Like a Magnet

***

Полупустое кафе. Двое людей возле панорамного окна ели какой-то суп и тихо о чем-то говоили. Ещё трое сидели возле барной стойки и создавали больше всего шума. Компания громко говорила о чем-то на немецком и Стейси улавливала лишь отдельные слова их диалога. У самого входа сидела девушка в простом коричневом свитере и длинной юбке изумрудного цвета. Невец улыбнулась. «Мой любимый цвет». Она ступала и в её походке очевидно читалась уверенность и агрессия. Невысокие каблуки отчетливо отбивали ритм по серому кафелю. Заметить Оливера было совсем не сложно. Он занял центральный столик на четырех и, очевидно, в своем костюме резко отличался от всех здешних посетителей. Выглядел, как всегда безупречно. Ни единой складки на черном пиджаке и белой рубашке. Два месяца назад Они вышли из машины напротив неприметной пятиэтажки. Стейси взглянула на дом, а потом на Джеймса, который доставал из багажника их вещи. — Тут мне тоже не стоит спрашивать, откуда у тебя квартира? — улыбнулась она, закидывая на плечи свой рюкзак. — Стив подсобил, — в этот раз Джеймс ответил честно. Он забрал всё и свободной рукой закрыл багажник. Они прошли мимо уютного двора с детской площадкой на которой ещё весело бегали дети, а на лавочках беседовали их родители. Девушка подумала об Эльжбет, которая также радостно могла сейчас ковыряться в песке или раскачиваться на качелях и вздохнула. Поднявшись на четвертый этаж, девушка устало скинула с себя рюкзак и разувшись прошла по небольшому коридору. Включив свет, она увидела довольно милую гостиную с большим диваном и мягким бежевым ковром. Сняв носки, она прошлась по нему и улыбнулась, сжимая пальцами ног ворсинки. — Как будто по траве, — хихикнула она с неподдельной радостью. Джеймс подошел к ней, снимая куртку и притягивая Невец за талию. — Рад, что тебе здесь нравится. Он поцеловал её в лоб и сцепляя руки за спиной, нежно покачивал из стороны в сторону. В течении двух недель пустые книжные полки заполнялись новыми и новыми книгами, комнатными цветами и свечами. Через пару дней после двух часового отсутствия Невец вернулась в квартиру таща в руках явно что-то тяжёлое. «Смотри, что на барахолке нашла», — довольно похвасталась она, доставая из коробки старый проигрыватель. На кухне теперь каждый вечер пахло специями и зеленым чаем с жасмином, а в их спальне появился новый светильник, напоминающий китайский фонарик. Девушка привносила в их новую квартиру уют и тепло. Свои дни они коротали за книгами, готовкой и игрой в шахматы. — Мат, — победно заключила Стейси опрокидывая фигурку короля мужчины. — Быстро ты учишься, — улыбнулся он, отодвигая шахматную доску на другой край кровати и ближе подползая к Невец. — У меня хороший учитель, — соблазнительно улыбнулась она, разрешая уложить себя на спину. — Мне полагается приз? — Само собой, — Джемс живой рукой приподнял её свитер, аккуратно целуя живот и поднимаясь выше. Услышав долгожданный стон, он снял ремень со штанов и вновь вернулся к губам Стейси. ...Они часто гуляли вдоль Дымбовицы, но особенно ей нравилась эта река по вечерам. Когда люди выходили из своих домов и офисов, весело шумели, беззаботно шагая по набережной. На улице с каждым днем становилось теплее, горожане сменяли куртки на ветровки и пальто. — Как думаешь, когда это закончится? — ни с того, ни с сего спросила девушка, стараясь не отставать от быстрого шага Барнса. — Что именно? — спросил он, удивляясь, как быстро она переключилась с диалога про сегодняшний ужин. — Я про нашу жизнь в Бухаресте. Мы же не можем оставаться тут вечно. Рано или поздно, мне снова надо будет бежать. — Насколько мне известно, охота за тобой поутихла. Не думаю, что сейчас нужно об этом волноваться, — Джеймс нахмурился. Он знал, что Стейси часто об этом думала. Каждый раз: когда в одиночестве сидела в комнате, или когда на несколько минут выпадала из реальности. Он видел, что это эти мысли в голове