Глава 43. Окончательное решение вопроса
27 марта 2022 г., 11:00
Гризмальтские отряды окружили захватчиков во дворце. Тяжелое дыхание и бряцание оружия наполнило пространство. Повелитель ситхов спокойно смотрел на наставленные дула. По его воле они расплавятся и стекут на паркет или сомнутся, став бесполезными в сражении, как комок флимсипласта.
Не испытывали чувств ситхи-убийцы вокруг Ревана, в том числе удерживавшие царственных заложников. Ждали приказа — прирезать, изжарить молниями, одурманить галлюцинациями. Повелитель ограничился мысленным: «Не делайте лишних движений».
Если правящая чета погибнет сейчас, Гризмальт ждут веселые времена. Простые жители галактики наблюдали церемонии у изукрашенной главной арки дворца. Высшее общество в его стенах каждый день соревновалось в изощренности интриг для своего обогащения. Смена правителей — шанс стащить ценное под шумок. Пока престолонаследник доберется до власти, придворные партии изорвут друг друга и планету заодно.
Капля пота стекала по виску бледной Бастилы. Она застыла в защитной стойке. Зажженные клинки бросали дымчатые отсветы на лицо обладательницы Боевой медитации.
Она бывала в рукопашном бою, но в такого рода операциях ей участвовать не доводилось. В дуэли на флагмане Бастила сражалась за свою жизнь всеми средствами. Сейчас выглядела скованной приказами повелителя ситхов, оттененными её же сомнениями. Переплетение множества планов опутывало её. В таком случае положиться на Дарта Ревана — разумный выход. Как бы странно ни звучало это для бывшего джедая. И всё же Бастила сжимала свой меч до побелевших костяшек.
Повелитель ситхов без труда манипулировал Силой даже будучи ограничен в передвижении. Некоторые джедаи и ситхи не могли поднять предмет, не подняв руку или иную конечность, сдавить его без сжатия пальцев. Более искушенные концентрировали Силу без лишних действий.
«Ты справишься. Перевес на нашей стороне. Наш противник тоже хочет жить и не выстрелит» — обратился Реван к одной Бастиле. Ситхи-убийцы не испытывали нужды в успокоении.
Обладательница Боевой медитации ослабила захват. Костяшки вернули свой природный цвет. Пота на лице больше незаметно.
— Господа, Корулаг пал безоговорочно и его флот теперь принадлежит Империи. Анаксис имел удовольствие убедиться в своем поражении, когда разносили Цитадель. Гризмальт может обойтись без разрушений, — рассек молчание повелитель ситхов. Говорил отчетливо и громко, чтобы его речь слышали даже в задних рядах.
Толпа не сдвинулась с места и не ответила огнем на подавление. Заложники воздержались от провокационных высказываний. Король по-прежнему не был готов несколькими фразами сдать свое государство ситхам. Веками его династия владела им, а теперь…
Разве можно верить предателю? Вдруг оберет склады и заводы Гризмальта до нитки, как доки Корулага, а потом отдаст бомбить как Телос? Или вовсе разнесет без разбору, что по вкусу придется, как Малак при Паланхи?
— Пока я не заметил сопротивления. Соответственно, оснований для карательных мер нет. Сейчас любое ваше действие решает судьбы миллиардов. Выбор за вами.
Пока между сторонами пропасть без моста. На одном краю — известная династия, которая столетиями обороняла свои активы от мощных конкурентов вроде Куата. На другом — персона без роду и племени, член мистического ордена. Реван выбился из низов военной иерархии. Он за несколько лет проделал то, для чего иным требовались десятилетия и сплотил вокруг себя всевозможных существ. Унизительно ли сдаваться такому противнику?
— Кстати, напоминаю о возможности нарушения целостности ядерных электростанций, — как ни в чем ни бывало проинформировал Реван. Будто ему всё равно на возможных пострадавших.
Первая опора моста между сторонами переговоров вбита в почву. Попыток снести её не наблюдалось.
— Имперский флот на корулагской основе, — Реван расчехлил свой коммуникатор со сводками с поля боя, — зачистил достаточно участков, чтобы сместить фокус на вашу родину.
Реван прощупывал присутствующих Силой. До гризмальтцев дошло насколько близко противник подошел к ним. Все опоры вбиты, пора монтировать пролетные строения, чтобы стороны по ним пришли к согласию.
— Если Гризмальт пострадает, никто из присутствующих рад не будет. Разве что ваши конкуренты с Куата.
Реван знал куда давить. И правители поддались. Король определенно рассчитал, что Куат сдастся нескоро. Если вообще это произойдет в близкие годы. Производственные мощности не пострадали от боевых действий, запасов там много, а позиции элиты стабильны. Не лучше ли перейти под власть Империи и занять нишу Куата, пока он отстаивает свою независимость?
