Странный новенький

– Ладно, слушай… Во-первых, меня наказывали в детстве за чрезмерное поглощение еды. Во-вторых, кучу раз жратва, которая мне не слишком нравилась оказывалась у меня на голове. Ну и в-третьих, у нас не было денег на нормальные продукты. Мать выдумывала поесть буквально из говна и палок. Поэтому я привык просто жить наполовину голодным. Со мной ничего не случится, Дайен, правда… Я просто так живу и всё. – Мне очень жаль, Крис. Я думала, что у нас родители ненормальные, но эти твои истории… Это просто ужасно! Я не знаю как, но очень рада, что ты стал таким светлым человеком, несмотря на весь кошмар в твоей жизни. – Это заслуга бабушки… - более грустно ответил он, сжимая свои штаны в руке. – Ты очень её любил, да? – Дайен, я не хочу об этом говорить, прости… – Я понимаю. Но если захочешь… Ты же знаешь, что я всегда с тобой.       Кейдж взглянул на печальный вид девушки. К его глазам подступали слёзы, что он всеми силами сдерживал. – Ты очень похожа на неё… Такая же заботливая, с тихим голосом и нежным взглядом. Слушая твои советы, я будто слышу бабулю. Наверное поэтому я и доверился тебе так быстро… – Я вызываю у тебя такие тёплые чувства? Это немного неожиданно… – Ты даже не представляешь насколько. - сжал её ладонь Крис. – А твоя весенняя хандра… она тоже связана с детскими историями? – Не совсем… Это тоже про бабушку. Хотя, скорее про мать. – Прости, я знаю, что ты не хочешь ворошить в себе такое… – Кое-кто учил меня, что так может стать легче. - улыбнулся он. – Только если ты правда готов.       Кейдж задумчиво пробежал глазами по пространству кухни. Сказать, что ему было тяжко - ничего не сказать. Руку девочки своего сердца он не отпускал. Потупив взгляд в стену, юноша выдохнул и начал самую неприятную для себя тему. – Это было не так давно. Мы жили в Круке все вместе… Как ты помнишь, отношения с матерью у меня были более натянутые, чем сейчас. Мы всеми силами избегали друг друга дома. Но нам пришлось начать общаться из-за бабушки. У неё обнаружили рак… И нашли его слишком поздно. Мы с мамой делали всё возможное чтобы продлить жизнь бабули. Но от этого ехала крыша… Мать начала срываться на меня, естественно. «Ты должен в школе сидеть, а не по работам бегать!», «Из твоих подработок толку никакого! Только станешь неучем тупоголовым с ничтожной жизнью!»… Общее настроение ты поняла. Бабушка пыталась мирить нас. К весне она уже едва передвигалась, с трудом узнавала нас всех… Кроме Марка. Он был всегда с ней, так что бабушка знала, что это её внук. Она помнила, что у неё есть дети и внуки, знала наши имена и какие мы… Но не всегда понимала, что перед ней Крис или Ада. Мать не выдерживала этого… Она начала много пить опять. Не забила на бабулю, но вечерами мы постоянно скандалили. В апреле у мамы день рождения… Она напилась практически с самого утра и начала агрессировать на меня. Бабуля смогла подняться и влезть в этот конфликт. Она умоляла прекратить, но нас обоих уже накрыло с головой. Мать сорвалась на неё… Наговорила какого-то ужаса, за что я в первый и последний раз дал ей пощёчину. Это было слишком для меня… Такой светлый человек, как бабушка не заслуживал подобного отношения к себе. После того дня бабуле стало хуже. Её моральное состояние пробило дно… И это добивало её физически. Через несколько дней она позвала меня. Сказала… - голос парня задрожал, видно было как трясутся сухожилия на его шее, а глаза едва сдерживали слёзы. - Сказала чтобы я никогда не забывал какой я на самом деле. Каким бы тяжёлым не был мой путь - оставаться именно тем добрым мальчиком, которым я всегда был. Просила не злиться на маму и.., не закрываться в себе. Сказала, что знает, что в моей жизни обязательно появится человек, который разглядит истинную суть моей души и будет освещать мне дорогу. В ту же ночь она умерла…       Кейдж заплакал. Солёные реки вытекали из его пустых от боли глаз, сбивая дыхание. Он закинул голову к верху в попытке прекратить эту истерику, но ничего не выходило.       Дайен было так больно от этого рассказа, словно это произошло с ней. Девушка привстала с места и крепко обняла брюнета. – Я обещал ей, Дайен… Обещал, что выполню эти просьбы. Но я не смог… Я не остался хорошим человеком, не смог простить их, и я выстроил целый лабиринт стен в себе! Я ненавижу себя за это…       Эти реплики выходили вибрациям из уст парня. Сама сильная истерика, которую видела Старс… Пусть без криков и размахивания руками, но с таким отчаянием. – Это не так, Крис! Ты самый добрый из всех, кого я знаю. И может ты и не простил маму… Но ты делаешь всё для неё. Ты любишь свою семью, а именно этого и хотела твоя бабушка. И ты смог открыться… Крис, который вошёл в кабинет 1-ого сентября был не таким, как тот, что сейчас передо мной. Она бы гордилась тобой…       Дайен взялась за лицо друга и стала вытирать его слёзы. Она и сама уже плакала из-за состояния любимого человека. – Боюсь, так думаешь только ты, Принцесса… – Нет… Иви ведь тоже говорила тебе, что ты очень хороший. Эрик приходит к тебе за советами и поддержкой явно не потому что ты ужасный человек. Да, чёрт, даже Ник восхищается тобой! – Хах… Твой брат восхищается только собой, Дайен. – Крис, он успокаивал тебя от нервного срыва не так давно. Постоянно говорит какой ты крутой мужик, радуется, что ты такой милый со мной… Николас может и строит из себя «крутого парня», но он, как и ты очень даже душевный. – Знаешь… Не думаю, что это мои заслуги. - слегка улыбнулся парень, всматриваясь в глаза Ди. – А чьи ещё? – Твои, конечно. Человека, который увидел мою душу и стал путеводной звездой.       Они молча смотрели друг на друга после этих слов Кейджа. Девушка легонько поглаживала его щеку пальцем и не знала, что отвечать. Ей было безумно приятно это слышать, но и так неспокойно от того, что сердце разрывалось из-за чувств к нему. Крис видел в ней ту, кто открыл ему мир, кто пролил свет на самые светлые стороны его самого… Он доверял ей как никому. Не стало бы её признание ударом для парня? Не решил бы он, что она полюбила его из жалости? Как бы они справились с такой информацией? И были бы вообще «они»..?