Импринтинг миров - 3 (никогда не злите магов)

      Я сидел в рыжей, глинистой пыли, на самой верхушке холма, под которым скрывалась еще одна треклятая база, и курил. А для того, чтобы успокоить разыгравшиеся нервы, бросал по дуге комочки земли и мелкие камешки, придавая им вид трассирующих снарядов. Плевать, если кто увидит. Достало уже все так, что хоть вешайся. Но нельзя, блин. Взялся за гуж, так теперь хоть подохни, но вывези.       Рядом, такой же молчаливый и смурной, сидел Давыдов. Тырил у меня сигареты и временами вздыхал.       – Я в душе не ебу, как ты это делать будешь, – наконец, произнес он.       – А я, думаешь, ебу? – коротко отозвался я.       – А вот ты, как раз, что ни говори, а можешь и придумать.       – Могу, – вздохнув согласился я. – Но Семен, если бы ты только знал, как я не хочу этим заниматься...       – А придется...       – Вот только ты мне соль на рану не сыпь, и без тебя тошно.       – Да я как-то и... – он снова замолчал, попытавшись раскуркулить меня еще на одну сигарету.       – Все! Хорош травиться, – отозвался я. – Пошли к этому великану. Он уже вроде как должен был полностью восстановиться.       – Андрей. А можно я не пойду? Мое там присутствие, ну вот совсем не нужное.       – Что, тестикулы в жопу залезли? – подначил я его.       – Да, есть такое, – не пытаясь хорохориться ответил тот. – Знаешь... вот мне все было понятно, когда ты собирать нас начал. Было понятно, когда на Ваарру притащил. Даже когда тебя тонким слоем по космосу размазало, и то понял. А вот сейчас... Это точно не мой уровень.       – А ты думаешь, мой?       – Не, ну Север, ты уж прости, но ты куда как продвинутее нас, всех вместе взятых. Любой другой на твоем месте, уже бы давно скопытился, а ты пыхтишь, но вывозишь. Вот и здесь тоже, попыхтишь, попыхтишь, а потом запряжешься...       – Да не, Сёма, вот это как раз тоже совсем уже не мой уровень, – печально вздохнул я. – Не, кое-что сделать я, конечно, смогу... но потребуется помощь из зала.       – Это что, кого-то из нас?       – Да не... Это как раз уже точно не ваш уровень. Ладно. Иди. Отпускаю, – похлопал я его по плечу, подождав, пока за ним закроется портал а потом, скрипя зубами, ментально обратился к Шанасс. – «Эй, хвостатая, я, как бы то, извиниться хотел... Не хочешь мне уделить пару минут своего времени?»       «Яна рядом? – почти сразу отозвалась мурена. – Если нет – призови, и попроси мне на некоторое время передать свое тело в частичное пользование. Я с ней генетически сроднилась...»       «Лады», – согласился я, после чего приманил на уступ Янку, ментально попросив ее поделиться пространством в своем теле.       – Ну, так чего тебе, гаденыш чешуйчатый?       – Шен... Я как бы в полной моральной жопе... – разведя руками, я виновато улыбнулся Высшей. – На меня такой объем работы по Адарону навесили, что я даже не знаю, с чего браться. Вот, лови, – скинул я ей файл беседы с гигантом, а так же, по мелочи, все остальное, что тоже надо мной нависло. – Вот как с этим разбираться...       – М-да... – ярэна зависла надолго, а после хапнула недокуренную пачку сигарет, затянувшись как смертник. – Пиздец. Притом полный. Полнейший даже! Пошли, нафиг, отсюда. Здесь всей информации я тебе открыть не могу, и наш разговор не на пять минут.       – То есть, порталом?       – Да, порталом, – буркнула Шанасс, протащив меня через две вселенных, к себе на космическую базу, где я уже бывал не раз. И там, оставив любопытствующую Янку наблюдать за своими метаниями, расползалась, как та глиста, по темным плитам пола, бубня себе что-то под нос. – Андрей, когда мне сказали тебя кинуть на Ваарру, я просматривала только тот мир, а не всю часть вселенной, которую определили тебе под опеку. Это был всего лишь проект по твоей социализации, потому что ты стал неуравновешенным. Ну, я так думала. Но, видимо, не мои непосредственные руководители.       – Или же мой непосредственный... Так, Вэрриан? – произнес я в пустоту, зная, что по зову своей души, это ментальное подобие бога появится сразу же, если не заартачится.       – Меня не приплетай, – сразу же проявился тот, кивнув Шанасс, на что та, чуть ниже, чем в обычном поклоне, склонила голову. – Я тогда еще не пробудился. И, если помнишь, после, несколько раз тебе намекал на то, что ты занялся не своим делом. Надо было с Ваары сразу мчаться на Урею. А теперь что? Теперь тащи.       – Высочайший, но мы же не позволим Андрею совершить ошибки?       – Серьезные – нет. Простые – можно, – согласился тот. – Но это все равно не мой уровень. Если за это дело возьмусь я, то все будет куда как сложнее. То есть, до моего уровня решения проблем Андрей не дорос. А вот до твоего – вполне. Поэтому я полностью передоверяю его тебе, и позволяю все то, что ты надумала. Точнее, пусть он позволяет, – ткнул он в меня пальцем. – Мне нельзя этим заниматься.       – Что, некоторые догмы не позволяют? – хмыкнул я.       – Андрей! – шикнула на меня Шанасс. – Такое обилие силы Высочайшего, на такой маленький кусок пространства, приведет к его нестабильному росту, как физическому, так и интеллектуальному. Это будет гипертрофированный скачок сознаний и умений всех, кто находится под твоим началом. Через годы, даже не десятки лет, весь этот участок космоса, который ты взял под себя по своему недоразумению, превратится в рассадник богов и Высших сущностей. И на их фоне ты будешь просто мелкой пешкой. Но, если тебя это не колышет, то подумай о том, куда распределять это количество Высших сущностей? Так что да. Вэрриан тебе не помощник. Он слишком силен.       – Ну, это как здоровому сорокалетнему мужику, прошедшему пару войн, вмешаться в драку малолеток, – пожал плечами Вэрриан. – Я просто покалечу всех, включая тебя и твою команду. Дам силу, дам умения, дам возможности... Но роста, как такового, не будет. То есть, IQ тот же, но сил столько, что галактику можно заставить в другую сторону вертеться. Так что нет, Андрей, я тебе не помощник.       – Ладно, – согласился я, ощутив, что его присутствие пропало. – Хорошо. Давай поговорим с тобой. С чего ты там ужаснулась, как не знаю кто?       – Ох, сложно это объяснять... – Шанасс присела, изящно обвив хвостом ножку стула. – Ты же ни в мифы, ни в легенды не веришь... Для тебя все теория божественного происхождения...       – А ты расскажи так, чтобы поверил, – я приготовился слушать.       – Эх... – Шанасс задумалась. – Скажи, ты вообще по религии вашего мира слышал, кто такие нефилимы? Их еще в вашей мифологии религиозной называют падшими ангелами, сошедшими на землю?       – Я слышала, – произнесла Яна. – Когда бог создал людей, то ангелы господни, увидев дочерей человеческих, сошли на землю, решив стать смертными, и у них начали рождаться дети, высокие ростом, большой силы, и малого ума...       – Да, Яночка, так говорится в вашей религии. Но это не верно. Каждый Высший, или Высочайший, я не беру Абсолют, хочет создать свое видение жизни. И это обычно. Так появляются новые расы, с искрой того Высшего или Высочайшего, который их вкладывает в свои создания. Но бывает, когда Высший или Высочайший, по какой-то причине, не создает из ничего что-то, а ваяет свою Галатею, или своего Апполона, с которым заводит семью. Такие связи не осуждаются, но считаются прихотью, и рассматриваются как нежелательные. Так вот, когда Высшая выбирает себе мужчину из смертных, то она может взять только часть его энергии для создания потомства, даже