21 глава
17 января 2020 г., 02:12
Старичок был странным, хотя, как этот замшелый пенек можно назвать стариком – я даже не представлял, несмотря на то, что выглядел от лет так на шестьдесят. Для среднего обывателя России. Но для меня количество прожитых им лет просто в голову не укладывалось! Ну, хорошо, сто, двести... Даже восемьсот Мрисовых я понимал. А вот такое древнее дерьмо мамонта, как Олег, или же этот Юврис – было для меня чем-то запредельным. Причем, этот гуманоид даже к богам никоим образом не относился. Да и от человека его, если честно, трудно было отличить. Ну, разве что если знать, что это точно представитель чужой расы. А так, слегка нависшие надбровные дуги, широковатое межбровное расстояние, отсутствие губ, как таковых. То есть, кожа лица просто заканчивалась щелью рта, ну и еще странные, практически невероятного цвета зеленой яшмы глаза с огромной радужкой, почти скрывающей белок, и едва видимым зрачком. Даже кожа того же цвета, что у людей, даже зубы и те схожие.
– Андрей! – рявкнул на меня Лёва, заставив очнуться. – Снова в облаках витаешь? Эннэшше, видимо, этой ночью постарались.
– Не сыпь мне соль на рану, – поморщился я, понимая, что пока не найдем общего знаменателя с этим полицаем, то своих я из кокона не достану. – Ладно, что мы тут имеем? – а имели мы чудо восемнадцати тысяч лет от роду, сидящее напротив, и резво лакающее элитный виски, при этом совершенно не пьянеющее. Да уж, да уж, если что-то здесь и одряхлело, то явно не печень. – Лёва, ты это наблюдаешь?
– Так же как и ты, – Лев создал себе такое же удобное кресло, куда и умостил свой зад. – Шедевральная поделка, притом, практически идентичная оригиналу. Я, на всякий случай, приготовлю кокон.
– Да. Идея хорошая, – я сам кинул стазисный кокон на пол, предварительно потеснив свои наработки. – Дедуль, вот скажи, ты в курсе, что ты не совсем биологическое создание? Что ты скорее уж... биороид... только какой-то странный. С полностью заблокированной системой регенерации?
– В курсе, – кивнул тот, а после пояснил: – ваш бог скинул мне данные языка, на котором вы разговариваете, а так же весь перечень жестов и мимики, так что ваши переглядывания и перешептывания для меня не секрет. Все действительно плохо?
– Плохо ли... – я задумался. – Не гуд. Совсем не гуд. Но есть из чего лепить и что штопать. Разве что... – я поморщился, осознав, что, сколько бы энергии не пытался в него вбухать, тело жрало, как чертово жерло, и не пополнялось ни на гран. – Лев?..
– Да что Лев, что Лев? – буркнул мой лекарь. – Такое ощущение, что прежде чем собрать это тело, каждый орган подержали в кислоте, а его самого потом, на крокодил подсадили и, излечив, подштопав, нарастив кожу и поставив заплатки мышц – отправили сюда! Да у нас бомжи менее покоцанные! Слышь, дядя, ты случайно в радиоактивных зонах не работал? На кроке не сидел?
– Лёва! Отхлынь от мужика! Ему восемнадцать тысяч лет стукнуло! У нас Олежка по сравнению с ним – ребенок!..
– Так этот ребенок, еще ого-го! Его тебе в пример ставить можно по качеству жизни и здоровью! Ты на это посмотри! На это! – ткнул он пальцем в давно уже окосевшего от нашей беседы Ювриса.
– Лёва, во взрослых дяденек тыкать пальчиком нехорошо! – несильно долбанул я по руке зарвавшегося лекаря. – А то будет тебе а-та-та!
– Вот не хами, Север, не хами! И вообще! – он отобрал мой стакан, на что я не сильно обиделся, создав себе новый. – Ты пробовал его лечить? – я кивнул. – И я тоже. Конструкты и модификации на нем просто не держатся. Полностью энергетически закрытый объект.
– Ладно. Тогда давай попробуем иначе. Как говорят... Война – херня, главное, что, Лева?
– Маневры, – ответил тот, рассмеявшись.
– Вот. Маневрами мы сейчас и займемся. Юврис, смотри, какая ситуация складывается, – напрямую обратился я к нему. – Твое тело исчерпало свой лимит жизни. Но вот твоя искра – вполне себе цела. И не повреждена. Полную замену я произвести не могу по некоторым причинам, озвученным мне Вэррианом, и которые я сейчас понимаю, хотя это был бы лучший вариант, но кое-что для тебя сделать можно. Я тебя просто скопирую, а после в копию тела, созданного по аналогам твоего мира, вмещу твою душу. Правда, мозг у тебя тоже будет синтетический, ты уж прости. Но работать с ним научишься. Заодно в твой наново созданный организм, мы поместим систему регенерации, построенную на собственных конструктах, и она будет работать независимо от тебя. Потому что, видишь ли... – я неловко пожал плечами. – Ты из тех существ, которые полностью отвергают работу с энергиями мира. То есть, у тебя к ним иммунитет. Отсюда я могу сделать вывод, что у вас в мире как таковой, свободной энергии нет. То есть, операторы энергетическими потоками у вас там не рождаются.
– И значит, если я попаду в свой мир, то ваша система отключится? – я поблагодарил всех богов за то, что ум старика был все так же свеж и резв.
– Да. Именно. Наша система конструктов может отключиться. Именно поэтому я и не делаю тебе тело полностью энергетическое. Только копировать хочу. Но даже с отключенной системой регенерации, твое тело сможет просуществовать столько же, сколько и это. Притом мы используем свои материалы и соединения, которые будут на порядок эффективнее тех, что стоят у тебя.
– Дрюх, а закачать ему некоторое количество энергии в пространственный карман...
– Не, высосет сразу же. Я в мозг Юрку не лазил, конечно, но уверен, что среда в том мире очень агрессивна к энергии извне. Куда-то ее забирает... Скажи, Юврис, у вас был такой период, когда внезапно множество ваших особей стали умирать без причины?
– Был. Но мы с этим справились. Как сказали наши ученые, произошел энергетический коллапс. Но они нашли решение, и начали воспитывать новые поколения независимыми от энергии мира.
