Глава 10. Вареничная пятница
26 июня 2013 г., 16:44
Когда Летти спустилась к завтраку, в салимановой лаборатории снова царил идеальный порядок, наведенный силами ни в чем не повинных учеников. Сам кудесник накладывал заклинания на новую дверь, и Летти, только взглянув на его хмурую физиономию, поспешно юркнула в кухню, чтобы помочь миссис Бейкер. В коридоре раздался топот, и к ним робко протиснулся комод.
– Ох, и зверь! – воскликнула ко всему привыкшая кухарка, – чем же его можно угостить?
– На знаю, надо спросить Бена, – Летти на минутку забыла, что муж пока еще не в курсе появления у них нового члена семьи, и что нужно еще как-то попросить у него денег за Шастика. Надо было набраться смелости и пойти к нему, но смелость все не набиралась и не набиралась.
После завтрака Летти вполне успешно удавалось прятаться от Бена еще с полчаса, и она уже планировала придерживаться этой тактики до самого вечера, но грозный кудесник поймал ее на коротком отрезке между ванной и садом. Наверняка караулил.
– Летти, нам нужно поговорить. – Начало не предвещало ничего хорошего.
Летти была искренне убеждена, что никакой необходимости в разговорах в данный момент нет, и только уже собралась придумать какое-нибудь важное дело, которое требует ее немедленного присутствия в кухне, гостиной, спальне, кладовой, ванной, второй ванной, в саду, на улице, в Маркет-Чиппинге, в Верхней Норландии... как в дверь постучали.
Салиман, раздраженный вмешательством, распахнул ее и без всякой доброжелательности уставился на торговца мебелью. Маленький человечек стал еще меньше ростом и, судя по всему, не сбежал только потому, что ноги его от страха приросли к земле.
– Прошу прощения, если я не вовремя, господин придворный маг. Я ни в коем случае не хотел отнимать ваше драгоценное время, – проблеял он.
– Входите, раз пришли.
– Нет-нет, – похоже, бедняга не мог сделать ни шагу ни назад, ни вперед. – Я только принес ручку от комода. Наверное, он обронил ее, когда шел к вашему дому, и она прибежала обратно ко мне, – он протянул маленького латунного кобольда. – Это все, зачем я пришел, клянусь вам. Вы не подумайте, что я стану торопить вас с оплатой.
– Ах, да, оплата, – невозмутимо заметил Салиман. – Сколько я вам должен?
Услышав ответ, Летти задрожала от страха.
– Но, право, не стоит торопиться, – продолжал торговец.
– Зачем же тянуть, – зловеще отозвался Бен, достал из под мантии кошель и, не моргнув глазом, отсчитал огромную сумму.
– Осмелюсь поинтересоваться, довольна ли супруга вашим выбором, господин?
– Можете в этом не сомневаться, – Салиман улыбнулся еще более зловеще, каким бы невозможным это ни казалось. – Она словно сама выбирала.
Торговец, кланяясь, отступал на дрожащих ногах. Летти тоже стала бесшумно пятиться к лестнице, подавая знаки комоду, сунувшемуся в прихожую, замереть и не двигаться, но тут Салиман закрыл дверь и оглянулся на них. При виде выражения его лица у комода от страха чуть не подломились ножки, и он, топоча как слон, бросился на второй этаж, чтобы спрятаться в безопасной спальне хозяйки. Летти побежала за ним. В спешке он не вписался в дверь, но проем успел ловко изогнуться, пропуская деревянного собрата, и тот влетел в комнату, забился в дальний угол и замер там, притворившись мебелью.
Летти мебелью притворяться не умела и в страхе хотела уже прятаться в шкаф, но тут грозный кудесник возник перед ней, и надежда на спасение увяла на корню.
– Прекрати вести себя как ребенок, – приказал он. – Объясни мне, что ты устроила вчера?
– Ничего я не устраивала!
– Я оставил тебя всего на несколько часов, и что тут творится! Ты без разрешения ушла из дома, еще и в гномы знают каком виде.
