А что, если?...

Андрей Жданов мерил шагами свой кабинет. Что такое совесть? Маленький въедливый червяк, который почему-то молчал, когда Андрей спал со всеми «рыбками» Милко. Совесть оставалась в тени, когда Андрей врал родителям, врал Кире, врал банкам о платежеспособности фирмы, врал Кате, что любит ее, когда еще не любил. Врал ли? Но почему-то именно сейчас, накануне важного совета директоров, вместо того, чтобы уже обсуждать в конференц-зале фиктивный отчет, он ходит туда-сюда по кабинету, как неприкаянный. Еще и Катя убежала неизвестно куда. Нужно быть слепым, чтобы не заметить ее охладевшее к нему отношение в последнее время. У Андрея Жданова были проблемы со зрением, но слепым он не был… И он замечал. Ее отчужденность, ее грубость, ее характер. Где-то он допустил ошибку, но где – не знал точно. И кабинет, сколько его не измеряй шагами – ответа не приносил. ___ - Шура? Шурочка, а где Катя? – не выдержав, Жданов набрал номер секретарши вице-президента в поисках запропастившейся Кати. - Катя делает ксерокопии. Сказать, чтоб зашла к вам? – деловито отчиталась преданная секретарша Романа и ждала дальнейших указаний. - Нет, Шурочка, я сам сейчас подойду, - бросив телефон на место, хлопнув дверью, Жданов-младший помчался по коридору. ___ - Катя! Вот ты где, - перехватив Катерину по пути в конференц-зал, остановил ее. Катя затравленным зверьком смотрела на него сквозь круглые очки, будто он ее поймал за преступлением. - Д-да, Андрей…Палыч… - Катя переступала с ноги на ногу, прижимая папку с отчетом к себе. Но Андрей не собирался ее вырывать. - Кать, я решил показать реальный отчет, - тон не терпел возражений. Таким тоном обычно зачитывают смертные приговоры и объявляют войны. - Отец поймет. Я спать ночами не могу, Кать, - он не оправдывался, не раскаивался, не просил помощи, не извинялся. Он был просто Андреем Ждановым, президентом компании «Зималетто», пытающимся поступить правильно. - Он у вас в кабинете? – спросил Андрей, уже собираясь развернуться и отправиться в каморку за бумагами. - Он… - голос Кати дрогнул, - Он у меня тут, - она протянула ему стопку черных папок. Так, как мать отрывала ребенка от груди, так и Катя расставалась с этими документами, - Мое заявление об уходе там же, - уже шепотом добавила Катя. - Андрей! Сколько тебя можно ждать!? – голос Киры резанул по ушам. Андрей заставил себя взять реальный отчет, кивнуть Кате и проследовать за Кирой. А в голове была одна мысль: «Она меня предала». ___ - Да, плохи наши дела, - протянул Павел Олегович, листая отчет. Как будто, если больше он будет смотреть на цифры, тем лучше они станут. - Ка-таст-ро-фа, - заключила Кира. Андрей привык к ее нотациям. Он их выдерживал стойко и мужественно. Заключение отца волновало его гораздо больше. - Мы все с потрохами принадлежим Пушкаревой, - подлил масло в огонь Саша. - Она оставила доверенность на меня, - прекратил Сашин поток желчи Андрей. Сжав руки в кулаки и устремив взгляд в стол, Андрей мог почти здраво соображать. Меня предали предали предали Все заканчивается. Все имеет начало и имеет конец. Была ли у нее причина так сделать? Разбираться Андрей не собирался. Катя, бывшая ему правой рукой. Катя, которой он доверял больше, чем самому себе. Катя, которую он любил! В глубине души Андрей знал, что поделом ему. За всю сказанную ложь. За всю причиненную им боль. Вселенная обошлась с ним закономерно, выбив почву из-под ног там, где он не ожидал. И это было справедливо. Осталось сжать сильнее кулаки и пережить этот ужасный