Восход Империи

      Реван взглянул на место встречи сквозь иллюминатор фрахтовика. Планета Балморра предстала во всей красе. С орбиты видны синие океаны и крупные зеленые континенты. Даже не догадаешься, что здесь освоились крупнейшие производители оружия и боевых дроидов. Новинки разрабатывались и выпускались постоянно.       Зарегистрированный на далеком от галактических разборок Юланте торговый корабль снижался. Официально экипаж состоял из пилота Дастила Кая, его юной племянницы Мисси Каррде, помощника Моргана Скайуокера и грузчика-ремонтника Церуллиана. В роли пассажира выступала Найда Никс, приехавшая за добротным протезом.       При распределении ролей не протестовал никто. Даже Бастила. Правда, она отвергла названное наугад Реваном имя Хелена. После него Мисси её более чем удовлетворило. Каллен не предлагал снять с караула Тетанского дворца свою Вивьяну, чтобы она составила компанию Церуллиану. Скрывавшаяся под аллитеративным псевдонимом Ксана в действительности не нуждалась в механической замене конечности. Жажда жизни ситха-аколита, бакта с Тайферры и оперативная помощь имперских медиков вырвали Ксану из ядовитого капкана терентатека.       Дастил Онаси справлялся с ролью помощника пилота, сконцентрировавшись на показателях навикомпьютера и панели управления. В Силе Реван ощущал, как мысли юноши периодически соскакивали на того, кто сидел в соседнем кресле. Впрочем, мальчишке хватало ума называть повелителя ситхов Дарта Ревана Дастилом Кайем, как требовала задача.       Аколитам не удалось узреть истинного лица повелителя: Реван воспользовался новейшей разработкой — цифровой вуалью, которая визуально расширила нос и брови, укоротила подбородок, затемнила бледную кожу. Золотые радужки ситха ликвидировали зелеными контактными линзами. Такие же надела Бастила ради соблюдения легенды про родственников. Макияж дался девушке труднее всего. По мнению Ревана нанесенные тени для глаз напоминали на симпатичном лице отметины как у очкового медведя. Некая техника «контуринг», отдававшая рыжими пятнами на коже, исказила пропорции, состарила и придала облик взрослой женщины. Дастил, Ксана и Каллен тоже сменили образы.       В таможенной декларации безобидное по факту, но жесткое для вкусовых рецепторов сушеное горнтье мясо с порта приписки. Двадцать девять из тридцати ящиков содержали именно его. Единственное исключение скрыли в самом дальнем конце трюма. Ящик набили стопками кредитных чипов крупного номинала, обернутыми в непроницаемую для загрязнения пленку. Их обложили несколькими слоями продукта. Этого достаточно, чтобы сбить со следа простейшие сканеры.       Взятку захватили на всякий случай. Реван ставил на дипломатию, которая сэкономит Империи круглую сумму.       Внизу показались острые пики коричневых скал — город Собрик располагался в гористой местности. Снижаясь, Реван различил мощные турели по последнему слову техники — даже богатая Тета только вела переговоры о заказе нескольких для обороны ключевой военной базы. Оккупация Империей поставила крест на этих планах. Жители Балморры не горели желанием сотрудничать с государством, чьи захватнические амбиции очевидны любому смыслящему в политике. Предпочитали Республику, которая предпочитала оборонять имеющееся.       Чуть дальше переливался голубым планетарный щит, который укрывал фабричные и правительственный районы Собрика с вкраплениями однотипных серых жилых кварталов. Творение иридонийского инженера Бао-Дура, который вписал свое имя в историю созданием генератора гравитационной тени. Этот же забрак активировал его при Малакоре V по приказу Митры Сурик. Реван догадывался, где находился бывший подчиненный. Для Империи его планетарные щиты значительной угрозы не представляли — слишком мало планет могли себе их позволить. Не по причине скупости создателя, а вследствие дороговизны материалов.       Цены на них подскочили с началом Гражданской войны. Она же заставила балморранцев перенести столицу из Собрика в ещё более укрепленный Бин-Прайм. Местную элиту не удовлетворяло перераспределение денежных потоков и влияния не в свою пользу, но Реван не собирался задействовать этот механизм в ближайшие месяцы.       