Восход Империи

      Солнце поднималось над Тетой. Желтый диск возвышался над горизонтом, изрезанным небоскребами и старинными постройками. Над некоторыми тянулись столбы дыма. Зачистка дворцового района подходила к концу.       Сразу после церемонии Реван переместился подальше от деревьев, которые окрашивались в зависимости от звуковых волн. До неё он предусмотрительно приказал запереть двери в помещение. За ними размещалось то самое растение в тяжелой каменной кадке. Её даже вуки не сдвинет. Садом, из которого уже убрали трупы, и этим этажом ареал улавливающих звук деревьев не ограничивался. Они располагались по всему дворцу. Ревану не верилось, что Себбан не ведал о настолько масштабной прослушке у себя дома. Повелитель ситхов планировал изучить её механизм.       Принадлежавший малозначительному чиновнику кабинет располагался от неё дальше всех. Там Реван разместился за деревянным бюро. Стулья пришлось принести из соседней комнаты, потому что здешние извели на баррикаду. Щепки валялись по всему коридору. На самом массивном стуле восседал Малак. Раскинь ученик руки, визитерам бы пришлось вжиматься в стену тесного кабинета.       Он сжимал и разжимал правую руку. При каждом движении потертое пресс-папье мотало из стороны в сторону. Владыка ситхов явно не насытился бойней при космпорте. Повелитель внимательно наблюдал за способным осложнить обстановку учеником.       Реван держал в уме, что основная нагрузка по содержанию оккупантов ложилась на Фирис и иные аграрные миры. Из-за ограниченной вместимости кораблей пайки урезали. Полевые кухни отменялись. Трюмы заполнялись десантом вместо пищевых продуктов. Их планировали добыть на месте. Население наверняка взбунтуется. Малака туда не пошлешь. Надо бы отправить в места фуражировки способных угомонить толпу без стрельбы. Ашес подойдет на эту роль.       А ещё пресечь мародерство и обрубить на корню желание в пылу неразберихи насиловать подвернувшихся женщин. Особенно этим грешили недавно набранные с индустриальных миров солдаты. Чем меньше обозлившихся гражданских в тетанской системе, тем лучше. Пока они не горели желанием содействовать имперским чинам. Слишком хорошо помнили, что стало с коллаборационистами после падения Экзара Куна и любовницы его ученика Алимы Кето.       Себбан Кето уже выступил с призывом сложить оружие. Осанка тетанского императора была безукоризненной. Жесты сдержанными. Как у человека, который осознал, что мертвому уже ничем не помочь и надо вытащить из пекла живых. Он обещал им мир в случае соблюдения законов. Делал упор на то, что ущемления нелюдей не произойдет.       В принципе то же самое написали имперские пропагандисты. Вручили лист с речью Кето. Он смерил их таким суровым взглядом, что один не в меру нервный выронил папку. В эфире тетанец своевольничать не стал. Слишком хорошо знал чем это кончится для его жены, детей, внуков и народа.       Кредит доверия к Себбану Кето высок. Вот только ситхское присутствие не способствовало его удержанию. Тетанцы не спешили делиться продовольствием или информацией. Новой власти придется доказывать свои не враждебные намерения.       Дым за окнами дворца рассеивался. Взрывы стихли.       Перед Реваном по стойке смирно выстроились представители разведки: люди, мириалане, арканианский полукровка. Отчитывались о достижениях. Мириаланка Лорсо, чья родня занимала не последние позиции в корпорации «Цзерка», протянула Ревану кипу инфокарт. Успела выгрести их из императорского архива в сумятице. — Данные по нашим целанонским союзникам. Компромат и прочее, — пояснила свой выбор.       Второстепенная информация. Хотя подпись «Мирии» привлекла внимание повелителя ситхов. Просмотрит на досуге. Вдруг там найдутся дополнительные рычаги для сдерживания любовницы. Данные об операциях Карбонитовой гильдии и её не вступивших в силу контрактах представляли больший интерес. — Обыщите дворец. Обращайте внимание на деревья, меняющие цвет при приближении. Проследите откуда растут их корни. Рапорт лично мне к вечеру, — распорядился Реван после того, как Лорсо покинула помещение.       