– Да вряд ли коллапс, – хмыкнул я. – Скорее всего, вы энергией с кем-то расплатились, и только потом поняли, что без нее вашему миру не выжить. Это как у нас контракт с демонами подписывают. Душу отдают в залог, не зная, что она часть их естественного жизненного процесса.
– Ну, вот давай, еще и байки свои приплети, – буркнул Лев.
– Лёва, ну какие байки-то? Я о реальном говорю! Низшие, что на своем месте, не могут пользоваться общим котлом душ, вот и выманивают их у людей. А люди и не понимают, что без внутренней искры им и не прожить. И остаются думающие оболочки, которые так и не осознают, что отдали. Короче, эта метафизика сейчас не в тему. Главное, как и каким образом, полностью реплицировать тело Ювриса, сделав его активным, и не испортить тех связей, что есть.
– Да, в этом ты прав, – согласился Лев, после чего поставил стакан на стол, и подошел к капсуле. – Давай так. Ты занимаешься репликацией, а я сразу правлю.
– Только смотри, все нити содействия тела и души должны быть верными, иначе мы получим мертвую биороидную массу.
– Да ты продолжаешь хамить, по ходу, парниша, – весело отозвался Лев. – Я, и не создам?!
– Ты, ты. Структура действительно очень сложная. А воспользоваться более простой... – я задумался, понимая, что и этот вариант надо озвучить. – В общем, если не получится так, то сделаем иначе. Проблем нет. Но ты, Юврис, не сможешь больше жить на своей планете. И даже приближаться к тем, кто одной с тобой крови – будет опасно.
– Почему?
– Хм... – я задумался, залпом выпив алкоголь, после чего снова налил. – Я пытался поправить структуру твоего тела. Трижды. Ты всосал лимит энергии богов, которого бы хватило для создания одного биороида из акронов. А я уже создавал подобное существо, и знаю количество энергии, нужной для его роста. Но нет. При этом ты даже не изменился. То есть, тебя можно поместить в энергетическую капсулу, заполненную силой богов, но это все равно уйдет в никуда. Думаю, ты до сих пор связан некой пуповиной со своим миром, и тот через тебя сосет энергию. Даже думаю, что знаю название этой пуповины. Твоя база. А я, как ты понимаешь, совсем не хочу отдавать непонятному мне существу, который жрет эту энергию как не в себя, все свои запасы. У меня их мало. Вот это мне Вэр и говорил. Вы попали всей своей планетой, или сколько у вас в там, в энергетическую воронку, где исчезает все, что на вас было потрачено.
– Если ты прав, и база является этаким «пылесосом», то почему вы, энергетически созданные, до сих пор живы? Я уже не спрашиваю про Адарон и его сущностей.
– А, да это все просто, – я отмахнулся даже. – Мы все – законченные личности, закапсулированные сами в себе. Что мы, что ментаморфы... Так что вы, энергетические вампиры, нас выпить не сможете. Но вот биологическую особь, с открытой энергетической структурой – вполне... – и задумался. – Или ты не знаешь, для чего постоянно ходишь в коконе своей брони?..
– Нам сказали, что это для защиты...
– Да. Для защиты. Но не вашей, а тех, кого вы патрулируете. Иначе бы все, в чьи миры вы прибывали бы, вокруг вас дохли. Так что, те, кто вас послал, ограждали не вас, а ваши зоны от вас. Кстати, тебе я с этим помогу. Перестрою линии тела так, чтобы ты не откачивал энергию из миров. То есть, ни тебя выкачать не смогут, ни ты. И конструкты магические, которые встрою в тебя, никто оприходовать не сможет. Они просто отключатся, когда ты будешь у себя, и включатся, когда уйдешь в новый патруль.
– Но зачем так сложно?..
– Юрик, – я вздохнул. – Вот представь, что у тебя еще восемнадцать тысяч лет впереди. А именно это я и делаю. И что, ты никогда не пожелаешь навестить свой мир?
– Еще столько же... – Юврис задумался. – Да, думаю, мне нужно будет навестить свою планету, чтобы забрать то, что мне причитается. Но после я хочу быть свободным. Жаль, мой корабль не поднять... – он взглянул на меня, – но, думаю, моих знаний хватит, чтобы оплатить билет на вашем?
– Да не вопрос, – согласился я. Мужик крайне полезный и опытный, именно как космический путешественник. Так что таких нам надо, и побольше.
– Но помимо этого у меня есть еще кое-что, чем я могу оплатить и ваше лечение, и...
– Так, пока вообще молчи. Я еще не знаю, как и что получится, – рыкнул я на него. – Лёва, ну как там идет?
– Пока нормально, – кивнул Лев. – Отклонений не вижу.
– Ну и отлично, – согласился я, снова откинувшись на спинку стула, смакуя виски, и реплицируя орган за органом, ткань за тканью. – Слушай, Юврис, а расскажи свою историю? Ну, пока мы здесь сидим и нихрена не делаем.
– Так ты же...
– Я же, – согласился с ним. – Но это не сложно. Больше там Лёва работает, а не я. А мне вот, хочется послушать. Например, почему вы, полицаи миров, не знали, что Ваарру, мою планету, хотят разобрать на запчасти, притом, что на ней обитают разумные. И допустили войну, которая должна была уничтожить этот мир, и многие другие, в этой, карантинной зоне. Почему отсюда таскали не только ископаемые, но и рабов? А вы, полицаи галактики, даже пальцем не шевельнули, чтобы это исправить? Как так?
Ох, неловко стало дяденьке. Очень неловко. Глазки забегали, ручки начали теребить подлокотники, весь сам он даже как-то съежился, но не ответить не мог.
– Когда нас сюда послали, то мы занялись проблемой более серьезной, – осторожно произнес он. – Не вмешивались в войну, так как не миротворцы. И да, мы могли упустить тех, кто вывозит биологический материал. Эндрюс, здесь был ад, – вздохнул Юврис. – Все против всех. И мы, видя то, что происходит, вынуждены были защищать этот мир, ну, или миры защищать от того, что здесь. А на зов не откликался никто. Ни единая группа не сорвалась с места, чтобы залечить ран этой части пространства. И, в какой-то момент, мы остались в полном одиночестве, без связи, и без права покинуть этот мир.
– А ты знаешь, почему на эту часть пространства, внезапно кинулись все? Просто интересно.