Летти промолчала. Не будешь же его поправлять, что это был вполне приличный вид... только не ее.
– Сегодня я все утро был вынужден отвечать на вопросы, почему я с таким мечтательным видом смотрел на облака, или куда это я бежал сломя голову в Королевском переулке. Кроме того, мне сообщили, что я вел на веревочке шкаф, тумбочку или диван – в этом пункте показания расходятся. Что это было?
– Комод, – пискнула Летти.
– Хвала небесам, – обрадовался Бен, – А то я уже заволновался. Потом ты устроила в доме панику.
– Мы все испугались за тебя!
– Все уже привыкли, и никто не испугался. Это они при виде твоего ужаса на пустом месте с ума посходили.
– Ничего себе, на пустом, – возмутилась Летти. – Ты исчез!
– Я не исчезал. Я всегда предупреждаю, прежде чем исчезнуть. А вчера просто... эээ, ушел по делам, так сказать. Ты должна была спокойно подождать моего возвращения. Но нет, ты позвала Хаула и позволила ему разнести полдома.
– Мы с Хаулом спасали тебя! – Летти обиделась.
– Как ты еще в зеркало не полезла, просто диву даюсь. И это всего за несколько часов... И, насколько я могу судить, ты применила только два из известных тебе заклинаний. Применила блестяще, конечно, но не об этом речь. А если мне понадобится уехать на несколько дней? Я начинаю опасаться за судьбу Ингарии.
Летти надоело выслушивать нотации. В детстве в такие моменты она всегда старалась отвлечь внимание отца или Фанни, но как можно сбить с пути всегда такого спокойного и сосредоточенного Бена, она не знала. Хотя... Гениальная мысль осенила ее.
Заведя руки за спину, она расстегнула верхние застежки платья и начала медленно стягивать его вниз. Если бы она раздевалась у себя в комнате, то задрала бы юбки и сняла платье через голову. Но в данной ситуации целью было не просто раздеться, а отвлечь мужа от воспитательных лекций, а для этого вышеописанный метод показался Летти недостаточно соблазнительным.
Платье спустилось, перекосилось, натянулось и плотно прижало одну ее руку к телу. Она еще немного подергалась и, оказавшись полностью связанной платьем, только беспомощно посмотрела на Бена.
– Моей репутации нанесен значительный урон, по дому скачет дикий комод... – произносил в этот момент Бен, но замолчал на полуслове.
Вид Летти, запутавшейся в собственном платье, почти так же, как в их первый вечер после свадьбы, не мог оставить кудесника Салимана равнодушным, и он посмеиваясь принялся высвобождать ее из плена, а Летти с радостью убедилась, что отвлечь внимание мужа ничего не стоит.
***
– Ты больше не сердишься? – спросила Летти через некоторое время, лежа в постели – Я и не сердился, – Салиман подтянул ее к себе поближе. – Ничего себе не сердился! Мы с Шастиком до полусмерти перепугались, когда ты за нами гнался! Вдруг глаза Летти испуганно округлились. – Ой, – пискнула она и стала сползать с подушки вниз, уходя под одеяло с головой. – Он нас видел... – Кто? – Бен пытался сдержать смех, чтобы не обидеть жену, но ему это плохо удавалось. – Комод, – Летти смущенно заелозила под одеялом у него под боком. – Вне всякого сомненья, – безжалостно подтвердил Салиман. – А еще гардероб, секретер и трюмо. – Они не считаются, а Шастик все понимает, хоть и не говорит. – Снять заклинание подвижной жизни, да и все дела, – предложил Бен. Лети вынырнула из под одеяла. – Ты что! Ведь он же тогда... умрет, – закончила она шепотом, чтобы комод не услышал и не испугался. – Ладно, пусть бегает, – Салиман довольно вздохнул. – Но я все равно сейчас со стыда сгорю, – Летти снова залезла под одеяло с головой. – Не переживай, счастье мое, – серьезно ответил Бен. – Без специального заклинания он разговаривать не сможет, а без его откровений никто никогда не догадается, чем мы занимаемся. Вместо ожидаемой активизации смущенного ёрзанья Летти вдруг замерла. Из всего