Попытка помощи

      «Это моя тренировка. Мне нужно завершить её успешно, чтобы мы выжили», — к своему стыду, Ацуши на работе не мог думать ни о чём, кроме этого дополнительного задания. Возникло желание поделиться им с Кёкой, узнать, есть ли у неё какие-то догадки, да и просто немного пожаловаться. Она, как подруга, была ему самой близкой, но при обычных «нормальных» разговорах была, можно сказать, равнодушной. Тогда Ацуши подумал, что самую удовлетворяющую реакцию получит от Танидзаки — почти такую же, как у него самого; неверие, лёгкий страх и предчувствие большой работы.       «Мне нужно записать, что надо узнать», — осенило Накаджиму, и он схватил ручку. Так сразу и не воспроизвести в голове: вроде, мысли о чём-то общем и близком крутятся, но в слова не облечь. Во-первых, что именно произошло прошлой ночью; во-вторых, причину, по которой их с Дазаем хотят убить — если так подумать, агентов часто хотят убить, но почему только Ацуши и Дазая? Они даже не напарники, а Накаджима не лучший ум агентства. Очень странно. Так, в-третьих, собрать доказательства. В-четвёртых, естественно, не умереть и не дать бомбе взорваться. Узнать, кто «главный мозг», кто сообщница, насколько тяжелы их преступления, и… В общем-то, это всё.       — Привет, Ацуши, — раздался дружелюбный голос позади, и застал парня врасплох. В мгновение ока список задач был смят и сунут в карман бридж, под слегка смеющимся взглядом Танидзаки, — Всемирный заговор?       — Да нет, просто небольшое дополнительное задание от Дазай-сана. На логику, — стал бормотать Ацуши, отказавшись от идеи рассказывать Танидзаки о произошедшем. То, что о происшествии будет известно тем, кто о нём не знал, только всё усложнит и запутает самого Накаджиму. Вместо того, чтобы по несколько раз пересказывать эту историю, ему лучше обдумывать и расследовать её. Ну и, может, с Кёкой посоветоваться, раз она присутствовала при событии. А ещё Дазай-сан говорил что-то о консультации! Но пойти к нему прямо сейчас, когда ещё ничего и не сделано? Вот уж нет! Накаджима обратится к нему только при сильных затруднениях, не раньше.       — Правда? А где сам Дазай? Он отдал тебе задание и ушёл? — поинтересовался Танидзаки. Ацуши покачал головой.       — Думаю, он скоро придёт. Куникида-сан ведь тоже ещё не появился, — заметил Накаджима. Они — Ацуши, Кёка и Джуничиро — обычно приходили первыми. Ацуши боялся опоздать, поэтому приходил заранее, а соседка вместе с ним. Танидзаки ехал сначала провожать Наоми в школу, на метро, и ему приходилось выходить рано, чтобы не опоздать из-за внезапной задержки транспорта. Остальные члены их «основной команды» либо сидели в своём медпункте (и непонятно, когда доктор Йосано туда приходила, вовремя или много позже), либо были достаточно состоятельны, чтобы добраться на такси, либо настолько безалаберны, что график их не волновал.       — Он будет с минуты на минуту, — произнёс Танидзаки, взглянув на часы. И резко опустил свои руки на стол Ацуши, с громким хлопком ладоней о столешницу. Парень с непониманием и настороженностью посмотрел на друга.       — Отнеси, пожалуйста, кое-что доктору Йосано, — попросил Танидзаки.       — Вы с ней поругались? — первое, что пришло Ацуши на ум.       — Нет, но поругаемся, если я сейчас к ней пойду. Наоми одолжила у Йосано-сан юбку, и обещала вернуть сегодня утром. Но Наоми ещё в школе, поэтому не может её отнести! Помоги, Ацуши, — взмолился Танидзаки и ещё раз оглянулся на дверь, словно боясь, что Йосано их подслушает. Танидзаки казалось, что только слепой и глухой не знает о его напряжённых и взрывоопасных отношениях с этой женщиной. Ацуши в данной ситуации был слепым.       — Хорошо, — он, так или иначе, решил согласиться. Ему и от доктора Йосано надо кое-что узнать, но из-за вчерашних тире сегодняшних событий это из головы вылетело.       