Малак встал. Сцепил руки за спиной. Световой меч свешивался с пояса. Свет из крохотного окна у самого потолка падал под таким углом, что были заметны окропившие металл брызги крови. Некоторые обманывались массивным телосложением Дарта Малака и считали, что всё ушло в мышцы, и для умственной деятельности ресурсов не осталось. Ошибка. Наблюдая за учителем, ученик догадался о чем ведут речи. — Вырви эти корни. И сопротивление с ними заодно.       Шпионских игр Малак не любил. Предпочитал сносить все преграды световым мечом и молниями. — Прямое действие не всегда лучший способ. Гораздо большая победа — заставить другого посмотреть твоими глазами, а не закрыть их навсегда, — позволил себе философствование Реван. Ученик его не переносил. — Опять повторяешь слова старой ведьмы. Даже несмотря на то, что услал её куда подальше.       Малак не знал, где находилось «подальше». Ему было достаточно того, что влиятельная конкурентка отстранена от борьбы за власть. Реван не стал напоминать о том, что Алек сам когда-то слушал лекции «старой ведьмы». Он пламенно соглашался с ней, когда она заявляла, что вселенная не всегда действует по законам джедаев. Не стоило подогревать злобу Малака. Он выместит её на подвернувшемся мирном населении или вызовет иные осложнения. — Зачистки у тебя получаются лучше, чем философские диспуты. Я давно понял это. Проследи за подводом "Центурионов" к Фирису. Если хоть один турболазер ударит по его поверхности без моего приказа, то я отхвачу у тебя кое-что пониже челюсти. — Да, — носитель протеза нехотя прибавил, — учитель.       Малак сделал широкий шаг. Ещё один и оказался у двери. Коммуникатор ученика затрезвонил. Реван прислушался к сигналам своего. Молчание. Значит, дело касалось лично Малака. Повелитель пролистнул отчеты по состоянию электростанции. Ночь для тетанцев выдалась тяжелая: перенаправляли линии электропередач, чтобы компенсировать потерю турбины, которая снабжала индустриальный район.       Реван вполуха улавливал разговор. Его исход предвосхитил все ожидания. — Владыка. Ваш ученик убит, — голос собеседника Малака подрагивал.       Рука владыки сжалась в кулак. Пресс-папье треснуло. Брови ситха опустились и сдвинуты вместе. Взгляд отяжелел. Ноздри раздулись. Весть о смерти ученика привела Малака в бешенство. Не потому что он испытывал к нему теплые чувства. Во-первых, преждевременная гибель означала неправильность суждений Малака, его выбор в пользу слабого. Во-вторых, это демонстрировало неполноту его власти и неспособность окончательно запугать врага. Кто-то дерзнул сопротивляться Дарту Малаку! Непозволительно. — Твоих людей убивают на улицах. Показательные казни это пресекут. Пленных слишком много, — прорычал ученик. — До конца расследования это невозможно. Будет неловко, если мы выхватим первых попавшихся, а настоящий убийца посмеется над нами из толпы. Займись "Центурионом", чтобы не стать следующим.       Повелитель ситхов провел пальцами в сторону двери, будто сметая со стола лишнее. Когда ученик вышел из кабинета, чиркнул пару строк силам спецназначения. Пусть проследят, чтобы не произошло эксцессов. Сегодня у Мирии-Болерии определенно прибавится поводов для радости. Она недолюбливала Малака и его клику. Считала их источником опасности для Ревана и, соответственно, своего благосостояния.       Подземные сокровищницы тетанских владык расширялись тысячелетиями. Точные данные об их местоположении были тайной, покрытой мраком. Пролила на неё свет тактическая станция правителя Теты. Как и на то, что карбонит под угрозой.       Несколько поселков уничтожено. Крыши домов будто смело громадными косами. Турели выворочены из мерзлой почвы. Часть баллонов с добытым ресурсом разорваны или смяты. Склады, где не было персонала из органиков, остались целы. На улицах и в развороченных зданиях — разорванные или сдавленные трупы. При беглом осмотре не выявлялось ни одной смерти от огнемета или бластера.       Напали точно не пираты. Они бы с радостью поживились всем доступным карбонитом и живым товаром. Хаттские дельцы ценили ученых рабов. Им не платишь. Сохранение и преумножение денег — жизненное кредо каждого члена Картеля. В свою очередь хатты не отказались бы утянуть содержащих данные о добыче карбонита дроидов. Таинственный убийца машинами практически не интересовался.       