Покажите Ваши руки

      Парк казался пристанищем покоя, оплотом веры. Почему-то именно здесь, а не в стенах своей родной маленькой квартирки Ева чувствовала себя в своей тарелке. Может, потому что эта снежная мгла, застилавшая пеленой едва ли не весь обзор, закрывала её буквально от всего?       Девушка взглянула на свои пальцы — перед прогулкой совсем позабыла о перчатках, собравшись как попало. Шнейг обернулась, чтобы увидеть, как её следы через несколько мгновений уже исчезают, покрываясь новым слоем снега. Ей хотелось бы точно так же спрятаться, укрыться и никогда вновь не появляться. Плохое желание. Ева знала это. Слишком хорошо знала, чтобы не противиться. Шрамы под одеждой словно бы охватило фантомной болью. — Ева? — послышался оклик позади, и девушка стремительно обернулась.       Перед её взором предстал Евгений Юрьевич — в своём привычном пальто, скрывающий взгляд под шляпой, стиснувший пальцы, обтянутые кожаными перчатками. Мужчина однозначно был взволнован. Такая желанная и с тем несвоевременная встреча — Еву застали врасплох, девушка оказалась безоружна. — Женя, — вместо приветствия тихо сказала Шнейг, проглатывая вставший в горле ком.       Пожалуй, бежать некуда и незачем, не в этот раз. Стоило посмотреть в лицо своим проблемам и принять удар. Не храбро, не бесстрашно, а так, как получится. Но это было нужно. — Что ты здесь делаешь? — неловкое начало разговора было положено — Евгений решил пока обойтись нейтральной темой. — Гуляю, пока есть возможность, — предприняв попытку улыбнуться, ответила Ева. — А ты? — Тоже, — выпалил Женя и поморщился, а ещё через секунду выдохнул, облизнул губы — Ева посетовала про себя: не надо так делать на морозе — и исправился: — Видимо, сбежал. — От жены? — едва слышно поинтересовалась Шнейг, удивляясь, что вообще смогла озвучить свою мысль. — Как бы ни было смешно, — криво усмехнулся Женя.       Каждый из них задумался на пару минут о своём. Сложно было как-то поднимать тему, которую они обходили всё это время. А ведь с неё и следовало начать всё это безумие, ведь оба знали, к чему приведут их необдуманные поступки — вот к этому натянутому молчанию. — Как Новый год? — давая последнюю передышку, спросил Евгений, разглядывая Еву, но не глядя ей в глаза. — Как всегда, одиноко, — пожав плечами, поделилась девушка. Ей впервые было настолько плевать на Новый год. — Нам стоит обсудить это, — наконец отрезав пути к отступлению, озвучил главную мысль мужчина, улавливая взгляд Шнейг.       У Евы перехватило дыхание, в груди что-то болезненно сжалось. В чём бы она себя ни убеждала, ей действительно было страшно. Девушка была не готова, но быстро собралась и выдержала его взгляд, кивая.       Евгений хотел похвалить её за этот шаг — не сбежала, не отвернулась, сумела усмирить эмоции. Сильная девочка. После всего… Он, сам того особо не понимая, порывисто приблизился к Еве и заключил её в свои крепкие объятия. — Какая же ты умница, — горячо шепнул он ей в волосы, прижимая девушку к себе.       Это был удар. Сильный, неожиданный, обескураживающий. Ведь правильнее было бы держать дистанцию, хоть и ту крошечную, эти несчастные полметра! Но Ева была не вправе отказаться от этих объятий, от этой мимолётной близости, столь желанной и необходимой. — С самого начала всё было неправильно, — с трудом сдерживая срывы собственного голоса, шептала девушка, спрятав глаза в вороте мужского пальто. — Нам не следовало… Мы не должны были… — прыгая с мысли на мысль, тараторила Ева, потеряв самообладание. — Знаю, я знаю, — поглаживая её ладонью по голове, Евгений вплетал в свой голос ноты глубины и спокойствия — всё, чтобы помочь Шнейг пережить это. Всё, чтобы она смогла выдержать их разговор. — Не вини себя, Ева, — на этих словах Женя позволил своему голосу дрогнуть, лишь бы эта девочка поняла, как она стала важна для него, лишь бы услышала, что ему тоже больно. — Это был осознанный выбор, я