С некоторым смущением Ацуши взял пакет с юбкой. Поискал глазами Кёку, которая пропала куда-то, и раздражённо вздохнул, когда Танидзаки подтолкнул его в спину. Под его колющим позвоночник взглядом пришлось покинуть офис и направиться в медпункт.       «И всё-таки, может, Дазай немного сумасшедший? Учитывая его выходки и всё такое», — тишина коридора подтолкнула Ацуши залезть глубже в свою голову. В свои вчерашние прерванные размышления, — «А даже если и не сумасшедший, то мог он придумать всю эту игру с расследованием?», — Накаджима с грустью подметил, что мог. Странно, что его это расстроило, радоваться же надо — никто не умрёт и вообще все в безопасности, если это просто спектакль. «Нет, не стал бы. На это Дазай не тратил бы своё время и старания, он слишком ленив во всех вещах, кроме расследований. То есть, однажды я видел, как он ел суп лёжа! Лё-жа! И когда облился, лежал ещё полчаса в глубокой хандре, но ничего не делал», — на этом месте мысли о Дазае, которые могли привести к чему-то более интересному, если бы пошли по другому пути, оборвались. Перед Накаджимой распахнулась дверь медпункта, и в дверном проёме стояла весьма недовольная женщина в мятой одежде, но с идеальной причёской. Также известная как «Йосано-сан».       Увидев слегка испуганного её бешеным взглядом Ацуши, она выдохнула и улыбнулась. Накаджиме, на самом деле, стало только страшнее.       — Доброе утро. Вы злы на кого-то? — спросил Ацуши, не подумав. Он бы предпочёл не спрашивать, но вопрос уже сорвался с языка.       — Зла? Определённо, я очень зла, из-за того, что пришлось ночевать на работе, — фыркнула девушка, отодвигаясь от дверного проёма. Как только Ацуши вошёл, дверь она тут же захлопнула.       — Я принёс вашу юбку. Которую вы одолжили Наоми-сан, — сказал Ацуши с ненужной паузой и дал Акико пакет. Та, снова улыбнувшись, рассеянно положила вещь на койку для пациентов. — Вы сильно заняты?.. — с неприятной догадкой поинтересовался парень.       — Представляешь, в этом даже некого обвинить. Сама обо всём не волновалась, пока волна документации не захлестнула. Но если хочешь попить со мной чай, я не против, — доктор повела себя неожиданно приветливо. Она, должно быть, много часов здесь сидела, и ей хотелось бы отдохнуть и поговорить с кем-то. Ну кто же виноват, что этим «кем-то» оказался Ацуши?       И отказать он не смог.       Уже держа в руках кружку не очень крепкого чая, Накаджима затронул тему, из-за которой и пришёл (помимо просьбы Танидзаки): — А у вас же есть наши медицинские карты или личные дела?       Йосано подняла брови и поменяла позу, сев более по-деловому.       — Конечно, даже ваши полуголые фотографии с медосмотра есть. И расчёт оптимальных нагрузок, которым никто не пользуется, хотя на это было потрачено очень много моего времени, тоже есть, — сказала она с лёгким пренебрежением. Ацуши расхотелось дальше спрашивать, но он сделал ещё глоток чая и снова собрался с духом.       — Тогда там есть и моё? Вы ведь туда вложили все записи? Можете дать его мне?       — Помедленней, дай хоть на один вопрос ответить, мы же отдыхаем, — спокойно осадили его с небольшой усталостью. Ацуши смущённо отвёл взгляд, ведь он даже не начинал работать, а уже отдыхает. — Все данные у тебя в личном деле, но оно на другом этаже в картотеке. Здесь просто нет места, чтобы хранить это, — Йосано имела ввиду свой… кабинет. — Зачем тебе?       — Ну, я хотел посмотреть, что вы записали. В конце концов, я был предметом исследования, а не участником, — пробурчал Ацуши, — Мы так много всего не узнали. Можно ли лечить таким способом не только открытые раны? Например, ожоги, синяки, просто небольшие кожные раздражения.       — Понятия не имею. Мы не проводили таких экспериментов. Ты же не забыл, что всё, что я сделала — взяла твои анализы? Клетки крови и слюны выглядели странно, поэтому я взяла их и смешала с кровью Дазая, сначала слюну, а потом кровь.       — …Как вообще таким способом вы смогли что-то выяснить? — спросил Ацуши. Это вообще не то, что он думал о данном исследовании. По крайней мере, регенерацией тут и не пахнет.       Словно не заметив того, что Накаджима сказал, доктор Йосано продолжила говорить, отпив немного своего чая: — Некоторые клетки в крови Дазая были мёртвыми, и я разлила её по двум разным пробиркам. После добавления твоих странных клеток слюны/крови в его кровь, клетки стали восстанавливаться и — пам-пам-пам! — «ожили». Предположение доказано.       — Но из этого нельзя узнать, будет ли затягиваться хотя бы порез, да? — уточнил Ацуши.       — Точно — нельзя. Можно предположить. Да и у меня пока нет времени на эти эксперименты, Ацуши, — она ему спокойно отказала ещё до того, как предложение было озвучено. И вдруг резко посмотрела прямо в глаза, — Ты не натворил ничего по незнанию? Я же сказала тогда, что это просто мутация, которая «лечит» клетки крови.       — Н-нет, ничего не делал, — соврал Ацуши, и его голос пошёл вверх. Он судорожно надеялся, что Акико ни о чём не догадалась. — А-а почему вы взяли именно кровь Дазая? — быстро спросил он.       — Другая бы свернулась. Хотя с тем, чтобы разливать по пробиркам, я сглупила. Для смешивания со слюной можно было и другую взять, — она скрестила руки на груди и покачала головой. — Тебе так хочется читать всё, чего ты не понимаешь?       — Если вы про моё личное дело, то да, я хотел бы…       — Ну идём, тогда уж, — доктор Йосано его перебила. Она встала со стула и подошла к двери, ведущей в коридор. Ацуши, спустя секунду, подорвался следом.       Должно быть, такой общительной девушке, как доктор Йосано, очень тяжело подолгу сидеть в одиночестве в медпункте. Раз она даже Ацуши предложила выпить чаю — Накаджима недавно догадался, что она считает его, как бы сказать помягче… слегка тупым. Она ему, правда, тоже огромной симпатии не внушает, особенно после этой информации. А ещё, у Накаджимы до сих пор нет доступа в картотеку, хотя есть у всех остальных, и он надеется, что это из-за забывчивости его коллег. Надо бы спросить, есть ли этот ключ у Кёки.       Акико открыла дверь, погружённая в свои мысли, и ни слова не сказала. Ацуши оставалось только последовать за ней, но не к стеллажам с папками расследований, а к белому шкафу у боковой стены. Девушка открыла его и перебрала несколько папок. Посмотрела на другой полке, перейдя с категории «Б» на категорию «З», а не найдя и там, с сомнением перешла к «С». Для Ацуши эти таинственные обозначения остались загадкой.       — Твоего дела здесь нет, — постановила Йосано. Ацуши нахмурился, — Кто-то стащил. И, может, оно потом потерялось. Ах да, ещё оно может быть в кабинете у директора. Но идти ради этого к директору как-то очень мелочно, не правда ли?       Ацуши пришлось кивнуть. Доктор хлопнула по его плечу и вывела из картотеки. Им очень не повезло, ведь на выходе они наткнулись на Куникиду. Вернее, не повезло Накаджиме, а Йосано, шурхнув юбкой, ушла к себе.       Парню в итоге досталось немного психологического насилия, и его сопроводили к рабочему месту. Какой же стыд пришлось испытать!       — И надо было выводить его с утра пораньше, — Кёка вздохнула. Ацуши даже понять не успел, как она появилась рядом. Это, конечно, замечательно, что подруга становится общительнее и говорит о своих претензиях, но Накаджиме кажется, что она потихоньку становится и вреднее. — Куникида-сан не разрешает есть не во время обеденного перерыва, когда зол.       — Нда, — Ацуши издал разочарованный звук. Он тоже вспомнил, что из-за инцидента они не смогли позавтракать.       Вооружённое детективное агентство не является очень известной фирмой. Скорее, чем-то вроде легенды, очень идеализированной и слегка жуткой. Недавний случай, когда они помогли поймать Достоевского, был скрыт, как и любая связь ВДА с правительством. На данный момент они могут рассчитывать только на государственные заказы — а их получать всегда не очень хочется. Они довольно трудные, долгие и опасные.       