Вот и первый запрос кодов доступа, цели визита и наименований грузов. Их назвал Морган Скайуокер. Это не шло вразрез с протоколами. Торговому кораблю дали допуск на посадку в обширном космопорте за чертой города. Фрахтовик затерялся среди десятков более крупных и мелких кораблей.       Невысокие стены окружали посадочную площадку из ровного дюракрита. Их увенчивали небольшие турели, которые в состоянии скосить бронетранспортер в соответствии с рекламными проспектами местных производителей. Посадочный маяк находился между двумя диспетчерскими вышками — одна бы не справилась с объемом ежедневной нагрузки.       До вечера далеко — Балморра медленно обращалась вокруг солнца. Здешние сутки составляли сорок семь стандартных часов. Тем не менее, местное начальство осознавало барьеры человеческой физиологии и не выжимало население досуха, заставляя вкалывать весь световой день без перерывов на сон. Зарплату оно тоже не задерживало. Поводов для восстания рабочего класса не отыскивалось.       Все досмотры прошли без сучка без задоринки. Во многом это заслуга малого не сильно примечательного экипажа вкупе с отдаленностью космопорта от города и столицы.       Найда Никс демонстрировала актерский талант, так качественно имитируя увечье, что её пожалела немолодая таможенница, попутно обругав драки Республики, Империи и им подобных. Не дают нормальным людям пожить спокойно.       Остальной личный состав высадился в других точках и в другое время. Реван истребовал себе право привести на встречу целую роту. В действительности число бойцов гораздо ниже — об этой миссии должно было знать как можно меньше разумных. Об истинной цели поездки известили только HK-47.       Пятеро людей сели на лендспидер, который привезли с собой. Арендованные имели свойство выдавать местоположение хозяевам. Вел Морган Скайуокер.       Проехали мимо чистых улиц с группами добротно одетых прохожих с окраин. После горной дороги оказались на равнине, в тени высоких скал. В стороне от главных транспортных магистралей и трубопроводов покачивались на слабом ветру злаки и разнотравье. Лиственные деревья редкие, невысокие и тонкие. Не сравнить с дантуинскими пузатыми блба , под сенью которых Джейсен Соллед провел детство и юность с Алеком Сквинкваргассимусом.       Паслись стада травоядных борму. Им практически не угрожали хищные рептилии зелдрейты. Их численность снизилась по причине того, что балморранцы охотились на зелдрейтов из-за выделяемого ими особого вещества. Его использовали как очищающее средство в промышленности. Стаи летающих крыльепастей кружили над равниной, выслеживая отбившихся борму.       Бастила задумчиво осматривала пейзаж, подперев подбородок кулачком. Реван оценивал обстановку.       У подножья гор небольшое озеро с лесистым островком посередине. Тонкий столб дыма вился над ним. Можно было подумать, что собралась компания любителей отдыха на природе. Сейчас разожгут костер, сварят котел похлебки с рыбой из близлежащего водоема, а вечером разгоряченные алкоголем примутся плясать и подпевать барахлящему радио. Эта местность славилась нарушениями связи из-за магнитных аномалий вследствие высокого содержания определенных руд. Для владеющих телепатией чувствительных к Силе — не проблема.       HK-47 заранее занял позицию на дистанции снайперского выстрела. Повелитель ситхов доверял своему дроиду больше всего. Реван лично его настраивал, подбирал детали и программировал реакции. Остальные боевые единицы рассеялись по локации и залегли в засаде на случай, если что-то пойдет не по плану повелителя ситхов.       Лендспидер пролетел над поверхностью озера, оставляя за собой шлейф вспененной воды. Дарта Ревана и его сопровождающих уже ждали. На острове матерые охранники в камуфляже старательно имитировали подготовку к рыбалке. Их арсенал соответствовал охоте на крупную быструю дичь. Они не спускали глаз со свиты визитера. То и дело пытались разглядеть ту самую роту, которую позволяли привести условия договора.       