У кабинета повелителя ситхов застучали каблуки. Прислушавшись Реван насчитал семь пар ног: кто-то запинался, будто страдал от одышки, иные неслись, будто счет шел на минуты. — Впустите, — распорядился Реван.       Мелькнул серебристый наруч. Дверь отворилась. Представитель Карбонитовой гильдии и несколько богато одетых аристократов предстали перед очами повелителя ситхов. — Почему вы сразу не сказали о катастрофе на Кересе II? Меня волнует инфраструктура имперских миров. Особенно такая. От неё зависит благополучие тысяч семей. В том числе и за пределами вашей родины, — Реван говорил медленно, давая присутствующим почувствовать весомость сказанного, и не лгал.       Кое у кого на лице читалось «От неё зависит твое обогащение, ситх». Кто-то весьма громко подумал о том, что именно Реван и пробудил разрушительную силу. Для многих тетанцев он был воплощением чудовищ, которые воскресли из мертвых. Повелитель ситхов не собирался смаковать страх. Меньше всего Империи нужны гуманитарные катастрофы и перебои с поставками боеприпасов из-за дефицита карбонита. — Ваше Императорское Величество, мы сами справимся. Вам не следует заниматься подобными мелочами, — уверенно начал представитель гильдии.       В конце концов она побеждала пиратских королей, зарившихся на карбонит. Повелитель ситхов — нечто худшее. Вместо того, чтобы применять Силу для удвоения урожаев как Агрокорпус, он отправляет аколитов в гробницы Долины Темных лордов. Тетанцам невдомек, что её нужно обезвредить. Некоторые артефакты оттуда в состоянии перечеркнуть усилия сотен разумных. — Я пошлю своих людей, им нужны разве что несколько проводников. Ваши военные могут остаться дома. Здесь они нужнее.       Самый юный из присутствующих, светлый юноша с заостренными ушами приподнял золотистые брови от удивления. Выдохнул. Более опытные смотрели на готовность отправить имперский контингент на опасную планету как на желание проконтролировать ценный ресурс, а не сберечь жизни тетанских солдат от смертоносной неизвестной силы.       Если она то, о чем повелитель ситхов думал, лишенным Силы несдобровать. Он должен перепроверить. И есть лишь одно место на Тете, где это можно сделать.       В сопровождении почетного караула из солдат в серебристой броне Реван спускался к сокровищницам. Официально — под предлогом инвентаризации. Убедиться, что в пылу битвы подчиненные не обогатились, украв пару-тройку ценностей.       Себбан Кето не поверил повелителю ситхов. Другого не ожидалось. Тетанский правитель настоял на своем присутствии. Ему не отказали. Себбан Кето утвердился в своем мнении, когда золотоглазый ситх в мундире вынес повелителю ситхов красную трехгранную пирамиду. Она переливалась от бордового к вишневому. Вырезанные на её гранях ситхские иероглифы свидетельствовали о назначении голокрона — рассказывать о создании боевых зверей. — Решили приобщиться к скверне? — бросил император Теты.       «Скорее, понять, как ей противостоять» — вслух Реван не озвучивал этой мысли. Агенты врага могли быть везде. Следили ли они за бывшим главнокомандующим после планеты вечных штормов? Если да, то насколько позволяли себе вмешательство в его дела? Он так и не получил однозначных ответов. — Ваше Величество, мы проводим инвентаризацию. В наших общих интересах, — как учил повелитель, ситх выделил выгоду для обеих сторон.       Кето смерил его ледяным взглядом. Титуловали правителя Теты «Ваше Императорское Величество». Намеренно исключивший это в присутствии повелителя ситхской империи не стал извиняться. Только смотрел в другом направлении. Некомфортно сталкиваться с настолько жестким человеком. — Пока я предполагаю, что это один из прощальных даров аборигенов Коррибана. Скорее всего, терентатек. Левиафан бы причинил гораздо больше разрушений. И те, и те могут находиться в спячке сотни лет. — Как раз по вашей части… — выдавил Кето. — Я знаю, что у вас проскальзывала идея о том, что Империя намеренно натравила это на Керес. Данная теория противоречит моей доктрине.       