Like a Magnet

***

POV Стейси Невец Сегодня суббота, а значит миссии на ближайшие несколько недель окончены. Этот период был не из легких, ведь постоянные невыносимые тренировки, после которых болела каждая мышца, а затем и задания, на которых было не лучше, выматывали меня сильнее, чем раньше. Я просила у Фьюри отпуск, чтобы поехать обратно в Бристоль и продолжить обучение, на что тот лишь отрицательно покачал головой. «Пока что ты нужна мне здесь», — сказал он тоном, который не подлежит возражению. Благо, Ник разрешил мне отдохнуть от всего этого, но настоятельно рекомендовал не забрасывать тренировки. Именно поэтому я решила возобновить свое обучение, правда дистанционно, совмещая с работой в лаборатории. Одна из научных сотрудниц предложила мне работу над одним довольно масштабным проектом. Недолго размышляя я согласилась, считая это отличной возможностью улучшить свои навыки. Предварительно узнала, что Мейсон Чарльтон, на которого я до сих пор была в обиде, покинул Нью-Йорк, уехав на какой-то симпозиум в Австралии. Теперь мне не придется с ним пересекаться, или что ещё хуже – делить вместе лабораторию. В душе надеялась, что в этой стране, его укусит ядовитый паук и ему нужно будет там остаться подольше. Открыв небольшой шкаф, достала давно забытые тетради и конспекты лекций. Ну вот, пришло время вновь учиться. … Часы показывали почти семь вечера, а я дописав последнюю заметку, закрыла тетрадь с конспектом. Не заметив, как быстро пролетело время, решила, что нужно пойти прогуляться. Весной в Нью-Йорке было особенно хорошо, поэтому накинув яркую ветровку, я шагала к Центральному парку. У меня было два свободных дня прежде, чем начну работать над проектом, поэтому размышляла, чем бы их занять. Оглянувшись вокруг, меня поразило, что вокруг было зелено и солнечно. Точно, ведь через две недели – лето. В круговороте событий и не заметила, как прошла весна. Очередная особенность Нью-Йорка – в бешеном ритме жизни ты не успеваешь оглянуться вокруг, но зато сейчас мне было как никогда хорошо. Ну, почти. Меня почему-то не покидало чувство, что на мне застыл чей-то взгляд, но каждый раз, когда я смотрела по сторонам, то никого не видела. Может это была паранойя, а может и интуиция смешанная с чувством страха. Во всяком случае успокаивала себя тем, что пока что меня никто не трогает и вряд ли они сунутся сюда. Однако сейчас я не хотела думать об этом. Мою голову заполняли другие мысли: о том, как здесь очаровательно. Лучи заходящего солнца окрашивали прохожих и деревья в нежно-розовый цвет, а птицы весело о чем-то щебетали на ветках густых крон. Казалось, что ещё пару дней – и можно будет ходить в босоножках и шортах. Ну вот, придется ходить в открытой одежде и испытывать на себя изучающие взгляды людей. Моё тело было покрыто жуткими шрамами, которые на мне оставил К.Р.И.К. и другие жизненные обстоятельства. Хоть я особо и не стыдилась по этому поводу, однако чувствовать любопытные взоры других — не очень приятно. Всё ещё искренне надеялась, что смогу уехать в Бристоль летом, ведь соскучилась за друзьями, родной квартирой и любимыми пейзажами. Чтобы я не говорила, но всё-таки хоть немного спокойствия смогла ощутить только в Бристоле, хотя и побывала в большинстве городов Европы. Вернуться в родную страну мне не позволяло прошлое, а в другие города — плохие воспоминания. Бристоль — один из немногих городов, незапятнанный моими кошмарами прошлого. Рим. Шесть лет назад. На летней террасе небольшого кафе сидели двое: девушка в фиолетовом платье-футляре, а рядом с ней высокий парень с благородными чертами лица. — Дорогая, что ты хочешь? — спросил он, обворожительно улыбаясь. Любая другая девушка от этой улыбки сошла бы с ума, что собственно и происходило, но его спутницу она только отвращала. — Свободы. — Грубо бросила та, смотря куда-то вдаль, словно не обращая внимания на своего собеседника. В ответ тот лишь рассмеялся, рассматривая меню. — Я имею ввиду из еды, — тепло пояснил он. Собеседница