Импульсы Силы прокатились по острову. Несколько вооруженных разумных скрывались под сенью стелс-генераторов. Там не дураки, которые пальнут из бластера по владельцу светового меча. Запаслись ножами и даже отравленными дротиками. Раллтиирцы использовали свою квоту на охрану по максимуму.       Повелителя ситхов это не смутило. Его аколиты пережили град пуль, так что отклонить дротик телекинезом для них не представляло сложности.       Он почувствовал несколько снайперов на скалах вдали, однако те концентрировались на защите нанимателей. Прицелы готовились обернуться ко взрослому мужчине и крепким юношам. Миниатюрную Ксану практически не замечали. Скрытность её конек. Настолько стремительный, что позволял проскочить мимо голодных тук’ат. Или приставить световой меч к шее заложников быстрее, чем их охрана спохватится.       Да и Бастила без Боевой медитации далеко не бесполезна. Даже при условии рассеянных на местности резервов неприятеля. Двойной клинок нового светового меча с дымчатыми кристаллами — верное подспорье, пусть пока и сокрыт под одеждами путешественницы.       Раллтиирскую сторону представляло полдюжины разумных. Большинство — немолодые мужчины человеческой расы. Исключение первое: старуха с серебряными волосами, уложенными в низкую гладкую прическу. Лицо испещрено морщинами, но осанка прямая, а взгляд — пронизывающий до самых костей и попутно оценивающий сколько можно за них выручить. Каллен повел плечами, будто надеялся стряхнуть этот взор с себя. Полвека его обладательница держалась в дюжине главных оценщиков Раллтиира и сдавать позиции не намерена. Исключение второе: стройная тви’лекка с тонкими чертами, не тронутыми увяданием. Самая молодая среди собравшихся. Мастерица перевоплощений до такой степени, что незнакомый с ней мог принять её за непонятно как оказавшуюся в этой компании местную жительницу.       Вот только Реван сомневался, что рядовая балморранка в состоянии подняться от дочери беглых рабов до той, которая в состоянии отмыть сотни тысяч кредитов. Перед ним изобретательница многоступенчатой схемы уклонения от ответственности «двойной ааргауский сэндвич с альдераанским вином». Один случай на миллионы. Основание для систематической ошибки выжившего. Многие напористые и инициативные канули в глубину раллтиирских озер, не раскрыв свой потенциал. А эта выжила.       Клиновидное декольте демонстрировало шрамы от рабского ошейника на гладкой бирюзовой коже. Заметив их, Бастила чуть приподняла брови. Актрисы и куртизанки сводили клеймо, как только предоставлялась возможность. Но для выбившейся в банковскую элиту шрамы от рабского ошейника — напоминание о преградах, которые преодолела. И сигнал: вам меня не остановить.       Реван извлек из складок одежды свою знаменитую маску. Коснулся скрытого в районе воротника устройства. Иллюзия рассеялась. Повелитель явил свое подлинное лицо на пару мгновений. Разве что золотые ситхские радужки перекрывала зелень линз. Знаменитая маска заняла свое законное место. Кто-то попытался запомнить внешность повелителя ситхов. Успел зафиксировать лишь темные волосы до плеч и бледность. Тонкие черты перемешивались с сотнями виденных до этого лиц.       Формальное представление сторон. Приветствие без титулов и должностей. Все друг друга знали.       Оказалось, что вырвавшаяся из рабства так и не сменила данного при рождении имени. Когда-то она сказала Ревану, что хозяева делали это с ней и без того слишком часто. Разве что взяла фамилию. Она показывала принадлежность к роду и преемственность поколений. Такого рабам не полагалось наравне с гордостью и богатством. Освободившаяся урвала и то, и то. — Как говаривал старик Ноаб, глаза — зеркало души, — заметил скрывшему их истинный цвет Ревану высокий темнокожий финансист.       Упомянутый Ноаб Халлис был джедаем-миралукой, у которого глаз вовсе не было. А также тестем богатейшего Баррисона Дрея. Мастер Кай говорила, что именно таких чувствительных к Силе династий боялись радикальные джедаи и элита Республики.       