сказанного она услышала только фразу «Без специального заклинания он разговаривать не сможет». Край одеяла приподнялся, и из под него высунулась радостная физиономия: – Так значит, есть специальное заклинание? – уточнила она. – Нет! – отрезал Салиман и натянул на нее одеяло, чтобы угомонилась. – А если я буду очень-очень послушной женой? – Летти принялась заползать на него сверху. Она решила досконально изучить этот метод воздействия на мужа. Бен не ответил. Наверняка потому, что сразу согласился на это предложение. Хотя, не исключено, что причиной молчаливого согласия послужил леттин локоть, упершийся ему точно в солнечное сплетение и несколько затруднивший как участие в разговоре, так и дыхание вообще. Летти восприняла его молчание в свою пользу и с энтузиазмом продолжила опираться на него локтями и толкаться острыми коленками. И без сомнения успех ей был бы обеспечен как минимум по одной из двух причин: или Салимана удовлетворило бы послушание жены, или он просто не вынес бы пыток. Но в этот день обрести речь Шастику было не суждено. – Грязные гномы! – завопил Бен довольно неприличное ругательство. – Я опоздал к королю. Он вскочил и кинулся одеваться. Летти тоже вскочила. – Прости, прости, я же не знала, не сердись! – она стала натягивать платье задом наперед. – Ты-то тут причем, это я виноват, – он вытряхнул ее из платья. – Сильно опоздал? – Ничего, – Салиман попытался успокоить Летти. – Вряд ли кто-то осмеливался опоздать на аудиенцию к королю на... – он посмотрел на часы, – на сорок минут. Это будет для него новый полезный опыт. – Я пойду с тобой, – заявила она. – Объясню ему, что ты не виноват. Расскажу всё. – Что расскажешь? То, о чем может поведать твой комод? – Салиман усмехнулся. – Если понадобится, – Летти гордо вскинула подбородок. – Расскажу даже это! – Надеюсь, Хаул уже там и все объяснил... Летти видела, что муж волнуется. И волновался он не напрасно. Король вот уже минут десять отчитывал их по полной программе, в том числе и за то, что Хаул... тоже не пришел. Летти готова была уже рассказать королю и о Шастике, и о ее приёме по отвлечению внимания, но Салиман бросил на нее свой коронный взгляд, наподобие тех, которыми удостаивалась миссис Ферфакс, и он очень даже подействовал. – Ваше величество, – раздался бесплотный, но очень громкий голос. – К вам придворный маг чародей Хаул Пендрагон с супругой и учеником. Двери открылись, и в них вошли Хаул с Майклом, которые несли довольно большой сундук. За сундуком шагала Софи. А Кальцифер влетел сам без всякого представления – огненные демоны выше любых человеческих церемоний. Сундук показался Летти смутно знакомым. Старый, грязный... «А на вот этих бронзовых скобах, которыми он окован, наверняка очень неудобно сидеть», – размышляла Летти про себя и в этот момент поняла, где она его видела. Это был тот самый сундук, на котором она сидела в кладовке у Софи, когда та плакала горючими слезами. Одна тайна оказалась разгадана. Осталось только понять, с чего это король расцвел и сделал такое движение, словно собирается вскочить и бежать навстречу вошедшим, чтобы обнять сундук или Хаула. Или, может, даже Софи, чего делать при Хауле уж совсем не следовало. К слову, Софи выглядела чудесно в роскошном платье из персиковой тафты. Каблучки ее звонко цокали, а в ушах плясали сережки. Летти поняла, что битва между Хаулом и гардеробом сестры закончилась полной победой Хаула, чего и следовало ожидать. Король тем временем взял себя в руки и остался сидеть, ожидая, когда делегация приблизится к трону. И только когда Хаул опустил сундук на пол, сдержанно поднялся и, подойдя, приоткрыл крышку, чтобы удостовериться в наличии в нем ожидаемого содержимого. Содержимое явно было в наличии, поскольку на этом сдержанность короля закончилась. Он обнял Хаула за