кит почувствовал ее, он понял, что она чувствовала, хотя у него никогда не было матери. Арания соблюдает свой обет. Поэтому План показался Флинну МакКлейну, поэтому он красными чернилами обозначил предстоящие убийства. Поэтому он давал подсказки, рассказал легенду. У Арании много глаз. Она каким-то образом знает, что будет делать Йонасс. Она каким-то образом знает, что произойдёт. Кит вымотался. Он убрал камни в нагрудный карман и зашагал прочь, стараясь не думать о том, что только что узнал. Деталей хватало, возможно, их было слишком много, но Кит просто не мог заставить себя собраться с силами и сложить все воедино. Он вышел на улицу, прошёл мимо садов, завернул, намереваясь выйти к Фонтану, когда вдруг что-то услышал. Что-то, похожее на глухой хлопок. Кит обернулся и обомлел. Прямо перед ним в воздухе появилась из ниоткуда рука. Кит сначала отшатнулся, а затем подошёл к ней и рассмотрел. Смуглая рука с длинными тонкими пальцами. Знакомая рука. Рука что-то сжимала, и Кит не мог увидеть, что именно. Рука зависла на уровне плеч Кита. От удивления дракон открыл рот. Он услышал искаженные слова, но не смог разобрать их. Мужской голос, незнакомый. Кит был заворожен. Он столько времени не видел вокруг себя никакого движения, что сейчас это неожиданное появление руки поставило его в полнейший тупик. И тут Кит увидел, что рука намеривается вернуться туда, откуда пришла. Ну уж нет! Кит подбежал к руке и схватил ее за запястье. Искаженные слова продолжали доносился до его слуха, но Кит не обращал на это совершенно никакого внимания. Он тянул. Он изо всех тянул руку, рыча и ругаясь на себя за то, что едва не упустил такую возможность. Рука поддалась, Кит нагло усмехнулся. Он расслышал слова — видимо, кто-то на той стороне спохватился и подбежал поближе. Лэнс! Лэнс! Женский голос. Киту он тоже не был знаком. Дракон не думал сдаваться. Сердце рвалось из груди. В ту секунду Кит даже не мог подумать о том, что нужно не тянуть, а дать затянуть себя. Он запаниковал. Разволновался, тотчас затрясся всем телом. Он не видел ничего, кроме этой руки, и единственное, что он мог делать — тянуть. Рука поддалась ещё. Показался рукав кофты, сгиб локтя. Сомнений не было. Все произошло слишком быстро. Кит вдруг понял, что если он затянет Лэнса, то выбраться будет ещё сложнее. Тогда он сменил направление и теперь старался вытолкнуть руку назад, но она не поддавалась. Лэнс уже проваливался сюда, а Кит ничего не мог с этим поделать. Одно короткое мгновение — и перед Китом промелькнуло лицо, затем шея, плечи. Кит сосредоточился, перехватился, вцепившись в плечи летящего вниз Лэнса. Бум. Ноги Лэнса упали на красную брусчатку. На одной из ног не было сапога. Лэнс шевелил пальцами на ноге, он сам не понимал, что только что произошло. Кит держал Лэнса крепко. Лэнс замер. Затем он медленно повернул голову, увидев, кто его держит, весь напрягся, вырываясь из рук. Вот — он, весь растрёпанный, в одном сапоге стоял напротив Кита, осматривая дракона с головы до ног. Кит занимался тем же самым. — Ты? — Спросил Лэнс таким высоким голосом, что Кит зажмурился. Он провёл здесь неизвестно сколько времени, а первым словом, что он услышал, было жалкое «ты». Кит открыл рот, намереваясь что-то сказать, а затем передумал. Он старался удержать вдруг подкатившие слезы, и ему было не по себе от одной лишь мысли о том, как он был счастлив видеть Лэнса. — Иди сюда. — Сказал Лэнс. Но он не стал ждать, пока Кит подойдёт, а подлетел к нему сам, налетел на него, словно ураган, пахнущий лесом и костром. Кит едва устоял на ногах. — Я скучал. — Тихо сказал