– Знаю, – вздохнул Юрвис. – В данной части галактики большое количество карзания, топлива, на котором строят свои двигатели корабли близлежащих рас. Он здесь, на этих трех сотнях планет, буквально на поверхности лежит. Создатель, видимо, сыпанул на этот участок галактики его без меры. И все, чьи корабли используют его как топливо, начали слетаться сюда. Скорее всего, даже от нас пошел такой посыл. Ведь акроны – это создания иной галактики, с которыми мы давно работаем...
– В общем, я понимай, что ничего не понимай, – буркнул я. – Короче, как понял, несмотря на то, что эта часть галактики была населена довольно плотно, ее решили раздербанить как близлежащие, так и дальние. И ваше начальство закрыло глаза на то, что миры останутся без своих ископаемых, и в будущем будут нищими. Не, Юврис, к тебе у меня вопросов нет. Ты обычный патрульный. Но вот у вашего начальства я бы спросил, какого хуя.
– Эта часть галактики не была под богами, – вздохнул тот. – Боги на своем плане, решают, кому и что дать, свои сделки заключают. А эти миры были бесхозными. Потому их и начали рвать на части. Некому было заступиться. Мы, патруль, тем более не могли ничего сделать. Не наш уровень.
– Все как всегда, – вздохнул я. – Лёва, как там?
– Еще пара минут, и можно будет посмотреть, – отозвался тот, кинув под себя удобное кресло. – Вообще все идет как надо, но что-то меня потряхивает. Тебе бы самому взглянуть...
* * *
– Да шоб всем жилось, как мне, буркнул я, понимая, что энергетические каналы вышли какими-то ломкими, неестественными, и этот биороид проживет от силы дней десять. – В утиль. Заново.
– Я могу посмотреть? – задал вопрос Юврис.
– На что? – зло буркнул я. – На биомассу? Так ты все равно ничего не увидишь. Все как в 3D принтере. Плетется, создается, видимость есть, а по-сути, этот крейсер, который должен выдержать дохера полетов – бумажный.
– Ебать-колотить! – взревел Лев, когда заметил начало излома линий. – Снова энергетические узлы не туда встали. Не, Дрюх, это не твое.
– Мое! – рявкнул я, снова отправив созданное в утиль, начав репликацию третий раз. – Я что, первый раз это делаю что ли?!
– Да хоть сорок первый, но не с ним. Посмотри. Все его каналы заточены под отдачу. И, сколько бы ты не клепал подобное, его разъест.
– Да что б его, с перегибом через колено! – шумно выдохнул я, с яростью кинув стакан на пол. – Ладно, если так не получается, то давай биологическое. Юр, ты как? Сможешь без захода на планету обойтись?
– Все, что меня связывает с тем миром – то, что я заработал.
– То есть, по большому счету, ты согласен, не появляться там, и не общаться с теми, с кем есть родство?
– Да.
– Ну, тогда, Лёва, давай по-нашему.
– А по-нашему, душа не вписывается, – буркнул Лев. – Дрюх, затык... – он развел руками.
– Ладно, я попробую иначе. Юр, ты сейчас заснешь, но существовать не перестанешь, – обратился я к Юврису. – Буду работать напрямую. С душой. Тебе же главное, что? Жить?
– Жить, – согласился Юврис. – Чуть больше, чем триста дней, что отмерил Вэрриан. – Ну, а если не получится, то мне и их хватит. Я же знаю, на что рассчитано мое тело...
– Я тоже знаю, на что рассчитано твое тело! – отмахнулся я, после чего указал в кресло. – Садись, и не мельтеши. – Юврис последовал приказу беспрекословно, и я тут же отключил его сознание. – Лёва, что делать-то будем? – проныл я, понимая, что это лютый пиздец.
Душа была иная, не привычная. Ее бы, будь Лёлик с нами, пропустить бы через этот шредер душ, очистить от наносного, напиханного теми неизвестными в саму искру, делая ее изначально вампирской. То есть, готовой только к поглощению энергии, что не позволяло правку. Не, я мог бы переделать ее, обработать, но снес бы часть матрицы, или даже всю, получив простую болванку. Потому что явно не боги над ней работали. Точнее не уровня Шанасс, или наших. А Вэр изначально светлый, как то солнышко, был. А здесь... только название «искры» а на самом деле – пожиратель в бионическом теле. Притом, сам не осознающий своих свойств. То есть, оболочка, которой была окружена сама матрица, ломала созданное под себя, и ничего нельзя было сделать. Нет, можно... Но... Мы с Лёвой переглянулись.
– Дрюх, а чем черт не шутит, а?.. Давай создадим действительно простое и биологическое тело, а если покажет себя нормально, то будем его обновлять. Ну, или пока с него эту оболочку не сдернет в мирах, полных энергии. Тоже ведь вариант, да?
– Да все, вариант, – кисло заметил я. – Кроме того, что я не могу помочь. А вот разобраться, в чем подвох... Короче, погоди. Я посмотрю сейчас на зеркалах.
Запустив самое большое, я дал развертку на максимальном увеличении, и чуть не выругался. Душа Ювриса была похожа на мину, как две капли воды. Только искра сплетена была не с бомбой, а с оболочкой, работающей на отток энергии. Сука... Вот убивал бы тех, кто так корежит миры! Честное слово!
– Чегой-то там? – Лев заметил мою кислую мину.
– Чертовы строители духовных матриц, – глухо отозвался я. – Асинезаторы хуевы! Слепили из говна конфетку, и теперь, как хочешь, так и крутись. И, главное, работает же!.. Но только цикл в 18 тысяч лет. А потом ни тела, ни души!
– И чего делать будем?
– Помещать в биологическую оболочку. Ярдана. Они самые долгоживущие. И будем смотреть, как на это перемещение кокон отреагирует. Авось и расколется, самоуничтожится со временем.
– Больше вариантов нет?
– Есть. Кидать душу Шанасс, на перерождение. Но я пока все еще зол.
– Даже для такого зол?
– Да, Лёва, даже для такого. Поверь.
Бросив в капсулу полный аналог тела Гэсса, которое скопировал перед его желанием полностью покинуть Урею как ярдан, я аккуратно поместил кокон души Ювриса в это тело, ощутив, что его сразу начало выжирать. Гребаные ублюдки! Даже с живучестью и повышенной регенерацией ярданов, у Ювриса будет от силы лет двести.