не семя. И сама растит свое дитя, которое в будущем может стать богом. А вот когда мужчина бог выбирает себе смертную, то происходит перекос энергии. Ее слишком много для маленького плода. Поэтому происходят мутации. Не всегда неудачные. Если бог, Высший или Высочайший заботится о своем потомстве, то появляется исполин, полностью гармоничный, и готовый к жизни. Это я к чему говорю. Была у нас некая цивилизация, где Высочайший создал свою вселенную, населив ее богами и Высшими, а те, следуя заложенному им посылу, решили искать себе спутниц среди созданных рас. То есть, та вселенная была населена исполинами. Очень близкими по качеству к богам. То есть, полубогами, если по вашей мифологии. Именно то, о чем тебя, Андрей, предупредил Вэрриан. И Высшим не понравилось то, что смертные обладают такой силой и мощью, поэтому, сначала потребовали разрушить эту структуру, а после – сами атаковали те миры, очень многих убив. Но были те, кто выжил. А так как их знания и умения были практически безграничны, для обычных смертных, а цикл жизни слишком высок, то они решили рассеяться по вселенным, создав сотни ковчегов, которые и отправили в полет. Боги и Высшие того Высочайшего, как могли, прикрывали своих детей и внуков, дав возможность нескольким ковчегам выскользнуть из оцепления. Ну, и вот, я подошла к той правде, которую стоит узнать тебе, Андрей. Один из ковчегов достиг этой части вселенной. И все, кто выжил, сумели заселить собой это мироздание. Ариан, как он называет себя, это один из потомков Высшего, который сохранил в себе память прошлого, силу и ум, а так же стать своего предка. А базы, которые ты встречаешь то там, то здесь, это остатки знаний, помноженные на умения, уже выродившихся созданий, измельчавших, но помнящих еще как-то свою вторую родину.       – А мины?       – А мины, как ты их зовешь, это попытки усмирить возможности исполинов в каком-то там колене, чтобы не дать им заселить миры, и так годные к колонизации или жизненному циклу. Всего лишь стопор.       – То есть, сейчас я вмешиваюсь в войну Высших? – у меня потемнело в глазах.       – Нет, Андрей, нет, – Шанасс, улыбаясь, поиграла язычком, – война Высших давно завершилась. Та цивилизация была разрушена, а вот ее осколки никто собирать не пожелал. Но вот ты нарвался на самый большой ее осколок. Здесь уничтожили всех Высших, сделав участок пустым, И ты на него нарвался. Ну, или тебя, как гибкое сознанием существо, направили сюда. Хотя, я сомневаюсь в этом. Скорее уж направили Стража и Судью, чтобы он решил этот конфликт здесь, но Страж решил все отдать тебе в руки. А Судья отказался судить. Насколько я знаю, Вэрриан всегда был беспристрастным, и теперь он дал тебе возможность вырастить из этого осколка что-то свое. Божественное.       – Знаешь, – кисло улыбнулся я, – вот как-то что-то вроде подобного пиздеца я и представлял себе, но не думал, что все так сложно.       – Ты еще не Бог, Андрей, поэтому ты можешь пользоваться помощью нас, покровителей. Если пожелаешь. Просто укажи, что твои покровители, и как должны сделать, и мы исполним твою волю. Но, думай наперед, потому что мы будем исполнять ее буквально. Это закон.       – И стребуете с меня так же, если не больше, – вздохнул я.       – Вообще-то мы тебе немного задолжали... Так что часть долга скостим. Например, обучением. И помощью в том, где ты справиться не сможешь. И четко укажем границы, где наша помощь будет лишней. А вот если уже в этом потребуешь, вот тогда и спросим.       – Хорошо... – согласился я, достав пачку сигарет, и ко мне потянулись сразу две ладошки: человеческая, и когтистая с перепонками, в которые я вложил по сигарете, так же создав и столик с напитками. – Перепрограммирование энергомассы я возьму на себя. Это долго, муторно, но не сложно.       – Не советовала бы, – опрокинула стопку текилы в свою пасть ярена. – Ты не любишь послушных рабов, ты любишь кипение жизни. Убеждение в своей правоте. Тебе это привычнее.       – Ладно. Тогда социализацию и некоторое овеществление...       – Социализация и хорошие дома – то да. Овеществление Адаронцев – не советую.       – Ладно... – уже две проблемы слетели с моих плеч. – Овоздушить пространство и накрыть его моим куполом энергии...       – Кислород добавить можешь, как и вырастить сады на планете. Реальные. А вот купол... Не советую. То, что ты хотел сделать в космосе – пожалуйста. Да и то, чтобы никто не приближался. А вот заковывать Адарон в оковы... Нет.       – То есть, дать миру жизнь, как дал ее Ваарре Эрран, установить комплексы защиты и несколько станций, и избавить от мин, это вся моя задача?..       – По большому счету – да. Хотя нет, по малому. Тебе еще надо извлечь двух исполинов из их спячки, и куда-то деть.       – Ну, вот одного извлек, – пробормотал я. – Но мне с ним совсем не хочется общаться, хотя и адекватный вроде как.       – Именно, что вроде, – согласилась Шанасс. – Вам с ним не по пути.       – А убить? Обоих?       – Вариант... – согласилась та. – Притом, не самый плохой. Но ты лишишься очень многих знаний. Да и это, как бы, осколки цивилизации прошлого... Слушай, а что ты скажешь, если мои друзья заберут их себе?       – А можно? – переспросил я, понимая, что без этого руководящего состава, мне будет куда легче. – И как им объяснить...       – Ша, все беру на себя, – Шанасс перетекла в облик Янки, и теперь передо мной сидели две дочки, только одна родная, а вторая – стремная и сильная. – Не, реально, это не проблема.       – А мины?       – Ты уже продумал вариант, – хмыкнула Шанасс. – Вот только я тебе реальную карту скину.       – Знаешь, змеюка водная... – начал я, на что Шанасс рассмеялась.       – Знаю, Андрей, Знаю. Я же тебя читаю, как свое создание. Так что на, целуй, – подставила она щечку, и я перегнулся через стол, чмокнув ее в губы. – Наглец!       – Иди в жопу! Сама такого вырастила! – буркнул я. – Но вообще – спасибо.       – Андрей, – Шанасс сверкнула на меня золотыми блюдцами глаз. – Ты сам вырос таким. Мы лишь направляли.       – А все равно, спасибо, – согласился я.       – Тебе спасибо, что не скурвился, и дал нам понять наши недочеты. Ну, что ж, а теперь, назад?       – Да, – с новыми силами, и уверенностью в действиях, я кивнул головой, – назад. Менять ничего в данном аспекте существования ментаморфов не буду, просто сделаю так, чтобы они начали развиваться.       – Вот и делай, – согласилась Шанасс. – А мы присмотрим. Будь на связи, хамелеончик.       – Вау... – чуть позже, когда мы с дочерью оказались на холме, выдохнула та. – Тебя же почти признали богом...       – Херня, – махнул я рукой, поднимаясь. – Мне помочь согласились, вот это – главное. А то, что бог я или не бог... Короче, не морочь себе голову.       Вздохнув полной грудью, я ментально потянулся к Сайласу.       «Эй, жестянка со сверчками, ты еще с нами?»        «Вредничал бы меньше, давно бы с вами был», – буркнул Сайлас.        «Ну, так больше не вредничаю. Спускайся. Дело есть».       И тут же выдал посыл всем давыдовским и оставшимся плеядам, требуя прибыть, увидев всполохи порталов, что как искры замельтешили на равнине передо мной, куда и спустился вместе с дочерью, осматривая свое войско, а после к нему добавил и все плеяды, сидящие у меня в керре, заставив распасться. А после левитацией поднял себя чуть выше, проложив линию ментального общения каждому.       – Еще раз всем привет. Давно не виделись, – в ответ раздались короткие смешки. – Пока вы там учились жопы яргенам драть, мы нашли один интересный мирок, где все состоит из энергии, и этот мирок надо зачистить, – я посмотрел в глаза каждому. – Не от жителей, а от проблемы, что грозит и этому, и нашему миру. Надо убрать ядра чужой жизни. Чуждой, я бы сказал. Это долгий процесс. Скорее всего – на года. Для всех нас. Ядер – больше тридцати миллионов, нас – три тысячи. Каждого я снабжу нужными ему конструктами, но в этом мире, построенном мной, вы должны будете обживаться сами. Да и то, после того, как я проведу некий абгрейд. Выстраиваться ко мне по трое! Я вас проведу через дематериализацию. Моя дочь, мои эннэшше, Валентин, Семен, Джэйл... – притягивал я всех по связи к себе, – ответят на все ваши вопросы. Дематериализация необратима. Кто не согласен – прошу налево. Их сокрою под куполом. Пошли!       Вечер был адовым по протоку сил, которые я по себе пускал. Заметил краем глаза Эгъясса и Яшшира, что прошли на базу, а потом вывели с собой увлеченно беседующего с ними гиганта. А на большее мне отвлекаться было некогда. Все же, провести через себя такой объем биомассы, возродив энергомассой, под каждого подстраивая индивидуальность... Отказавшихся, кстати, было двое. Да и то, пока их моя жена не переубедила в том, что нет разницы, в каком виде жить. Привела доводы, ранее рассказанные ей, показала, убедила...       – Если после этого вечера я не увижу рядом с собой Тайры, то ты – труп! – рыкнула она, блистая синяками под глазами и осунувшимся лицом.       – А вот не увидишь! – буркнул я. – Нет у меня возможности десять дел одновременно делать!       – Завтра с утра у меня должна быть Тайра! – припечатала Джэйл. – И не ебет! Я тебе на выручку пришла, а ты мне?!       – Мать твою в пупок, Джэйл! – рыкнул я, отдышавшись после приступа ярости, который подавил, и позвал Шанасс, дав ей приказ найти Тайру, буквально тут же получив в руки выброшенную из хаотичного портала девушку. – На! Давись своей любовью, бля! – толкнул я ее в руки Джэйл, понимая, что это была просьба из тех, что и сам выполнить бы мог. Потом. – Сам рассчитаюсь за нее!       – Андрей... – попытался прикоснуться ко мне Родион, но был послан в далекое и пешее.       – Подождать, сука, не смогла, пару дней! Теперь мне прогибаться под Шанасс, как той раките придется! Бешенство матки, да?! Хотенчики замучили?! Потекла не вовремя?!       – Дрэй… – вмешался Ррокс, попытавшись меня заворожить своим мурчанием, но я рявкнул на него так, что тот смылся под крыло Яны.       – Я что-то не так сделала? – Джэйл приняла удар на себя.       – Да! Да, родная, да!!! – вызверился я. – Ты заставила меня у Высшей в долгу оказаться!!! А я бы твою девку заводную, за пару суток бы и сам нашел!!!       – Андрей, – проявилась рядом Шанасс. – Это не большое действие. Считай, что мы его подарили Джэйл.       – А так, вы бы мне могли одно действие подарить! Притом, что эта мокрощелка ничем не рисковала без вашего вмешательства! – ярился я, разгораясь всполохами огня.       – О, да кажется, наша божественность перетрудился, – хмыкнул Гэсс, кивнув кому-то там, а сам, начав воспламеняться, подошел ко мне, чуть раздвинув руки. – Иди сюда, братишка. Я тебя согрею…       – Гэсс, только не...       – Иди ко мне, брат, – уже тише шепнул он, засияв расплавленным металлом, и я просто юркнул в объятия своего брата-ярдана, позволяя пламени снести с меня все тревоги и заботы. А потом и клубком свернулся во внезапно образованном гнезде, что запылало приятным жаром, пряча лицо на его груди, невероятно горячей, раскаленной, как и сама душа ярдана. И жалуясь, ментально, в том, что мне это все стоило невероятных усилий.       