Себбан Кето знал, что Малак перебил бы всех безо всякой бестии. Реван бы не позволил убить обученный обслуживающий персонал и настолько повредить поселения. Выпускать неконтролируемое существо в столь важном месте не в характере повелителя ситхов. — Если бы я хотел максимального разрушения, Себбан Кето, "Центурионы" бы перемололи карбонитную фабрику в пыль. От вашего флота бы остались ошметки. — Я даже не буду заявлять о возможности влияния Бастилы Шан. Вы бы не стали считаться с девчонкой чем бы она ни обладала. — Я рад, что мы понимаем друг друга.       Понимание не равно принятию. Неприятие Кето заметно на лице. Губы сжаты. Неудивительно, с учетом того, что помимо прочего заклятый враг его родины прямо сейчас может запустить руку в карман тетанской династии. Набитый драгоценностями с тысячелетней историей.       Фактически Реван мог изъять для своих нужд любое уникальное украшение. Маленькие чистейшие бриллианты усеивали ауродиевую диадему. Их было так много, что даже сквозь визор мандалорской маски пробивался ослепительный блеск. На простом на первый взгляд серебряном кольце чернела жемчужина крайт-дракона размером с горошину. Всеми цветами радуги сверкали бесчисленные подвески, запонки, тиары, ожерелья, цепочки, браслеты.       Кольцо с крайт-жемчужиной будто создавали для указательного пальца Мирии. Реван не был алчным дураком. Если сведущие заметят украшение из тетанской сокровищницы на малозначительной деятельнице с Целанона, возникнут вопросы. У противников повелителя ситхов появится ниточка, чтобы ухватиться.       Желающие подольститься поднесли ему множество даров. Вычурную шкатулку из полированного дерева. Под её крышкой скрывались полдюжины изумрудно-зеленых нова-кристаллов.       Мешочек из расшитого серебром тёмно-синего бархата. Он затягивался золотым шнурком. Бутылки выдержанных вин с Альдераана и Чандриллы. Самоцветы коруса, режущие транспаристаль, как острый нож ветчину. Световой клинок с таким кристаллом получит необычную черную сердцевину.       Полутораметровый ситхский меч не был фальшивкой. Извлеченное из тайника тетанского знатного дома оружие отражало цивилизацию Коррибана — сплав ситхской алхимии и Силовой ковки. Затачивание сволтенским липаритом сохранило остроту клинка даже спустя тысячу лет.       В умелых руках такое оружие не уступало световому мечу. Один аколит Ревана добыл подобный клинок из гробницы в Долине Тёмных лордов. Он отражал бластерные заряды. Это не помешало аколиту полечь в битве с Бастилой Шан и её спутниками.       Имелись и более мелкие презенты, в основном от чиновников низкого ранга. Супруга одного из них решила передать плетенную закрытую корзину. Неприятного сюрприза быть не могло. Безопасники по несколько раз проверили каждый предмет и прогнали его через сканеры и ядоискатели. Составительница подарка выжала всё из своих скромных ресурсов. Стеклянные баночки содержали ароматные смеси специй. По отдельности они не представляли ничего необычного. Составительница умудрилась сочетать их так, что привычные ароматы играли новыми красками. Почуявший их Реван написал записку, которая до поры до времени останется при нем. Вложит в корзину перед тем, как вручить увлекавшейся кулинарией любовнице. Дополнит парочкой нова-кристаллов. На просторах галактики они встречались чаще, чем жемчужины крайт-драконов. Кое-где нова-кристаллы признавали универсальной валютой. — Проводники назначены. Дело за вами, — мрачно обозначил свое присутствие один из тетанских служащих.       Ксана. Алес. Дастил Онаси. Во время Великой охоты на терентатеков джедаи действовали тройками. Реван перестраховался. Внес в список Бена, смирного эчани Деллиса и юркого Эзекута. Его скорость пригодится против массивного чудовища, которому атаки Силой будто дуновение ветра. Вивьяна и Каллен следили за порядком на флагмане повелителя. Карьяж инспектировала имперские объекты в столице. — Да прибудет с ними Сила, — шепнул у выхода из подземелий один из немолодых представителей гильдии. Правитель Теты сдержанно кивнул ему. — Да послужит им Сила, — высказал свою версию Реван.       