Кит. Затем отпрянул, но лишь для того, чтобы заглянуть в лицо Лэнса. Сколько всего хотелось рассказать! Но Кит просто не мог подобрать слов. Он мог лишь смотреть в синие глаза. — Сколько я здесь? Лэнс помедлил перед ответом. Он вдруг вспомнил дракона, оставшегося по ту сторону, и Филлис. Ему стало страшно. — Почти месяц. — Месяц? — А ты думал, что прошла пара часов? — Кит почувствовал встревоженный тон Лэнса, но не мог понять причину его волнения. — Наоборот. Мне казалось, что прошли годы. Лэнс помедлил, а затем снова заключил Кита в объятия. Кит не сопротивлялся. — А с ними ты не общался? — Тихо спросил Лэнс. Кит не понял его слов. Он обернулся и посмотрел туда, куда кивком указал ему Лэнс. Но ничего не увидел. — С кем? Лэнс замер. — Эти... существа, похожие на огромных фейри. — Лэнс увидел, с каким ужасом во взгляда на него смотрел Кит. — Это шутка? — Нет! — Выпалил Лэнс. — Я столько должен тебе рассказать... — Он вздохнул. — Фейри спасла меня в лесу, отдала свою жизнь, и теперь я вижу магию. И здесь... Кит развернулся, встав рядом с ним. — Что ты видишь? — Спросил дракон со всей серьёзностью. — Я... Я знаю, где мы находимся. Я сам отправил тебя с Флинном-псом сюда... — Знаю. — Отрезал Кит. — Мы в Варе. Что ты видишь? — Здесь все в этих нитях. Кит, они так светятся, что глазам больно. Раньше я видел максимум четыре в одном месте, но здесь... они, кажется, сплетаются в огромные канаты. Они пронизывают воздух. — Лэнс вздохнул. — Они все идут туда, — он вытянул руку, указывая на фонтан, — и ещё мы с тобой... стоим прямо в магии. — Что? — Кит посмотрел себе под ноги. Лэнс пнул ногой воздух и восторженно выдохнул. — Тут по щиколотку белого тумана. Он тоже идёт из Фонтана. Выливается через его края. Лэнс пошёл вперёд, Кит последовал за ним. — Те колонны, из которых идёт магия. — Оттуда идёт вода. — Не только. Оттуда поднимаются клубы магии. И они пролетают над нами. А ещё... — Лэнс опустил голову и посмотрел по сторонам. — Здесь везде фигуры. Словно силуэты из магии. Они не двигаются. Просто стоят. — Что за фигуры? — Вполне человеческие. Здесь взрослые и дети. Вокруг нас. Старики. Вон, в домах тоже их полно. Смотрят из окон, кто-то просто стоит, а кто-то идёт. — Ты это все видишь? Лэнс кивнул. По спине Кита пробежал холодок. Столько времени он был здесь, не замечая, что в городе есть отпечатки жителей Вара! Он ходил сквозь них, ругался, клял своё одиночество, а они все это время были рядом. — Их много? — Тихо спросил Кит. — Много. Как вечером на крамальском рынке. — Кит понял сравнение. И ужаснулся. Лэнс пошёл дальше. — Здесь... все замерло. Но я не вижу на их лицах ужаса или страха. Они спокойны. — Они знали, что произойдет. Это был их выбор. Лэнс посмотрел на Кита. — Откуда ты знаешь? — Я во всем разобрался, как ты и просил. Лэнсу стало неловко. Но потом он отмахнулся и рассмеялся. А Киту было хорошо от одного лишь осознания: его дорогой человек рядом. Пока они шли, обходя дома один за другим в поисках хоть одного дома, в котором не было бы светящегося силуэта, Кит расспрашивал Лэнса о том, что творится в Королевстве. Лэнс рассказывал. Убедившись, что с Флинном все в порядке, Кит выдохнул с облегчением. — Тебе в напарники дали женщину-рыцаря? — Удивился Кит. Лэнс глянул на него серьезно. — Она не так проста, как ты думаешь. Думаю, она бы и тебя уложила на лопатки. — Они рассмеялись. Киту хотелось радоваться, хотелось кричать от счастья, но он сдерживал себя. Лэнс был рядом. Простые слова, от которых сердце трепетало. Рядом. — Значит, ты рассказывал ей обо мне? — Спросил Кит, улыбаясь. — И что