Покажите Ваши руки

      Ситуация казалась, пожалуй, комичной. Из тех, что можно вычитать на строках женского журнала или книги современной писательницы. Влюблённый парень, бывший, увидел объект своих чувств в объятиях другого. Да кого? Преподавателя!       Действительно, слишком картинно. И подарок, упавший в снег, тому доказательство. Но так оно было с Евой, и оттого она чувствовала боль в грудной клетке, желала укрыться, сбежать от всего и по-детски представить, что ничего подобного не случалось. Это всё не с ней.       Саша, наверное, был уже на стадии одержимости. Он следовал за Евой по пятам, невидимо, нервным призраком преследуя и накидывая кандалы, вылитые из жалости. Шнейг когда-то пыталась избавиться от настойчивости когда-то своего парня, но он был слово волны — накатывал со своими признаниями, а затем, чуть что почуяв, он давал заднюю, на время исчезая. И так раз за разом, но избавиться от петли этой одержимости, которой он горел, у Евы не получилось. — Молодой человек, надеюсь, Вы держите телефон просто так, — с нажимом проговорил Евгений, словно возвращая времени ход. — Просто чтобы снять, как женатый преподаватель сосётся со своей студенткой? — буквально выплёвывая яд, спросил Саша. В его глазах горели горечь, злость, злорадство и ненависть. От такого коктейля Еве стало лишь страшнее. — Не будьте ребёнком, — всё ещё оставаясь собранным и спокойным, вымолвил Евгений Юрьевич, взывая к разуму Саши. — А может, Вы ещё и малолеток любите, м? — Разум не отозвался. Парень был разъярён, голос прыгал с ноты на ноту и срывался. — Саш, перестань! — не выдержав, хрипло попросила Ева. — Чем я хуже? Что, недостаточно стар? Не преподаватель? Что во мне хуже него?! — кричал юноша, окончательно сорвавшись. И сейчас сердце Евы вновь уколола жалость. К нему. Это словно бесконечная манипуляция. — Это глупо, я не буду отвечать, — помахав головой из стороны в сторону, ответила Шнейг. Она чувствовала себя более уверенной, зная, что за спиной стоит Евгений. Не уходит. Не оставляет одну. Хотя ведь это теперь проблема и для него… Она вновь всё испортила. — Да и пошла ты, — наплевав на всё, выдохнул Саша и быстро ретировался, пнув напоследок коробку. — Жень, я не хотела… — страшась обернуться к мужчине, шепнула Ева, обескураженная происходящим. Казалось, всё это нереально. — Ты и не виновата, — успокаивающе проговорил Евгений, сверля взглядом спину Саши.       Евгений Юрьевич понимал, чем грозит происшедшее. И, пожалуй, больше переживал за девушку. Как она справится с этим? Внешне мужчина был спокоен — важно дать Еве хоть какую-то опору. Но, разумеется, на душе было неспокойно. Если парень выложит снятое куда-то, покажет, например, руководству университета, разразится знатный скандал…       Впрочем, так и случилось. Ева надеялась, что сможет спокойно это пережить — Саша угомонится, поймёт произошедшее и на трезвую голову примет решение удалить фото. Или видео?       Оказалось, видео. Да, Саша показал его всем, кому нужно, лично и выложил в Интернет. Когда Ева в ленте наткнулась на подобную запись, она забыла, как дышать. Пальцы заледенели, горло заболело от чувства, что нужно сглотнуть слюну, но девушка не могла этого сделать.       Тогда, в парке, они с Женей спокойно распрощались, мужчина даже сумел успокоить Еву, призвав её оставаться холодной — мужчина постарается разобраться. Вот только он не сумел полностью отбить удар. — Ты понимаешь, как себе жизнь испортила?! — кричала, раскрасневшись, заведующая декана. Сам декан смотрел на Еву крайне осуждающе, позволяя сквозить во взгляде искреннему разочарованию. — Так унизить гордость университета! Ты зачем здесь учишься? Чтобы шашни с преподавателями крутить?! Мы тебе зря шанс дали?       Криков и ругани было много. Шнейг выпала из реальности, порой пропуская многие слова мимо ушей. Ей хотелось лишь исчезнуть. Мысль пульсировала в мозгу. А как же мама, когда узнает? Что она скажет? Сколько горечи будет в её голосе? Ева всех подвела. Снова. — Значит так, девочка, — немного успокоившись, выносила вердикт Зинаида Михайловна. — Отчислена ты не будешь, светит выговор. Отработки, продлённая практика, жёсткий контроль со стороны пед. состава. Всё и сразу! И если ещё хоть одно нарушение… Вылетишь сию минуту, — закончив на зловеще тихой ноте, припечатала зав. декана и с чувством выполненного долга гордо удалилась из кабинета. — Вы уволены, — спокойно выдал ректор Евгению в лицо. — Без права восстановиться в нашем университете, но с отсутствием плохих рекомендаций. Письмо у Вас будет обычное, будут учтены достижения за этот долгий срок работы. Однако видеть я Вас не хочу, вещи собирайте прямо сейчас. Всего доброго, Евгений Юрьевич.       Мужчина принял удар достойно — ему ещё требовалось разобраться с женой. Он зашёл в свою аудиторию, методично собрал вещи в портфель, оглядел пустой кабинет и вышел в холл, забирая своё пальто. Вот и всё. Стоит потом узнать, как там Ева, но сейчас у них нет на это времени.       Шнейг с мутным взглядом вышла из кабинета декана, мягко прикрыла дверь и застыла — на неё смотрели. Проходящие мимо студенты, преподаватели, уборщица… Все. Все глазели на Еву. И ни у кого из присутствующих взгляд не был добрым. Осуждение, словно осязаемое, давило со всех сторон, не давая нормально дышать.       Девушка быстро прошмыгнула мимо толпы — после каникул здания университета были заполнены учащимися — и рванула вниз. Резкими, неправильными движениями нацепила верхнюю одежду и выбежала на улицу. Растрёпанная, с незастёгнутой курткой, потерянная, она не знала, что делать, куда деться от этого вездесущего чувства страха.       Едва дойдя до дома, Ева кинула сумку на пол, смахнула с себя верхнюю одежду и взвыла, выливая свои чувства стенам холодной квартиры. Она рыдала, не зная куда себя деть, металась по комнатам, пыталась успокоиться, и всё повторялось. — Нам нужно поговорить, — придя к себе и поставив портфель на тумбочку, сказал Евгений, глядя на мешанину эмоций, что выдавал взгляд Леры.       Почти не было громких скандалов — женщина лишь несколько раз повысила голос за время беседы. Хотя она имела право на более длительные крики в данной ситуации. Её рука всё же поднялась и хлестнула Евгения по лицу. Голова мужчины мотнулась в сторону, но он лишь шумно выдохнул и кивнул — заслужил.       Эта ночь прошла в выяснениях отношений для Евгения и в истерике для Евы.