мутантки достигали своего апофеоза. Поэтому, Барнс старался не часто оставлять её наедине. — Да, но они не оставят этого так просто. Ты же знаешь, — она снова улыбалась, но это было большего похоже на улыбку смиренного. — Значит тогда и будем думать, что делать дальше, — мужчина взял её холодную руку, пряча в карман своей куртки и бережно сжимая. У него уже было несколько планов на случай, если их всё таки найдут. Рассказывать о них Стейси он не хотел, чтобы ещё больше не встревожить и без того напряженную девушку. Он замечал, что Невец начала использовать свои силы. Однажды, вернувшись с аптеками с её витаминами он застал удивительное зрелище. Девушка сидела на диване в гостиной, скрестив ноги и изо всех сил пытаясь поднять метательный нож, что лежал на столе напротив. Она, кажется вся сосредоточилась на ноже, но он так и не хотел подыматься в воздух. — Черт, не работает, — она со злостью взяла нож и швырнула его в стену. — Тебе не стоит этого делать, на тебе же наручи, — прокомментировал Джеймс, проходя на кухню и выкладывая таблетки в шкаф. — Не тебе меня учить, — перекривляла его девушка с тяжким вздохом падая на кровать. — Ты говорила, что если будешь использовать силы — наручи сделают ещё хуже. — У меня получилось ещё частично их отключить. Они теперь не должны так сильно меня сковывать. — Она кивнула на отвертки и другие инструменты на столе. Примерно через пару недель, она всё также сидела в гостиной, пытаясь сдвинуть нож. Джеймс из спальни услышал радостный вскрик и её протяжное «Дже-е-еймс». Лениво войдя в комнату он смотрел на то, как радостно она прыгает с ноги на ногу. — У меня получилось! — завопила она. Вскинув кисть к верху, нож, окутанный темно-зелёным туманом вернулся к Стейси в правую ладонь. Опустив другую руку, нож снова без усилий полетел в стену, сияя зелёной дымкой. Пастельно-желтая стена, которой и так досталось от «учений» Невец, получила ещё одну дыру. — Отлично, — не скрывая радости, произнес Барнс, искренне довольный от того, что к девушке возвращались её способности. А потом в ней снова что-то щёлкнуло. В середине мая, девушку будто подменили. Субботним вечером она как обычно сидела за ноутбуком. В тишине раздался звук уведомления, но Стейси не обратила внимания, продолжив работать. Желая немного отвлечься, она размяла шею и пошла на кухню за чаем. Вернувшись, взгляд снова упал на телефон и, разблокировав его, она вмиг помрачнела. Спокойно отложив его на стол, она вышла из комнаты. — Что там? — спросил Барнс, заметив перемену в настроении. Он уже видел такое поведение и оно не сулило ничего хорошего. — Ничего важного, — бросила она. Через десять минут она вышла из квартиры, накинув пальто и ничего не взяв с собой, что было удивительно. Ни рюкзак, ни даже любимую черную сумку. Она почти никогда не выходила из дома ничего с собой не взяв. Следующие пару недель она почти не говорила, с трудом засыпала и всё время сидела за ноутбуком. Пару раз попытавшись завести с ней разговор, Джеймс бросил попытки. Если она не захочет — даже под пытками ничего не расскажет. Он подозревал, с чем это было связано. Оливер. Опять, чертов Оливер. А потом она ушла. Молча, не предупредив его. Ранним утром, когда Барнс ещё спал, она тихо взяла свои ножи и ключи от его машины, закрыла за собой дверь и исчезла. Снова не взяла с собой рюкзак. — Ты один. Даже не знаю, стоить ли мне это воспринять как оскорбление, — холодно бросила Невец, снимая черное пальто и вешая его на спинку стула. Лжец. Сев на противоположное от Гловера место, она сложила руки в замок, уставившись на мужчину. — С ними, — кивнул на её руки, где под темной кофтой скрывались наручи, — ты обычный человек. Мне нечего бояться. Почему так долго думала над моим предложением? Она с отвращением рассматривала его лицо. Видно было, что работали лучшие пластические хирурги, но шрамы всё же остались. На левой скуле и над правой бровью виднелись тонкие розовые