плечи и просиял улыбкой. – Пендрагон, – начал он торжественно. – Я знал! Я знал, что на вас можно положиться! Нашли, значит, – и он еще разок заглянул в сундук. – Вы можете рассчитывать на самое серьезное вознаграждение. – Подождите, ваше величество, – почти перебил его Хаул. – Не торопитесь. Вряд ли у вас возникнет желание меня вознаграждать, когда вы кое-что узнаете. – А в чем дело? – заинтересовался король. – Эээ... дело в том, – Хаул принялся сосредоточенно поправлять кружева на манжетах. – Что это я его украл. Король опешил. – Как? Но зачем!? – Он не был здесь в безопасности, как мы и говорили, и я решил, что лучше я украду его сам, пока этого не сделал кто-то другой. – Так, значит, вы только делали вид, что работаете над защитой, и все эти заклинания... – король обвел рукой зал. – Ничего подобного! – оскорбился Хаул. – Ваше поручение обеспечить безопасность Защитника я выполнил в точности: все необходимые заклинания были установлены самым тщательным образом, а Защитник находился в безопасности в ходячем замке. А поручения НЕ похищать щит самому мне никто не давал. Кальцифер, который успел обследовать тронный зал на предмет чего-нибудь вкусного и попробовать на зубок великолепную портьеру, подлетел поближе к Хаулу. Увидев его, король как всегда смягчился. То, что у него на службе состоял настоящий огненный демон, было предметом смертельной зависти всех окрестных королей. Правда, не совсем на службе и не совсем у него... но им об этом знать было не обязательно. – Ну что ж, Пендрагон, не скажу, что ваши методы меня полностью устраивают, но результаты превосходны. Скажите только, как все-таки вам удалось проникнуть в замок? – Боюсь... – Хаул и правда выглядел слегка напуганным, – Я не стану этого говорить. – Это почему же? – лицо короля стало жестким. – Вдруг мне понадобится еще что-нибудь у вас украсть, – Хаул снова заинтересовался манжетами. Такой наглости король никак не ожидал. Он поднялся и угрожающе посмотрел на Хаула. Софи сделала шаг вперед, встала рядом с Хаулом и угрожающе посмотрела на короля. Посторонний человек не заметил бы ничего особенного, но Летти не была посторонним человеком... Когда они с Мартой в детстве после очередных проказ видели у Софи вот такой взгляд, то делали только одно – бежали и прятались. Король знал Софи не достаточно хорошо и поэтому не догадался сделать ни того, ни другого. Летти даже искренне забеспокоилась о его жизни и здоровье. Но тут он явил присутствующим воистину королевскую мудрость – он рассмеялся. – Надеюсь, вы понимаете, что я теперь никогда не рискну отпустить вас со службы, господин придворный маг, – заявил король так, словно победа осталась за ним. А Хаул, который явно надеялся, что обнародование такого коварства и беспринципности достаточным образом очернит его имя, только горестно вздохнул. – Салиман, – обратился король ко второму магу. – Так, значит, вы поймали воров, хотя они еще не успели ничего украсть, и к ним не вело вообще никаких следов? – Да, работа была не из легких, – не стал скромничать кудесник. – Зайдите ко мне завтра. Думаю, стоит уделить самое пристальное внимание возможности вот таких превентивных мер борьбы с преступностью, – потребовал король и засиял не меньше, чем при виде загадочного сундука.***
