Странный новенький

– Шон может и не был похож на Криса, но… Твой папа был, Дайен. - подняла глаза на дочь женщина.       Голубые глаза распахнулись шире, передавая полное непонимание услышанного. – Что это должно значить, мама? – Шон, который вырастил вас обоих - отец только для Николаса. Ты не его дочь, милая… – Что?! Как это? Я ведь младший ребёнок, это не имеет смысла. – Это очень длинная история… Но ты должна знать её, пожалуй. – Да уж, определённо должна! Я всю жизнь звала отцом этого мудилу, а теперь ты говоришь мне это?! – Дайен, я знаю, что он не самый лучший человек, но… - недоговорила дама. – Не самый лучший?! Да он просто ужасный! Я терпела все эти унижения, приказы и побои от того, кто даже не имеет никакого отношения ко мне! - вскипела блондинка, нервно размахивая руками. – Он вырастил вас обоих, дал крышу над головой, образование, одежду и еду, Дайен. Да, характер у Шона не такой приятный, но хорошее он тоже делал. – Я не хочу ничего слушать. Ты знаешь как он относился ко мне всегда! И теперь я понимаю почему… – И всё же, как так вышло, что младшая дочь от другого отца? Очевидно, что это не просто история об измене, иначе ни вы, ни Ник не были бы так отягощены. - вклинился Крис. – Да… Пожалуй, нужно начать с небольшой предистории. Когда я была беременна Ником, его отец Шон был очень рад. Мы были вашими ровесниками, считай. Не имели ни денег, ни поддержки родителей, но очень любили друг друга. Это была совершенно глупая и нелепая любовь… – Как ты вообще могла влюбится в него? Он же изверг! - негодовала Дайен. – Он не был таким тогда… Ну, или мне так казалось. В то время никто особо не понимал что такое здоровые отношения. Шон был простым парнем, без напыщенности, весёлым и активным. С ним было интересно, и я влюбилась. – На одной харизме далеко не уедешь, ма. Даже я это понимаю… - подметил Николас. – И я рада, что вы это понимаете. В любом случае, история не об этом. После рождения Ника Шон ушёл в запой. Он не просыхал все две недели, что я провела в роддоме с осложнениями после родов. – Я даже не удивлена… - злобно процедила девушка. – За мной ухаживал молодой медбрат. Как за пациенткой, конечно, но он был совершенно другой… Такой добрый, заботливый. Приносил что-то вкусное и полезное от себя, развлекал Никки, когда я была не в состоянии. Вернувшись домой с сыном, я застала Шона пьяным, хоть и очень счастливым. Но в ту же ночь увидела его истинного… Ребёнок плакал, а он кричал, злился и приказывал его заткнуть. Я надеялась, что это не будет повторяться, но ошибалась. Я выдержала так месяц, а потом сбежала. Мне было некуда идти, но был номер того медбрата. Он сказал перед выпиской, что я могу обратится к нему за любой помощью. И он принял нас у себя… Я видела как он искренне переживает за меня и моего сына, как заботится о нас… – И ты влюбилась в это отношение к себе… - с пониманием добавила Ди. – Да. И сейчас я вижу такое же отношение Криса к тебе, милая. И очень рада, что ты выбрала такого юношу. - улыбнулась им женщина перед продолжением рассказа. - Его звали Себастьян. Он никогда не позволял себе приставать ко мне или хотя бы намекать на это. Но из его рта постоянно вырывалось «люблю тебя»… И в итоге я сказала ему тоже самое. Спустя время он сделал мне предложение, и мы тихо расписались. А через несколько недель я узнала, что беременна снова. Себ был так счастлив, что наша семья пополнится ещё одним ребёнком. Он и так окружал нас с Ником заботой, но с этими новостями вообще не сводил с меня глаз… Невероятно красивых голубых глаз. - сдерживала слёзы женщина. – Но куда он делся? Почему ты вернулась к Шону? - с недоверием спросила дочь. – Он… Мы прожили душа в душу ещё почти 4 года после твоего рождения. Он был самым прекрасным отцом, которого я видела в своей жизни для вас обоих. И самым лучшим мужем для меня. Незадолго до твоего третьего дня рождения у Себастьяна обнаружили лейкемию… – Рак крови? Мой отец умер? - глаза Ди тоже наливались слезами. – Да… Он оставил мне эту квартиру, моё кольцо, и такую же лучезарную голубоглазую кучерявую блондинку, как он сам. Ну и фамилию, что вы носите… – Старс это фамилия моего папы? Но почему тогда она и у Николаса? – Когда я узнала о беременности тобой, то решила, что все в нашей семье должны носить одну фамилию. Я переделала документы Никки. – Но как так вышло, что вы вернулись к Шону? И почему не ушли от него до сих пор? - опечалено спросил брюнет. – После похорон Себастьяна я была разбита. Но у меня было двое детей, которых нужно кормить и заботиться. Я нуждалась в помощи, в человеке, который бы зарабатывал деньги, пока я сижу с малышами. И я пошла к Шону. Он всё ещё любил меня, хоть и очень обижался. Ну и сына тоже любил… Я сказала, что сделаю всё что угодно, лишь бы он был отцом для детей. И это было ужасно глупо… Я переписала квартиру полностью на него. Когда Шон увидел нашу с Себом дочь… Он не мог смотреть на Дайен. Ты не видел отца Ника, Крис, но как ты можешь понять - Дайен вообще не похожа на меня, а на него уж тем более. У Шона тоже карие глаза и тёмные волосы, а ещё загорелая кожа. Маленькая голубоглазая блондинка совсем не походила на его дочку. Он принял меня с детьми, но не смог полюбить Дайен из-за ненависти к моему покойному мужу. Я знала, что он не будет хорошим папой для них, но выбора не было… И сейчас я очень жалею, что не смогла вырваться из этой клетки. С каждым годом Шон становится только более невыносимым! Но у меня не такая высокая зарплата, а детям скоро придётся поступать в университет. Да и идти нам некуда… Эта квартира была моей единственной недвижимостью, но я отдала её Шону. – Я хотел поговорить с вами об этом… - тон Кейджа стал заметно серьёзнее.       Дайен и Ник устремили вопросительные взгляды на парня, как и мать семейства. Крис выпустил девушку из своих рук, где она находилась всё это время и сложил ладони в замок на столе с уверенным видом. Его зелёные глаза поднялись на миссис Старс, брови немного опустились, а голос стал чуть громче и безэмоциональнее.