Очищение

Сначала Франциск хотел сказать однозначно: нет — и точка. Нет, Риккарду нельзя покидать пределы Ордена. Тем более без него. Тем более ради развлечений. — Он от библиотечной пыли скоро заболеет. И так уже стал кашлять намного чаще. Вы не замечали? Он не замечал. Но, конечно, он видел, что мальчику в этих стенах тесно. Что ежедневная рутина его раздражает. Что он избегает общения с послушниками и практически всегда если не с Мастером — то в одиночестве. — Хорошо. Пусть идёт. Но он должен вернуться к вечерней Службе. — Безусловно. Спасибо, Чистейший. — Пожалуйста, избегайте неоднозначных разговоров на политические и богословские темы. — Думаю, нам куда интереснее будет обсудить вкусы и запахи похлёбок, Чистейший. Франциск хмыкнул. С одной стороны, он был рад, что у Риккарда завязалось более тесное общение с братом Валерианом. Благодаря ему он поймёт, что Орден — это не только бесконечные ритуалы и служение. Благодаря ему он поймёт, что в Ордене есть место для искателей, для исследователей, для мыслителей — для всех. Валериан был не единственным примером, но самым ярким. И в этом заключалась обратная сторона. Франциску оставалось рассчитывать лишь на благоразумие Валериана. Риккард только-только принял правила игры, и сбить его снова не составляло большого труда. — Хорошего вечера, Чистейший, — брат Валериан слегка поклонился. — Ещё раз благодарю. — И вам хорошего вечера, брат Валериан. Пригласите следующего. Молодой человек направился к выходу из приёмной лёгким пружинистым шагом, а Франциск наблюдал, как раскачиваются из стороны в сторону длинные светлые волосы, собранные в тугой хвост. Внутри вдруг дёрнулось ещё что-то. Не беспокойство за Риккарда, не сомнения о верности выбора, не страх, что мальчику это будет во вред. Это было куда больше похоже на зависть. Франциск хотел быть на месте Валериана. *** — Мастер этого не одобрит, — растерянно бормотал Риккард, пока брат Валериан вёл его неизвестно куда, мягко придерживая за плечи. Тёмная плотная повязка позволяла понять только, что они вышли из мрачных коридоров Ордена на залитый вечерним солнцем двор. — Мастер это уже одобрил, — тихо засмеялся брат Валериан. — Забудь о нём на пару часов. Забыть о Мастере было не так-то просто. Особенно после последней порки. Следы от неё прошли довольно быстро, зато она очень ярко отпечаталась в памяти. Мастер был на удивление мягок и одновременно справедлив. А это тёплое объятие в конце вообще можно было внести в «Сборник невероятных явлений природы» — книгу, которую они как раз разбирали на биологии. Риккард злился на себя: он слишком легко привязывается. Немного внимания, немного ласки — и он готов спать в ногах и лизать руки, как бродячий пёс. Он даже готов пережить эту чёртову порку снова, лишь бы его обняли и сказали: «Молодец, Риккард». С другой стороны, чтобы услышать подобное от брата Валериана, даже терпеть боль не нужно. Но что-то во всём этом было неправильное. Ему нравилось проводить время с молодым лектором, нравились его лёгкость и тепло. Но почему-то было обидно, что «Мастер это уже одобрил». Конечно, Франциску куда проще скинуть беспокойного ученика на бодрого любопытного исследователя, чем напрягаться самому. — Почти пришли к первому пункту. — Конюшня? — удивлённо спросил Риккард, чувствуя характерный запах. Брат Валериан снова тихо хихикнул и развязал ему глаза. Они действительно оказались на конюшне. Риккард помрачнел и нервно облизал губы. Он старался избегать этого места всеми возможными способами с тех самых пор, как попал в Орден. — Ты чего? Боишься лошадей? — Нет. Всё в порядке, извините. — Ты удержишься в седле вообще? — Да, думаю, да. Брат Валериан немного растерялся. Было видно, что он упрекает себя в том, что его безупречный план практически сразу дал сбой. — Извини, я как-то не подумал, что ты можешь не уметь ездить верхом… — Я умею. Просто давно этого не делал, — таким же извиняющимся тоном ответил Риккард. Он не собирался объяснять, чем ему так не мила конюшня — кони тут были совершенно ни при чём, — и хотел поскорее оказаться как можно дальше от неё, а