Королева Гризмальта не одними интерьерами увлекалась. Военная история её семьи насчитывала множество славных страниц от сражений с чистокровными ситхами при Тете до сопровождения гризмальтских конвоев во Внешнее кольцо. В фамильной коллекции поблескивал липаритом захваченный в бою меч владыки ситхов. При таком происхождении королева не могла не освоить начала тактики и стратегии. Не могла упустить из виду уникальные дредноуты Куата. Даже «Центурионам» следует их остерегаться. При простом подсчете ресурсов понятно, что Империи пока атаковать Куат не с руки.
В Силе вспыхнула искра. Ударно-спусковой механизм бластера привели в действие. Реван вскинул руку, набрасывая покров стазиса так далеко, насколько мог. И всё же прогремела очередь. Зеленый озарил помещение. Болты неслись к правящей чете.
Бастила среагировала стремительно. Два зеленых сгустка плазмы отлетели от её верхнего клинка прежде, чем ситх-убийца вонзил в грудь стрелка красное лезвие. Мечник просчитался. Последний выстрел по касательной опалил плечо ситха. Не издав ни звука, он осел на пол. Его грудь быстро поднималась и опускалась. Обычный человек бы уже корчился от боли из-за оплавленных кожи и мышц.
— Тихо! — рявкнул король. Неосмотрительно дернулся вперед — красное лезвие опалило пышный воротник. Он испустил струйку дыма.
Но приказу короля даже в таком виде повиновались. Не только из-за его силы или потому, что многих сковал стазис. Вдруг поможет не спровоцировать повелителя ситхов?
Казалось, напряжение сотней нитей натянулось вокруг. Оно вибрировало, ввинчиваясь в уши. Подстреленный ситх не сдавался гибели.
— Смирно, пока я оказываю помощь раненому, — вдруг скомандовала Бастила. При ней как раз был медпакет.
«Не снимай с него маску» — телепатически настоял Реван. Бастила не стала прилюдно озвучивать свое недовольство.
Повелитель ситхов ценил устрашающий эффект, который оказывали сокрытые броней тени. Казалось, человеческие слабости им не свойственны. Их попросту не разглядеть.
«Ты же не хочешь, чтобы его идентифицировали, и этакий мститель прошелся по его родственникам?» — назвал ей другую причину Реван. Вполне жизнеспособную, если подумать. Бастила отчего-то восприняла объяснение повелителя ситхов с недоверием.
Бывшая джедай со всей возможной аккуратностью обрабатывала рану ситха-убийцы антисептиком и кольто, вымывая из неё гарь и оплавленные частички одеяния. Перевязывала так, чтобы не причинить лишней боли. Ситх не реагировал.
Реван высветил на карте перемещение войск во избежание прочих эксцессов. Фиолетовые точки Империи всё ближе и ближе к Гризмальту. В качестве звукового фона повелитель ситх включил тревожные переговоры с ядерных электростанций.
О чем говорить в ожидании капитуляции?
— Рассматривайте свое положение как возможность отбить те самые диваны у Онары Куат, — вдруг обратился повелитель ситхов к королеве.
Опытной участнице сделок и дипломатических миссий удалось скрыть удивление на лице, но не в Силе. Несколько лет назад на достославном приеме увлекающаяся интерьерным дизайном королева позволила себе шпильку в адрес куатской руководительницы. Обитательнице Гризмальта пришлось не по вкусу, что на корусантском благотворительном аукционе госпожа Куат заполучила в свои руки антикварные альдераанские диваны тончайшей работы, в то время как королеве пришлось довольствоваться более скромными лотами.
— Я не против принять эти ценности на ответственное хранение. Если солдатня не разнесет столичное поместье Куатов… Хотя я сделаю ставку на народные массы, — пришла в себя королева.
Бастила распекать королеву Гризмальта за вещизм не стала. Девушка беззастенчиво следила за Реваном. Численный перевес противника не смущал повелителя ситхов.
«Уверенность приковывает взгляд, верно?» — вмешался в ход мыслей Бастилы Реван.
«Да… Что?! Нет!» — её телепатические восклицания были красноречивы.
«Я не хочу повторных эксцессов. Придется тебе сгладить напряжение как ты умеешь. Кто-нибудь с Куата может захотеть подгадить конкуренту, лишив его пары производственных площадок провокацией» — Бастила подчинилась без лишних слов.
В Силе нити напряжения ослабли. Их шум более не выходил на первый план. Бывший республиканский связист перенастраивал оборудование на трансляцию изображений с наружных камер дворца. Поначалу виднелось лишь небо с редкими облаками. Затем его рассекли прибывшие из гиперпространства корабли.