посмотрела на него. Выразительные скулы, родинка внизу пухлых губ, густые темные брови и большие карие глаза. Он был необычайно красив, словно Дориан Грей. Девушке нравилось это сравнение, ведь оно, как нельзя лучше описывало этого человека. Оливер Гловер всегда выглядел обворожительно и соблазнительно, и творил такие же ужасные поступки, как антагонист произведения. Однажды она даже пыталась найти злосчастную картину, но поиски не увенчались успехом. От его доброго выражения лица спутницу едва не стошнило прямо на белоснежную скатерть, ведь она знала, какой же он лицемерный на самом деле. — Ничего. — Всё так же безразлично отвечала она. — Анастасия, тебе нужно больше есть, а не то будут проблемы со здоровьем, — не смотря на ядовитый тон девушки, всё так же ласково говорил он, ведь надеялся, что если будет нежным, то рано или поздно она сдастся. — Не смей называть меня этим именем, ясно? — сердито смотрела она на мужчину. — А проблемы со здоровьем будут, если продолжишь издеваться надо мной. — Как же мне нравится твоя дерзость, — блеснули глаза у Оливера, — ещё ни одна мне так не хамила. Тебя стоит похвалить за твою выдержку: не сломаться за столько времени. Ты сильная и мне это нравится. Девушка отвернулась, не желая больше смотреть в эти глаза. — А на счёт свободы – тебя никто не ограничивает, делай что хочешь. Наоборот, у тебя есть привилегии, ведь я могу тебе дать что угодно. — Серьёзно? Ты не выпускаешь меня из дому, держишь, словно в клетке, подавляешь любые мои желания и эмоции, изучаешь, как редкое животное под своими дурацкими микроскопами и заставляешь работать на себя, угрожая мне? Это по-твоему свобода? У неё была истерика. Нервы постоянно были на пределе и теперь даже таблетки не помогали. Она заметила лёгкое волнение в его глазах, а затем прикосновение теплой руки. — Послушай, это для твоей же безопасности. Ты помнишь, что натворила в прошлый раз? Снова он надавил на самое больное место. Гловер откровенно манипулировал ею. — Это ты заставляешь меня так поступать, блядский ублюдок, — крикнула она, и сорвалась с места. Наблюдая за тем, как девушка удаляется в неизвестном направлении, он кивнул двум телохранителям и они в тот же миг последовали за ней.

***

POV Стейси Невец Два выходных как-то быстро ускользнули от меня, так и не дав до конца насладиться своим одиночеством. Хотя, по правде, мне хотелось с кем-то увидеться, но все мои знакомые и друзья в этом городе были в разъездах. Перелистнув очередную страницу книги Хемингуэя, я ощутила, что кожа покрывается мурашками. Вода в ванной остыла. Отложив книгу, медленно поднялась, давая воде стечь с моего тела и аккуратно вылезла. Сразу укутавшись в молочное махровое полотенце, уловила тонкий аромат миндаля, который остался от шампуня. Чувство умиротворения и теплоты обволакивало мое тело, как это самое полотенце. Выйдя из комнаты, я лёгким мановением руки закрыла дверь и подошла к кровати. Скинув полотенце, надела черную рубашку и легла на кровать, возвращаясь к чтению. … Мое утро ничем не отличалось от других. Я не спеша собиралась на работу. Стоя напротив зеркала, внимательно рассматривала свои волосы и размышляла о том, что пора бы сходить к парикмахеру. Сегодня запишусь. Потом выпила чашку кофе и отправилась в лабораторию. Когда вошла в большой и просторный зал, то там было немало народу. Да, всё-таки проект действительно масштабный. Поздоровавшись с теми, кого знаю, в углу я заметила длинные каштановые волосы. Надо же и она здесь. Руби Саммерс, которую я не переносила на дух, будет работать со мной. Что ж, надеюсь нет. — Коллеги, прошу, — сказала женщина, которая являлась руководителем. Я точно не помню её имени, мы пересекались не часто, но по-моему она было хорошим и отзывчивым человеком. Как-то раз, когда я забыла свою карточку, она с улыбкой назвала меня по имени, отчего удивила меня, ведь я её даже не знала и предложила свою помощь. Тем временем все расселись по местам и открыли разноцветные папки.