– Будить?
– Буди, – согласился я, упав в кресло.
Юврис пошевелился почти сразу, а после и осторожно присел в открытом стазисном коконе, смотря на меня уже с ясно понимаемыми эмоциями урейца.
– Что-то пошло не так?
– Юр, ну вот что в твоей жизни может пойти еще больше «не так», чем есть сейчас? – вызверился я на него, а после вдохнул и выдохнул. – Ладно, не обращай внимания. Я просто думал, что у тебя только тело искусственное, а оказалось, что еще и душу, кое-кто переделал. И моих силенок не хватает для того, чтобы хоть как-то тебе помочь. То есть, кое-что я, конечно, сподобился сделать, и теперь у тебя есть в запасе время, но это не те же годы, что ты прожил. От силы – двести. Я слегка преобразовал то, что было доступно и, думаю, потом выведу тебя из этого состояния искусственности, но придется очень многому учиться заново.
– И... что я теперь? – Юврис подвигал конечностями. – Нет той силы, что была ранее.
– Ее и не будет. Только наращиванием и собственным усердием, сможешь вернуть себе былую мощь. А ты теперь... – я хмыкнул.
– Ящер ты теперь. Голимый ящер, – с обидой в голосе отозвался Лев. – У этого гребаного недобога были в загашниках только тела огненных ящеров!..
– Лёва, бля! – рыкнул я. – Вот от кого, кого, но от тебя, Иуда, я такой подставы не ожидал! Скажи еще спасибо, что именно такое было! А с человеческим, или яргеновским с яговским, мы бы еще больше мучились!
– Мой век? Мои способности? – упустил Юврис принадлежность расе.
– На данный момент – примерно двести лет, – я помог ему подняться из капсулы. – Возможности развития на предыдущий уровень – не ограничены. Но есть заковырочка. Каждое переселение в новое тело, будет тебя сбрасывать на ноль. Зато, таких переселений может быть много. И память сбрасываться с возможностями не будет. Но, вот что хреново, и что я не могу изменить, пока, в данном случае, это твою смертность.
– Двести лет... – Юврис задумчиво уставился в пол. – Эндрюс, мне бог, который пришел сюда, перед тобой, пророчил двести дней, который ты можешь дать. Моих средств поддержания тела хватало на сто дней. И ты мне даешь двести лет... Минимум. В каждом теле.
– Посмотрим, – отмахнулся я. – Если сойдемся, то я тебе продлевать жизнь буду постоянно. А потом, посмотрю, может твоя душа приживется в этом теле, и я ее вообще в энергетический кокон засуну...
– Я не понимаю, о чем ты, – осторожно произнес Юврис.
– Да о том, Юрчик, что ты сейчас потерял все, что имел, и заново учиться придется, – вздохнул я. – Не хотел тебе такой жизни, правда. Просто не сработало. Ну не знаю, веришь ты мне, или нет, но не смог, – я чувствовал себя виноватым. – Но обещаю, поможем тебе выйти на тот уровень, на котором ты был. И поддерживать будем. Ну? Ты как? Не сильно обиделся, что не в то же тело тебя засунули?
– Дрюх, не принижай себя, – Лев положил мне руку на плечо. – Ну, реально, не срослось, так не срослось. Бывает. Вывезем. Уже не раз вывозили. Юврис, ну ты как? Скажи нашему недоделку, что не злишься на него, и что готов ждать, пока этот полудурок в божественном обличье, научится лепить тела и души по щелчку пальцев.
– А ты его за что так? – Юврис замер, видимо, пытаясь распробовать тело, которое хоть и было ярдановским, но обладало человеческими формами.
– Какой есть, – пожал плечами Лев. – Да он и сам знает, что не звезда.
– Сам ты, пизда. С крылышками, – буркнул я, понимая, что Лев пытается поднять мне настроение, и то, таки, уверенно хоть и медленно, поднимается вверх.
– Если вы меня проводите, то я бы отдал вам то, что хотел подарить, – пресек наши ворчания Юврис. – Даже если бы ничего не получилось. Тем, кто сумел попасть на эту планету, и может уйти с нее – должен получить это. Первыми оказались вы. Исайя!
– Ты к своему комплексу взываешь? – поинтересовался я, увидев кивок. – Бесполезно. Мы находимся в моем пространстве. Сейчас я нас достану, и тогда...
– А вот тогда и посмотрим на подарочек, – потер руки Лёва.
– Шкуродер, – хмыкнул я. – тебе бы только что-то получить в свои лапёшки, – я вытащил нас из лаборатории, почти сразу встретившись с Яной.
– Получилось, да? – малая осмотрела Ювриса, после чего виновато улыбнулась. – Ну, пока хоть так... Ты же поможешь ему, пап?..
– Вот и ты туда же! – буркнул я. – Иди, и не мозоль мне мозг своими дурацкими вопросами.
– Ой, – Янка неловко улыбнулась, после чего сразу куда-то скрылась.
– Эндрюс, ты зря так переживаешь. То, что ты сделал, куда больше того, что я ожидал.
– Да не в твоем ожидании дело, Юврис! – я отмахнулся. – Вот, бывает, прешься в неизвестность, и хочешь всего лишь теплое место у костра, и сытную еду. А тут на хижину набредаешь. Только в ней живет дремучий старик, которому и поговорить не с кем, и вонь в хижине несусветная... Вроде и больше чем просил, получил, а все равно дерьмом попахивает. Вот так и тут.
– Ты доверяешь своему другу полностью? – тихо, когда Лёва отвлекся, спросил меня Юврис.
– Я каждому доверяю, как самому себе, – спокойно произнес я. – Но есть вещи, которые мои друзья видеть и знать не должны. То, что ты хочешь показать, из этого?
– Именно, – согласился тот.
– Лёва, прости, мне надо поговорить с этим... хм... человеком, наедине.
– То есть, подарочек я не увижу?
– Я тебе потом покажу, – отмахнулся я.
– Лады, займусь своими делами, – согласился тот.
– У тебя хорошая дисциплина, – польстил мне Юврис. – Военная.
– Просто большинство моих людей – отставники, и они учат тех, кто рядом со мной, такому же поведению. Так что ты мне хотел показать и рассказать?