Несмотря на успех, все покинули королевский дворец с облегчением. Софи схватила Хаула под руку и потащила его домой. – Куда вы так спешите, – удивилась Летти. – Сегодня же Вареничная Пятница, – сказала Софи. – К нам Марта должна прийти. – Давайте все к нам, – радушно предложил Салиман. – Что мы, не поместимся что ли? Вареничная пятница (последняя пятница сентября) была древним ингарийским праздником, в который положено было готовить только вареники, есть их обязательно со всеми домочадцами за одним столом и говорить друг другу правду. Тех, кто этого не делал, по поверью ждала смерть. С тех пор, как чародей Хаул Пендрагон перебрался в Кингсберри, в сельском хозяйстве Ингарии воцарился полный Хаос. Так что к празднику фермеры сняли очередной урожай клубники и жимолости, которым в сентябре сниматься было ну никак не положено. А при слове "персики" на некоторых из них нападала нервная дрожь. Вилхерд и Дхелверд были отряжены Салиманом в помощь миссис Бейкер и полдня раскатывали тесто и лепили вареники со всевозможными ягодами и творогом. Народу собралось столько, что даже за столом в гостиной было бы тесновато. Но для двух магов это проблемы не представляло. Они взялись за углы стола, стоя к нему спиной, словно собирались перенести его в две стороны одновременно, и сделали по паре шагов – стол послушно растянулся. От вида такого ужаса Шастик мелко задрожал. – Не бойся, маленький, – Летти погладила его по боку, а Буся запрыгнула на него и успокаивающе замурчала. Когда они успели стать лучшими друзьями, Летти не знала, но похоже было, что эти двое испытывают друг к другу самые теплые чувства. А Бусе кроме всего прочего еще и очень нравилось царственно перемещаться по дому, сидя на шагающем комоде. Летти постелила белую вышитую скатерть, стол уставили блюдами дымящихся вареников, на которых таяли кусочки сливочного масла, и мисочками со сметаной, и все уселись празднично поесть. Уставшие, но радостные и ужасно голодные. – Хаул, – спросила Летти, после того, как съела четыре вареника, – Так ты похитил Защитника один и никто-никто не знал об этом? – Похитил-то один, – с улыбкой ответил Хаул. – Даже меня с собой не взял, – протрещал из камина Кальцифер. – Сказал, чтобы я там не... светился. – Но пришлось рассказать Софи, где я был ночью, – Хаул взглянул на жену. – Пока меня собственные пауки не съели в собственном доме. – И ты скрывала!? Не сказала даже родной сестре, – Летти хотела уже начать обижаться. Софи потупилась. – Я пообещала Хаулу молчать. – Ты бы обязательно рассказала Салиману, а он еще чего доброго королю. Твой муж отвратительно честный человек, – Хаул проглотил еще один вареник. – А мне и не нужно было рассказывать, – невозмутимо ответил Салиман. – Я и сам догадывался. – Да? И в чем я прокололся? – заинтересовался Хаул. – Ты не слишком волновался и расстраивался из-за похищения, что при твоей крайней степени ответственности показалось мне очень странным. Если бы Хаул в этот момент жевал, то праздничный ужин мог бы закончиться трагически. – При моей... чего? – такого оскорбления он не ожидал. – При твоей ответственности, – безжалостно усмехнулся Салиман. – Это клевета! – решительно заявил Хаул, а Софи многозначительно подняла взгляд к потолку. – Ты избегаешь давать обещания... – Да, да, увиливает, – подтвердила Софи. – Так вот, ты не даешь обещаний именно потому, что крайне ответственно подходишь к их выполнению. Хаул сосредоточенно ел вареники, делая вид, что ничего не слышит. А Салиман продолжал: – Люди часто не делают то, что обещали, а ты, Хаул, делаешь то, чего и не обещал вовсе. Когда я пропал на болотах в прошлом году, ты начал искать меня еще до приказа короля, и я этого не забыл. – Боюсь, после проклятия ты как-то неправильно собрался – в голове что-то перепуталось, – Хаул не собирался сдаваться. Миссис Бейкер решила прийти ему на помощь и, метнувшись на кухню, вынесла огромную тарелку горячих вареников. – А вот и клубничные, берите, пока не остыли, – обращалась она вроде бы ко всем, но смотрела только на Хаула и, не спрашивая, положила вареников в его тарелку. Софи ничего не сказала, но Летти поняла, что сестре это не понравилось. Она только пододвинулась к Хаулу поближе, чтобы все видели, чей он собственно муж, и добавила ему еще сметаны. Летти опустила голову, пряча улыбку – Софи и в детстве не любила