Зефирка в горьком шоколаде

Азирафэль смотрел на Кроули спокойно и ласково, но видел, что тому страшно. Страшно сделать что-то не то, как-то обидеть, причинить боль. Сам же ангел осознал, что он первый, кого демон увидит обнажённым, не считая Адама и Евы, и что все комплексы пока что только в его голове. Если он начнёт зацикливаться на них и извиняться перед Кроули за лишний жирок и складочки тут и там, тому придётся обратить на них внимание. Значит, нужно попробовать пережить это так, будто всё в порядке. Его тело — часть его самого, и вот такой он есть. Именно такой, и готов показать всего себя партнёру. Узнать наверняка, что подумает змей-искуситель. Одобрит, понравится — можно будет продолжить. Нет… тогда и будем думать как быть. Ангел чувствовал, как горячо приливает кровь к лицу, к щекам. Кровь, что нужна ему совсем в другом месте. Демон тоже это заметил, не иначе. В его колких ярко-жёлтых глазах появилось новое, пока непонятное ангелу выражение. Кроули склонился к Азирафаэлю, чуть поцеловал его сбоку в шею и прошептал: — Если я кончу только от того, что буду раздевать тебя, ты меня простишь? — Уверен, ты сможешь сделать это не единожды. Конечно, дорогой мой. Демон улыбнулся и осторожно взялся за пуговицы на рубашке. Он расстёгивал их так медленно, как разворачивал хрупкий, бесконечно дорогой подарок. Ангел заметил, что руки демона чуть дрожат и успокаивающе погладил их, каждую в отдельности, от предплечья до кисти. Кроули поднял голову, улыбнулся благодарно, и тоже провёл ладонями в похожем жесте, только от ремня брюк до плеч. Пока через ткань, но ангел ощутил жар этих ладоней. Запрокинул голову и задышал быстрее. Кажется, кровь в его теле устремилась, как раз туда, куда нужно. Он упустил момент, когда были расстёгнуты запонки, но ощутил, как медленно, с бесконечным терпением и предвкушением, были раздвинуты полы рубашки. Услышал тихий вздох. Впервые кто-то смотрел на его обнажённую грудь. Как у всех толстячков, она не была совершенно плоской, как у демона, а чуть-чуть выступала маленькими холмиками. Ангел нашёл в себе силы и смелость посмотреть на Кроули. Тот разглядывал открывшийся перед ним вид, осторожно водя по коже партнёра кончиками пальцев. — Белый, — прошептал змей искуситель. — Как я и представлял. Белый и нежный. Облачко просто. И… такие розовые… сил нет, Аззи… — демон так застонал, что у ангела будто молния впилась в низ живота. Азирафаэль подумал, что это у него все шансы кончить куда раньше, чем планировалось. Тем более, когда к ласковым рукам прибавились губы. Осторожные, нежные поцелуи сначала просто кожи, а потом, с ещё более громким стоном, тех самых розовых горошинок. Демон закрыл глаза и будто отключился от всего, языком играя с сосками, целуя ареолы по кругу, обнимая и прижимая к себе ангела, вынуждая того изгибаться и… Азирафаэль с удивлением, что ещё оказалось способно пробиться через море других чувств, осознал, что стоны, почти поднимающие ветер, уже не только Кроули. Точнее, уже вообще не Кроули, так как у того занят рот. — Сладкий, — уловил ангел где-то на границе слышимости, — сладкий, мягкий, нежный. Как мармеладный мишка. Мой Аззи. Мой. Мой. Весь бесконечно мой. Азирафаэль хотел было возразить против такой формулировки, но тут ощутил, как сильные и уверенные в своём праве руки, расстегнули ремень. От брюк и белья демон избавил его в два раза быстрее, чем от рубашки. Ну вот. Это свершилось. Он лежал перед партнёром совершенно обнажённый, если не считать любимой клетчатой бабочки (явно не забытой, а оставленной намеренно) и носков. И демон смотрел на него. Смотрел, наслаждаясь, запоминая и поглаживая. Ангел открыл глаза и внимательно смотрел в лицо партнёра. Не мелькнёт ли на нём что-нибудь… не мелькнуло. Похоже, Кроули нравилось то, что он видел и тёмный хотел насмотреться, налюбоваться всласть. В отличие от демона, у ангела волос в паху не было совсем. Он озаботился этим, полагая, что так будет приятнее и эстетичнее. Хотя ему самому очень понравились темно-рыжеватые и жесткие волоски у Кроули. Понравилось, как они щекотали и покалывали его пальцы. Понравился его запах там. Необычный, ни на что не похожий. Вообще, впервые глядя туда, ангел подумал про трюфель. Не безумно дорогой гриб, а одноимённую сладость. Посмотрев в означенную зону сейчас, ангел успокоился. Возбуждение и не думало спадать. Член демона почти касался живота и головка, тёмная, нежная, маняще-вкусная, стала ещё более желанной для ласк, из-за влажного блеска. — Тоже розовая, — сказал тем временем демон, и провел рукой вдоль по стволу ангелу, погладив головку кончиком указательного пальца. Он говорил уже не шёпотом, а вполне себе обычным тоном, ну может самую чуточку потише. Аззи и сам знал, что головка у него розовая, как и мошонка, а сам член, хоть и короче чем у Кроули, но приятно-толстенький. Ангел надеялся, что эта часть его тела демону точно понравится и не ошибся. — Просто невозможно… невозможно быть таким восхитительным… — услышал ангел, а затем Кроули улёгся на правый бок, обхватил и погладил его бёдра, скользнул ладонью назад, на ягодицу и оставил её там. Вторую ладонь подсунул под ангела, как бы фиксируя и принялся за всё, что ангел мог предложить ему. Поцелуи и просто нежное скольжение языка, аккуратное посасывание и интенсивное вылизывание. Горячее и влажное дыхание. И шёпот… шёпот его имени и слов «сладкий», «восхитительно сладкий», «мой». Ангел очень хотел сделать эти ласки взаимными и проделать то же самое с демоном, но не смог. Всё, на что хватило его сил, это уткнуться лицом в пах партнёра, чуть касаясь его там губами, тонуть и уплывать от его запаха, самого приятного и чудесного, что он когда-либо чувствовал, и стонать, а потом просто вскрикивать. Он думал — что-то бессмысленное. Но потом сумел ни то расслышать, ни то осознать, что повторяет имя Кроули и бесконечное число раз «люблю». И на каждое его «люблю» следовал поцелуй. И, оказывается, ответ «я тоже». Вечность летела за вечностью. Ангел не хотел чтобы демон останавливался, и тот, похоже тоже этого не хотел. Но решил, что пришло время для финальной части. Части, что соединит их уже всерьёз. Азирафаэль ощутил, что Кроули чуть сменил дислокацию, подтянувшись вверх и… зажмурился, когда тот развёл его ягодицы. — Крем… где-то там, — выдохнул светлый. — Я помню, не беспокойся. Но сначала… Ну конечно, как ангел мог подумать, что Кроули решит этого избежать. Азирафаэль и себе боялся и не смел признаться, что очень этого хочет. Хочет, чтобы демон поцеловал и полизал его там. Осторожно обвёл языком, коснулся губами, снова обвёл, самым кончиком, а потом осторожно протолкнул его внутрь. Будто читая мысли, партнёр так и делал. Всё же, начать с гладкого, скользкого языка предпочтительнее, чем с пальцев, пусть даже и со смазкой. Горячий, сильный язык скользил туда-сюда, раскрывая Азирафаэля и срывая с его губ уже не просто стоны, а какие-то уже совершенно невозможные звуки. Ровно когда и этого стало мало, язык стал периодически сменяться пальцем. Пока только периодически. За одним последовали два, а затем и три. Кроули не скупился на крем, не забывая сначала согреть его. Поцелуи тоже не были забыты. Ангел ощущал, что по состоянию он близок к тому самому мармеладному мишке. В теле словно не осталось костей. Только кожа, пылающая от ласк, да что-то желеобразное внутри, что не позволяет его телу взмыть к потолку. А то и — пробив его насквозь — в самое небо. — Кроули… давай, я… я… О Боже… Уже почти улетевший Азирафаэль ощутил, как его осторожно перевернули на спину и с готовностью согнул ноги и развёл их в стороны. Глаза жгло от слёз. — Хороший мой… — встревоженно проговорил демон. — Ничего, это