Сначала шли корулагские. Многие можно было опознать за счет написанных названий на корпусе близ мостика. «Стойкий» в одиночку победил целую банду пиратов при Адеге. «Лазурь», «Алеко» и «Джуно» втроем отстояли планету в Среднем кольце и спасли сто тысяч её жителей от порабощения. «Прилив» успешно эвакуировал всех колонистов прямо из-под дул мандалорского «Кирамада». Теперь эти корабли, служившие щитом Республики, пали в руки её захватчика.
При виде анаксисской добычи с бледных уст королевы сорвался вздох. Она тут же его подавила, возвращая царственный облик.
— Как видите, весть о захвате Империей Анаксиса не дезинформация. Знаменитая капитан Реджина ни за что бы не разделилась со своим кораблем. Как и другие персоны.
Кто-то из Комитета пропаганды бахвалился по имперским каналам, что следовало усадить командующих на мостики оккупированных кораблей. Потом потребовать от поверженных давать указания и советы по дальнейшему продвижению. Для пущего унижения. Это всё равно что просить не желающего расставаться с жизнью висельника самому сломать себе шею. Едва ли такая просьба рациональна.
Боевая медитация позволила имперским подразделениям десантироваться без единого выстрела. С розыском генералитета было не всё так просто. На тот момент, когда серебристые фигуры сбивали укрепления дворца и турели, изловили не всех.
Повелитель ситхов выбрал символичное место капитуляции. Вотчина королей Гризмальта была старинным зданием. На его ремонт не скупились, но старались не терять аутентичность. Особенно следили за декорациями Зала Соединения, чья история насчитывала тысячи лет. Именно под его округлыми сводами был подписан первый Гризмальтско-Аксумский договор о взаимной защите. Именно тогда полезные технологии Гризмальта укоренились на Аксуме, а Цитадель Анаксиса стала символом не угрозы, а защиты союзниками. Для остальной Республики этот союз был не менее полезен.
— Не разнесите, — вдруг приказала королева имперцам, приблизившимся к овальному лакированному столу с небольшими, но пышными украшениями.
— Мы предпримем все меры для сохранения материального благополучия владений наших союзников, — заверил император.
Реван с видом победителя в окружении свиты взирал на прибывающих. Вот имперские солдаты ввели потрепанных высших министров Гризмальта. Никто не успел улизнуть. За ними переставлял ноги генерал сил планетарной обороны. Без боя не сдался — по скуле расползался кровоподтек, а одну конечность генерал подволакивал.
Между тем главное блюдо впереди. Защитникам Аксума и Анаксиса имперский конвой пришелся не по душе. Один солдат в серебре злобно потирал чуть треснувший непрозрачный визор. Знавал Реван одного аксумского армейского чина, который бил с огромной силой. Вот и он. Шел в самом конце и смотрел на окружающих, как правоохранитель на свору грабителей. Повелитель ситхов различил обладателя ледяного голоса. Во время их диалога об имперской дезинформации и путях её преодоления он был словно глыба льда. Её не смогли повредить угрозы самого повелителя ситхов.
Ныне же льдина того и гляди растает при приближении пожара. Он так разросся, что без труда выпарит всю образовавшуюся воду и двинется дальше.
— Значит, — один молодой имперский солдат позади Ревана призадумался, собираясь с духом, — значит, путь на Альсакан открыт? — мальчишке не верилось, что он пересек такое препятствие со своим подразделением.
— Так точно, — сослуживец постарше потрепал его по плечу.
Рядом с Реваном зажегся огонек надежды. Пока имперцы медленно входили во вкус победы с малыми жертвами, представители Гризмальта и Аксума ожидали капитуляции.
Победители с огромным удовольствием развернули два акта перед проигравшими. Некоторым из них не стали давать в руки острых предметов вроде стилусов во избежание колотых ран у имперской стороны.
— На заре Республики у Небесной Империи было два варианта: мирно присоединиться к процветающему новому государству и стать его щитом или бороться за превосходство. Ваши предки сделали правильный выбор. Поэтому мы разговариваем здесь, а не наблюдаем за мертвой планетой, — заговорил Реван так, чтобы его слышали во всех концах немаленького зала.
Для усиления эффекта развернули обновленную карту расстановки сил. Ситхи взяли реванш и укрепились у Паланхи и Сарапина. Кореллианский сектор служил им надежным тылом. Группировка самого повелителя вплотную приблизилась к Альсакану.
Положение Республики отчаянное. По Метелосскому направлению, единственному не занятому имперцами, помощи можно не ждать. Альдераан, Куат и Комменор сомкнули ряды и не уменьшали оборону, не посылали флот за сотни световых лет от родных миров. От Корусанта Империю отделял лишь один Альсакан.