– Хотел показать внутренности своей автономной базы, – спокойно отозвался Юврис. – Это очень личное. Считай, что я тебе доверяю тайну чужой цивилизации.
– Ну, прикольно, че, – согласился я, следуя по коридорам станции, осматриваясь. Странно. Вроде как она древняя, как не знаю что, но в полностью рабочем состоянии. Даже больше. При желании, эту базу можно поднять с поверхности планеты. Ну, разве что кое-что переделать.
– Вот. Смотри, – шлюз открылся, и я попал в святая святых, капитанскую рубку.
А вот здесь уже действительно «пахло» древностью. Внутренности корабля еще не рассыпались, да и если установить ремонтную базу сайнаров, с некоторыми вкладками харборило, то эту древность вполне можно привести в божеский вид. Но только визуально и ненадолго. Конструкты, мать их, сюда бы встали на очень короткое время. То есть, все мои наработки для этой системы были пшиком. И вот тут я, наконец, понял, насколько многообразная вселенная, и что работать по одному шаблону со всем, что я увижу и узнаю – не получится. Но, вообще, надо попробовать что-то иное. Более материальное, менее затратное по энергии, чтобы становилось сразу, заплаткой, не временной, а постоянной.
Задумавшись, я уселся в кресло, уставившись на темные экраны, и как-то само собой получилось, что положил руки на панель управления. Просто там были сделаны такие удобные выемки для рук, что так и просились под ладони.
– Добро пожаловать на борт, капитан, – мягким женским голосом отозвался искин. – Меня зовут Исайя, и я ваш навигатор в этой вселенной. Вы хотите начать подготовку к полету?
– Я хочу узнать состояние корабля, – отозвался я, сначала оглянувшись на Ювриса, что спокойно присел в соседнее кресло.
– Для того, чтобы провести анализ состояния, нужно больше энергии, – отозвался искин. – На данный момент резервуары пусты.
– Ну, и где мне эту энергию взять?
– Разрешите войти с вами в полный ментальный и физический контакт?
– Это как? – не понял я, а после кивнул. – Ладно, разрешаю... – и тут же чуть не взвыл от боли, когда в меня из спинки кресла, вонзились какие-то штыри.
– У вас нет портов допуска. Простите, – произнес искин. – Первое подключение болезненно, но я установила порты, так что в дальнейшем вы не будете чувствовать никаких неприятных ощущений. Ввести обезболивающее?
– Нет, спасибо, обойдусь, – буркнул я, понимая, что это было не столько больно, сколько обжигающе неожиданно. – Продолжай.
– Я могу брать энергию напрямую? – непонятно спросил искин.
– То есть, ты сейчас хочешь меня выкачать? – не понял я.
– Капитаны пекеров обладают достаточным потенциалом, чтобы пополнять собой резервуары энергии, – отозвался искин, а после я почувствовал, как через меня начинает просачиваться энергия Адарона. – Не, ну офигеть теперь, – буркнул я, решив спустить этой голодной твари весь тот запас, что у меня еще оставался от Эгъяса и его команды. Все равно использовать нормально эту энергию не мог, и не знал, куда ее деть. – Резервуар заполнен на восемьдесят процентов, – через минуту произнесла Исайя. – Начать диагностику?
– Начинай, – согласился я, а после повернулся к Юврису. – То есть, упадок сил и то, что творилось с твоим телом, это все вина этой махины?
– Капитаны долго не живут, Эндрюс, – пожал плечами тот. – И очень странно то, что резервуар заполнился так быстро, а ты не использовал допинга.
– Да какой тут допинг? Я же уже говорил, что полностью энергетическая личность. И пропускать сквозь себя объемы энергии, даже большие, чем сейчас взяла Исайя – для меня вполне обычно.
– Ты станешь хорошим капитаном, – спокойно кивнул Юврис. – У тебя стопроцентная совместимость.
– Спасибо. Лишь бы эта махина еще могла подняться с планеты... и вообще отлично будет.
–Этого я тебе не обещаю, но есть много чего другого, что «эта махина» как ты ее назвал, сделать сможет. – Попроси вывести на экран все глушилки, имеющиеся на планете.
– А ты чего?
– А я уже не капитан, – развел руками Юврис. – Исайя меня не приняла.
– Хм... – я задумался. – Ладно. Будешь тогда советовать.
– Как скажешь, – согласился Юврис и замолчал.
– Диагностика завершена, – мягко произнесла Исайя. – На данный момент, повреждения пекера составляет тридцать пять процентов. Желаете устранить повреждения?
– Конечно! – согласился я.
– Потребуется заполнение второго энергетического резервуара. Вы готовы дать энергию?
– Да бери, что уж там, – я махнул рукой. – А пока будешь заполнять, изволь мне показать все глушилки, расположенные на поверхности планеты.
– Как скажете, капитан. Вам доставить тоник?
– Не, у меня свой, – отмахнулся я, достав баночку колы и бутерброд. – Последний раз ел, даже не помню когда.
Эта махина снова начала пить через меня энергию, но я не сопротивлялся. Столь полный мир не оскудеет от небольшого займа энергии. Это даже меньше того количества, что у меня в одном из кармашков находится. Заодно постарался слить энергию Высших полностью.
– Резервуар полон. Разрешите приступать к заполнению третьего?
– А у тебя их сколько? – не выдержал я. – И какое количество опустошается во время полета?
– Восемь. На один пространственный прыжок затрачивается сорок процентов одного резервуара.
– А, ну тогда нормально. Заполняйся, – согласился я. – И не спрашивай, можно ли приступать к следующему. А, и картинку дай.
– Как скажете, капитан, – согласилась Исайя, оживив экраны, показав мне планету с высоты космоса, расцветив ее многообразием точек мин.
И рядом, в принятой на Земле системе исчисления, стояли цифры, которые меня совсем не радовали. Какие там пять миллионов!.. Да планета была усеяна ими как поле после посевной! И цифра, что стояла рядом, меня совсем не радовала.
– Блядь... Ну, вот нельзя было без этого? – ткнул я Юврису в экран. – Не без этой млядской россыпи, а?.. Ну что за черт, мать его за ногу, а?..
– Я не поняла вашего приказа, капитан, – отозвалась Исайя.
– Я не хочу глушилок на этой планете. Не хочу! – проскулил я, понимая, что тридцать миллионов буду убирать годами.