делиться игрушками. Хаул подцепил на вилку вареник с клубникой, обмакнул его в сметану с двух сторон и отправил в рот. – И мне вареничек! – потребовал Кальцифер. Миссис Бейкер с опаской подала демону вареник на ложке, и тот взял его крохотными синими огненными ручками. Марта с Майклом в разговоре не участвовали. Они пододвинули блюдо с вишневыми поближе к своему краю стола и молча приканчивали его, поглядывая только друг на друга. Причем Майкл, который сроду левшой не был, ел почему-то левой рукой, а правая была где-то внизу. У Марты же, сидевшей от него как раз справа, опущена была левая. Летти догадалась, что под столом они держатся за руки, и вздохнула – ей тоже ужасно захотелось тайком держаться за руки с Беном, но было нельзя – её муж все-таки серьезный человек, придворный маг, хозяин дома. Приходилось вести себя прилично. – Я не поняла, а что там получилось со стражниками? – спросила Софи. – Да, с ними неудобно вышло, – тут Хаул не смущался. – Я их просто закрыл. – Элегантное решение, – одобрил Салиман. – Они меня не видели, им ничего не угрожало – просто посидели бы взаперти часок другой. Они каждый день в этой каморке так проводили. – Бедные! – всплеснула руками миссис Бейкер. – Но они развели панику и стали готовиться к смерти. Парни натерпелись, конечно. А ведь я устроил все это в том числе и для того, чтобы освободить их от бессмысленных мучительных дежурств. – Я разговаривал с Дагдой Бреноном. Кто-то из них сталкивался с этим заклинанием, только крайне халтурно исполненным. Человек пропал... – Куда-то забросило бедолагу, – задумчиво протянул Хаул. – Давно? – Только не говори, что не подумал, как бы его вытащить, – засмеялся Бен. Хаул проигнорировал эту провокацию. Буся спрыгнула с Шастика и подошла к Летти попросить чего-нибудь вкусного. Летти искоса бросила взгляд на Бена, который, наконец, оставил в покое Хаула и вплотную занялся своими любимыми варениками с творогом, и постаралась как можно незаметнее поставить блюдце со сметаной под стол. Но незаметно при всех залезть под стол не удалось. И когда миссис Салиман вдруг с головой скрылась где-то под скатертью, Вилхерд и Дхелверд засмеялись. – Что такое? – строго спросил кудесник. Шастик героически решил отвлечь внимание на себя и принялся прыгать по гостиной как бешеный слон, чтобы дать подруге время подкрепиться. – Извини, Хаул, – Салиман, пытался взглядом усмирить комод. – У нас тут сумасшедший дом. – Ничего страшного, – Хаул спокойно продолжал есть. – У нас примерно то же самое, только еще пауки и гномы шмыгают из угла в угол, из-за них мы и опоздали сегодня. На мгновенье воцарилась тишина, и все вытаращили глаза. – Летти, они настоящие! – выпалила Софи, не выдержав. – Ага, прикормили стервецов, – подтвердил Хаул. Все посмотрели на сияющую Софи. А потом загалдели и заверещали. Миссис Бейкер всплеснула руками и запричитала что-то радостное, Майкл с Мартой как всегда переглянулись, ученики Салимана чуть не взвились от восторга – ведь настоящих живых гномов никто не видел уже лет двести. А Летти почувствовала, как кудесник Салиман под столом взял ее за руку.***
Солнце опускалось за крыши королевского замка. Еще по-летнему теплый вечер разливался по улицам Кингсберри ароматами яблок, цветов и... персиков. Но на улицах почти никого не было – все сидели дома и ели вареники. Вареничная Пятница – это вам ни хухры-мухры, это серьезно. Но если бы некто – возможно, как раз тот самый некто, который так и не появился возле беседки миссис Ферфакс, когда кудесник Салиман разговаривал в ней с Летти, – так вот, если бы тот самый или какой-нибудь другой некто в этот вечер прогуливался по улице Мелких горшков и заглядывал в окна, то он непременно увидел бы, что на подоконнике дочки часовщика рыжей Ноэлин-Мэдж стоит огромный букет ирисов.Конец.
