Первый лот

Брок отжимался от пола. Быстро, механически и без видимых усилий. Он явно успел размяться, потому что его широкая смуглая спина была покрыта пленкой пота, а запах в хорошо проветриваемом помещении стоял такой, что хотелось оказаться между полом и Броком, и чтобы Брок продолжал отжиматься. Желательно — без одежды. — Мсье, мне кажется, ваша дама уже ушла, — имитируя французский прононс, произнес Баки. — Но я не прочь ее подменить. Брок методично отжался еще раз двадцать и поднялся, вытирая полотенцем лицо. — Хотелось бы знать не только, что есть надо всем вместе, а еще хотя бы примерное расписание. Я рассчитывал еще час никого не видеть и не слышать. — Ну извини, красавчик, сегодня суббота. Это значит, что к восьми Стиву надо быть в супермаркете со списком продуктов на неделю, и если ты хочешь, чтобы он был откорректирован под твои нужды, тебе лучше позавтракать с нами. Потому что именно во время завтрака мы его и обсуждаем. — Сигареты и утяжелители хотя бы фунтов по семь. Мне все равно, что жрать, но без нагрузок я ебанусь за неделю. — То-то тебя из тюрьмы привезли фунтов на десять легче, чем мы помнили, — проворчал Баки, отодвигая стул. — Так что, еда или пустая тренировка? Сколько тебе отжаться надо, чтобы вспотеть? Раз триста? — Варианты? Тренажеры мне запрещены. — Могу поработать утяжелителем, — усмехнулся Баки, отправляя в рот кусок золотистого блинчика. — Десять раз присядешь со мной на плечах и рухнешь. И отжиматься с тремя сотнями фунтов на спине проблематичнее, чем просто так. Оглядев его с головы до ног, Брок ушел в душ, звеня цепью. — Кстати, ты чего все время голый? — спросил Баки, когда тот вернулся, снова в одних штанах. — А давай, — Брок отпил кофе и оскалился, — я на тебя ошейник с цепью надену и дам футболку с узким горлом, без застежек? И посмотрю, как ты будешь ходить. Умник. Стив переглянулся с Баки. Они действительно оставили Броку десяток разноцветных футболок. Самых обычных футболок, надеть которые он был просто не в состоянии. — Список, — Баки, похрустев тостом, щедро намазанным джемом, тоже отхлебнул кофе и облизал губы. — Нам нужен список. Ты, Брок, не сердись, мы не нарочно, чтобы ткнуть тебя носом или что-то еще. И не то чтобы ты нам не нравишься голым. Но про футболки мы просто не подумали. Утяжелители Стив тоже купит, да, сладкий? — Куплю, — пообещал Стив. — И турник, думаю, можно установить, я видел такие, в дверной проем крепятся. — Пиши, красавчик, марку сигарет, размер презервативов… шучу! — поймав взгляд Брока, Баки закатил глаза, а потом рассмеялся. — Думаю, Стив по памяти купит, если что. — Бак. — Ладно, ладно, терпеть не могу этот осуждающий тон. Может, еще что? Эклеры? Банановый мусс? Бисквитные пирожные? Маффины? — У тебя в голове одна жрачка, что ли? — Брок наколол на вилку целую сосиску и стал обкусывать ее с двух сторон, полностью проигнорировав тупой столовый нож. — Воду питьевую в галлоновых бутылях, я не пью из-под крана. Средство для мытья душевой кабинки и унитаза. Освежитель для него же. Я терпеть не могу грязь. Дезодорант без запаха, триммер для щетины, какой-нибудь гель для душа, мыло себе можете забрать. Три упаковки нормального белья для большого члена, я не ношу слипы, они мне жмут. Жесткую большую подушку, наполнитель — пух, желательно искусственный. Кофемашину мне нельзя, так что кофе будете уходить — оставьте, если не жмете. Книги, что-нибудь ненапряжное, фантастика, детективы, только не классику, она вся читана. Туалетную бумагу трехслойную, даже в тюрьме она была, а не это говно. — Однако, — восхитился Баки, когда Брок, наконец, сделал паузу, чтобы отпить еще кофе. — Стив, ты записываешь? — Запоминаю. — Белье для большого члена, ну надо же как у альф все сложно. Цветовые предпочтения есть? — Есть. Черное или темно-серое. Но в общем-то пофиг. В принципе, мне и в одних штанах хорошо. Не на многомильном забеге и ладно. Я вообще могу обойтись без всего вышеперечисленного. — Я куплю, — пообещал Стив. — Книгу лучше электронную, Баки закачает тебе все новинки. Так будет проще. Сомневаюсь, что из тонкой e-ink ты соберешь ядерную бомбу, развалишь стену и сбежишь. — Чтобы сбежать, мне не обязательно вообще что-либо взрывать, — Брок положил себе несколько рулетиков омлета и ухмыльнулся. — Да, чуть не забыл, — он отобрал у Стива планшет, открыл заметки и что-то быстро там написал, — на случай, если вы уже мысленно подсчитываете, сколько стоят хорошее белье и сигареты. — Что это? — Номер банковской ячейки на предъявителя. Ключ у управляющего, фамилия Джонсон. Покажете ему бумаги на то, что я являюсь вашей собственностью, и заберете из ячейки все, что там лежит. Ничего криминального там нет: несколько банковских карт, вполне легальных, и чековая книжка. Я не собираюсь… — Погоди, — Баки старался выглядеть сосредоточенным, но Стив видел что он сердит и растерян. — Ты… — Я небедный мальчик, Баки, если ты, конечно, об этом. И не собираюсь заказывать трусы по сто баксов за штуку, не имея возможности их оплатить. — Мы в состоянии обеспечить тебя всем необходимым, — сказал Стив, поймав готового возмутиться Баки за запястье. — Вот поэтому в нашем гребаном обществе и приходится зубами выгрызать право подтираться той маркой туалетной бумаги, которой хочешь, — сдерживая раздражение, ответил Брок. — Потому что все лучше тебя знают, как надо. Кого ебать, кем работать, во что одеваться. Клал я с прибором, Баки, на цвет футболок, прожаренность тостов и прочие неважные для меня вещи. Но трусы я хочу те, к которым привык, а не эти омежьи лоскутки, которые мне на нос не лезут. И курить хочу столько, сколько считаю нужным, и те сигареты, за которые готов заплатить. Меня не поразили ни в финансовых правах, ни в правах, мать его, человека. Меня просто вынудили, как порядочного альфу, — он показал пальцами в воздухе кавычки, — размножаться с теми, кто готов был выложить за право скакать на моем хую больше всех. Для этого пришлось хорошенько приложить меня сначала транками, потом током пиздануть, потом поморить голодом и вишенкой на торте посадить на цепь. Я понимаю, парни, что вы не худший вариант, может, не при делах даже, хотя как можно быть не при делах, покупая взрослого мужика, как кусок мяса — хуй знает. Но я очень, охуенно просто, неудобный домашний зверек. Хуже вы и выбрать не могли. У того болтливого хлыща с Роллинзом будет проблем меньше, чем у вас со мной. Но я, блядь, стараюсь. Ясно вам? Я охуенно стараюсь не усложнять. Так что, блядь, возьмите мои деньги и купите, сука, ебаные трусы, пока вам не пришлось снова пиздить меня током, чтобы унять. Если я в клетке, то хочу сам платить за мясо, которое жру. — Успокойся, — по-омежьи мягко, так, как почти никогда не разговаривал, произнес Баки. — Мы все сделаем как надо. Да, Стив? Мы пришли на аукцион из любопытства. И если бы ты не был таким охуенным и возле тебя не крутился бы Пирс, сука редкостная, садист и мудак, мы бы тебя не покупали. У Пирса, говорят, нелегальный питомник. Он зарабатывает на подпольных боях. Типа, альфы-гладиаторы. Все об этом говорят, но поймать его на горячем не выходит. Альфы, попадающие к нему, просто исчезают. Нам пришлось сослаться на десятый параграф. Не стану говорить, что передумал, как ты выразился, скакать на твоем хую — это я бы с удовольствием, больно ты хорош. Но искусственно заводить тебя, чтобы ты набросился на нас, мы не будем. Доедай, я пойду закачаю тебе книжек в читалку. Кофе и бутерброды оставляю, захочешь еще — зови. Стив, ты все запомнил? Даже жаль, что в магазин мужского белья ты поедешь без меня. Я бы еще кружевные прикупил. Себе, конечно. Я в этом плане без комплексов. Баки потрепал Брока по плечу и принялся собирать посуду. Брок несколько раз затянулся так, что сигарета мгновенно дотлела до фильтра, потом не спеша загасил ее, пропустил между пальцев модно стриженные волосы и, глядя Стиву в глаза, сказал: — Я вспыльчивый. Особенно сейчас. Я не хотел вас обижать. Вы охуенные, но мне вот это, — он дернул за цепь, — везде натирает. Эго тоже. Человек такая скотина, что ко всему привыкает. Либо сдыхает. Так что, может, через год буду через палочку прыгать и брюхо подставлять. И штаны снимать по первому требованию. Но пока натирает везде, как-то настроения нет. — Без проблем, — ответил за Стива Баки. — Фантастику или все-таки детективы? — Похуй. Главное, без острых социальных тем и сопливой любви до гроба. Терпеть оба варианта не могу. — Принято. Как насчет тренировки часа через два? У нас шикарная тренажерка. — Бак. — Под мою ответственность, Стив. Второе правило этого дома. Думаю, Брок уже понял, что мы с тобой из первой партии модификантов, выпущенной в те чудесные времена, когда головастики еще не научились убавлять мощность сыворотки. И не попытается нас огорчить. — За два часа в тренажерке я даже тебе отсосу, — хмыкнул Брок, но глаза у него были холодными и настороженными, как у загнанного в угол тигра. — Спасибо, песня не продается, — рассмеялся Баки, и только Стив почуял в этом некоторую натужность, будто