Столкновение

Гудки и лишь. Союз не отвечал на звонок Федерации, и такого никогда не было. Даже если Союз засыпал на столе, то он брал трубку, когда просыпался, но тут… Рос звонит второй раз, те же гудки. После того, как республика повторил эти действия 5-6 раз, у него началась немая паника, в голову невольно стали лезть посторонние мысли, такие как: 《Он не отвечает, значит пошел домой》 《А если он пошел не домой.》 《Вдруг он, паскуда, изменяет мне с какой-нибудь красивой омежкой》 — после таких ревнивых мыслей РСФСР позвонил охране чтобы спросить ушел ли Союз или он всего лишь пошел размять ноги или в туалет. И было бы хорошо если бы Союз пошел прогуляться. Но охрана сказала, что СССР ушел попрощавшись с ними, еще они подметили, что у вождя было очень хорошее настроение, даже прекрасное, что не было похоже на него. И после, сбросив вызов, в голову республики начали лезть другие не лучшие мысли: 《Он ушел час назад, может, он закончил с этими бумажками? 》 《Почему тогда он не дома? 》 《Может, он пошел меня искать или хотел прогуляться, или пошел выпить, или… или…》 《Или он и вправду мне изменяет? 》 《Он уже не первый раз приходит поздно, при чем никогда мне не жаловался на работу, как было раньше, а когда я прихожу к нему, чтобы продолжить, он всегда шлет меня домой, причем очень усердно》 — и из-за таких мыслей, на красивых и добрых глазах появились хрустальные капельки слез и, забыв обо всем, республика присел рядом с маленьким столиком, на котором был телефон и, прижавшись грудной клеткой к ногам, он начал плакать, пока мысли все так же нагнетали эту не очень веселую ситуацию. И через некоторое время, может минуту, вторую Рус встает с пола и, не прекращая плакать, он идет на кухню, чтобы выпить водички и успокоиться, присев за деревянный стол, русский пытался успокоиться, привести себя в нормальное состояние. Такие нервные срывы из-за переживаний и мгновенные слезы вызваны тем, что РСФСР всегда скрывал свои эмоции, хоть он и скрыл свои чувства, но только отрицательные и такое состояние, которое считалось для него крайним, всегда было в полном одиночестве, чтобы никто не видел его слезы и боль. Этому его научил еще его Отец, Российская Империя. РСФСР любил отца, всегда его слушал, принимал все его акценты на счет правления, но ему не нравилось само правление, русский видел состояние русского народа и хотел, чтобы они могли жить свободно. И Империя поддерживал сына в его идеях, он прислушивался к нему, но не всегда. Когда же отец не прислушивался, то молодая республика мог и бунт с народом устроить. В прицепе РИ хотел, чтобы его народ мог жить достойно и как любящий своих людей правитель, он пытался подстроить все ради них. И даже когда РСФСР стоял перед отцом со своим младшим братом, то РИ был готов отказаться от роли правителя и даже жить в скитаниях… Жаль, что сам же Союз пустил пулю в голову отца из-за того, что был не доволен таким раскладом. Это навсегда изменило жизнь обоих. Так изменило, что если сравнивать их сейчас и тогда, то начинают глаза округляться. Хотя больше всего изменился Союз. Он всегда был весь из себя серьезный, и характер его был закрыт для всех, кроме его любимого брата. У Союза всегда было желание быть старше своего брата, и в каком-то смысле он смог это сделать, особенно, после смерти отца. И сейчас Республика может с улыбкой и горечью вспоминать тот вечер, когда это произошло и кое-что другое, а именно их первый раз. Хоть тогда, после революции, республика был в некой депрессии, он не смог отказаться от настойчивости брата и желания заглушить боль алкоголем. Ласкать собственного старшего брата и потом заняться с ним этим, причем впервые. Да, Союз всегда был таким дерзким и мог идти на любые риски, только сперва обдумав все до малейших деталях. Да, это было восхитительно, хоть РСФСР был пьян, но он чуть ли не во всех подробностях помнил ту ночь. Все было так неумело, коммуняка был так не уверен в своих движениях, сам