потому решительно взял одну из запряжённых лошадей под уздцы. *** Спустя полчаса бодрой и вполне уверенной езды — что не могло не радовать брата Валериана, — они наконец притормозили недалеко от поросшего лесом и довольно высокого холма. Привязали коней к деревьям и вошли в перелесок. Риккард заинтересованно шёл за братом Валерианом, еле успевая крутить головой по сторонам и рассматривать окружающую природу. Ему не хотелось спрашивать, куда они идут. Брат Валериан, очевидно, готовил какой-то сюрприз, хотя Риккард уже был более чем удивлён. Мастер дал добро на то, чтобы Риккард вышел за стены Ордена? Да ещё и без него? Вот это да. Нужно пользоваться этим шансом и наслаждаться свободой. — Закрой глаза, — наконец попросил брат Валериан. Они подошли вплотную к холму. Среди поросших мхом камней виднелся довольной большой тоннель. Будто пещера или чья-то огромная нора. — Только не пугайся и не издавай громких звуков, ладно? Риккард кивнул и покорно закрыл глаза. Брат Валериан тихо засвистел. Это было похоже на завывания вьюги за окном. Вскоре к его свисту добавился ещё какой-то очень похожий звук, а Риккард сквозь закрытые веки будто стал смотреть на солнце — хотя был уверен, что не поворачивался и не двигал головой. — Медленно открывай глаза. И стой на месте. Риккард подчинился. Первое время было очень ярко. А потом глаза привыкли. Валериан мягко и ласково гладил по шерсти огромную солнечную лису. Риккард открыл рот от удивления, но, помня просьбу лектора, сдержал восторженный вскрик. Солнечные лисы были по размеру чуть больше коней. А ещё они были невероятно умным и очень редким видом. Он даже предположить не мог, откуда у брата Валериана такой редкий зверь. Лиса оскалилась на Риккарда, слегка припав к земле. — Рыж, свой, — тихо, но чётко сказал брат Валериан. Лиса глянула на хозяина, осторожно подошла к Риккарду. Брат Валериан показал ему рукой: стой на месте. Ярко-рыжая морда с большими жёлтыми глазами приблизилась к мальчику; чёрный кожаный нос втянул запах. Наконец лиса одобрительно фыркнула и повернулась к хозяину. — Ну что, готов прокатиться? — На ней? — удивлённо переспросил Риккард. — Ну да. Рыж вроде как моя лошадка, — брат Валериан мягко засмеялся. — Как я, по-твоему, так быстро приехал из Тенненберна? — Я думал, магия. — Ну, в каком-то смысле ты был прав, да, — брат Валериан ласково зарылся пальцами в огненную шерсть. — Она не горячая? — Нет. Погладь её, не бойся. Риккард несмело положил руку на лисий бок. Шерсть была жёсткой, плотной и очень тёплой на ощупь. — Ну что? Мастер отпустил тебя до Службы, так что у нас ещё почти два часа. Прокатимся? — подмигнул брат Валериан. — Давай, не бойся. Рыж, лежать. Лиса покорно припала к земле, позволяя хозяину легко на неё взобраться. Брат Валериан протянул Риккарду руку, и тот наконец сдался. Слишком интересно, чтобы бояться. — Обхвати меня за пояс и держись. Крепко. Сцепи руки в замок. Вот так. И постарайся не кричать. Готов? Рыж, вперёд. Лиса поднялась и легко побежала, виляя между деревьев. Она ступала так мягко, что Рик почти не ощущал шагов. — Рыж, быстрее. Брат Валериан чуть наклонился вперёд, крепко вцепился в лисью шерсть на холке. — Риккард, держишься? Молодец, держись крепко. Рыж, вверх. Он резко наклонился назад, потянул руки на себя, и лисица в прыжке взмыла вверх. Риккард приглушенно охнул. — Не бойся. Просто держись. И не смотри вниз. Зря он это сказал. Риккард сразу же опустил глаза. И охнул ещё раз. Верхушки деревьев плавно отдалялись. Ветер резко ударил в лицо. Облака показались невероятно близкими и осязаемыми. Ещё чуть-чуть, и можно будет дотронуться. — Ты в порядке? — Д-да, — на выдохе ответил мальчик. — Хорошо. Лиса продолжала набирать высоту. Сердце гулко стучало в ушах. На глаза навернулись слёзы — то ли от ветра, то ли от того, что он видел внизу. Столица, которая всегда казалась ему серым и мрачным городом, сверкала в тёплых лучах вечернего солнца. В город текли одновременно две реки: широкая и блестящая полноводная Акра и пыльный желтовато-серый тракт, переполненный торговцами и их обозами. Люди казались