перешёл черту. — Но из-за меня Вы сейчас здесь, — вернувшись к официальному тону, совершенно потерявшись в чувствах, упёрто заявила Шнейг, не желая отказываться от своей части вины. — Если бы не я… Если бы меня не было… — Нет. — Твёрдость в голосе Евгения была так отчётлива, что Ева позволила мужчине отстраниться и установить зрительный контакт. — Ты не из тех, кто может быть хладнокровным, — увещевал он, положив руки на девичью шею, поглаживая совсем немного её щёки большими пальцами. — Ева, ты чудесна, — искренне выдохнул Женя, открываясь перед ней так сильно, как это было для него возможно. — Ты невероятная девушка, и меня это так зацепило, что я не подумал. Не оценил риски. Не посмотрел на картину полностью. — Казалось бы, как такое возможно: делать комплименты и резать без ножа одновременно? Но ему это было по силам. Шнейг вглядывалась в его глаза, выискивая насмешку, издёвку, ложь, сокрытие правды — что-то, что могло бы дать её рациональной части проснуться. Но Евгений сейчас был так прямолинеен, что у девушки не оставалось и шанса. — Но я ни о чём не жалею, Ева, — чувственно прошептал мужчина. — Ни одна минута, проведённая с тобой, не является ошибкой. Я хотел быть с тобой и я был, — продолжая поток откровений, признавался Евгений, и Шнейг буквально гибла от такого напора. — Ни к чему рулады, громкие признания, красивые строки, я не такой, да и нам это не нужно. — Ева была абсолютно согласна — они оба были людьми, которым подобное просто ни к чему. Они видели чувства, улавливали эмоции — слова зачастую были лишними. — Всё было хорошо, но неправильно, — наконец найдя в себе силы на разговор, хрипло сказала Шнейг. Евгений, помедлив мгновение, согласно кивнул, глазами говоря: «Умница, девочка, ты поняла всё правильно, как и всегда». — Поэтому… — начала Ева, но сбилась. Вдохнула, прикрыла глаза и, распахнув их, сумела выговорить: — Нам лучше расстаться.       Ключевые слова были озвучены. То, что тянуло обоих на дно, наконец внесло ясность, схожую с режущим светом больничных ламп. Разумеется, от этих слов было больно. Разумеется, они оба этого не хотели. Разумеется, при всём этом они всё прекрасно понимали. Ева и Женя — люди, не привыкшие идти против правил. — Вот мы это и сказали, — слетело с губ Евгения после непродолжительного молчания.       С ответом Ева не нашлась. Да и был ли он нужен? Ведь им действительно не нужны слова. Просто такое… нужно было озвучить. Шнейг стиснула зубы — слёзы так и норовили сорваться с ресниц. Однако девушка кинула все силы на то, чтобы сохранить лицо. Её не бросали — они приняли это решение совместно и оба были согласны. Разумом.       Вот только человек живёт далеко не на одних инстинктах и рефлексах. Порой самообладание неподвластно даже преподавателю психологии с большим стажем. Поэтому в следующее мгновение оба, словно самолёты, лишившиеся орудий, ринулись друг к другу, сплетаясь в поцелуе. Послышался глухой стук.       Лишь через секунду Ева поняла, что это было не её сердце. Она отпрянула от мужчины и обернулась в поисках источника звука. В который раз за этот день грудная клетка сжалась — она увидела Сашу, обронившего коробку в подарочной обёртке. Видимо, такие ошибки мирозданием так просто не прощаются — глупо было надеяться, что они с Евгением просто тихо разойдутся в безмолвном парке. Стоило бы догадаться, что аллеи не были абсолютно пусты. Хотя додуматься, что здесь будет бывший парень Евы, было сверхзадачей. — Саша… — растерянно начала Шнейг, взгляд которой метался без особой цели — кажется, ей стало страшно. — Ясно, — так же глухо, как упала коробка, прозвучало из уст парня.       И здесь сердце Евы действительно замерло. Подарок выпал из его рук не потому, что Саша был изумлён — просто он одновременно держал телефон, на который, очевидно, запечатлел происходящее. Кажется, вторая смерть Евы Шнейг наступила в заснеженном парке при городском университете.