Этюд, ещё этюд

Взявшись за руки, молодые люди пошли прочь и, свернув с оживлённой улицы, оказались в небольшом парке, где в это время можно было встретить только молодых мам с колясками и двух-трёх старушек, вышедших подышать свежим воздухом. Брайан обнял Крисси за плечи и, пока они медленно шли вдоль мокрых газонов, усыпанных пожелтевшими листьями с ровно подстриженных кустов, рассказывал о своей работе, записи песен и планах на будущее. Вскоре они оказались на ответвляющейся узкой аллее, посреди которой была разбита клумба с бархатцами, сейчас лохматыми и мокрыми. — Они похожи на маленькие солнца или планеты, — кивнула на цветы Крисси. — Да, действительно! — ухватившись за тему астрономии, Брайан даже остановился на радостях. — Я недавно читал про самую яркую звезду созвездия Девы — Спину, и эти… как их… бархатцы очень её напоминают. А знаешь, какую богиню видели в этом созвездии греки? — Может быть, Афродиту? — Неа. — Ну рассказывай! — Крисси повернулась и оказалась стоящей лицом к Брайану. — Давай я лучше тебя поцелую, — и он наклонился, чтобы достать до губ девушки и прижаться к ним на несколько секунд — слишком коротких и бесконечно долгих одновременно. Когда он отстранился, Крисси заметила: — Я думала, тебе просто нравится говорить об астрономии… — И это тоже! Но когда за это можно получить награду, особенно приятно. — Ну так и что там с девой и греками? — девушка с трудом сдержала смех. — Ну, наиболее распространена версия, что Дева это — Деметра, мать Персефоны, богиня плодородия и земледелия. — А, я знаю этот миф! Когда Персефона в Аиде, Деметра плачет и на Земле наступает зима. А когда Персефона с Деметрой, на Земле лето. — Точно! — Брайан прижал Крисси к себе и чмокнул в макушку. — Так и стоял бы тут с тобой целую вечность… — Я тоже. Но, кажется, не выйдет… И действительно, в этот момент о кроны тонких парковых деревьев зашуршали тяжёлые капли. Холодный осенний дождь хлынул на головы обнявшейся пары, почти мгновенно перейдя в ливень. — Брай… У тебя есть зонт? — К сожалению, нет… — в этот момент Брайан чуть не провалился под землю от стыда и смущения, внутренне отругав себя за непредусмотрительность. Впрочем, долго заниматься самоугрызениями ему не пришлось, потому что Крисси высвободилась из его объятий и шепнула: — Ну тогда побежали! Взявшись за руки, как дети, впрочем, и так ещё совсем молодые, они побежали, перепрыгивая лужи, к ближайшему навесу. Оказавшись в убежище, продуваемом ветром, они одновременно заметили маленькое кафе, расположившееся всего в двух шагах от парка. Следующей перебежкой ворвавшись внутри, Брайан и Крисси, смеясь, упали на диванчик у окна. От дождя брайановские кудри почти совсем распрямились, так что Крисси не смогла не рассмеяться, прикрывая рот ладошкой. — Ты такой забавный! Как… как выдра! Как кот после купания! — увидев, как Брайан покраснел от смущения, добавила: — Ну что ты, коты после купания тоже милые... — Тогда ты тоже кошечка. Потому что очень милая. Всегда милая, — Брайан посмотрел теперь уже вдохновенно и взял холодные покрасневшие руки Крисси в свои, стараясь согреть. Вскоре подошёл официант, которому был заказан травяной чай, спустя десять минут стоявший на столике в изящных чашках. Чтобы не обжечься, подув на поверхность, от которой поднимался еле заметный пар, Крисси внимательно посмотрела на Брайана и уже без тени шутливости сказала: — Знаешь, я так тебя люблю. Просто до смерти. Так бы и сидела здесь с тобой и с этим чаем до конца жизни. — И я тебя, — эхом ответил Брайан, непроизвольно проводя рукой по волосам, снимая с них оставшуюся влагу, — и я люблю тебя безумно. Он хотел сказать что-то ещё, но вместо этого поднёс руку Крисси к своим губам и поцеловал. А увидев, как она опустила глаза, дотронулся губами и до второй. В ответ Кристин очень быстро и резко приподнялась и поцеловала любимого в уголок губ. Чай стоял нетронутым.