полоски. — Думала о своем преимуществе в сделке, что ты предложил, — ровно ответила девушка, притянув к себе чашку с кофе Оливера. — Ты в не в том положении, чтобы думать о таком. Моё предложение, считай что подарок тебе. И это после того, что ты сделала со мной, — он нагло ухмыльнулся, наблюдая, как девушка пьет из его чашки. — Для тебя я ангел-хранитель. — Мерзость, с молоком — скривилась она, возвращая чашку на блюдце. — А по поводу предложения — я согласна, но с одним «но». — Каким же? — с интересом мужчина наклонился ближе, всматриваясь в серые глаза. — Ты отменишь вознаграждение за меня, — с натиском ответила девушка, вскидывая подбородок. — Ну... Это уж навряд-ли. Я и так развязываю тебе руки, — Гловер отрицательно покачал головой. — Так, что на такое точно не соглашусь. Я же не самоубийца. — Что ж, очень жаль. Теряешь мое расположение, — Невец пожала плечами поднимаясь из-за столика и снова протягиваясь к пальто. — Сказала бы, что было приятно повидаться, но это не так. POV Джеймс Барнс. То же время. Чертова Невец. Сумасшедшая девчонка без чувства собственного самосохранения. Проснувшись около семи утра и не застав девушку в квартире, было трудно сдержать нарастающий гнев. Я знал, что это рано или поздно произойдет. Но каждым утром ноющее чувство под ребрами утихало, стоило увидеть её на кухне, как всегда готовящей завтрак. Не зная как давно она ушла, каждая минута была решающей. На холодильнике, аккуратным почерком было написано: «Нужно закончить дело. Я вернусь в 4:20». В спешке выскочив на улицу я чувствовал, как в тело возвращается былые ощущения. За это время проведенное с Невец, мои инстинкты и навыки притупливались. Она будто вводила в гипноз, расслабляла моё тело и мысли. Но вернуться в прежнее русло было не сложно. Это всегда оставалось со мной. Как невидимая тень, повсюду следовало за мной, мерзким дыханием тянуло в затылок. Укатив первый попавшийся мотоцикл, я гнал как сумасшедший игнорируя все светофоры и сигналы водителей. Мне было наплевать на всё это. Только бы успеть. Стейси Невец — Не уж то ты думаешь, что я так легко тебя отпущу? Удивляюсь твоей наивности, милая, — Оливер довольно откинулся на стуле, наблюдая за тем, как грациозно девушка одевается. В кафе, словно по негласному приказу вошло с десяток вооруженных людей. Они разошлись по периметру помещения, словно муравьи. Девушка быстро окинула их взглядом, отыскав взглядом на их поясах то, что хотела. Ампулы с раствором. Лжец. — Конечно нет, Оливер, — раздраженно закатила глаза Стейси. Она не начала нервничать или истерить, как предполагал Гловер. Мутантка же стояла, совершенно расслабленно и не думая защищаться, — твои слова и обещания ничего не стоят, как и всегда. Но это не главный твой минус. Куда страшнее, что ты всегда недооцениваешь людей с генетическими мутациями. — Злорадно ухмыльнулась она. — И даже не запоминаешь их особенности. Посетители кафе, что до этого продолжали заниматься своими, даже не обратив внимание на вошедших солдат, услышали кодовое слово. Особенности. Все, как один вскочили со своих мест и окружили Невец. Бармен, что всё это время протирал стаканы, ловко перепрыгнул через барную стойку и встал позади Стейси. Девушка, что стояла по левую руку от Невец, щелкнула пальцем и мужчина позади Стейси начал менять облик. С типичного румына 30-лет от превратился в парня с кудрявыми волосами. — Анри... — одними губами прошептал Оливер, оглядывая все стоявших перед ним и вспоминая их лица. Это выходило с трудом, но он точно знал их. Разрастающаяся тревога неприятно стянула желудок. «Так вот, почему ты настаивала встретиться именно здесь», — в мыслях подметил Оливер. Слева от Стейси девушка с серебряными волосами и прозрачными белками, будто слепая. Кажется, её зовут Эрнста. Позади неё, как всегда смеющийся со всего Анри Лантье. Других он вспомнить не мог, как не пытался. Всё эти люди, вернее сказать мутанты, торжествующе