он был краснее своего флага в ту ночь. И Рус даже помнит, как ему надоели эти неуверенные движения со стороны своего маленького братика, что Рос просто опрокинул его на ковер и сам начал пользоваться малышом, делая все так, как будто это одна из тех прислуг, которая должна была ложиться раком только у Социалиста, по сравнению с этими шлюшками, голос и стоны были куда громче и слаще. А вспоминая утро, и то, как Союз был готов убить старшего, якобы он его отымел, хотя все не так задумывалась. От таких мыслей и воспоминаний хрустальные слезы стали отходить, а на их место ступили яркие, радостные, выразительные глаза и искренняя улыбка и некая грусть о прошлом. После Русский решил отбросить все мысли и налить себе вкусный чай, чтобы не думать о коммунисте. Немного времени прошло с того момента, как РСФСР начал свое заседание и пришел Союз. Открыв дверь коммунист сразу окликнул русского пьяным и не очень приятным голосом. И в голове у Роса, что-то перещелкнуло и теперь он не грустил, ведь он понял, что его затащили выпить, теперь республика был раздражен и даже не хотел видеть опьяневшую, усталую после работы морду. И пока РСФСР выпендривался и не реагировал на своего брата, сам СССР вошел на кухню и подошел к голубо-красному. 《А, ты чего не отвечаешь? 》— Спросил пьяный коммунист, еле выговаривая слова, и, не дождавшись ответа, начал лезть к славянину пытаясь лапать. 《А, тебе то что? Ты же бедненький, уставший ходил отдохнуть в баре.》— достаточно спокойно говорил Русский, убрав руки родственничка и с сарказмом выговаривая каждое слово обижаясь, но не показывая. 《Братик, я так по тебе соскучился.》— сладостно говорил Социалист, всматриваясь своими опьяневшими глазами в глаза и радужную оболочку своего старшего, и очень не довольного брата. 《Ты же хотел продолжить? 》— уточнил коммунист, надавливая русскому на самую больную для него тему, ведь СССР не силен над тем, что он менее развратен, похотлив и по возврату он младше, но его ласки это просто космос. То, как он оглаживал тело, шептал комплименты и развратные словечки на ушко, как он оглаживал чувствительные места и отсасывал, это всегда было больной темой для республики, ведь он не когда не отказывал братцу, а на оборот наслаждался каждым прикосновением. И сейчас русский отстраняется от брата, чтобы тот даже не мог на него дышать, опаляя его тело горячим дыханием. Такая реакция очень удивила Союза, поэтому подойдя второй раз, и, прижав старшего к столу, коммунист был более настойчив и, не став церемониться, начал грязно целовать славянина, сразу же спускаясь ниже к ширинке, быстро снимая штаны и боксеры, Социалист начал целовать половой орган святоруса, медленно облизывая весь столб, а потом уже СССР взял его в рот делая охуенный минет. Вся эта ситуация с одной стороны не нравилась РСФСР, а с другой он хотел, чтобы его брат продолжал ласки, ведь это был такой невыносимый кайф. Все же кроме СССР-а никто так хорошо не знал как любит Республика. И когда Советский почувствовал, что у брата встал, он перестал делать минет и приблизился к лицу брата, чтобы поцеловать, но место внезапного поцелуя Рос просто отодвинул лицо пьяного от себя, и пошел подальше от брата, а именно спать. Зайдя в свою комнату, Русский разделся и лег на кровать и, пока советская Раша ложилась на кровать, пришел и Союз тоже разделся, но не лег рядом, а навис над братом. 《Мог бы сказать и сразу бы пошли сюда~》— Сказал Союз своим охрипшим и самонадеянным и пошлым голосом, нависая над своей любимой республикой. 《Ложись спать, я ничего не хочу.》— грубо рявкнул Рос, нагло солгав своему любимому человеку в глаза, хотя этот любимый человек довел его до слез. 《Ты мне вреееешь~ ведь от тебя так пахнет утренней росой. Я твой запах из тысячи узнаю.》 《А я почему-то твой не чувствую из-за большого количества алкоголя, который перекрывает любой, даже самый приятный аромат.》— немного грустно сказал Рос, повернувшись и пожелав спокойной ночи