Дастил Онаси смерил скептическим взглядом противоположную сторону. Вчера они пили шампанское с республиканцами, сегодня привечали имперцев. Деньги есть деньги. Юноша укрепился в мысли: главное не стороны с их идеологиями, а благополучие близких.       «Суть власти: заставь окружающих верить, что только ты в состоянии обеспечить то самое благополучие или исполнить иное желание» — подумал про себя повелитель ситхов и Империи.       Дюжина лучших оценщиков — это не тройка лидеров. Прибыль от изобретенной схемы хотелось бы делить с меньшим количеством разумных. Потерянную во время полулегальных операций лицензию алкали вернуть. Угодившие в имперский плен родные с Андары. Подобные причины привели членов высшего общества Раллтиира к бывшему главнокомандующему Республики и повелителю Империи. — Ваша приближенная Митра Сурик сильно изменилась, — допустил шпильку в сторону загримированной Бастилы господин с воротником из кожи йессаламири.       Обладательница Боевой медитации сдержалась. Раллтиирцы смотрели на неё не как на завораживающую оперением птицу, а как на инвестицию, чьи риски прикидывали. — Генерал Сурик не имела дара Боевой медитации, — спокойно проинформировал Реван. — Действительно Бастила Шан, — одобрительно оценила старуха. — Почему именно она, а не эта? — повелитель ситхов небрежно двинул ладонью в сторону Ксаны. — Даже если на них набросить покрывало, поза проявит кто есть кто. Та юркая явно не указывала целым флотам. Слишком уж вороватая, — пояснила оценщица.       Господину с воротником из кожи йессаламири название способности чувствительной к Силе говорило меньше, чем строки о подвижках в Республиканской армии из-за благотворного воздействия Бастилы. Информация о её действиях в пользу Империи на Тете тоже не проскользнула мимо раллтиирского дельца. Трудно сохранить свои сбережения без внимания к тому, что происходит за дверью твоего сейфа.       Правда, далекого от боевых действий банкира неверно проинформировали. Йессаламири с Миркра должен быть живым, чтобы отразить Силу. Мертвый бесполезен. Реван деликатно сообщил об этом. Прибавил, что интересы сторон настолько близки, что нет смысла морочить голову друг другу гипнозом и снадобьями. Лицо господина не отразило его душевного смятения. В среде акул бизнеса нужна крепкая маска, которая не слетит от малейшего колебания эмоций. — Я смотрю вы испытываете интерес к госпоже Дарру, — зашел он с другого угла, указав на тви’лекку.       Стороны постепенно расчищали стол переговоров и выкладывали на него свои карты. — Безнадежно, — обратилась к коллеге Дарру, проведя ухоженной рукой по левому лекку, — Брак будет бездетен в силу различия рас. Республиканская элита со скрипом принимает усыновление, а государству нужно стабильное правопреемство без кровопролития. Любому.       Тви’лекка не обозначала себя как неполноценную, а ровно констатировала факт. Реалистка, а не мечтательница.       Аколит Каллен закусил губу. Размышлял о своих перспективах в связи с любовницей-тви’леккой. И не забывал следить за бойцами с генераторами невидимости.       Бастила тайком подмечала детали внешности раллтиирской деятельницы. Сравнивала себя с той, которая гораздо больше подпадала под галактический стандарт красоты. Та в свою очередь даже не додумалась о подобном способе улучшить самочувствие. Её интересовали иные материи. — Мы не авантюристы, ловящие рыбу в мутной воде. Вроде большинства корусантской биржи и, — пустился темнокожий финансист в перечисление имен. Их обладатели играли на взлете и падении котировок в связи с военными действиями. В конце мелькнуло «Мирия с Целанона».       Реван сохранил удивительную невозмутимость при упоминании давней любовницы, которая проявила непозволительную самоуверенность. И, как оказалось, матери своих детей. К счастью, их связь окутана тайной и Мирия-Болерия слишком далеко, чтобы раскрыть её кому-либо.       