Было так тепло и спокойно, что я провалился в сон, даже не заметив. Еще помнил, как всполохами огонь вокруг нас поднялся, а потом – забылся. И очнулся только тогда, когда мерзнуть начал, ощутив, как нас, огненным крылом, прикрыл кто-то из плеяды, кому навстречу Гэсс подался, как к родному. Постепенно понимая, что это Седой нас, точнее своего эннэшше, и меня, как его брата, накрыл.       – Спасибо, Серый. Обязан, – шепнул я, выбираясь из тепла их тел, понимая, что оказался в интимном пламени.       – Не за что, – шепнул тот, обернув крылом Гэсса, уютно устраивая его в своем коконе.       А я даже и не успел осознать, когда Седой стал огненным... И личным противовесом Гэссера...       Улыбнувшись тепло новому дню, я вышел из керра, в котором оказался, осознав, что мир изменился. Он цвел. Он – рос. Он – зеленел. Не метафорически, а реально. Кто это сделал, и чем пожертвовал, я не знал, но склоны холмов, окропленные водой, которую, гигантскими количествами подняли из недр, покрылись ростками деревьев и кустов.       – Шанасс, как так?.. – обратился я к Высшей.       – А ты это у своих спроси, – сонно отозвалась она, попросив ее не беспокоить.       – У своих... – я осекся, понимая, что мы с Шанасс только дергали за нити тех, кто все это строил. Выливал тонны энергии, поднимал мир... Это было титаническим усилием. И я даже не представлял того, кто мог это сделать.       – Да ты это сделал, ты! – выглянув из одной из палаток, разбитых на равнине, проорала Шанасс. – А теперь заткнись и иди спать! К эннэшше! Задолбал, бля!       – А где они, мои... – пробормотал я, а после и махнул рукой. Хрен с ними. Пусть отсыпаются.       И, снова поднявшись на холм, уже не кирпичного цвета, не глинистый, а покрытый мелкой травкой, закурил, заметив издали, как ко мне, подпирая посохом землю, ковыляет ментаморф, собираясь взобраться на холм. И сам к нему спустился. Порталом.       – Привет, дед. Ты чего сюда идешь? Со мной поговорить хочешь?       – А ты мои слова услышишь, новоявленный? – хрипловато рассмеялся тот.       – А ты скажи, – согласился я.       – Стар я... – ментаморф присел на камень. – Стар не телом, душой. Хочу уже на отдых. Но, перед тем, как уйду, хочу тебя провести кое-куда, если ты пройдешь, новоявленный.       – Да пройду, отец, почему бы нет? – тепло гнезда до сих пор бурлило во мне, позволяя дарить себя миру.       – А нам вот сюда, – старик обвел посохом круг, в котором начертал какой-то символ, и я ощутил возможный портал, открыв его, провалившись в душную атмосферу нехватки кислорода, и аммиачного запаха, который могли издавать только особи моего плана бытия. Ну, то есть, антропоморфные. И уткнулся в сотни глаз, панически сошедшихся на мне. Я бы не назвал их людьми, но нечто общее с нашим видом они имели. И меня это ввело в шок. Я, пока шел по коридорам, вывешивал конструкты очистки воздуха, кидал продуктовые наборы, но не понимал. Просто не осознавал того, что это – материальные особи. Биологические. Живущие в мире, где нет, и не было биологии.       – Это оставшиеся в живых от какой-то станции, что здесь оказалась?.. – спросил я старика.       – Нет, новоприбывший. Это – истинные жители. Те, кто сумел спастись. Здесь есть вода, еда, и даже воздух. Но это не жизнь. Если ты хочешь мира, дай им право вернуться на поверхность.       – Не получится, – я покачал головой. – Но я могу их переправить туда, где им будет хорошо.       – Верни им мир! – блеснул глазами старик, после чего пропал, из чего я вывел, что это был морф.       – А у нас еще не все и налажено, – произнес я в эфир, теребя Валентина, Семена, Стрижиков, и эннэшше, заставив резко проснуться и прибыть ко мне, – указав на гуманоидов. – А вот это и есть истинные жители Адарона. И что мы с ними сделаем?..