— В истории запечатлено, что Гризмальт оказывал деятельную поддержку Альсакану во время его войн против Корусанта. Почему бы теперь вам не занять лидирующую позицию по праву первенства? — обратился к гризмальтцам Реван.
Защищавшие систему Аксум просверлили их недовольными взглядами. Кто-то из гризмальтских гражданских чиновников потер руки. А вдруг дело выгорит? Вдруг новый правитель не станет возиться с зачисткой экуменополиса с одним триллионом жителей и тысячами жилых уровней по одним официальным данным и предпочтет ему Гризмальт в качестве столицы? Можно даже признать ей Альсакан, у родины чиновника с ним связей куда больше, чем с Корусантом. Там их устанавливать больно дорого.
— Но сначала капитуляция. Чем быстрее подпишем, тем раньше освободимся, — Реван провел затянутой в перчатку рукой по двум актам.
Первыми подписали гризмальтцы. После король прикрыл глаза, пытаясь отрешиться от окружающих его личностей и событий. Спустя несколько минут он вернулся в реальность. Она порядком изменилась.
— Корулаг свою Академию сохранил. А ведь вы можете остаться без Цитадели, если будете так медлить, — подтолкнул не желающих признавать поражение анаксианцев Реван.
Если бы не «Центурионы» над их родиной, то анаксианцы бы разъяснили повелителю ситхов свое отношение руганью и стрельбой. У одного из них в процессе подписи треснула ручка.
Имперские солдаты нетерпеливо посмотрели на своего верховного главнокомандующего. Дозволено ли праздновать, отрешаясь от недавних боевых действий?
— Разделите наших дорогих гостей и препроводите на имперские суда. Аксумской делегации местные декорации не по вкусу, как оказалось. Каждому гостю — свое помещение. Негоже карать их теснотой и спертым воздухом.
Королю с королевой дозволили остаться, дабы они убедились, что солдатня не разнесет их жилище в поисках выпивки и кредитов. Бастила изучала изящные наличники окна вдалеке от правителей. В таком случае неизбежно попадались на глаза имперские корабли, зависшие над городом. Реван решил уделить ей внимание.
— Как же мне надоел флот, — она первой начала разговор.
— Куда ты хочешь? — пошел ей на встречу Реван — На горнолыжный альдераанский курорт? — Бастила сомкнула губы. Ну уж нет, её развлечение не стоит оккупации.
— Хорошо, рассмотрим имперские территории. Как тебе Золотые пляжи Кореллии?
Реван представил себе Бастилу на песке и в раздельном купальнике, открывающем кожу для прикосновений. Неплохое зрелище.
— Если же море и Центральные миры тебе не по вкусу, то можем посетить сады Джурио.
В голубых глазах девушки мелькнул интерес. Если бы Реван сказал, что эти славные красоты возвела чистокровная ситка с Коррибана, потомок создателя ужасающих ракгулов, то Бастила бы не поверила. Как и в то, что тамошние краснокожие детишки не происходят от зелтронов. Они недавно облюбовали планету с мягким климатом и живописными видами. Между тем в голографическом архиве Ордена джедаев встречались голографии краснокожих рыцарей-джурийцев, появившихся на свет куда раньше прибытия первых групп зелтронов. Именно родством с любвеобильной расой джурийские медики объясняли этот аспект внешности.
Иные обитатели Джурио рождались с заостренными ушами, как белокожая член Совета джедаев Алеко Стасси. Её воссоединили с Силой усилиями имперского спецназа. Такая форма ушей наводила на мысль о происхождении от сефи. Но дело в том, что один из завоевателей Коррибана Карнесс Муур как раз принадлежал к этой расе.
Официальная история отводила чистокровным ситхам место поработителей Джурио, которых истребили в качестве кары за жестокость и союз с карателями-мандалорцами. В память о них осталась Крепость скорби. Она была полным антиподом знаменитых садов. Об этой части Джурио старались не говорить.
— Хочу куда-нибудь, где будет мир, — Бастила обняла себя руками.
— Пока могу утешить тебя исключительно горячим шоколадом и драгоценными камнями без оправы.
— Предпочту шоколад. Он хотя бы теплый.
Спасибо, что не стала морить себя голодом в знак солидарности с жителями осажденных планет.
— Стоп, откуда ты его возьмешь? — спохватилась девушка.
Вместо ответа Реван постучал её по бедру близ подсумка с сухим пайком. Бастила смирно стояла, позволяя извлечь оттуда палочку беспламенного нагревателя и коричневый пакетик с какао. Благодаря ситху-убийце поблизости образовались складной стакан и бутылка воды.