смотрели в сторону Оливера. Никто из них и слова не сказал, но та ненависть, которую они излучали, холодной волной прошлась по спине Гловера. — Мы можем просто уйти отсюда, — предложила Стейси, делая шаг вперед. Её тут же взяли на прицел, но она даже бровью не повела. Мужчина нервно прикрыл веки. Всё шло не по плану. Разумеется, он знал, что Невец заявится не одна. Однако он никак не мог предугадать, что вместо Зимнего она приведет шайку давних друзей. Обдумывая в голове сотни исходов, ни в одном из он не видел нужного ему результата. Раздраженно вздохнув, он поднялся со своего места. — Нет. Do or die*, — сказал он, подняв к верху два пальца. Стейси тут же скрестила руки, создавая магнитное поле. Пули мгновенно посыпались на пол, а ребра пронзила острая боль. Она почувствовала невесомое прикосновение теплой руки на плече и боль, будто волнами начала отступать. «Зофья. Моя милая Зофья», — подумала она, прежде чем броситься на Оливера. Только туман в голове и тихий шёпот. Действуй. Не медли. Девушка з русо-зелеными волосами перескочила стол, пытаясь ухватить Оливера за шиворот пиджака, но тот резко увернулся. Едва не упав, наклонилась, пропуская удар. Анри опустил правую руку, разматывая цепь и закрывая собой девушку с кудрявыми русыми волосами. — Зоф, тебе лучше отойти. Это не твой бой, — мягко сказал он. Целительница сделала пару шагов назад, прячась за высокую колонну посреди зала. Девушка с коротким темным каре и азиатскими чертами лица на секунду застыла, умиротворенно закрыв глаза. В её руках материализовалась длинная катана с красной рукоятью. Она кивнула, благодарно что-то буркнув себе под нос и бросилась на мужчину в форме. Размашистое движение руки и шаг вперед. Катана разрезает воздух, а мужчина делает шаг назад. Контрудар прикладом автомата и Мацуко уклоняется. Ответный выпад и ещё один удар. Эрнста делает шаг вперед и тут же теряется среди четырех своих копий. Они удивительно точны и теперь различить, кто из них настоящая — невозможно. Все они подаются в разные стороны. Брюнет, имени которого, не знала даже Стейси, разводит руки в стороны и вспыхивает голубым пламенем, когда наёмник Оливера собирается схватить его сзади. Горящими руками он хватает солдата за лицо и тот шипит от невыносимой боли. Мулатка Ния, уверенно стоит и не отходит, даже тогда, когда противник рьяно движется к ней. Она медленно опускает голову, а когда поднимает её обратно, по лицу текут черные, будто нефть слёзы. Наемник и не думает останавливаться, но ровно в футе от неё замирает, не в силах пошевелиться. Ния склоняет голову вправо, наблюдая, как он падает на колени и начинает задыхаться. Она резким движением вытирает слезы и сделав шаг проводит пальцами по лицу мужчины, оставляя на нём черные пятна яда. Парень с черными коротким волосами, внешность которого больше напоминала диковинную птицу, хватает с бара недопитые стаканы с виски и выплескивает их к ногам солдата. Решительно опустившись, он прикасается к ним рукой. По тонким ручейкам жидкости проходит ток и противник судорожно корчится. Стейси всё же добирается до Гловера и сосредоточенно вспоминает технику. Удар с правой, без замаха, но она бьет достаточно больно, чтобы сбить Оливера. Мужчина не отстает, достав с внутреннего кармана пиджака нож с фамильной гравировкой. Жалея, что забросила тренировки, мутантка концентрируется на себе. Ритмично ускользая от ножа, она лавирует почти вслепую, чувствуя, что ноги и руки двигаются инстинктивно. Ногу Оливера оплетает цепь Анри, по инерции оплетая щиколотку. Секунда. Разряд, от которого Гловер морщится, но не падает. Мицуко рассекает ухо наемника, искусно орудуя катаной. Тот вскрикивает от боли, отступая, но азиатка на шее чувствует удавку, что в мгновение тянет её назад и перекрывает воздух. Ния, кидается к союзнице, пальцами впиваясь в лицо душившего. Двое парней дерутся спина спиной с окружившими их солдатами. Но они, один за