***

POV Стейси Невец Прошла неделя. Я всё время работала в лаборатории и, признаться, мне это нравилось. Сама и не замечала, как быстро проходило время. Это действительно было довольно интересно, ещё и с новыми людьми познакомилась. К тому же я подстриглась и покрасилась. Теперь каждый раз, когда видела своё отражение улыбалась. Только одна вещь не оставляла меня в покое: отсутствие Джеймса. Понимаю, это звучит несколько тривиально, но в первые дни я почти не отдавала себе отчёта в этом, но ощущение, что кого-то не хватает, не оставляло меня. Потом поняла, что мне не хватает Джеймса Барнса. Было одиноко ходить в супермаркет, в лабораторию или заниматься в спортзале. Я настолько привыкла к нему, что сейчас чувствовала себя неполноценно. Мысли о том, что мы многое делали вместе крутились в голове. Надо же, а я и не заметила, как он влился в мою жизнь и как сильно поменял её. Сейчас иду в бар. Это я тоже зачастую делала с ним. В помещении было тепло, я бы даже сказала жарко и почти весь зал был наполнен людьми. Подойдя к стойке, заказала джин-тоник. Если бы он был здесь, то обязательно заказал бы двойной виски и пока ждал, то осматривал меня с ног до головы. Мне казалась странной его привычка постоянно рассматривать меня, словно за пару часов что-то бы кардинально изменилось, но со временем это начало даже льстить. Грустные серые глаза пытались найти во мне что-то, зацепиться за какую-то незначительную деталь, которая бы потом вспоминалась ему, а он тепло улыбался. Он обо мне думал. Пускай и не часто, но я точно знала, что проскользала в его мыслях на протяжении дня, или перед сном. Откуда? Джеймс сам недавно проговорился, после чего замолчал на несколько минут. Нервно поправил рукой волосы. Неловкость. Наверняка это чувство застало его врасплох, заставляя отводить глаза в пол. Смуглый бармен поставил предо мной бокал. Задумалась, зачем я здесь? Ощущение тревожности посетило меня внезапно, но я дрожащими руками поднесла коктейль к губам с почти черной помадой. Невнимательно оглянувшись по сторонам, поставила джин обратно. Я попыталась вспомнить, как же дошла до того, что хочу пойти в бар, и поняла, что не помню. Что-то не так. Пора уходить. Так и не допив напиток, я оставила деньги и покинула заведение. Голова была трезвая и ясная, но волна необъяснимой паники прошлась по телу, оставляя неприятный холод и я вздрогнула. Нет, они сюда не сунутся. Это очень глупо и неразумно с их стороны, хотя, зная, какими ресурсами она располагают, похитить девушку среди ночного Нью-Йорка — не составит им труда. Люблю ночную жизнь этого города за то, что здесь почти никогда не бывает пустых улиц. Рядом прошло двое людей, которые о чем-то громко говорили и бурно жестикулировали, а на противоположной стороне женщина закурила сигарету, на секунду осветив улицу огоньком. Выпустила клубок дыма и двинулась дальше. Когда тебе страшно, ты начинаешь замечать мелкие детали, черты лица. В нос ударил ядреный запах бензина, заставляя перевернутся ужин в моем животе. Теперь я одна неуверенно ступала по теплому асфальту, шарахаясь от любого звука. Даже не успев сообразить, что происходит, меня затолкнули в темный переулок и с силой бросили на асфальт. Оказавшись спиной к противнику и руками упираясь в землю, почувствовала, как кровь отливает к ногам. Древняя реакция, заложенная природой. Человек должен успеть убежать. Вот только всё происходило куда быстрее, чем я успевала понимать. Кто-то грубо схватил меня за ворот кожаной куртки, поставив на ноги и блокируя любое мое сопротивление. Неприятный укол в шею. Чёрт, транквилизатор. Это они. Счёт идет не на минуты, а на секунды, ведь К.Р.И.