он хотел согласиться, но понимал, что это плохая идея. — Подожду, пока ты сам захочешь. — Думаю, нам нужно показать его врачу, — сказал Баки, когда они вышли из подвала и надежно заперли за собой дверь. — Агрессия — это нормальное состояние… — начал Стив, но Баки его перебил: — Его вот-вот накроет гон. Неделя, может, десять дней. И нервный он от этого. Я такие вещи чую, ты же знаешь. Не думаю, что он будет рад, когда нас накроет вместе с ним. А нас накроет. Меня точно, а тебя как всегда утянет за мной, да, мелкий? Стив кивнул, прикидывая, как им всем быть — у них с Баки течка должна была начаться не раньше, чем через полтора, а то и два месяца, но наличие в доме альфы в гоне кардинально меняло планы: физиология омег, у которых альфы не было никогда, моментально подстроится под зов. Природа не упустит шанс на размножение, и хотя они оба поставили специальные импланты, как только купили Брока, течку это не отменит, только ее последствия. Дело было дрянь. Им или нужно было сойтись с Броком до его гона, или решать проблему как-нибудь кардинально, иначе можно было сразу выставлять альфу на торги. Пользоваться слабостью того, кого рано или поздно надеешься назвать партнером, было нечестно. Баки, как ни странно, тоже это понимал. — Я позвоню Чо, — пообещал Стив. — Пусть посмотрит. В медицинском заключении Брока есть упоминание о приеме подавителей. Если ему так привычнее… — То пусть травит себя и дальше, чего там. Пока хуй не отвалится, — Баки занервничал ощутимее, стоило им остаться вдвоем. — Стив… — Мы справимся. Мы столько лет уже справляемся. Пусть Брок сам решает. С учетом мнения Хелен Чо, конечно. — По-моему, клал он с прибором и на нее тоже, — вздохнул Баки и просмотрел список продуктов на планшете. — Не забудь на треть количество увеличить, — напомнил он. — И вишневый сироп не бери той фирмы, что в прошлый раз, я тебе говорил, что она дерьмо делает. У меня изжога от него, а у меня не может быть изжоги, если помнишь. Никогда. Ни от чего. К тому времени, как Стив вернулся, нагруженный пакетами, Брок принимал душ после тренировки, а Баки, пахнущий любимым шампунем, выглядел подозрительно довольным. — Только не говори, что он тебе отсосал, — попросил Стив, и Баки ему улыбнулся. — Я сберег себя для тебя, мой герой, — пафосно провозгласил он. — Но с огромным трудом, вынужден признать. Брок силен просто неимоверно. Никогда такого не видел. Или он модификант, или мы нихрена не знаем об альфах, выросших вне питомника и прочих оранжерей. — О модификациях нас бы предупредили. — Он жмет от груди немногим меньше меня, — огорошил Стива Баки. — А у меня, если помнишь, одна рука Тони сделанная. Пирс, наверное, сам себя за жопу укусил. Как думаешь, он может его, ну… украсть? — Бак. — Нет, ну а что? Меня-то пытались. — Тогда формула сыворотки держалась в секрете. — А теперь, может, есть какой-нибудь альфа-ген, какое-нибудь вещество в его крови. — Просто дикие животные всегда сильнее. Тут срабатывает естественный отбор и привычка прикладывать усилия для того, чтобы существовать. Думаю, с альфами то же самое. Привычные нам альфы — разжиревшие домашние коты. Даже те, кто держит себя в хорошей форме, делают это ради экстерьера, а не ради выживания. Они не пользуются мышцами, если это не обусловлено выбранной профессией. — Только не говори, что мы Брока в такое превратим, — нахмурился Баки. — Может, ему действительно было лучше умереть на ринге у Пирса, чем жить у нас в клетке? — Не говори ерунду, — Стива буквально передернуло от такой альтернативы. — Хелен приедет вечером, на обед лазанья от Массимо. Кстати, он передавал тебе привет. — Только такие, как он, и убеждают меня, что у нас не средневековье наоборот, а вполне себе цивилизованное общество, в котором альфы могут заниматься чем-то кроме «обслуживания текущих задниц». — Я купил тебе кружевные трусы, — Стив знал, как отвлечь Баки от мыслей о смысле жизни. — Голубые. Баки, плотоядно ухмыльнувшись, нырнул в пакет из магазина мужского белья едва ли не с головой, а Стив вспомнил, с каким выражением на лице на него смотрел молодой консультант-омега, когда он запросил три упаковки белья для большого члена. Будто прикидывал, себе он его берет или нет. По всему выходило, что нет. На кружевной паре для Баки, видимо, мозг консультанта сломался окончательно, потому что размер был явно не Стива, а, значит, белье он покупает для двух разных мужчин, и покупка свершилась без особых эксцессов. Себе он ничего брать не стал — чужую психику следовало беречь.