Возражений не последовало. Дарт Трейя бы разразилась ими. Она не верила, что допустившая кровавые бани при Малакоре и Дксуне, голод в истощенных войной мирах и разгул бандитов Сила станет смирно служить. У повелителя ситхов было свое мнение.       Себбан Кето шел на расстоянии вытянутой руки от повелителя ситхов. Широкие коридоры дворца позволяли. Комлинк Ревана затрезвонил. Кето обернулся. Повелитель ситхов прислушался к Силе. Передатчик заливался. Причина явно не на Тете. Ничего экстренного.       Реван лениво достал комлинк. Высветилась частота. Силы спецназначения, назначенные охранять Бастилу Шан. Девчонка дорвалась до комлинка, чтобы высказаться повелителю ситхов? — Не желаете повидаться с Бастилой Шан? — неожиданно предложил он.       Кето сдержал удивление. Оно не отразилось на языке тела. Зато Сила переполнилась им. Повелитель ситхов догадывался каким испорченным представлялся правителю Теты и по совместительству отцу сына и двух дочерей. Что же, некоторые ситхи действительно считали своим правом надругаться над побежденными. Бэндон ограничивался женским полом. Чтобы Малак не взбеленился, действительно затеяли расследование гибели этого насильника и убийцы. Реван даже ощутил интерес к сделавшему фатальный выстрел. Это был отчаявшийся подчиненный или кто-то с Теты? — Да, — согласился Кето.       Комлинк не умолкал. Настырная. Добивалась сеанса связи с повелителем ситхов. Он принял звонок. Развернул коммуникатор так, чтобы передатчик изображения охватывал только повелителя ситхов. — Бастила.       Она предстала перед ним собранной. Не сказать, что довольной. Себбан Кето тщательно вглядывался в её изображение. Подмечал мелкие детали. Уж не двойника ли подозревал? — Я выполнила свою часть сделки. Ради общего блага. — И то качественно. — Я заслужила встречу с Дэрисом Пантиром, — выдвинула требование джедай.       Себбан Кето и в этот раз сдержался. Задумался. Наверняка просчитывал как изменит расклад столь знатный заложник. Тета имела интересы на Альдераане. Доли в компаниях, связи с аристократией, даже династические браки. Не сказать, что родственники из чистокровных Альде одобряли остроухую Серру.       Сам Пантир был третьим сыном. Венценосный отец был только рад, когда его забрали в джедаи. В отличие от матери мальчика и Ристов. — Я получу её, — Бастила не спрашивала. Утверждала.       Реван развернул комлинк так, что он охватывал и Себбана Кето. — Как видите, Ваше Величество, Бастила Шан в добром здравии, выдвигает требования и считает себя в праве беспокоить раненого собрата.       Себбан Кето проигнорировал опущенное «императорское» в титуле. Не до того. Правитель богатейшей системы в Ядре быстро соображал. Республика далеко, Орден джедаев ещё дальше. — Надеюсь, что вы избавите Керес от терентатека. Это по вашей части, — она же джедай, не должна отказать.       Брови Бастилы взметнулись вверх. Неужели повелитель и с ним сговорился? — Не беспокойся, Себбан Кето — разумный человек. Он не планирует скормить тебя ситхскому монстру. Ему всего лишь нужно, чтобы ты ускорила его убийство Боевой медитацией. Дэрис попросит тебя о том же. Никого не вдохновляет вид разрушенных поселков и раздавленных разумных.       Вторая фраза прозвучала двусмысленно. Четвертая вызвала перемену в Бастиле. Она отвернулась, будто вдруг заметила нечто за своей спиной. Наверняка узник успел причинить сестре по Ордену неприятности. Она не хотела этого демонстрировать никому. Ни повелителю ситхов, который порой оказывался прав, ни правителю покоренного им мира.       Издревле Тета была лояльна Республике. Пережила налеты коррибанских ситхов, сбросила гнет Экзара Куна. Однако Реван был существом иного толка. Его власть продлится гораздо больше. И Бастила поспособствовала тому! Повелитель ситхов позже обсудит это с ней. — Свидишься с Дэрисом после того, как терентатеку снесут голову, — Реван закончил звонок и заблокировал частоту. — Как видите, Бастила тоже вняла гласу рассудка, — повелитель ситтхов переключился на правителя Теты. — Убейте ту тварь, угомоните своего алчущего крови ученика. Тогда обсудим.