– Мне их убрать? – мягко вмешалась в мой скулеж искин.
– А ты можешь?.. – не сразу поверил я.
– Вы уверены в том, что стоит снять оглушение планеты, и позволить любому кораблю садиться на ее поверхность?
– Уверен.
– Снимаю, – согласилась Исайя, и количество мин стало резко падать, притом так резко, что через десяток минут не осталось ни единой точки.
– Офигеть... – пробормотал я, понимая, что моя проблема решилась едва ли не по щелчку пальцев. – И куда ты их все засунула, машина умная?..
– Боюсь, мне снова непонятен ваш запрос, – отозвалась Исайя.
– Ладно, – буркнул я. – Ты отключила глушилки, или изъяла их?
– Отключила. Моей мобильности недостаточно, чтобы изъять все то количество, которое находится на планете. Требуется полная расконсервация.
– Ну... расконсервируйся тогда. В чем проблема? – не понял я.
– Недостаток...
– Слышь ты! Мышь лысая! – рявкнул я на искина. – Я тебе что сказал?! Бери, пока дают, и не вякай, что не хватает! А когда закончишь со всеми делами, посажу тебе временного оператора, а то мне самому как бы лень этим всем заниматься. И не спрашивай больше, стоит выполнять приказ, или не стоит!
– Лимит забора энергии превышен вдове, капитан, – отозвалась Исайя. – Если я продолжу работу, то вас ждет скорая кома, а после смерть.
– А вот ты тут мне не пророчествуй! Меня хватит на десяток таких как ты, и еще останется! Работай, я сказал!
– Если вы настаиваете на усиленном оттоке энергии, то я вас попрошу пройти в специальную сферу полного изъятия...
– Э, нет, родная, давай здесь, – погрозил я пальцем. – А то знаю я эти «сферы полного изъятия». Скорее всего, экранированная, а мне такое не подходит. Давай, понемногу, как тянешь. И давай, показывай, что у тебя там, в загашниках водится.
– Для полной расконсервации, обычно, используется стационарный энергозаборник, – пробормотал Юврис. – Еще ни одно создание из тех, что я знал, в одиночестве не смогло разблокировать все узлы...
– Знаешь... – я хмыкнул. – Да я сюда даже своего эннэшше посажу, и он только ворчать будет, что заняться больше нечем. Не то, что сам. А если сюда засунуть одну мою знакомую богиню... то боюсь, она просто спалит энерговоды. Так что забей. Это даже не работа, а так, работка.
– Но ты истощаешь свой организм...
– Юврис... – я потер пальцем переносицу. – Я как та кубышка с водой, в которую постоянно идет приток. От смены одних молекул другими ничего не изменится. У меня стоит конечный конструкт, изменять который могу только я, а не какая-то там умная машина. Ну, а то, что через меня, действительно немного изнашивая каналы, проходит столько энергии, то потом это все и подправлю так же просто. Короче, не заморачивайся. А ты – работай! А не подслушивай! – рыкнул я искину.
В общем и полном, именно здесь ситуация мне стала ясна. И да, она была не самой лучшей, но довольно терпимой. Главное было разобраться с этими минами, что эти сеятели здесь разбросали, а после оградить Адарон от любого посещения извне. Та еще морока, конечно, но вот здесь я уже собирался пойти на поклон к Шанасс с братией. Потому что нужно мне было, всего ничего, всего лишь одну маленькую станцию слежения, этак на полторы тысячи персонала. Притом станцию, работающую на энергии именно этого мира. Потому что ментаморфы пока еще тупенькие, а вот что будет через сто лет, или даже через тысячу, вот этого никто не знает. А может быть всякое. И умы ученые здесь появиться смогут, и божок залетный, с некоторым лимитом знаний, и кто-то покруче...
Поэтому нужно оградить Адарон от любого вмешательства извне, кроме моего и моей команды. И нет ничего лучше, чем установка космических станций слежения. А еще... Еще можно было здесь поместить все установки туаро, разве что перепрограммировать их под себя. Ну, и чтобы мои действия не были восприняты как захватнические, то поговорить с тем из морфов, кто тут главенствует. В общем, работы непочатый край. И явно не для одного недобога вроде меня. Надо кого-то более серьезного вызывать. Вот только к кому обратиться, я даже не знал. Эррана впутать во все это? Так я что, зря его вызволял из того рундука, где тот парился? Ставить кого-то из более-менее приближенных... Ну... Была у меня одна парочка из тех, кто точно не подведет и не начнет крысятничать, но вот захотят ли они заниматься столь неблагодарным делом, вот это уже не факт. Ну, вот судя по себе, я бы такой жизни им не желал бы. Так что надо «нанимать». А кто ко мне наняться захочет? Особенно из богов? Да никто.
– Блин, и завела же меня сюда нелегкая!.. – я яростно почесал макушку.
– Что ты говоришь? – Юврис явно увлекся чтением каких-то данных с экрана, который по доброте душевной, предоставила ему Исайя.
– Некому мне перепоручить заботу о планете, – пожаловался я. – А здесь обязательно должен быть кто-то на постоянном рабочем месте.
– Я мог бы, – слегка пожал тот плечами. – Привык к этому миру уже, и улетать, если честно, никуда не хочется.
– Ну... мог бы... – с сомнением согласился я. – Но ты же понимаешь, что тебе придется быть здесь вечным смотрителем? Причем, действительно вечным. Ни улететь никуда, ни пообщаться ни с кем кроме нас и морфов, ты не сможешь.
– С тебя – продление жизни и нормальная еда, а не консервированная химия. С меня – присмотр за планетой, – согласился Юврис.
– И это будет полностью на моих условиях, исключая эти два?
– Почему бы и нет?
– Хм... – я задумался. – Вообще-то вариант имеет смысл. Но все же, ты мне ответь, чем таким ты тут занимаешься, что за столько времени, присматривая за Адароном, не окосел? Творческая личность? – Юврис мотнул головой. – Тогда что? За столько лет ты должен был выгореть! Быть бессменным стражем планеты совсем не просто.
– А того, кого хотел поставить сюда стражем, у него бы сил хватило?