мелкими насекомыми. Незначительными, мизерными, слабыми. Вокруг столицы раскинулись леса. Извивалась до самого горизонта Акра. Гнули поросшие деревьями спины Леитские холмы. А город был будто цветок-однодневка на огромном поле трав. Вчера он не цвёл. И завтра уже не будет цвести. Акра всё так же будет гнать свои воды. Холмы всё так же будут гнуть спины. А Леит — как и вся Империя — просто исчезнет. Может быть, послезавтра на его месте расцветёт новый цветок-однодневка… — Смотри! Налево и вверх! — вырвал его из мыслей брат Валериан. Риккард покорно поднял голову. Из-за пушистого белого облака выныривал огромный небесный кит. Риккард видел их с земли несколько раз, но чтобы так близко… Он был размером с библиотеку Ордена, если не больше. Матово-серые плавники грациозно подчиняли себе потоки ветра. Серебристое брюхо отражало солнечные лучи. Массивный хвост разбивал облака, будто пуховые подушки. — Даритель милосердный… — выдохнул Риккард. Брат Валериан тихо хмыкнул. Кит повернулся на бок и издал протяжный звук, немного похожий на вой. Оглушительно громко. Мужчина направил Рыж в сторону, чтобы не травмировать её чуткий слух. Они ещё немного покружили над холмами. Риккард любовался пейзажами, а брат Валериан выбирал, куда приземлиться. А потом он вновь велел Риккарду держаться покрепче и скомандовал лисице: «Вниз». Рыж рванула так, что Риккард не удержался от крика. Брат Валериан отпустил одну руку с загривка лисы и положил её на сцепленные под его грудью ладони мальчика, чтобы контролировать, насколько надёжно тот держится. Рыж, кажется, понравилось пугать нового всадника, и она начала бегать зигзагами, то ускоряясь, то замедляясь. В конце концов Риккард зажмурился и уткнулся лбом в спину брата Валериана. Открыл глаза, только почувствовав мягкий толчок. Рыж ещё немного пробежала по лужайке на вершине холма, прежде чем остановиться, подчиняясь приказу хозяина. Брат Валериан легко соскочил с неё, помог слезть Риккарду. Рик вдруг понял, что не может толком стоять — так трясутся ноги. — Всё в порядке, Рик, бывает, — безобидно смеялся брат Валериан. — Садись, садись на траву. Рыж, гулять. Лиса радостно унеслась куда-то в перелесок, а мужчина опустился на мягкую траву рядом с мальчиком. С этого холма открывался чудесный вид на столицу. В предзакатном солнце черепичные крыши казались очень тёплыми и уютными. — Никогда не думал, что Леит такой красивый, — наконец сказал Риккард, пытаясь контролировать всё ещё дрожащий голос. — Мы много чего не видим, пока находимся внутри. Но стоит только посмотреть со стороны… И всё уже совсем не то, чем кажется, — улыбчиво ответил брат Валериан. — Спасибо вам за эту возможность, — кивнул мальчик. — Да не за что, — мужчина сорвал травинку, сунул её в рот. — Слушай, Рик, у меня к тебе просьба. Давай, пожалуйста, ко мне «на ты», ладно? — Но… — По крайней мере в неофициальной обстановке. Пожалуйста! — Я… Хорошо, я постараюсь. — Как тебе Рыж? Впечатляет? — Не то слово. Откуда она у вас? У тебя… Валериан хмыкнул, вытянулся на траве, закинув руки за голову. — Я её нашёл совсем малышкой, в горах недалеко от монастыря. Она, видимо, потерялась во время вьюги. Замерзала. Я её выходил. И она осталась со мной. Солнечные лисы очень непростые звери. Они не терпят неволи и принуждения. Так что у людей редко получается их приручить. Но всем очень хочется… — Наверное, я — солнечная лиса, — фыркнул Риккард, ложась на траву недалеко от Валериана. Тот расхохотался, повернулся на бок, чтобы смотреть на Рика. — Да, я тоже об этом подумал, когда ты перед Феликсом извинялся. У меня тогда и возникла идея познакомить тебя с Рыж. Риккард смутился, растерянно улыбнулся. — Она ведь безукоризненно выполняет ваши… Прости, твои приказы. Как тебе это удалось? — Я умею договариваться, — небрежно пожал плечами Валериан. — Да уж. И как ты уговорил Мастера меня отпустить? — Это было не так сложно. Давай не будем о нём. Лучше о тебе. Ты вроде как уже в курсе, как я очутился в Ордене. Я тоже хочу услышать твою историю. Из первых уст. А то, знаешь, про тебя говорят даже в Монастыре Молчания…