***

      Ксана спрятала чуть отросшие кудри под толстым капюшоном. За створкой канонерки завывала метель. Мороз нашел лазейку. Лед резанул по лицу. Нос раскраснелся. Сражавшуюся световым мечом краснота волновала меньше всего. Холод пробрался сквозь перчатки производства «Цзерка». Пальцы покалывало. Если они онемеют, мечнице конец. Силу она использовала для сокрытия, а не борьбы. Здесь спрятаться не выйдет. Повелитель не пощадит. И коррибанские свитки красноречиво описывали кто дожидается насыщенной мидихлорианами плоти на поверхности Кереса II. Терентатек найдет добычу даже на расстоянии десятков километров.       Когда-то Ксане казалось, что хуже удушливых болот Нал-Хатты быть не может. Раны там нередко осложнялись газовой гангреной. Во дворцах хаттов было не лучше. Кому-то отчекрыживали ногу. Кто-то напивался вдрызг, отмечая выгодный заказ для хозяев планеты. От них несло не лучше, чем от вонючих болот.       Родившаяся у прислужников хаттов была готова рвануть куда угодно. Лишь бы подальше от такой жизни.       Коррибанская пустыня была чуть лучше. Если исключить злющих покойников и вечно голодную фауну планеты. В библиотеке Ксане приходилось лучше всего. На ринг она выходила только в крайних случаях. В Академии они наступали практически каждую неделю. Только желание вырваться удерживало Ксану на ногах после кровотечений и переломов.       В финал конкурса «Самые мерзкие места галактики» уверенно вышли Нал-Хатта и Керес II, над которым зависла канонерка. — Зависнем на час. Переждем метель. Нечего давать твари ещё одно преимущество.       Имперский офицер нехотя признал правоту тетанского пилота. Сам видел вихри снега. Потому не приставил дуло к виску того, кто был противником меньше, чем день назад. Глупо трогать того, кто знает, как вылететь с этой ледышки без потерь.       Ксана коротала время за размышлениями. Алес — один из самых старших аколитов на флагмане. Она скоро поняла почему. Когда его охватывала ярость, Алес сметал всё на своем пути. Даже если формально оно принадлежало к союзникам. Грифф’идассен подтвердит. Ксана сразу отказалась произносить его полное пафосное имя. Вивьяна пошла ему навстречу. Глупая. Бывший хаттский подручный решил, что можно зайти дальше. Сблизиться. Даже если девушка не горит желанием. Чего от раба ждать? Ксанин отец надсмотрщиком был. Вот она и изучила их замашки. Алес нокаутом отучил наглого тви’лекка от них. Дастилу даже разнимать не пришлось. Только бы Алесу под руку не подвернуться в такой момент.       Дастил — парень неплохой. Ксана даже ахнула, как чувствительная барышня, когда подглядела фрагмент его письма девушке. Счастливая. И он не просто словами сыпал. Вместо борделя отоварил талон в ювелирке. Ксана бы от такого красивого розового кольца не отказалась. Дастил, конечно, кое-где наивный. Наврут, а он бесится. Жизнь ему быстро мозги вправит.       Бен запалил самокрутку с табаком. Ксана на неё не отреагировала никак. На Нал-Хатте курили штуки и похуже. Эчани Деллис демонстративно отошел подальше. Говорил он в самом крайнем случае. Ему проще подраться. Ксана вычитала, что эчани так общаются. Понятно почему их немного. Эзекут грел ладони над зажигалкой.       Знали ли они, что терентатеку их Силовые атаки ни по чем? Ксана не спешила делиться добытыми сведениями. В отличие от Дастила.       Он сдвинул вверх рукав, чтобы свериться с хронометром. Холод Дастилу был ни по чем. Наверняка мастер Винн научил его паре трюков. Дастил же в любимчиках ходил. Рот Ксаны приоткрылся, когда он начал в подробностях рассказывать о противостоянии терентатеку и его слабых местах. Мог же приберечь знание и выйти в лидеры! Теперь Эзекут, Бен и Деллис успеют подготовиться.       Ксана слышала о повадках Винна. Он бы как минимум отчитал за такое… Применяя удушение.       Метель слабла. Пальцы двигались без препятствий. Выдыхая облачко пара, Ксане показалось, что воздух стал чище. Смягчился. Она почувствовала себя ободренной. Решение Дастила не казалось глупым. Чем их больше, чем слаженнее действия, тем меньше шансов у терентатека выжить. — Скоро уже? — проговорил Алес, щурясь единственным глазом. — Можем снижаться. Видимость получше. Попробуем расстрелять тварь с воздуха? — Хорошо задумано. Где она вообще? — поинтересовался Бен, туша сигарету. — В последний раз засекли у пещер в двух километрах отсюда. Они залегают настолько глубоко, что снаряды тварь не достанут. И даже не думайте туда лезть. Там не развернуться, — сообщил нечувствительный к Силе офицер. — Она слишком хитрая. Не выползет, чуя мощный транспортник, -- подытожил Дастил.       