другим падают на пол, когда в их шеи впивается пуля с ядом. Чувствуя холодное дуло у виска, один из них протяжно рявкнул. Над его мучителем со свистом пролетает нож, перерезая вену на горле. Струя крови теплыми каплями разливается по лицу мутанта. — Мне. Нужны. Ещё, — запыхавшись кричит Оливер. В бар, выламывая дверь, вваливаются ещё с десяток таких же наемников. Они без замедления бросаются к клонам Эрнсты и к Стейси. Один из мужчин бросает взгляд на Зофью, что сжавшись всем телом стоит за колонной, и стреляет из винтовки. Невец отвлекается, чтобы остановить пулю и получает прикладом в живот. Скрутившись от боли, она только и успевает кинуть взгляд на пиромана. Тот рывком сбивает бойца с ног и хватает его за руку, опаляя ткань плотной формы. Невец пропускает ещё один удар мимо. В этот раз в висок. В глазах мгновенно темнеет, она только и успевает выставить руки вперед, чтобы не разбить лицо о кафельный пол. POV Джеймс Барнс Бар «4.20» на окраине Бухареста. Мы пару раз выпивали там со Стейси. Ей там нравилось: немноголюдно, почти всегда тихо и включали её любимый джаз. Ещё там вкусно жарили её любимую картошку дольками. Сейчас на это плевать и я отряхнул голову от ненужных мыслей. Я был точно уверен, что она там. Мои догадки подтвердились, когда я увидел возле бара тонированные машины. Их было как минимум шесть, а из заведения доносились вскрики. Бросив мотоцикл у входа, я быстро оказался возле деревянной двери. Рывком войдя внутрь, я будто окунулся в ледяную воду. Мышцы уже привычно напряглись, готовясь к атаке. В голове все мысли отошли на второй план, уступая место холодному рассудку. Быстро окинув взглядом довольно просторное помещение, картина меня не порадовала. Лужи крови, перевернутые столы, разбитое стекло и разлитый алкоголь. В миг отыскав взглядом Стейси, я вздохнул. Согнувшись в двое, она опиралась левой рукой о пол, чтобы окончательно не свалится. Двое мужчин в черной форме без зазрения совести били её тяжелыми берцами. Грудь пронзила тонкая спица боли. Когда один из них схватил её за волосы, бесцеремонно поднимая, я всполоснул ножом по его руке. Слишком занятые Невец, они не заметили, как я оказался позади. Ещё один удар под ребра. Второму посчастливилось больше. Он замахнулся, чтобы ударить в челюсть, но мне ничего не стоило, чтобы увернуться. Холодное железо врезалось в его кадык и он начал захлёбываться своей же кровью. POV Стейси Невец Вот кто мой настоящий ангел-хранитель. Я и не думала, что он так быстро сюда доберется. Его рука рывком подняла меня на ноги. Придерживая за талию, он убрал мои волосы с лица. Пробежавшись взглядом по лицу, нахмурился ещё больше. — Заверь меня, что это того стоит, — только и послышался знакомый сарказм. — Определённо, — хрипло ответила я. Опираясь на родное плечо, я ощущала, что готова. Это добьет меня окончательно. Но я видела, что моим союзникам, которые так быстро и без раздумий бросились ко мне на помощь, стоило мне только попросить, сейчас не выйти отсюда. Они стойко противостояли, но солдат становилось только больше, а силы на исходе. Джеймс с трудом отражал удары троих, пытаясь нанести контрудар, пока я стояла опершись спиной о стену и пытаясь хоть немного откашлять кровь. Daylight — David Kushner Увидев что, Ния обессилено стекает по стене, Невец бросила взгляд на шею. Дротик торчал из её шеи, а наемник уже направлялся в её сторону. Вскрикнув, Лантье оплел его цепью, дергая вниз. Тот рухнул на землю, но яд начинал действовать. «Нет, не снова», — только и подумала Стейси, направляясь к Зофье. Другим тоже приходилось не сладко. Они выкладывались на полную, не жалея сил. Лицо Эрнсты уже не было видно из-за крови, а её клонов уже совсем не осталось. — Чёрт, пули не работают только на Невец, тупицы, — крикнул Оливер, прижатый к стене руками парня, что был похож на птицу. — Faugh a Ballagh**, — из последних сил окрикнула друзей Стейси, пока наемники доставали