Повелитель ситхов наполнил ею посуду. Отломил кончик нагревателя и сразу же погрузил его в жидкость. От него к поверхности разошлись маленькие пузырьки воздуха. Их становилось всё больше. Пошел пар. Реван извлек сделавший свое дело нагреватель. Отбросил его в кучу, куда свалили оружие, отобранное у телохранителей гризмальтских правителей. Не поскупился и высыпал в стакан весь пакет. Поболтал, чтобы размешать. Вручил напиток Бастиле.
Бастила не была бы Бастилой, если бы не внесла свои коррективы в подготовленное повелителем ситхов. Свободной рукой она полезла в другой подсумок и извлекла прозрачную упаковку с розовыми пастилками. Использовала их все. За несколько глотков от целого стакана горячего шоколада ничего не осталось. Кажется, Бастиле всё же нравится сладкое. А по её острому язычку не скажешь.
Больше Бастила не шумела. Реван отмерял время до озвучивания своего окончательного решения. Он принуждал пленников ожидать его, чтобы истощить их силы предположениями и тревогами. Гризмальтцы сидели смирно. Анаксиско-аксумские предприняли попытку побега. Её пресечение обошлось без смертей. Правда, колено у одного генерала нескоро придет в норму.
Небо над Гризмальтом по-прежнему голубое с завихрениями белых облаков. На редкость погожий день. Реван надеялся, что к его концу небоскребы и фабрики индустриального мира останутся в целостности и сохранности. Канонада над Аксумом и Анаксисом отшумела.
Не возобновилась она даже тогда, когда Империя объявила во сколько обойдется мир. Система Аксум, щит Республики, должна была принять имперский контингент на своих крупных заводах. Для противника это значило дефицит высокотехнологичного оборудования. Для про-имперской Цзерки — новые богатства.
До императорского дозволения запрещалось восстанавливать поврежденные стены Цитадели. Хотя даже если бы Реван разрешил их отстроить сейчас, то это бы заняло минимум год при огромных затратах. Мизерный флот остался защищать от иных внешних угроз. Если бы не имперские силы в Ломте, наемники хаттов бы пересекли его, чтобы уверенно расправиться с ослабленной добычей.
В благодарность за повиновение Гризмальт обошли разрушения. Реван действовал тоньше. На одном производстве получил в свои руки пакет акций благодаря компромату с Андары. Хозяин другого соблазнился прибылями от торговли с набирающей силу Империей. Паутина повелителя ситхов не обошла даже королевское семейство.
— Ваша родственница показала себя хорошим инвентаризатором, — обратился он к королеве.
Женщина не дрогнула. Как бы она ни любила свою сестру, слишком опасно перечить Дарту Ревану открыто.
— Думаю, ей следует лично провести опись поместья Куат на Корусанте. Естественно, её будут прикрывать имперские силы.
«Пусть она согласится. Уж лучше наша при нем, чем какая-нибудь Пантирша или та убийца Мецетти» — шепнул один гризмальтский чиновник другому. Обычный человек бы не расслышал. До Ревана разговор донесла Сила. Ценная заложница прибавит осмотрительности гризмальтскому дому.
Эта женщина в длинном синем платье поднялась на флагман повелителя, словно это место очередной церемонии, а не военный корабль, где ей при первом приказе перережут глотку. Она флегматично перебирала подвешенные по гризмальтской моде к своему поясу аксессуары — цепочку с маленьким прямоугольным несессером, флаконом с духами и зеркальцем. В сумме они наверняка стоили как поддержанный спидер высокого класса.
Трюмы «Воспрещающих» и «Центурионов» наполнились аксумским и гризмальтским оружием последних моделей. Реван проконтролировал его проверки.
— Эх, а помнишь мы когда-то с одним старьем шли? — поделился один солдат с другим. Он крутил в руках новейший бластер, стараясь разглядеть добычу под всеми углами.
— Так и до Корусанта дошли, — беззлобно ответил другой, — да и толку от новинок, если пользоваться ими не умеешь? А мы и старьем орудовали.
Пилоты не столь оптимистичны. Некоторые лелеяли надежду пересесть с резвых, но хрупких ситхских перехватчиков на проверенные временем устойчивые «Ауреки», для которых пара попаданий не фатальна. Несколько доносов об этой ситуации уже пущены в шредер. Критиковать можно, но имперцы понимали, что лучше уж стабильно получать жалование, чем дезертировать в неизвестность. Семьи есть хотят всегда. А вот встречаться с имперской контрразведкой и комиссарами — желательно никогда.
На флагмане Бастила держалась рядом с Реваном. Отправляться в одиночество своей каюты она не горела желанием.
Сидеть в помещении с царственной заложницей для Бастилы было испытанием на прочность. А для подслушивающих соглядатаев — материалом, который мог их поднять по карьерной лестнице. Девушка отвергла и этот вариант.