К. знает мои слабости. Паника. Снова зябкое чувство беспомощности перед этими ужасными людьми, которое сжимало горло, не предоставляя доступа к кислороду. Не вырвусь сейчас — мне конец. Концентрация. То, чему меня неделями учил Джеймс, мне действительно пригодилось. Одно верное движение рукой и я освободилась от хватки мужчины. Ещё одно, чтобы вытащить шприц и взглядом оценить, сколько осталось. Надо же, вкололи только половину, значит начнет действовать минимум через двадцать минут. Времени немного, и действовать нужно быстро. Точность. Легкими, невесомыми движениями и невероятными усилиями мозга, мне удается остановить нескольких. Я чувствую тупую боль в затылке, а колени сами собой сгибаются. Запах влажной земли. Вчера был дождь. Пытаясь подняться, меня снова бесцеремонно кидают на землю. Легкий привкус металла. Наверняка они уже разбили мне губу, вот только боли я не чувствую, адреналина в моей крови более чем предостаточно, чтобы заблокировать нейроны. Сильный удар по ребрам и уже отчетливый вкус, от которого меня начинает подташнивать. Мужчины не скупятся на удары, ногами пиная мой живот и ребра. Как низко. Откашливая кровь на сырую землю, предпринимаю ещё одну попытку подняться. Кто-то хватает меня за волосы и поворачивает к себе. Знакомое лицо молодого парня, которому не дашь больше двадцати семи, мысленно возвращает меня в стены лабораторий. Как не стараюсь, имени не вспомню. Не могу вырваться из его рук, а мои ноги потихоньку наливаются свинцовой тяжестью. Транквилизатор начинает действовать. — У тебя и вправду милое личико. Просили его не портить, но я аккуратно, — сказал он на ломаном английском. Размахнувшись, ударил в челюсть. Я снова откашляла кровь, оставив багровые капельки на его форме, а из груди вырвался хриплый стон. Из-за препарата вовсе перестаю что-то чувствовать. Он замахивается для ещё одного удара, но я опережаю. Вспоминая тренировки и, уже въевшиеся в мозг движения, бью. Настолько сильно, насколько могу. Это происходит почти на автомате. Главное наблюдать за противником и просчитывать наперед его удары. Руки тоже начинают тяжелеть и осознание, что дальше биться не смогу парализует меня на несколько секунд. Бежать. Только бежать. Ударив неизвестного в висок, осматриваюсь по сторонам. Если сверну направо, то они ничего не заметят, а до дома останется не больше семи минут. Срываясь с места, я бегу, ведь силы начинают покидать меня. … Закрыв дверь и опираясь о неё, тяжело выдыхаю горячий воздух из легких. Надежда, что они не увидели, в какую сторону я бежала, туманила мое сознание. Или психотропное вещество. Шаг в сторону кровати, но легкость и небывалая усталость берут верх над моим телом. Глаза предательски закрываются, а я, кажется, падаю на пол.

***

POV Стейси Невец Кое-как открыв глаза, смотрю, где я. На полу своей квартиры. Это уже радует. Боль во всем теле, а особенно в области ребер и скул, заставляют меня протяжно стонать. Чертов К.Р.И.К. Лицо наполовину онемевшее и слегка припухлое. Ребра целы. Зубы тоже на месте. Всё куда лучше, чем я себе представляла. Назойливый телефон, вот уже не умолкал минут пять. С большим трудом поднялась, и нашла его в сумке, что так и осталась лежать рядом со мной с прошлого вечера. Ник Фьюри. Кто бы сомневался. Горло пересохло и говорить было очень неприятно. — Доброе утро, Стейси. Как ты? – довольно весело спросил директор, будто насмехаясь. Неприятный звон в ушах на несколько секунд оглушил меня и зажмурив глаза, я промычала что-то между «черт» и «кошмар». — Что, опять всю ночь пила? — с долей сарказма сказал Фьюри. — Доброе. Как бы не так, директор, — сейчас не хотелось рассказывать о произошедшем, строя ложные теории. Сначала всё сама проверю, а потом скажу. — Ты мне нужна через час. — Эй, кажется кто-то забыл, что у меня отпуск? — возмущенно пробубнила, призывая Ника к совести, — или ты вообще не думаешь обо мне? — Да, я знаю, что обещал, но это срочное дело. Оно не терпит отложения. — Как же я это ненавижу, — не скрывая своего недовольства, выдохнула я, пытаясь встать на ноги, — но да кто спрашивает мнение бедной девушки? Ладно, буду через полтора часа. — У тебя час, — прозвучал приказ и затем три коротких гудка. Просто фантастика. Я — полуживая и на задание. Отправившись в ванную, включила прохладную воду и скинув грязные вещи, стала под струи. … Стейси стояла перед дверьми директора в назначенное время и ждала, когда же можно будет зайти. Сквозь стекло она видела Джеймса, что стоял напротив Ника и о чем-то с ним говорил. «Интересно, что они скажут, увидев меня?», — подумала девушка, а затем услышала голос секретарши, которая предложила ей войти. Неуклюжей