от обилия эмоций, мне не больно, — ангел стёр влагу ладонями и улыбнулся, глядя на демона снизу вверх. Он совершенно открыт и беззащитен сейчас. Полностью вверил себя в его руки. Лицо Кроули было серьёзным и сосредоточенным, не перекошено похотью, отключившей мысли. Демон кивнул. — Если будет — скажи мне. Сразу скажи, не терпи ни минуты. Мы никуда не спешим, — и только дождавшись кивка ангела, продолжил. Да, член это не язык, и даже не палец. Даже в разработанный анус, даже после всех попыток Азирафаэля расслабиться, дело продвигалось с трудом. — Продолжай, — просил светлый, — прошу продолжай. — Он знал, остановись они сейчас, место предвкушения займёт страх. — Мне не больно, просто… непривычно. И… туго, да? — Да, — выдохнул Кроули и протиснулся внутрь ещё немного. Подался назад и снова толкнулся. На его лбу, прямо под мягкими непокорными кудряшками, выступили бисеринки пота. Он прикусил губу и переводил взгляд с места их соединения, через всё тело своего Аззи, будто лаская взглядом и упиваясь видом, на его лицо. — Хорошо. Мне хорошо, правда, — шептал ангел и его голова чуть покачивалась из стороны в сторону. Он провел рукой по собственным волосам и понял, что они тоже влажные и растрёпанные. Медленно, очень медленно. Чуть назад и толчок вперёд. И снова назад. Аззи закрыл глаза, нащупал руками ладони Кроули, что лежали на его бёдрах. Казалось, этому не будет конца, что они будут продолжать это до следующего Армагеддона, но нет. Очередной толчок и ангел ощутил в паху покалывание от волос Кроули. Они сошлись. Сомкнулись. Демон вошёл до конца. Остановился, давая им обоим привыкнуть и осознать случившееся. — Ох… Потом, он так же почти до конца вышел, и вошёл, всадил уже одним, резким, но плавным движением. Ангел резко выдохнул. — Как… тебе? — спросил Кроули. — За… замечательно. Продолжай. Кроули кивнул и продолжил. И ангел, поняв, что самое страшное позади, окончательно успокоился и действительно расслабился уже всерьёз. Освободил и себя, и партнёра. И тому сразу стало легче двигаться. Ангел увидел, как демон тоже облегченно выдохнул и повеселел. И продолжил уже увереннее и сильнее. Получая удовольствие и до краёв наполняя им ангела. Сначала метафорически, а затем уже буквально. Ощутив, как Кроули кончает, резко и сильно кончает у него глубоко внутри, согнувшись над ним с упором на руки, опустив голову так, что коснулся лбом груди, Азирафаэль кончил сам, на несколько бесконечно-долгих мгновений позабыв как дышать. Очнулся, осознав, что демон лежит на нем, и не подумав пока выйти, и осторожно целует его лицо. Отстраняется, смотрит в глаза. — Тебе понравилось? Мы же это повторим? — Конечно, — ангел снова поцеловал демона в кончик носа. — Что скажешь, если в следующий раз... — Снизу буду я? — зашипев, демон вытянул свой член из ануса ангела и просто улёгся рядом, обнимая его. — Никаких возражений. Знаешь… сначала, я хочу сесть как бы к тебе на колени, спиной к твоей груди, развести ноги пошире, и чтобы ты… поласкал… ладно, оттрахал меня своими восхитительно пухлыми пальцами, одновременно другой рукой лаская грудь и целуя в шею. Сделаешь? — С преогромным удовольствием. Они лежали в сотворённой постели, что могла в любой миг исчезнуть, посреди книжного магазина, потные, липкие, но безусловно счастливые и крепко любящие. Демон подтянул одеяло и укутал их обоих в тёплый уютный кокон, прижимая к себе своего Аззи. — Предлагаю немного поспать. — Не имею ничего против, — Азирафаэль коснулся губами плеча Кроули. Через минуту тот уже спокойно сопел. Ангел чуть провел рукой над их телами, очищая и их самих и бельё. Затем уткнулся губами в своего демона, чуть поцеловал его лоб на самой границе роста обожаемых кудряшек, и тоже довольно быстро заснул. В тепле, неге. Счастливый, крепко любимый и любящий. Что ещё нужно для счастья? Конец.