***
К блокаде Альсакана имперские министерства подготовились заранее. О безоговорочной победе нового строя трубили по всем каналам. Комитет по пропаганде заливал общество противоречиями до такой степени, что оно отучивалось верить. Население тонуло в дезинформации. Республика утверждала, что на одном участке потеряла не больше десяти кораблей и пятисот солдат при том, что потери противника превышают её в четыре раза. Империя обвиняла её во лжи. С помощью уловок операторов создавала впечатление, что пало не меньше пяти десятков кораблей при околонулевых потерях ситхов. Истина сидела где-то посередине, но старалась не высовываться, дабы её не задело осколочным снарядом. Народу Альсакана хотелось запереться, где безопаснее, и не выходить, пока меч над их головами не уберется. Продавцы, менеджеры, студенты, рабочие, официанты, учителя, домохозяйки. Они не думали, что настоящая война с дефицитом, бомбардировками, перестрелками в десятках мест одновременно, лишенными помощи ранеными доберется до них. Раскачать до желания выйти на улицы и принести на блюдечке власть Империи не довелось. Всё же республиканские идеалы не настолько порченые, чтобы выкидывать их при малейшей угрозе. Имперский министр продовольствия и сельского хозяйства просчитал сколько времени потребуется для исчерпания продуктов питания и лекарств на Альсакане. Голод гонит в бой надежнее лозунгов. Министр путей сообщения расставлял кордоны. При должном внимании деньги от альсаканской торговли скоро перестанут течь в Республику. Меньше наемников наймет, меньше запасов перед осадой Корусанта закупит. Разведка доносила расположение войск на Альсакане. Поредевших военных частей едва хватало на защиту ключевых военных объектов. В среде командования разговоры не об атаке на повелителя ситхов, а о том, как не полечь во имя амбиций Корусанта. Последнее приподняло уголки губ Ревана. Появлялась надежда разрешить спор, не залив кровью десятки уровней прекрасного города Ксеваер. Альсакан достаточно настрадался во время предыдущих войн с Корусантом. Хотя следовавшие генеральной линии историки переименовали их в «конфликты» ради уменьшения негативной коннотации. Ситхи надвигались на Альсакан. В часы отдыха Реван свиделся с обладательницей Боевой медитации в своих покоях. Вызов настиг Бастилу в тот момент, когда она пыталась запихнуть мундир в свою дорожную сумку. Так что вошла девушка с полуоткрытой молнией, из-под которой показывалась серебристо-серая одежда. Чего Реван не ожидал, так это высыпанных на свою постель одежд. На Бастиле была роба аколита. Перед ней — парадный мундир с тетанского приема у Лота, его более выигрышно пошитый по фигуре собрат и, что неожиданно, синее платье с приема, где Бастиле мозолила глаза наглость Эстеллы Мецетти. Правда, на ткань были нанесены метки перекройки. Чем-то оно напоминало одно из подношений императору от новых партнеров с Гризмальта. Правда, гризмальтское платье было куда более вычурным: пышный воротник, подъюбник, корсаж, вышитый хрустальным стеклярусом, который складывался в причудливые узоры на оттеганском синем шелке. К нему прилагался металлический поясок для подвешивания приятных дамских мелочей. Это образ не для рядовой гостьи. Такое не стыдно надеть и фаворитке миллионера. — Вижу, ты не определилась со стилем. То роба аколита, то мундир, то платье. — Вижу, ты не определился с планетами. Мне уже дурно от их чехарды, — Бастила скрестила руки на груди. — Когда Корусант станет нашим, сбавлю темп. — А перед этим опять вломимся и приложим клинки к чьим-то глоткам? — обладательница Боевой медитации вздернула нос. — Я предполагал иную линию поведения на Альсакане. Бастила её прекрасно знала. Заблокировать экуменополис и ждать, пока под пушками «Центурионов», «Воспрещающих», «Молотоглавов» и «Набегов» народ потеряет волю к сопротивлению от голода, болезней и страха. Ей дозволялось лишь сократить период страданий, нарастив их интенсивность Боевой медитацией. По крайней мере, так она считала. — Правители несут ответственность за страну и берут на себя риски её защиты. Командир отвечает за подчиненных. Так что ничего удивительного, что король и королева Гризмальта ответили за свое упорство. — Отвечал бы ты за Малака… — вдруг свернула на другой путь Бастила. — Возросшего сопротивления Республики и разорванных из-за него контактов недостаточно? — Реван допустил в голос раздражение. — Я справляюсь гораздо лучше Малака, — заявила обладательница Боевой медитации. — Сравнила свечу с пожаром, — Реван хмыкнул. Переубеждать девушку не стал. Планеты