– Ну... – я пожал плечами. – Там свои нюансы. Или бы нанял кого, или бы пристроил того, кто может на десятилетия влезть с головой в какие-то свои дела, и отвечать только на запросы. Да и... – я пожал плечами. – Энергетически эти личности полны, в отличие от тебя. Но, если ты действительно желаешь продолжить свой караул, то у меня есть чем подсластить эту пилюлю.
– Позволь мне жить на поверхности, как и раньше, и этого мне достаточно.
– Тебе придется пройти проверку на лояльность, – я внимательно взглянул на мужчину. – Притом очень жесткую проверку. Даже возможные желания и мысли о предательстве, будут показаны. И в этом случае, ты не сможешь остаться здесь. Но, если ты пройдешь проверку, то добро пожаловать.
– Вот и договорились, – согласился Юврис.
– Не, ну а все же, что тебя так привлекло...
– Я занялся исследованиями, – помолчав минуту, произнес тот. – Начал понимать структуру жизни ментаморфов, как ты их называешь, и меня заинтересовало то, как они развиваются. С некоторыми из них я веду длительные беседы, вникая в мир их общества еще полнее. Все данные, которые я собрал, могу предоставить на рассмотрение.
– Вот даже как... – я хмыкнул. – Тогда подскажи, к кому обратиться, как ведущему руководителю.
– Это не ко мне. Но я дам тебе рекомендации, и с ними ты уже сможешь на пекере отправиться...
– Так, погоди, – я мотнул головой. – Сейчас этот мир лег под меня. Но... – я посмотрел на Ювриса с озарением. – То есть, пока меня здесь не было, ты жил в подобие начала космической цивилизации?
– Что значит «жил»? – не понял тот. – Я и сейчас так живу...
– Очешуеть... – я замер, а после промямлил: – Меня к тебе пираты привезли... На шхуне...
– На пекере. Водном, – не понял меня Юврис. – Это развитая цивилизация, давно вышедшая на уровень ближнего космоса.
– Нет! – отмахнулся я. – Это гребаное средневековье, где даже туалеты деревянные! И это видят все мои люди!
– А мои... – Юврис замкнулся. – Получается, что все мои исследования ничего не значат?..
– Ты же сам сказал, что это энергомасса, – я чуть повернулся в кресле капитана. – Она лабильна... Черт, Юврис, ты столетиями жил здесь, закупоренный в своей конуре, не имея возможности выйти, и вел беседы сам с собой... И так этого и не понял?.. И все искал ответы на свои вопросы, как они развиваются, и видел прогресс?.. Дружище, мне тебя чисто по-человечески жалко.
– Но ведь, я получал ответы на вопросы, которые могли дать только те личности, которые развиваются...
– Не спорю, – согласился я. – Можно сказать, что ты их и развивал. Как собственную сказку. Строил свой виртуальный мир. Как я построил свой. И работал на подсознании. И если я начну задавать вопросы ментаморфам, то тоже получу на них ответы, вытащенные из своего подсознания. Но это буду я в кубе. Менталисты, Юврис, чистейшие менталисты. Бля... – у меня чуть волосы дыбом не встали. И только то, что эту встречу нам устроил Вэрриан, позволило мне убедиться в реальности Ювриса и его базы, а не собственном помешательстве.
– Я... в кубе... – пробормотал бедный мужик, осознавший, что жил в реальности, которой не существует. – А как тогда это все?.. – он махнул рукой куда-то вперед. – Я же не выходил...
– Но выходили твои напарники. Сам говорил.
– А я всего лишь проматывал запись... наслаивая на нее свои суждения...
– Вот, видимо, оно, – согласился я. – Хотя не буду тебя разочаровывать полностью. Искроносные, то есть, осознающие себя личности, здесь есть. Но скорее всего, ты общался именно с ботами главного искина, и они жили под твою дудку. Здесь. А там, в большом мире, все совсем иначе. Там – пустыня, которую создает сознание более сильного существа.
– Но Исайя...
– Исайя! – обратился я к искину. – Покажи истинную картину околопланетарного пространства, а так же выборочных зон планеты.
– Показываю, – мягко отозвался искин, выдав мою версию.
На Ювриса было страшно смотреть. Да даже находиться рядом с ним было неуютно. Он все осознал, понял и принял, и разочаровался в мире, который творил. Но что-то было еще и под этим. Что-то, что засело глубокой занозой в его душе, и от чего он пытался избавиться. Пришлось подключаться напрямую. И я чуть сам копыта не двинул, когда понял, что именно он увидел такого, что не видел я: девятнадцать экзоскелетов, лежащих за гранью щита в разных позах. Девятнадцать его погибших напарников, которых он пустил в расход, даже не понимая, что это они. Видя вместо них морфов. Оставил без еды, воды, кислорода... А они шли к базе. Вот только база не отвечала на их запросы... А ответила ли эта хренова штука на мой запрос?.. С минами? Или же так же виртуально подыграла мне, как и своему предыдущему капитану?
Задав себе этот вопрос, я ментально попросил Мриса достать еще не разобранную мину из кокона, и вынести на поверхность планеты, после чего обратился к Исайе.
– Искин! Дай еще раз полное количество мин на поверхности, и количество деактивированных.
– Полное количество – тридцать миллионов. Деактивировано – тридцать миллионов, – отозвалась эта железяка.
– Ну, все с тобой понятно, дорогая, – согласно кивнул я, а после встал с кресла капитана, оборвав шунты. – Юврис, очнись, – дернул я за плечо мужчину. – Ты не виноват. Твоя база, что б ей, исполняла какой-то свой приказ. Ты не мог бы ей противостоять. Только что я это проверил самым простым способом. Я ей предоставил не деактивированную глушилку.
– Если она этот приказ исполнила, – сухо отозвался Юврис, – то она сможет и покинуть данный сектор космоса...
– Не сможет. У меня есть связи там, наверху, – мотнул я головой в небо. – Но думаю, все еще интереснее, чем ты думал, и даже чем я думал. Но тебе богом этого мира точно не быть. Ты здесь с этими знаниями свихнешься.
– А ты? – больными глазами посмотрел на меня Юврис.
– А я – нет. Потому что мой Бог, о котором я тебе говорил, предупредил меня о том, чтобы я себе создал максимально приемлемую реальность. Как в игрушке. Чистую виртуалку. Вот я и пользуюсь этой виртуалкой, как игрушкой. С чего мне сходить с ума?
– А если кто твой погибнет?