Повелитель ситхов не намеревался выставлять внебрачное потомство на доску игры под названием «династические браки». Пока. — Ваши пытливые аналитики наверняка анализировали наше наступление и находили паттерны. — Вы не разоряете и не порабощаете мирное население. Вам нужна инфраструктура. Чем целее, тем лучше. — Верно. Отсутствие зашоренности заслуживает поощрения.       Реван не брезговал комплиментами. Тем более, заслуженными. Порой слова открывают двери, которые неспособен вспороть световой меч. — В течение наблюдений мы построили несколько гипотез почему вы продолжаете заключать контракты с верфями, если у вас есть нечто… Нечто, что не требует ресурсов и, очевидно, десятков тысяч рабочих с зарплатами и социальными гарантиями.       Раллтиирцы тяжело признавали, что они гадали о причинах поведения другой стороны переговоров. Представителям банковского мира неуверенность не к лицу. От неё страдала репутация. Раллтиирцы предоставляли клиенту самому называть цену, и их престиж взвинчивал её в сознании окружающих. Вот только повелитель ситхов сдергивал покров репутации и смотрел на голый остаток. — Разумные без рабочих мест — это крайне дурно. Когда ничего не держит, проще влиться в криминал. Его рост мне нужен меньше, чем рабский рынок на площади перед Храмом джедаев.       Госпожа Дарру обратилась в слух. — Как вы уже говорили, цель Империи — стабильность и сохранность, — обозначил свою политику Реван, не став вдаваться в вопрос работорговли. Вмешалась оценщица: — Что вы будете делать с Рилотом? Этот полноправный член Республики — рассадник наркоторговли и рабства. Передача месторождений рилла неймодианцам всего лишь сократила масштабы контрабанды и удорожила то, что всё-таки успевают вывезти. Из светских гостиных и переговорок дурман не пропал, зато больные регулярно недополучают обезболивающих на его основе. Рабство не перестает быть рабством даже если его замаскировать под трудовой контракт на десять лет с оплатой сто кредитов в год в Центральных мирах. Госпожа Сурик это прекрасно понимала. — А кто сказал, что Рилот станет полноправным членом Империи? — тон Ревана обозначил, что этот вопрос не следовало развивать во избежание нерациональной траты времени.       Раллтиирцы поняли, что судьба планеты на другом конце галактики не самый значительный пункт в повестке дня. Переключились на иные темы. — Насчет членства в Империи… Есть занятное наблюдение, — заговорил финансист и улыбнулся. Протянул несколько распечаток.       Их заголовки уже известны повелителю ситхов: «Предатели вероломно атаковали Фоэрост», «Мятежники захватили Кореллию», «Реван и Малак заняли Тету». Правда, последний всё же отличался от предположений Комитета пропаганды: «Император ожидается на Экзодине». Время выпуска — два часа после падения Фолесса.       Дастил позволил себе ухмылку. Бастила гневно вскинула брови, а потом вдруг отвернулась. Сделала вид, что ей очень интересно крепление бронежилета одного наемника. Вот только на её лицо упала тень грусти. Реван не сомневался, что раллтиирцы её подметили.       Реван допустил, что их агенты затесались в стане имперских пропагандистов. Или банкир обладал тем же чувством юмора и проявил его при сборе информации и анализе рисков. — Так как вы планируете контролировать СМИ? — закончил подводку финансист.       Раллтиирцев волновала не свобода слова и даже не канал рекламы своих услуг. Им следовало знать о том, как распределятся денежные потоки в среде медиамагнатов. — Для полноценного обсуждения данного вопроса требуется навестить их штаб-квартиры на Корусанте с целью изучения настроений.       Ревану их доносили. Сохранились кое-какие связи со времен, когда журналисты осаждали верховного главнокомандующего Республики. — Строить монополию одной газеты не планируется. Национализация не в нашей программе. Думаю, этого достаточно, чтобы понять направление.       