Аколит развил свой план. Ксане он нравился мало. Аколиты послужат приманкой. Основная роль принадлежит гранатам на их поясах (в крайнем случае) или орудиям канонерки, если всё пойдет как запланировали. — Офицер, проследите за тем, чтобы бортстрелки попали в правильную цель с первого раза, — обратился к нему Дастил.       Пилот-то тетанский. Ему аколитов беречь незачем. Тетанцу доверять всё равно, что известного охотника за головами с оплатой кидать. Ксана видела дурачка, который так сделал. Вернее то, что от него осталось после огнемета. — Мы надеемся на вас всех. Да послужит нам Сила.       Канонерка двинулась к логову терентатека. Когда она зависла у входа в пещеру, Онаси первым соскользнул по десантному канату. Ксана сделала это последней. Оказывается, внутри канонерки тропический курорт. На поверхности холод пробирался сквозь несколько слоев термозащиты. Почему-то Ксану это не затрудняло. Она не задумывалась о причине. На повестке вопросы важнее. Темнота большой пещеры зияла перед аколитами. Её вход был высотой в три человеческих роста. — Заминировали бы к ситховой матери да глубокая, — изрек Бен.       Время шло. Тварь не давала о себе знать, хотя, судя по напряженным лицам, каждый аколит её чувствовал. — Либо ждем пока она проголодается, либо подкидываем приманку получше, — нехотя вывел Дастил. — Пусть отгонят канонерку, — впервые за всю миссию включился Деллис, — Эзекут, займи высоту. Прыгнешь бестии на спину.       Дастил кивнул. Аколит подчинился. У Бена отвисла челюсть. Канонерка дала заднюю. Прежде, чем он ругательствами выразил свою позицию, раздался глубокий рык. Снег под ногами задрожал. — Остановите корабль, — быстро проговорил Дастил, вынимая гранату.       Терентатек был больше, чем виделся на иллюстрациях. Как и его усеянная клыками пасть с бивнями по бокам. Спина и локти мощных передних лап щетинились шипами. Когти длинные, острые и крючковатые, будто громадные косы. Попадешь в них, не вырвешься.       Тварь перла даже сквозь заградительный огонь канонерки. Гранату отшвырнула будто перышко. Тёмный яд с зубов брызгал на белый снег. Несколько капель и он чернел. Дымился. Эзекут прыгнул терентатеку на спину. Метил мечом в бок. Промазал. Едва не нанизался на шипы как зверь на колья ловушки. — Она идет к кораблю! — прокричал Дастил набегу.       Ближний бой дался с трудом. Когти разрезали воздух на волоске от конечностей аколитов. Удары лап сотрясали снег и лед. Но Ксана действовала ловчее обычного. С поразительной скоростью Дастил прошмыгнул под смертоносными когтями. Ксана заметила серебристый шарик, угодивший аккурат в глотку терентатека. Её разорвало взрывом. Вой, наверное, слышали даже бортовые стрелки. Древнее чудовище это не остановило. Как держалась его голова?! Лапы двигались медленнее, били слабее, но яд не пропал. Нечто пекло плечо Ксаны. Она едва удерживала меч. Вторую гранату бросила без надежды.       Зеленая кровь окатила девушку с головы до ног. Массивная тушу бухнулась на снег так, что ослабевшую Ксану отбросило назад. — Эзекут, контрольный в голову! — распорядился Дастил, на ходу распечатывая медпакет.       Дастил же не ранен. Так он не для себя… Для неё. Ксана запоздало догадалась, цепляясь за сознание. Только родители и младшая сестра так заботились о ней. Сестрёнка вообще слишком добрая для Нал-Хатты. Потому завязла там. Ухаживать за стариками. Яд пробрался в кровоток. Ксана ситх. Ситхи рвут цепи. Не мирятся с ними. Смерть есть. Джедаи врут. Выкарабкаться.       Вспышки. Красные. Белые. Черные. Последних всё больше. Яд выедал плоть. Ксана инстинктивно воззвала к Силе. Цеплялась за жизнь, как кораблекрушенец, которого норовит унести течение. -- Всё ещё в сознании? -- удивленно спросил человек в белом халате. Медик. -- Спа... си...       Ночь была долгой. Течение мощным. Тьма. Ослепительные хирургические светильники. Цветные пятна. Неясные контуры. Наутро Ксана открыла оба глаза. Как выброшенная морем на теплый песок после долгого шторма. Жива. И это главное. Со всем остальным она справится.