день и эту ужасную жизнь. ___ После изъяснения всех нюансов, Павел Олегович подвел итог: - Пришло время решить – остается ли Андрей на своей должности или Совет директоров вынужден выбрать нового президента компании. Павел Олегович имел удивительное свойство: внушать спокойствие. Наверное, такая способность к коммуникации сыграла не последнюю роль в развитии бизнеса. Но напряжение, царившее в конференц-зале, было сильнее, чем излучаемое спокойствие. - Перерыв тридцать минут. За это время каждый должен подумать о своем решении. Постарайтесь принять его максимально ответственно. В наших руках – судьба компании. Андрей первым выскочил из зала, хлопнув дверью. Было тошно. ___ Катя, видимо, уже ушла. Вещей ее не было, только папки, разбросанные по столу, свидетельствующие о том, что тут вообще кто-то был. Сбежать – это так легко и предсказуемо. Ни объяснений, ни разговора. Ничего. Это то, что ты заслуживаешь, Жданов. - Андрей, можно? – Кира стояла в дверях. Как будто, если он скажет «нет» - она отстанет. - Заходи, - безэмоционально махнул рукой Андрей и сел, пока еще в свое, кресло. - Поговорим? – Кира пыталась быть спокойной, но таковой не являлась. ___ Кира Воропаева не была злой. Кира хотела быть доверчивее, добрее, любить так, чтобы не быть в тягость. Но каждая ее попытка обрывалась очередной любовницей, очередным дебошем, очередным враньем. План в голове Киры родился быстро. За четыре года мучений, за сотни бессонных ночей, за тонны лапши на ушах Кира Воропаева заслужила хоть немного счастья? ___ - Андрюш, ты же не глупый – ты все понимаешь. Пал Олегович и Кристина будут голосовать за Сашу. Малиновский и Маргарита – за тебя. Понимаешь, к чему я веду? – Кира постукивала наманикюренными пальчиками по столу. Это раздражало. - Что твой голос опять решающий? – Жданов давно понял, зачем она пришла. Но до последнего не хотел верить, что Кира опустится до шантажа. - Да, Андрей, понимаешь, я устала. Устала от твоих любовниц и похождений. Но, знаешь, - Кира встала, подошла к окну. Потом снова вернулась к столу, - Я и это смогу вынести. Кира старалась не плакать, но ее блестящие от слез глаза ее выдавали. - Я проголосую за тебя, если ты на мне женишься. Кира направилась к двери и, словно на прощание, добавила: - А любить и спать ты можешь хоть с Квазимодо, хоть с Пушкаревой. ___ Если любовь может уйти в минус, то любовь Андрея к Кире была с этим знаком. Минус – спокойствие. Минус – доверие. Минус – ревность. Андрей помнил, что когда-то он ее и вправду любил. Когда все стало привычкой? Когда забота стала назойливостью, а внимание – бременем? Андрей не знал. И что делать дальше – не знал. ___ Тридцать минут прошли быстро, и конференц-зал снова наполнился народом. Андрей с гордо поднятой головой ждал приговора, на всякий случай уже упаковав свои вещи в коробки. Возможно, он улетит, как Кристина, в гости к туземцам и будет спокойно получать выплаты. Возможно, устроится на новую работу. Возможно, останется президентом и будет тут. Ожидание угнетало. - Итак, кто за то, чтобы Андрей Жданов остался президентом «Зималетто»? Первая рука вверх – Ромка. Ну конечно, верный друг, помощник во всех махинациях и гуру самых безумных идей. Вторая – медленнее, но так же уверено – мама. Готовая принять ошибившегося сына всего, всегда и неоспоримо. И третья – последняя. Кира подняла руку. И Андрей решил, что точно женится. Главное отличие Киры от Кати – не в красоте, не в степени назойливости, не в его любви. Кира, в отличие от Кати, его не предала.