Раллтиирцы молчаливо согласились. В случае успеха сделки лица в подконтрольных изданиях проверят их нейтральность к имперской деятельности. Дабы не нервировать её руководителя и не лишаться денег из-за его санкций. — До нас доходит информация, что устранение конкурентов Империи имеет фатальную точность, — завел речь раллтиирец, — тот же Тарис. Вам повезло, что это не сорвало поставки альдераанского вина, — читай альдераанских товаров вообще. — Вы знаете его родину не хуже меня. Перед лицом галактики блистательный фасад воздушных дворцов, а внутри всё те же феодальные порядки с вассалами и междоусобицами. Это могли быть как Ристы, так и альдераанская ветвь Ульго. И не стоит списывать со счетов дом Органа… — лениво перечислил Реван. И самое главное, что в устранении тарисианской ветви Ульго Империя была ни при чем. Раллтиирцы ощутили, что здесь скидок и компенсаций не добьются. — А ещё для альдераанской аристократии характерны династические браки. В отличие от Куата, — вмешался господин с ярко-зелеными глазами.       Пальцы Бастилы Шан обвились вокруг ладони повелителя ситхов. Он не стал пресекать утверждение обладательницы Боевой медитации. Банкиры приценились к ней. Действительно ли влюбленность толкала дышать быстрее, щеки алеть, а сердце биться быстрее или Шан лишь набивала себе цену?       Казалось, результат их удовлетворил. Бастила сжимала губы и не скрывала своего неодобрения перспектив в случае брака повелителя. У трона появится женщина, которая позволит себе приказывать обладательнице Боевой медитации просто по праву родословной как у треклятой Мецетти или родительских мешков с ауродием. Ну уж нет.       Для Мирии-Болерии жизнь в тени была выносимой ношей. Бастила Шан отвергала её со всем пылом. — Донесения о лояльности госпожи Шан делу императора не преувеличивали, — вынес вердикт шестерых мужчина с воротником из кожи йессаламири.       К своей чести, Бастила не стала вещать перекупщикам с Раллтиира о своей преданности исключительно народу и Силе. Лишь улыбнулась одними губами. — Пока имперская власть не укрепится на Корусанте, моя нареченная будет в опасности, — обозначил свои намерения Реван.       Показал, что без вклада в его победу подобные разговоры излишни. Да и одно дело пропажа конкубины очередного авантюриста с флотом, а другое — убийство супруги законного правителя Республики.       Стоящие напротив обладатели дочерей на выданье призадумались. Бастила? В её взгляде «порублю эту опасность и в окно выброшу, если она посмеет наброситься на меня».       Переключились на экономику. Раллтиирцы выражали мнение, что слишком уж она на военных рельсах и менять их не планирует. Повелитель ситхов заявил, что восстанавливать разрушенное будут, однако ему нужна защита. Достойное оправдание. Особенно в свете того, что полдюжины персон оборонял рой охранников с первосортным арсеналом. «Примечание: хозяин, сколько бы их ни было, я всё равно превращу дрыгающиеся мешки с мясом в горелые мешки с мясом» — представил себе реакцию HK его создатель.       Раллтиирцы поинтересовались сколько же платежей потребуется на оборону и по каким каналам они будут проходить. Повелитель ситхов вновь выразил сомнение в целесообразности подробного обсуждения сей материи без доступа к галактической столице.       Обитатели банкирского мира строили свои финансовые модели. Победа Империи теперь вероятнее, чем контратака Республики. Вопрос в том сколько займет процесс и долетят ли снаряды до Раллтиира. Он открывал дорогу на Анаксис, Гризмальт, Альсакан и впоследствии Корусант. Тогда Империи попросту не нужен Комменор.       В случае отклонения от этого курса под удар попадет вотчина Тагге Тепаси, а следом придет черед Альдераана. Древнему оплоту ценностей Республики Реван уготовил роль символа, а не поля битвы.       Право беспрепятственного прохода через Раллтиир — ценнейший ресурс, которому трудно сыскать альтернативу. Это взвинчивало стоимость. Цены крутились в головах банкиров, накладывались на составленные заранее планы. Реван дозволил им вариться в собственном соку и даже не думал поднимать крышку сосуда, чтобы дать свежего воздуха. — На мой взгляд первый раунд переговоров окончен. Мы подошли к обсуждению итоговых условий, — повелитель ситхов взял инициативу на себя. «Отношение очертили, пора его скорректировать» — подумал он о раллтиирцах.