– А у меня невозможно погибнуть, – хмыкнул я. – Всех, кого привел сюда, я прицепил к своей ауре. Не, телесно, то да. Сдохнут. Но временно. Я же сам уже бог.
– А возродить моих сможешь?..
– Ну... – я задумался, прошерстив околоземное пространство, уловив дохренилион душ. – Не думаю. – Здесь и до твоих в расход уходили. И после твоих, как я понимаю. Вот если бы вы были единственными, то да, мог бы возродить. Или дать перерождение. Но энергомасса, подстраиваясь под каждого, показывала ему свою реальность, истощая по-своему. И сейчас, всех убитых на поверхности, более полутора тысяч. А души, чтобы ты понимал, ничем не пахнут. Даже для такого недобога, как я.
– А вернуть время вспять?..
Я вспомнил Вэрриана с его вопросом «принести что-то нужное», и отмахнулся.
– Нет. Этого тем более не умею.
– Тогда мне, командиру экипажа, который сам и убил, и вовсе незачем жить, – твердо отозвался Юврис. – Прости за то, что заставил тебя потратить на меня энергию и силы. Я не достоин жизни.
– Ты! – ткнул я ему в грудь пальцем, стараясь, чтобы это было больно, – не достоин этой лживой твари в виде базы! Это был лаг системы! А не твое решение! Понял меня?
– Капитан отвечает за все сбои оборудования...
– Если только они не заложены кем-то иным! – прорычал я. – Все! Харэ себя жалеть!
«Аларм, друзья, аларм!» – выдал я тревожный запрос и метки, а как только Мрис отозвался, то и весь пакет данных скинул, как и свои выводы.
«Мне кажется, это одного поля ягоды, – отозвался Мрис. – Туаро хотели забрать ядро Ваарры, эти хотят всосать энергетический кокон... И это явно не расовая война, и тем более не противостояние. Не удивлюсь, если с Харбо тоже что-то качают. С миру по нитке, как говорится. И будет совсем не рубашка, а цельный мир тем, кто это начал. И именно эту часть вселенной решили разбирать на составные».
«Ну, и есть какой совет?» – отозвался я.
«Никакого. Но надо привлекать богов, и рассказывать то, что мы поняли. Хотя... – Мрис задумался. – Сейчас же здесь Бог ты. Вот и решай».
«Ну, спасибо, бля! – обиженно согласился я. – Моих силенок не хватит...»
– Хватит, – Мрис образовался рядом со мной, – Еще как хватит. Вэрриан сказал, что карантинный кокон продержится еще два миллиона лет. А к этому моменту, то ли шах издохнет, то ли осел...
– Спасибо на добром слове, – буркнул я. – А Вэр случайно не сказал, сколько миров будет под моей юрисдикцией?
– Сказал, – кивнул Мрис. – Шесть. А так же сказал, что есть кандидаты на роль управителей. Но их контролировать должен будешь ты.
– У-у-у... – взвыл я. – Не хочу...
– А ты думаешь, я хочу становиться стражем мира? Или Лиана? – пожал Мрис плечами. – Или Эрран рвется? Но мы все будем над ними. А ты – над нами. Как и всегда.
– Не понял, – я оградился от Ювриса. – Вы уже и роли распределили?
– Да, – не понял Мрис. – Эрран берет Ваарру, он с ней знаком. Я – Адарон. Мне здесь место. А Лианна – Харбо. Осталось еще три мира и три владетельных личности.
– А как мы продолжим наш поход... – не понял я.
– Просто, – не понял Мрис. – Порталы. Как на планетах. Только с немного исправленными координатами. А ты – наш Высший. Или ты думаешь, что Высший должен сидеть у выбранного им мира, как тот сыч?
– А боги так и будут сидеть!
– Сдурел? – удивился Мрис. – Посещать, но не находиться постоянно. Мониторить. Смотреть, чтобы все было так, как нужно. Править проблемы, если возникли. А так, передвижение не ограничено. Надо было хоть раз Шанасс слушать.
– Так она же безвылазно у Уреи...
– Тобику больше не наливать, – хмыкнул Мрис. – Андрей, Шанасс курирует восемь десятков населенных планет. То, что ты от нее слышал, это была сказочка тебе, человеку, попавшему в их мир. Даже ее братья под собой держат под два с половиной десятка. Там, на Урее, их боты. Аватары, как их на Земле называют. Или ты думаешь, что у каждой планеты сидит свой Высший, решая проблемы смертных?
– А что, не так? – тупо переспросил я.
– Вэрриан мне сказал, что когда ты задашь подобный вопрос, показать тебе «прямой дорогой идете, товарищи», направив на Урею. Что и делаю, – хмыкнул Мрис, вытянув руку вперед. – А вообще, он тебя с самого начала туда направлял. Свой путь ты еще не закончил, но уже начал три новых.
– А как вы здесь без меня, когда я уйду?
– Да вот, получше Ювриса, – с сожалением посмотрел Мрис на мужчину, осознавшего весь тлен своего пребывания здесь.
– Его, кстати, вытащить можно? – я тоже оглянулся на Ювриса.
– Ну... Где-то, как-то. Скажу так, что через полгода работы в твоем отряде, он оклемается. Если ты его захочешь взять.
– Да сам знаешь, – я вздохнул. – Подбираю всех... Сейчас бы с этими ментаморфами...
– Именно, – помрачнел Мрис. – Когда база перестала тянуть, то и луч пропал. А шел он не от базы. Но откуда-то отсюда. И я этот луч энергии найду. Клянусь.
– Ну и ищи, – легко согласился я, решив переложить на его плечи данный момент. – Главное – этой бандуре не дай подняться. Или Сайласа предупреди, чтобы стрелял на поражение. Нафиг. Ибо нефиг. Здесь мы сами разберемся. И с Юврисом, и с базой, а туда, за грань... Только аллары летать и будут.
– Я тебя понял, – улыбнулся Мрис. – Иди. Отдыхай. За сегодня ты уже достаточно потрудился.
– Даже перетрудился, – буркнул я, понимая, сколько энергии через меня, этой чертовой твари прошло. – Я к своим. Хочу, чтобы стабилизировали меня. А то... Дергает.
– Угу, – отозвался Мрис, приступив к работе, даже не осознав, что я ему сказал. Но это – Мрис. Ему – можно.