сдавались Малаку, едва заслышав что он сделал с Телосом и улавливая эхо его побед в Мандалорских войнах. Бастиле приходилось работать под прикрытием военных кораблей. — Умному человеку свеча полезнее, чем пожар, — нашлась обладательница Боевой медитации. — В библиотеке так точно, — пошел навстречу Реван, — Кстати, я заметил, что в нашей ты добралась до рекомендаций Комитета по пропаганде. Опять планируешь бить врага его же оружием? — Нет, наблюдаю за лжецами. Обретаю представление что же изложено в кунсткамере Альсакана, — этот музей славился коллекцией всевозможных аномалий, — Жаль, что от них страдает столько народа. — А от вороватых сенаторов никто, значит, не страдал? — Бастила не стала противоречить, — Кстати, как ты смотришь на интервью имперскому головидению? — Реван спокойно подпер подбородок кулаком. Реакция Бастилы? Вспыхнула и встала в защитную стойку, будто он попросил её обнажиться при всех высших чинах Империи, чтобы продемонстрировать физические параметры и пригодность употребления на пользу общего дела. — Никакого интервью, пока не падет Корусант! — воскликнула Бастила. Так громко, что пошло эхо. — Тебе всё ещё не верится, что это произойдет, верно? — отыскал болевую точку Реван. В весь его путь поверить непросто. Представитель религиозного ордена, который всячески отрекался от власти, пошел против его доктрины ради мира. Джейсен Соллед начал с низов республиканских войск, не имея даже официального звания. Но у него была цель. Он постоянно находил средства для её исполнения. Союзников, которым совместные действия с джедаями до поры до времени казались немыслимыми. Упорно двигался, менял средства, но следовал к цели. Он создал новую систему, где достиг вершины. — Не верится. Почему ты так талантлив? Что за ужас заставил тебя обернуть свои умения ради… — Бастила запнулась, — ради того, что ты сделал, и обречь десятки миллиардов на лишения? Реван готовился вновь озвучить контраргументы против нынешнего устройства. Бастила их уже слышала. И признала, что не только в нем причина: — Что за зверь в тебя вселился в Неизведанных регионах? — сместила она вектор с Республики на иной период. Лучше ей не знать о том, что существуют ситхи много хуже развязавших Гражданскую войну джедаев. Ибо Малакор — бледное подобие того, что принесут готовившие месть тысячу лет. Малакор — рана на теле галактики. Планета Нафема — труп, изборожденный десятками таких ран. Его яд отравлял всех, кто приближался. Его создателю нужны сотни таких трупов, чтобы по ним взойти ещё выше. Для Ревана, который существовал в тесной связи с Силой, это существо было подобно черной дыре. Из-под маски мужчина посмотрел на Бастилу. Она предстала перед ним в новом свете. Будто солнечный луч рассек тучи над планетой вечных штормов и прошелся по комнате, разгоняя тьму. В ту минуту Реван получил новый толчок защищать от бездны. Повелитель ситхов сомневался в том, что аннигилировать пожирателя миров возможно. Но Реван не сдастся. Он сделает всё возможное или умрет, пытаясь. — На любого зверя найдется своя погибель, — пришел ответ. Бастила погрузилась в задумчивость. — Я знаю о том, что ты хотел ликвидировать гробницу Дарта Андедду и его культ. Ты считаешь, что в Неизведанных регионах кроются большие угрозы. Угрозы, которые Республика слишком долго игнорировала? Реван взял Бастилу за руки и посмотрел ей в глаза. При такой близости он мог различить глубокую синеву краев радужек, их голубизну и прожилки светлые, как небо за окном. — Я сотру их с лица Силы. А пока при Альсакане сделаем так, чтобы зверье не сбежалось на запах крови. Альсаканцы не тронули свои гиперпространственные маяки. Правительство и военные осознавали, что заслышавший об изоляции на неопределенный срок народ вспыхнет. К тому же они помнили, как имперцы неизведанными тропами обошли вооруженные силы Республики и завоевали Жемчужину Ядра. Зачем повышать напряженность, если это не в состоянии отсрочить неизбежное? Война и дефицит электроэнергии приглушили сияние конкурента Корусанта, но не лишили экуменополис его блеска. Недаром Альсакан выдержал более десяти конфликтов с Корусантом из-за земель и ресурсов в Регионе Экспансии, что находился между Внутренним и Средними кольцами. Восемь тысячелетий назад Корусант и большую часть Республики захватил фанатичный человеческий культ Пиус Деа. Он использовал любой повод, чтобы уничтожать нелюдей и им сочувствующих и присваивать их богатства. Альсакан стал одним из немногих оплотов сопротивления. Десять веков он оборонялся от орд фанатиков. И наконец в союзе с Орденом