походкой и под пристальные взгляды мужчин, она подошла к столу. Её, теперь платиновые волосы и опущенная голова прикрывали синяки и ссадины. Стейси неуверенно подняла голову. Барнс увидел темно-фиолетовые пятна на лице, рассеченную бровь и скулу. Сердце на секунду пропустило удар. Он всматривался и не мог поверить, что видит это. Бледная кожа теперь была желтовато-бордовой, а сама девушка едва заметно пошатывалась. Сотрясение, сразу заключил он. Значит, её ударили по голове и судя по всему, не один раз. Джеймс сразу откинул вариант, что она упала или врезалась во что-то. Он точно знал, что это следы побоев, ведь когда-то и сам такие оставлял. — Бог мой, что с тобой? — изумленно вскрикнул Фьюри, направляясь к Стейси, — Что произошло? Он подошел почти вплотную и аккуратно осмотрев лицо, отпустил. — На меня снова напали. Пытались похитить, я полагаю. Кажется, знаю, кто именно. На секунду она опустила руку в небольшую черную сумку, извлекая оттуда шприц с красноватой жидкостью. Её привычка и тяга уносить с собой что-то «на память» сейчас была на руку. Перед тем как убежать, Невец схватила транквилизатор, чтобы подтвердить свои догадки. — Скажи, пусть сделают полный анализ этого вещества и пришлют его мне. Чтобы быть уверенной, что это дело рук К.Р.И.К.а. — Как ты узнаешь, что это точно они? — недоверчиво изогнул бровь директор. Барнс же, который остался на время без внимания, мог ещё лучше рассмотреть девушку, повернувшись к ней, почти всем корпусом. «Она покрасилась и изменила стрижку», — подметил он и то, что этот цвет ей идет. Теперь она казалась ему более женственной и хрупкой. В груди неприятно кольнуло. Он не защитил. Знал и не предупредил. А на что он, собственно, надеялся? Пройдет, или она не заметит? Это не какие-то там мелкие шавки, на которых можно не обращать внимание. Он искренне хотел её уберечь от новой порции плохих чувств и эмоций. И вот во что это вылилось. Мужчина сжал кулак, пытаясь успокоить, только зарождающуюся бурю. — Они используют специфические ингредиенты, — сообщила Стейси, передав содержимое Нику. Он бережно принял вещество и положил на стол. — Так и сделаем. Но в таком состоянии тебя нельзя отправлять на задание, — на секунду нахмурил он лоб, о чем-то размышляя, — я заменю тебя кем-то. Думаю Ханна неплохо справиться… Девушку вмиг перекосило. «Ну уж нет, Солдат не будет работать с ней. Я не предоставлю ей такой роскоши». Стейси нейтрально относилась к Ханне Рейнер, она была очень милой девушкой. «Чересчур милой и обольстительной», — поправила себя Невец. Агент четыре была той ещё подлизой, хотя все вокруг будто не замечали этого. Стейси часто сравнивала её с лисицей из-за схожести во внешности и характере: с густыми рыжими волосами и длинным, но аккуратным носиком, она очень напоминала этого зверька. Невец поняла, что Ханна одна из тех «тайных поклонниц» Барнса, которой по ночам виделись влажные сны с участием этого холодного и равнодушного мужчины. Та не упускала возможности состроить ему глазки, каждый раз, когда Джеймс оказывался в её поле зрения, или же «ненароком» встретить его в главном корпусе. Милая улыбка, сладкий голосок и зелёные глаза безошибочно влияли на мужчин. Поэтому только услышав её имя, Стейси твердо решила — она, во чтобы то ни стало, будет на этой миссии. — Нет, — резковато кинула блондинка. — Ты не будешь в таком виде отправляться туда. Я твой директор и не позволю себе рисковать сотрудниками. — Дай мне день. Я пойду в медкорпус. Меня там быстро подлатают. В конце концов, ничего критичного со мной не случилось, — парировала она, приобретя в голосе стальную уверенность. Ник ещё раз осмотрел её с ног до головы. Сложив руки в замок, он думал. Затянулось молчание. — Хорошо. Ты поедешь. Но с Ханной, третий не помешает. ... Невец вышла с кабинета уже без синяков и царапин. Ровно ступая по белоснежному кафелю, боль не отдавалась в ребрах и голове, а руки перестали дрожать. Почти целый день в кабинете терапии и она как новенькая. Передовые технологии, что тут ещё скажешь. Теплый воздух согревал её открытые плечи, а запах цветущих деревьев наполнял легкие свободой, но девушка думала лишь о предстоящем задании. ГИДРА занималась поставкой оружия уже довольно длительное время, но только сейчас светлым умам Щ.