В такое пост-инцедентное время в сильной занятости можно «обвинить» двух-трёх человек, и обычно это Рампо и Куникида. Хотя, сколько Ацуши тут работает, а после каждого происшествия следует другое, и из раза в раз всё хуже и хуже, как какое-то проклятье.       — Странно, что Куникида-сан ещё ни разу не сказал «Где Дазай?», — заметил Ацуши, протирая глаза от беспрерывного сидения за компьютером. Ему и самому было интересно, куда подевался наставник. Обычно они проводят много времени вместе. «Лентяи!», — пронеслось эхо голоса Куникиды в голове.       — Дазая позвали помогать в пещере, — туманно сказал Танидзаки, — И Куникида-сан об этом знает.       — Помогать? В каком смысле?       — Ну, знаешь, чего в этих пещерах только не происходит… — Джуничиро неловко рассмеялся. Ацуши поджал губы — ну не может Танидзаки нормально объяснить?! — Убирать всякие вещи… Куски ткани, улики.       Накаджима осознал и ему захотелось стукнуть себя по лбу. Вопросов, правда, появилось ещё больше, но Танидзаки пытался взглядом ему внушить, чтобы больше ничего не спрашивал. У него, кажется, развилась паранойя. Ацуши хихикнул и вернулся разумом к экрану своего монитора. Поехал только Дазай? У него такие хорошие отношения с правительством? Хотя, разумеется, ведь именно Осаму всё-таки нашёл Достоевского.       Это потому, что они похожи? Быть может. Ну, в интеллектуальном смысле, естественно. У Осаму нет комплекса бога, в отличие от этого преступника.       В обычных, ничем не примечательных раздумьях и заботах, день Ацуши пролетел. А в его кармане изрядно помялся лист со списком задач. С Дазаем они больше так и не увиделись (а Куникида сегодня был непривычно нервным, и Ацуши кажется, что отсутствие напарника на нём плохо сказывается).       Только он услышал внятную фразу Куникиды о том, что можно идти по домам, хотел вскочить и вплотную заняться дополнительным заданием. Но его остановил голос Кёки и пришедшая из-за него в голову мысль.       — Ты готова идти? — спросил Ацуши воодушевлённо. Кёка покивала, и собрав сумки, они пошли к выходу. Накаджима был довольно дёрганным от нетерпения, но Изуми этого не замечала. Она, кажется, ждала пока он заговорит.       — Вчера вечером твоя наблюдательность помогла нам, — Ацуши попытался начать издалека.       — Нет.       Накаджима растерял все свои мысли. Этот ответ огорошил его, но Кёка сказала «нет» без малейшего сомнения.       — Почему ты так считаешь? — поинтересовался Ацуши.       — В итоге Дазай-сан отпустил её. Мы ничего не узнали, переждали бессонную ночь и нам обоим навредили. Ну подслушала бы она Дазая, и что? Если бы она его и атаковала, он бы выкрутился. Так что из-за того, что я вмешалась, стало хуже, чем могло быть.       — Я знаю это чувство, — вздохнул Ацуши, — Но ты правда помогла! — Кёка скептически на него посмотрела. — Во-первых, хоть мы и подумали, что она хотела навредить Дазай-сану, она могла попытаться убить кого-то из нас, и застигла бы врасплох. А во-вторых… — Накаджима отчаянно пытался вспомнить, что именно он хотел спросить у Кёки, пока говорил, — …так мы бы не узнали, что против нас готовится преступление.       Ацуши немного слукавил, но решил сохранять, более-менее, тайну своего расследования.       — Дазай поручил мне расследовать ночное происшествие. Он считает, что эта девушка хочет нас — меня и Дазая — убить.       — Тебя и Дазая много кто хочет убить, — философски ответила подруга, — В этом проблема тех, кто не скрывает свой внешний вид во время работы. За меня, например, обычно бьётся Снежный Демон, поэтому до сих пор у меня не появилось серьёзных недоброжелателей. Кроме правительства, разумеется.       — Кёка, ну я же серьёзно сейчас! — возмутился Ацуши, — Это очень важно. Дазай-сан сказал мне самому это расследовать. И я хотел поговорить с тобой, потому что нашла и привела её именно ты. И, знаешь, мы могли бы пройтись по местам происшествия… Чтобы восстановить события. И, может, понять что-то новое.       — Мы сделаем это, когда придём, — задумалась Кёка, — Я буду рассказывать, что произошло в каком месте, пока мы будем идти там. Ещё, я бы советовала тебе посмотреть на всё, когда стемнеет. На всякий случай, чтобы понять обстановку.       — Спасибо.       Кёка уже помогла ему советом. Глядя на неё, он ещё больше наполняется целеустремлённостью.       — А что ты хочешь выяснить? — внезапно спросила Изуми. До дома оставалась примерно половина пути. — Там, в общежитии.       — Я… — сказал Ацуши, просто чтобы что-то сказать, — Хочу найти какие-нибудь улики, и просто освежить всё в памяти.       — Но что ты будешь делать потом?       Ацуши отвёл взгляд. Да, он понятия не имеет, как начинать расследование (он не уверен, он просто не уверен), а в этом деле… Стоп! В этом деле у него есть фотография, с которой он пойдёт в полицию! Это большой такой козырь.       — Не волнуйся, у меня есть план! — уверенно ответил Ацуши. Он толкнул дверь в здание, и агенты оказались внутри общежития.       Кёка сделала несколько шагов по коридору, прежде чем указать на батарею и начать говорить: — Я встретила её здесь, — Кёка пошла назад, к началу лестницы, и остановилась у её основания, — Она обернулась и увидела меня, пока между нами была достаточная дистанция. И она могла убежать. Причём, судя по её выражению лица, убежать она хотела. Но она встала и поприветствовала меня, тогда я подошла. Она так и не двинулась с места, — Ацуши сел возле батареи и стал её осматривать. Ничего — ни случайно оставленного следа от косметики, ни волоска. — Я показала удостоверение, и она стала говорить о том, что хотела повидаться с другом. Я изучала информацию о Дазай-сане, по… работе. И была более чем уверена, что эта девушка не была его другом. Когда я призвала Снежного Демона, она была сильно шокирована, но опять не сопротивлялась и не убегала.        — Хочешь сказать, у тебя сложилось впечатление, что мы должны были её поймать и это часть чьего-то плана? — поинтересовался Ацуши.       –…Да, наверное. Да, — Кёка почесала подбородок пальцем, — Здесь я больше не могу ничего сказать. Пойдём дальше?       — Подожди немного, хорошо? — Накаджима рванул к почтовым ящикам, для быстрого осмотра. Они не запирали свои ящики — потому что для них не было ключей. Так что Ацуши беспрепятственно открыл ящик Дазая. Кёка следила за его движениями, но кто знает, о чём она думала сейчас.       Ничего Ацуши, собственно, не нашёл. Обычный пыльный ящик для писем.       — Тогда хоть свою почту заберём, — разочаровался парень и открыл шкафчик, привязанный к их квартире. Неожиданно, что там лежал не счёт за воду и электричество, а красный конверт. В теории, с письмом.       — Не думаю, что государство стало бы посылать счета в таких конвертах, — подметила Кёка. Ацуши на месте вскрыл его.       Его руки распаковали маленькое, простое и понятное послание, с напечатанным текстом: «Умри, ничтожество».        Кёка раздумывала пару секунд, сказать ли «Кажется, это тебе», или Ацуши поймёт это не совсем правильно и получится оскорбление.       — Я точно могу сказать, что оно лежит здесь с утра. В круглых отверстиях ящика было видно что-то красное, — сообщила Изуми вместо этого.       — Тогда ладно. Тогда всё объяснимо, — заборомотал Ацуши, мысля вслух, — Единственное, что не понятно, это куда моё личное дело пропало, а всё остальное… нет, подождите, ещё кое-что я не могу понять. Ты сказала, что она не сопротивлялась. Но ещё ты сказала, что вы слышали стоны через батарею. Когда я был в нашей квартире, стонов уже не было, и всё равно ты появилась позже меня. Почему всё заняло так много времени?       — Давай я тебе это дома расскажу, — нашлась Кёка.