джедаев сверг Пиус Деа. Альсакан возвел в кресло Верховного канцлера гранд-мастера Ордена. Благодаря своему упорству и дипломатичности он вернул покой Республике и примирил её территории и народы. Мавзолей этого великого деятеля располагался в столице Альсакана, грандиозном городе Ксеваер. Однако близ него располагался печальный символ. Противостояния с Корусантом без жертв не обходились. Поверхность Альсакана напоминала шелк, расшитый блестящими оранжевыми нитями транспортных магистралей, огромных фабрик и жилых зданий. В ней существовала темная прореха — город Рукапар. Его построили строго посредине пяти холмов. От центральной площади Рукапара, исполненной в виде мозаики, до вершин холмов тянулись пять выложенных плиткой дорог. С высоты ансамбль напоминал пятиконечную звезду с причудливыми узорами. Во время очередной войны с Корусантом её лучи были надломлены, а сердцевина обожжена. Однако даже в таком виде Рукапар признали одним из Чудес галактики. Альсаканцы не привыкли демонстрировать белый флаг поражения при первых трудностях. Конкурент Корусанта выставил свой флот против повелителя ситхов. За годы мира там стали преобладать таможенные и патрульные корабли, быстроходные торговые и исследовательские суда. Среди военных мелькало то, что по устаревшим стандартам классифицировали в качестве дредноутов. В сражении одного такого с «Центурионом» вероятнее победа более нового корабля. Тяжеловооруженных подобно «Воспрещающим» не так уж много в общей массе. В первых рядах она колыхалась. Хитросплетения информационной войны пошатнули основы умов. Толку от мощного орудия, если им управляет неспособный прицелиться и убить? Эхо борьбы наглой лжи с крупицами правды доходило даже до Корусанта. Хотя там население пока сытое и охотнее внимало местным идеологам, чем сравнительно далеким имперским. А торговля между тем не прекращалась. За стеной альсаканских военных потоки коммерческого транспорта волновались, словно озеро от сильного ветра, но продолжали курсировать. Имперские орудия наставлены. Боевая медитация Бастилы подбиралась к противникам подобно набирающей силу волне. Повелитель ситхов озвучил свои условия местному правительству. Дал на размышление пять дней. Для ускорения процесса перекрыл несколько торговых маршрутов. Перспектива лишений для беднейших слоев, которые не имели накоплений и значительных запасов пищи и лекарств, стала не иллюзорной. Средний класс начал опасаться нападений бедняков. Верхушка вычисляла кто до неё дотянется быстрее — Корусант, военные силы Комменора и производственные мощности Куата или Империя. К середине вторых суток лидировало мнение, что всё-таки государство повелителя ситхов и его скорого на расправу ученика. Переговоры между коренными альсаканцами велись не на общегале. В знак своего отмежевания от вульгарного Корусанта они говорили на Высшем галактическом. Грамматика его сложнее, а произношение медленнее. Он был создан для иного ритма жизни. Прибывший к хозяину HK-47 владел этим языком. Всё же маскировка под протокольного дроида обязывала. — Вопрос: Хозяин, я должен говорить так, чтобы мешки с мясом перестреляли друг друга? — Бастила схватилась за голову. Если бы дроид-убийца умел ухмыляться, он бы не преминул. HK-47 только сверкнул красными оптическими сенсорами. — Пока просто перевод. Порезвишься на Корусанте после говорильни. — Радостно: Благодарю, хозяин! — он наверняка бы всплеснул руками от счастья, если бы Реван внес такую функцию в поведенческую матрицу дроида. — Ваше решение? — поинтересовался у альсаканцев на четвертый день повелитель ситхов, восседая в кресле, — Я терпеливее моего ученика, но время не безгранично. Пока вы теряете деньги и репутацию, Корусант наживается. Некоторые его жители бы поспорили с Реваном. Те же ежечасно прибывающие в столицу беженцы служили источником нестабильности. Коренное население тихо негодовало. На своих-то ресурсов нет, а тут новые нахлебники. Тем не менее, дерзнувшего озвучить мысль о сдаче Империи ждали как минимум исцарапанный спидер и беседа с правоохранительными органами. — Спуститесь в Ксаваер с миром и мы обсудим капитуляцию. — Только если вы допустите «Центурионы» к своей столице, — безоговорочно потребовал Реван. Другая сторона оцепенела. Её накрыло молчание. Альсаканцы понимали неизбежность имперской победы на их планете. Но тот, кто предложит подставить её под дула ситхов, совершит политический суицид. Повелитель Империи взял инициативу в свои руки. — Молчание знак согласия. Адмирал Карат, скомандуйте перестроение в соответствии с планом.