И.Т.а удалось отследить все их передвижения. Организовав засаду, они должны были стащить информацию, чтобы узнать откуда растут ноги. Их базу охраняло ни много, ни мало десять с лишним человек, а чтобы не выдать себя, действовать нужно было аккуратно. Северная Каролина. Вот куда они отправлялись завтра утром, а сейчас длительный сон, как рекомендовал врач. Планы Невец резко поменялись, когда, зайдя в квартиру, она заметила темный силуэт у себя на кровати. Так и замерев возле двери с ключами в руке, затаила дыхание. Медленно потянувшись к выключателю, комнату озарил жёлтый свет. — Джеймс?! Какого черта ты здесь делаешь? — яростно зарычала девушка, желая влепить ему пощечину и как можно сильнее, — нельзя врываться ко мне в квартиру!.. — Я знаю. Мне нужно поговорить с тобой, — наконец-то он повернулся к ней и встал с кровати. Небрежно бросив сумку на пол, она сделала шаг и остановилась. — Что же такое срочное тебе нужно рассказать, что ты, нарушая личное пространство и законы Америки, вломился ко мне? За пару мгновений мужчина оказался возле Стейси. Рассматривая её лицо, он задумался: а стоит ли сейчас об этом? — За тобой следят. — Я знаешь ли почувствовала на себе, но вопрос: откуда ты это знаешь? И какое тебе до этого дело? — чуть вздернув подбородок, прищурилась девушка. Снова этот многозначный взгляд. Сейчас девушка понимала, почему зрительный контакт так важен: через него Джеймс пытался передать всё то, что он видел и чувствовал. — Я знал это задолго до того, как на тебя напали… — Какого черта? — возмущенно перебила его Стейси. Брови её сдвинулись к переносице, а глаза широко раскрылись. Поджав губы, она вопросительно смотрела на мужчину, ожидая объяснений. — Почему ты молчал всё это время? Настолько я тебе не нравлюсь? — Дело не в этом. Я просто не мог тебе рассказать. — Это ещё почему же? — перешла на крик она. — Я не был уверен, — всё так же спокойно продолжал Джеймс. — Во как. То есть ты ждал, пока меня изобьют, чтобы быть точно уверенным, так получается? — Нет, я просто… Невец звонко ударила его по лицу. На коже остался красноватый след, но Барнс даже не пытался предотвратить этого. «Заслужено», — медленно проговорил он. — Ты понятия не имеешь, через что мне бы пришлось пройти, не выберись я из того переулка, — кричала девушка. Широко раскрытые глаза переливались ярко зеленым оттенком. Она была в ярости, заключил мужчина, — так что в следующий раз, будь добр, сообщи мне о своих подозрениях. Особенно если они касаются моей безопасности и жизни! — Прости, я виноват, — тихо проговорил Джеймс. Он сделал полшага вперед и теперь был слишком близко к девушке. Разница в росте давала о себе знать, поэтому мужчина сожалеюще смотрел на неё сверху вниз. Она неуверенно приподняла голову, — я должен был тебе сказать, но не хотел тебя понапрасну волновать. Думал, что сам смогу разобраться. Не отрывая глаз от её темных ресниц, Джеймс аккуратно прикоснулся к её руке, что свободно свисала вдоль тела. Стейси даже не шевельнулась. Не ощущая никакого сопротивления, мужчина живой рукой переплел её пальцы со своими. Зелёные глаза, полные печали, всё так же смотрели на него, но уже без злости и упрека. Стейси чувствовала запах металла и геля для душа. Ещё она чувствовала, что не может на него долго злиться, ведь он хотел как лучше. Всё ведь совершают ошибки. То, что он стоял здесь, перед ней, трепетно сжимал руку и просил извинения было слишком трогательным для девушки. Но Невец не могла так быстро простить его, ведь именно из-за него, она едва не вернулась в свое прошлое. Тяжкий вздох сказал все вместо слов. Барнс понял, что сейчас она ему ничего не скажет, когда та устало положила голову ему на грудь. Было глупо надеяться, что всё так быстро уладиться. Теплое дыхание на его шее, заставило Джеймса прикрыть веки и последовать примеру Стейси — склонить голову. Положив бионическую руку на затылок, он нежно прикоснулся губами к белым локонам. — Я больше не подвергну тебя опасности. Я сумею защитить, — почти беззвучно пообещал мужчина, не отпуская девушку.