огнестрельное. У них было не больше минуты, прежде, чем их окатит град из пуль. Зофья и Анри оказались по обе руки от Невец, остальные же остались позади. — Ты был прав. Всему виной мои силы, — четко проговаривала девушка, смотря на Оливера, который изумленно уставился на неё. Он тяжело дышал, но не отрывал взгляд от мутантки, что обращалась к нему, — но я знаю, что не могу им сопротивляться. Я люблю это и ненавижу одновременно. Стейси сжала окровавленные руки Зофьи и Анри и медленно закрыла глаза. Она что-то медленно начала шептать, но никто из присутствующих не слышал, что именно. Мутантов начал покрывать изумрудный купол. Медленно, будто стекающая по стеклу капля, сверху вниз опускался барьер. Сильнее сцепившись руками с друзьями, девушка начала сама покрываться зеленоватым свечением. Её волосы сияли тёмно-зеленым, руки были липкими от засыхавшей крови, а саму её изнутри раздирала жгучая боль. Сжав челюсть от невыносимого спазма, она продолжала шептать. И только сейчас Барнс понял, что она молится. Она молилась богу на своем родном языке. Она часто говорила, что разочаровалась в Боге и не верит в него, но сейчас он не сомневался — она молилась. Он и представить себе не мог, что ощущала девушка, раз начала молиться. В голове скользнула фраза, случайно брошенная девушкой, когда они говорили на кухне. «Перед лицом смерти и неверующий молится». Осознание хлестнуло больнее ножа. Он не хотел в это верить. «Она бы никогда на это не пошла. Нет, кто угодно, но не Стейси. Она смеется в лицо смерти. Сама говорила, что не может умереть, ведь силы её всегда защищали», — мужчина убеждал себя, но это в пух и прах разбивалось о реальность. Выстрелы больно оглушали все присутствующих, но они так и не достигали цели. Сталь падала, как осенние листья, стоило её дотронуться до магнитного барьера. Ноги Стейси оторвались от кафеля и она невесомо подымалась вверх. Если бы не руки Лантье и Зофьи, она бы поднялась до потолка. Свечение становилось ярче, пульсируя в такт с её медленным сердцебиением, а грудная клетка тяжело вздымалась. По лицу скатывались слёзы, смешиваясь с кровоподтеками. Её уже почти не было видно из-за зеленого сияния. Зофья тоже начала тяжело дышать, медленнее моргая, но не отпуская руку Невец. Анри напрягся всем телом, с силой закусывая губу, только бы не расплакаться. Им тоже было больно. Они, словно батарейки отдавали все свои силы Невец. Она впитывала их энергию, чтобы не умереть сейчас. Не в состоянии самостоятельно генерировать магнитные волны, она поглощала невидимую силу мутантов. Все они сейчас понимали, какую самопожертву принимает каждый из них. Они видели, как наемные убийцы Гловера начинают сгорать заживо, будто изнутри заполняясь раскаленным металом. Они неистово кричали, но недолго, ведь через пару минут падали замертво. Оливер смотрел на это со страхом и восхищением. Ему предоставился шанс увидеть нечто прекрасное, пламя феникса перед его гибелью. Он чувствовал, как и его тело начинает заполнять жар и упал на колени. Он это сделал, даже если бы не чувствовал боли, преклоняясь перед могуществом Стейси Невец. Когда стих последний солдат, тело девушки обмякло и безжизненно упало. Анри подхватил её, мягко опуская на пол. — Зофья, ну же, — от безысходности кричал Анри, пока все склонились над телом девушки, — верни её. Зофья трясущимися руками прикоснулась к вискам Стейси. Она зажмурилась и все наблюдали, как золотой свет окутывал её голову, постепенно растворяясь в воздухе. Они стояли в молчании посреди разгромленного бара и с замиранием сердце ожидали хоть каких-то слов Зофьи. Джеймс отвернулся не в силах смотреть на безжизненное тело девушки. Он слышал, как постепенно замедляется пульс и дыхание. — Я сделала всё, что могла, — тихо начала целительница, а по лицу уже текли тонкие полосы слез, — но я только залечиваю, а не воскрешаю из мертвых... Она опустила руки, припадая к телу Стейси и навзрыд давясь слезами.