рассказывал? — Да много чего. Вы поладите, когда познакомитесь. И нам надо будет кое с кем разобраться. Лэнс поведал Киту историю о встреченном драконе. — Он не причинит ей вреда. Он выбрал ее своим сокровищем, значит, будет оберегать. — Нельзя взять девушку в качестве награды за помощь. — Серьезно произнес Лэнс. Кит подивился тому выражению лица, с которым Лэнс сказал эти слова. — Я помогу, если, конечно, ты не хочешь спасти даму из лап дракона самостоятельно. Они снова рассмеялись. Наконец они забрели в дом, в котором никого не было. Поднялись на второй этаж, обнаружив там две спальни. Удовлетворенно кивнув, они спустились вниз и сели за обеденный стол. Кит рассказал Лэнсу о том, что удалось выяснить. Об Арании и слезах. О спасении ребёнка. О своих предположениях насчёт Плана. Лэнс вдруг затих, стоило Киту закончить свой рассказ. Парень поднял глаза и посмотрел на дракона серьёзным взглядом, таким, что Киту стало не по себе. — Когда Йонасс напал на нас в библиотеке, он сказал, что имеет полное право делать то, что делает. Лэнс помедлил. — Я думаю, что он не сумел сделать то, о чем его просила мать. И возненавидел весь драконий род. Кит встрепенулся, упёр ладони в стол. — Ты думаешь, что он — тот мальчик? Сын Арании? Лэнс кивнул. — Иначе и быть не может. Долго они молчали. — Кит, — начал Лэнс, — я страшно устал. Меня словно скрутили и растянули, пока я проходил сквозь этот... коврик. — Ты хочешь есть? — Спросил Кит. Лэнс, задумавшись, кивнул. — Значит, дело в магии. Из-за магии я не хочу ни пить, ни есть, ни спать. — Значит мы должны уйти как можно скорее. Флинн-пёс здесь? — Кит кивнул. Лэнс улыбнулся. — Кит, ты чего это? В глазах дракона таилась темная печаль. Он поднялся, громко отодвинув стул, и направился к выходу. — Ты поспи, а я попробую раздобыть немного еды. Магии здесь много, может что и выйдет. Лэнс не успел даже кивнуть, как Кит уже исчез за дверью.

***

«Уйти как можно скорее» Какими же нелепыми эти слова казались Киту! Он ждал столько времени лишь ради того, чтобы после прихода Лэнса вот так просто уйти? Время в Варе почти не шло. Что же мешало им остаться здесь подольше? Почему нужно было все время куда-то рваться, пытаясь обогнать само время? Почему нельзя было просто остановиться и подумать? Кит знал. Думать — совсем не в стиле Лэнса. Лэнс будет думать лишь тогда, когда в его боку будет дыра от арбалетного болта, вот тогда он остановится, вздохнёт и решит подумать. Кита это злило. Он нашел в дальней части города подвал с продуктами. Овощи, фрукты, крупы, зелень, мясо. Все это совсем не испортилось, наверняка дело было в сказке, которой предприимчивый хозяин когда-то давно зачаровал это место. Этих запасов хватит надолго. Очень надолго. Осталось лишь убедить Лэнса. Только вот как его убедить? Кит зашипел, ругая себя за собственную глупость. Лэнс в буквальном смысле только что упал с неба, а Кит все ещё не мог прийти в себя. Но, если он сделает это, чем же он будет лучше того дракона, что решил взять девушку в качестве сокровища? Ничем. А, может, Кит и никогда не был лучше кого-то, может, он всегда был хуже всех. Он всегда был эгоистичным, жадным драконом, решившимся на добрый поступок лишь тогда, когда человеческий мальчишка наорал на него. И этот человеческий мальчишка не давал ему покоя. Кит набрал полные руки еды и отправился в дом, где они остановились. Лэнс спал, но стоило Киту опустить еду на стол, Лэнс проснулся и, ещё более растрёпанный, чем во время их встречи, спустился по лестнице. Он все ещё был в одном сапоге, и Кита это смешило. Только вот нужно было что-то с этим