Well, show me the way...

Секундная заминка и беспрекословное выполнение приказа, ничего иного Килгрейв и не ждал. Не ожидая и того, что станет только больнее. На кой ляд сдалось это «люблю» из-под гипнотической палки, сказанное вовсе не тем человеком, что был ему нужен, произнесенное абсолютно не тем голосом, который так отчаянно хотелось услышать, произносящим эти слова – для него! Так, что зомби-вариант и тот бы устроил, но даже это, поманив химерой, ускользнуло из уже протянувшихся для радостных объятий рук. - Целуй меня. – мерно процедил он сквозь зубы, приняв решение испить сию чашу душевной отравы до самого дна. Хуже не будет, некуда, и так хоть вкус этой дряни, Джессики Джонс, чем-то совершенно иным, отобьется. Всего секунда-другая и к его губам безропотно прижались другие губы. Мужские, такие же, незнакомые… Странное чувство. До дрожи. Удивительное. На удивление приятное. Кажется, тоже до дрожи, ничего себе! Краткое физическое неприятие, когда поцелуй углубился, и на затылок легла рука, широкая, мужская, а не привычно-маленькая женская, а затем… просто все забылось, кроме этого поцелуя и сопровождающих его необыкновенных в своей новизне ощущений. - Проваливай. – щедро глотнув успокаивающе-прохладного ночного воздуха, передумал Килгрейв отправлять доброго самаритянина самоубиваться. Отвернулся от него, обратно помрачнев, отошел, оперся о парапет и снова уставился на чернеющую далеко внизу воду. Куда чуть было не свалился сам, от неожиданности, когда незнакомец запросто не подчинился, вместо этого повторив его действия, отправляться восвояси явно не собираясь. Он такой же, как Джессика, с тем же иммунитетом?! Совпадений, конечно, до хрена, но чтоб настолько!.. Стоп. То есть… Так он что, поцеловал его не потому, что поступить по другому просто-напросто не мог, как бы того не хотел?.. - Не знаю, что у тебя случилось, приятель, но давай ты мне об этом расскажешь. – легко, как не первый год закадычному другу, предложил поразительный незнакомец. Никуда от него не уходя, однако и не наседая, и готовый ухватить его в любую минуту, удерживая от шага в бездну. – Давай по стаканчику, что скажешь? - Я не гей. – невпопад ответил ему Килгрейв, вроде сообразив, что это значит, но следом за тем понявший, как это сейчас прозвучало, и расхохотавшийся до слез. Вряд ли только от смеха. - Я тоже. – рассмеялся следом за ним и обычный на вид мужчина с практически невозможным иммунитетом к его сверхъчеловеческой силе. - Тогда… Зачем? - Тебе это было жизненно важно, буквально. Слишком хорошо это было видно. - Соврать, что я такой неотразимый, было никак? Как же это здорово, вот так смеяться с кем-то вместе, заодно… Так вот как бывает тепло и светло на душе, когда кто-нибудь проявляет к тебе участие... Искреннюю заботу, по собственной воле. Впервые в его жизни. - Скажу честно – ты не первый парень, с которым я с удовольствием поцеловался, но было это давно. Так как, выпьешь со мной? – улыбнулся тот ему открыто и приветливо, сказав такое, что и в наши дни чаще предпочитают никому о себе не говорить. – Меня зовут Стивен. Доктор Стивен Стрэндж. - Ненавижу докторов, но ты мне нравишься. – захотелось пошутить, а получилось долбанным флиртом. После чего, недолго поколебавшись, Килгрейв сказал то, чего не говорил уже очень давно, и никогда больше говорить не собирался. – Кевин. Кевин Томпсон.