***

— Конечно, отделите голову и привезите всю тушу, — распорядился Реван, сидя в теплом кабинете.       Себбан Кето восседал напротив повелителя ситхов на деревянном стуле с подлокотниками и высокой спинкой, обитой оранжево-коричневой натуральной кожей. Открытое окно под потолком доносило шумы пробуждающегося города.       С терентатеком покончили. Реван продемонстрировал голограмму поверженного чудовища. Снимавшему пришлось отойти на значительное расстояние, чтобы охватить тушу целиком. — Терентатека вы убили, — Реван довольно кивнул. Вот только далее последует возражение, — в то же время ваш ученик… — Сдерживается под угрозой кары за неповиновение, — не дал договорить повелитель ситхов.       Себбан Кето позволил себе скепсис. Общеизвестная официальная версия списала гибель ситха на снайпера из Мекроза или кратов. Неофициальные разнились. Они называли среди исполнителей двоюродного брата правителя Теты, дома Рист и Органа, Республику и даже агентов императора. Один тетанский функционер даже настрочил донос о клевете на повелителя ситхов. Реван читал и смеялся. Дескать Дарт Реван неспособен на столь бесчестное деяние и вызвал бы недостойного на дуэль. Честь — награда глупцов. Ещё бы, тратить время на такое ничтожество. Реван не делал особых усилий для нахождения истины. Слишком много иных забот. — Нам следует обсудить дела Карбонитовой гильдии, — подвел к теме разговора повелитель ситхов. — И торговую монополию «Цзерки» на территории Империи. Которая теперь включает мою родину.       Недобрая слава корпорации давно тянулась по галактике. Нарушения трудового законодательства, прикормленные лоббисты, поставленные на грань выживания колонисты были таким же спутником «Цзерки» как ежеквартальные отчеты, совет директоров и приемы в ресторанах по случаю крупных сделок. Заключались они часто. И с Республикой, и с Империей. Пока Реван мирился.       На начальных этапах формирования Империи «Цзерка» была бесценным союзником. Её логистическая сеть, раскинувшаяся от Корусанта до полуцивилизованных планет Внешнего кольца, денежные вливания и связи среди политиков и фабрикантов перевешивали минусы её монополии. Тем более, она не выходила за пределы оружейной промышленности. Президент корпорации Поллард Сиарио зарился на горнодобывающую отрасль. Реван умерил его аппетиты. Пришлось помахать перед его лицом побрякушками вроде голокронов с Коррибана и провернуть пару Силовых трюков, чтобы желающий обогатиться признал выгодными вложения в ситхов под началом бывшего главкома Республики.       Некоторые отрасли остались незатронутыми. Цзерка не занималась фармацевтикой. Тут её давно обскакали компании из Союза семидесяти планет во Внешнем кольце. В глазах несведущих лиц репутация у них была чуть получше. В действительности кое-где они перещеголяли «Цзерку». Реван уже рассказал часть той истории Бастиле.       Торговый монополист в Империи практически не касался рынка пищи, так как нынешний портфель инвестиций более чем устраивал совет директоров.       Карбонит был ресурсом иного порядка. Без него производство оружия усложнялось, как и перевозки капризных продуктов и растений. — Вы можете предложить вариант лучше? Я не откажусь, — заявил Реван. — Я не желаю, чтобы «Цзерка» вытянула все соки из моей родины.       Повелитель ситхов ответил положительной оценкой тетанской инфраструктуры. Задался риторическим вопросом «Зачем ломать то, что работает?». Это не усыпило подозрения правителя Теты. — Вы правы. Есть одно условие. Новые партии карбонита не должны поступать на рынок. Не беспокойтесь, это не вгонит вас в ралтиирскую долговую кабалу. Две недели до окончательного установления имперского управления не тот срок. Вам и так потребуется восстановить Керес II. Ресурс только подорожает.       Захватчик демонстрировал покоренным мирам, что в их же интересах сдаваться как можно быстрее. — Долгов верфям Куата вы уже избежали. Не придется тратиться на его продукцию, ведь вас защищает флот Империи. Через две недели карбонит вернется на рынок, верно?       В Силе отчетливо читалось: тратиться придется на кормление имперской армии. Себбан Кето выдавил согласие. В конце концов лучше потерять в доверии, чем пустить в свой дом «Цзерку» и имперские бомбы. — Как смотрите на чучело из головы терентатека в тронном зале? — вдруг поинтересовался повелитель ситхов. — Вышлите Сиарио. Он тешится ситхскими диковинками. Тушу выставите на главной площади. Пусть народ убедится, что вы не солгали.       Реван согласился. Один бивень порождения ситхов начистят до блеска и вручат Полларду Сиарио. Он мнил себя великим охотником. Практически непробиваемая кожа терентатека станет хорошей основой для качественного кошеля. Мирии понравится. При виде сапогов из кожи ранкора она ликовала. Плоть, кровь и яд терентатека передадут для изучения в лаборатории и на Коррибан. Судя по ранам одного аколита, весьма интересный состав. Многоступенчатый. — Ваше Величество, близкое лицо Полларда Сиарио лично поблагодарит вас за щедрость. Торжественный прием назначен через три дня. Локация по вашему выбору.       При мысли об этом дельце ни одна черточка лица Себбана Кето не дернулась. За долгое правление он привык к встречам и обмену репликами с неприятными персонами. В конце концов Сиарио не может быть хуже ситха, который расположился напротив.