делать, а то ещё Лэнс застудит ноги... ногу. — Где ты это взял? — Спросил Лэнс, растирая глаза. Кит рассказал ему о подвале. Лэнс взял со стола морковку и принялся ее грызть. Кит взял в руки ломоть мяса, и, глубоко вдохнув, направил в свои ладони огонь. Тотчас запахло вкусным мясом, Лэнс только и успевал, что глотать слюну. Кит протянул Лэнсу зажаренное мясо, и парень с благодарным кивком принял его. — Я хотел предложить тебе... — начал Кит, стоило Лэнсу куснуть горяченный кусок. Было слишком горячо, Лэнс положил мясо на стол и стал сверлить его взглядом, словно от этого оно могло быстрее остынуть. — Немного задержаться. Лэнс поднял на Кита глаза. Взгляды встретились. Хоть Кит и пытался произнести слова равнодушно, глаза выдавали его полностью. Кит не дал Лэнсу задать и одного вопроса. — Что нас там ждёт? Лэнс, серьезно, не улыбайся. Что нас там ждёт, кроме войны? Йонасс ходит по Королевству и ищет камни, с магией творится что-то ужасное, и... и так далее. Нет, подожди, дай мне договорить. Я не говорю тебе бросить деда и остальных. Бросить эту девушку в лапах дракона. — Кит приложил пальцы к глазам. Речь давалась ему тяжело. — Я говорю тебе, что здесь мы можем задержаться. Немного дольше, чем ты хотел. Да, мы вернёмся. Но перед этим давай побудем здесь. Не говори так, Лэнс. Я был здесь долго, но теперь появился ты, а это другое дело. — Я не понимаю тебя. — Сказал Лэнс. Он давно уже не жевал морковь, а спокойно сидел, глядя на то, как нервничал Кит. — Я... хочу сказать. Очень хочу сказать. Но слова просто не складываются. — Что сказать? — Ты мне очень дорог. Просто невероятно дорог. И, как только мы вернёмся, я снова смогу потерять тебя. А здесь мы в безопасности. Лэнс помедлил. Он понимал, к чему клонил Кит. Понимал, что дракон чувствовал. Он чувствовал то же самое, хоть и пытался убедить себя в обратном. Лэнс не сказал об этом Филлис, но она все поняла. Она всегда понимала все. И это наверняка тоже заметила... — Хорошо, Кит. — Едва слышно произнес Лэнс. Время в Варе, по словам Кита, почти не шло. Если так оно и было, то, наверное, они могли немного задержаться. — Ешь и иди спать. — Сказал Кит. Лэнс видел, как пылают его щеки, и как он весь вдруг резко распрямился.

***

Лэнс догадывался, что Кит не спал, когда шёл по коридору. Парень открыл дверь и вошёл в комнату. Кит лежал на кровати и смотрел в окно, он тотчас развернул голову. Глаза блестели в темноте. За окном плыли облака магии, нити колыхались, образуя непроглядное полотно. Лэнс ответил прежде, чем Кит успел задать хоть один вопрос. — Там, на чердаке, оказался силуэт. Он светится сквозь щели, мне не уснуть. Кит помедлил. — Хочешь поменяться спальнями? Лэнс медленно мотнул головой из стороны в сторону. Кит с изумлением глянул на него. Лэнс подошёл к кровати Кита и сначала сел на неё, а потом и улёгся, подвинув дракона к стене. Кит лежал, не зная, как дышать. Он смотрел на Лэнса в полном изумлении. На кровати было довольно тесно, одеяло кололо руки и шею. Лэнс смотрел в глаза Киту. Было спокойно. Только Кит пытался унять колотящееся сердце. Он слышал, как Лэнс дышит, как спокойно и мирно. — Я сейчас засну. — Прошептал Лэнс, и его глаза начали закрываться сами собой. — И лучше бы тебе охранять мой чуткий сон, Кит. Я хотел сказать камни, конечно. Или наоборот?.. Кит едва сдержал смех. Он смотрел на лицо, такое близкое, на лицо, которое не видел так давно. И опьяняющее счастье разливалось по его венам. Он согласился. Лэнс согласился задержаться. Он рядом. Лэнс. Кит втянул запах костра и леса и прикрыл глаза. Так спокойно ему было впервые в жизни.