Я буду твоей первой неудачей.

Сейчас.

Оби думал не слишком долго. Или вернее будет сказать - слишком недолго. Для себя он уже все решил, сразу как только посмотрел в прицел и увидел там Какаши. Все это того не стоило. Или вернее будет сказать - он не стоил всего этого. Точный выстрел, после чего брюнет быстро поднялся на ноги и рванул прочь. На ходу разобрав оружие на части, он спрятал его в некое подобие тубуса для бумаг большого формата. Дальше миновал все этажи со скоростью, которую казалось еще никогда не развивал. Даже в тот раз, когда за ним гнался целый вооруженный отряд. В груди бешено билось сердце. Но вовсе не из-за бега. Он сошел с ума. Ноги несли Учиху, будто обладая самостоятельным разумом или по крайней мере встроенной навигацией, ведь перед глазами у него были все еще пепельные волосы из прошлого. Нет. Не прошлого, а настоящего. Все это происходило сейчас. Не обращая внимания на такие мелочи как дверь, Обито наконец оказался на улице. Под маской не было видно лица, но грудь его быстро поднималась и опускалась, а все тело трясло от эмоций. Нет, это не ошибка. Столько всего он не чувствовал слишком долго. Слишком долго ему не было так больно. Это неправильно. Он не совсем понимал эту боль. Она была другой. Не как в день ее смерти. - Где же ты? - шепчет брюнет одними губами в то время, как взгляд почти хаотично скачет по всей округе в надежде обнаружить искомое. В следующий момент мимо стрелой проносится черный Рендж Ровер, за рулем которого водитель с серой копной волос, а на заднем сидении тот самый глава фирмы с всего навсего простреленной ногой. Бедро. Единственно место куда Оби мог выстрелить, чтобы не задеть Хатаке. Он сошел с ума. Ни секунды промедления. Рывком добравшись до машины, он заводит ее и давит на педаль, забывая в спешке снять с ручника. Машина гудит. Кажется она недовольна своим хозяином. Ох, а как же недоволен он сам. Погоня длится недолго. Но шины стерты об асфальт, ручной тормоз отказывается от своего прямого предназначения, а сам Учиха снова забыл как дышать. Резко выкрутив руль, он разворачивает машину и таранит темный внедорожник в бок бампером. Рендж слетает с дороги и делает кувырок. К счастью, всего один, благодаря ставшему на пути столбу. К счастью ли? Правое переднее колесо продолжает свой путь в гордом одиночестве. Наемный убийца действует без промедления. Секунда и он возле разбившегося автомобиля. Парень быстро достает оружие из кобуры под курткой и делает два метких выстрела. В голову и сердце. Обито сошел с ума. После он движется к водителю. Двери на месте нет. Какаши стреляет, но ушибленная рука не слушается. Пуля всего лишь царапает щеку человека в маске. На что тот грубо вытаскивает его из машины и буквально кидает снова на нее. Телохранитель с такой силой бьется об авто спиной, что перед глазами на момент все исчезает. И он бы сполз вниз, будто желейная фигурка, но киллер крепко держит его за грудки. Где же пистолет? В руках у Какаши только многозначительное ничего, а вот револьвер противника уже у виска. Это конец? Он сошел с ума. Тело не двигается и пепельноволосый смиренно закрывает глаза. Он устал. - Стреляй, - мягко и даже нежно шепчет бывший страж правопорядка. - Сними мою маску, - уверенный голос доводит Хатаке до мурашек. Он сошел с ума. Хотя вернее будет сказать, они оба сошли с ума. Черт знает, кто больше. Рука медленно тянется к черной ткани. Это была бы прекрасная возможность, но что-то не так. С чего бы подобному вообще происходить. Оби чувствует, как сердцебиение под его рукой сначала останавливается, но тут же с бешеной силой бьет в ладонь. Какаши решает что он умер и попал в рай, потому без сомнения снимает свою маску и целует парня перед собой.

***

Как там думал Учиха? Он не стоит всего этого? Ах, нет. Еще как стоит. Настолько, что в его голове совершенно нет никаких сожалений. На ощупь открыв входную дверь ключом, парни вваливаются в помещение, не в силах оторваться друг от друга. Какаши грубо вжимает брюнета в стену прихожей, после отстраняется всего на пару сантиметров и смотрит ему в глаза. Так испуганно, словно он только сейчас осознал все произошедшее ранее, а в придачу еще и смысл всего-всего во вселенной обнаружил. Киллер смотрит в ответ спокойно, ухмыляясь. Он контрастно мягко гладит старого друга по щеке и шепчет, приятно низким баритоном, но все же с заметной ноткой угрозы. - Я не сон. Поверь наконец. Или я сам заставлю тебя откинуть эти сомнения. Хатаке копирует ухмылку напротив и тут же закрыв глаза, целует того, кого отчаянно не мог забыть все эти годы, а он в ответ нагло притягивает его к себе плотнее, сжимая в руках ягодицы. Крепко, влажно, вкусно. Как же сладко, несмотря на привкус крови. И кроме всего прочего - тепло. Душе тепло, а телу слишком жарко, чтобы оставаться в одежде. Где-то на полу лежит верх сначала одного, чуть дальше второго. Уже на пороге спальни они вспоминают, что совсем забыли про обувь. Там она и остается. Инстинктивно бывший страж правопорядка подмечает несколько интересных деталей, пока его раздевают окончательно. С вероятностью в сто один процент - квартира съемная. В углу припаркована небольшая сумка с необходимыми вещами, часть которых висит на спинке стула рядом. В противоположном углу журнальный столик, а на нем карточка, скрученная трубочкой иностранная купюра и остатки почти белого порошка. Все это ни капли не похоже на набор юного любителя испечь стопку блинчиков, да и никто из них не был скаутом, так что версию с печеньем тоже не учитываем. На прикроватной тумбочке визитки в приятном оформлении и пачка уже начатых презервативов. В остальном квартира в некотором понимании чиста. Здесь будто никто и не живет. Пепельноволосый издает тихий смешок, замечая на визитках имена не только девушек, но и парней. Это привлекает внимание Учихи. Он моментально оказывается сверху и угрожающе клацает зубами прямо перед лицом друга. - Смотри на меня, - рычит тот. - Все твое внимание, мысли и чувства теперь только мои. Ты весь мой. - Да, Оби, - кивает телохранитель и за затылок притягивает парня к себе, вовлекая в очередной, явно не последний, поцелуй. Пока их языки придают иное значение понятию "танец", рука лидера преступной организации спускается по обнаженному телу вниз. Он довольно почти урчит в губы парня под собой, терзая его сосок. Вот только Обито не терпится зайти дальше в это море. Теперь он не остановится, пусть даже за окном начнется апокалипсис. Он возьмет свое. Кончики пальцев скользят все ниже по телу Хатаке, который все крепче сжимает черные волосы в кулаке с пьянящим предвкушением. Киллер наклонив голову, кусает где-то между шеей и плечом. Очень грубо и властно, от чего из груди жертвы вырывается стон. Так его еще не кусали. До кровавых отметин. Словно след от раскаленного клейма на коже обузданного и присвоенного жеребца. Тавро. Какаши не заметил, когда острые зубы перестали пытаться откусить от него сочный кусочек, но он даже если бы и хотел, не смог бы проигнорировать то чувство, которое пришло на смену боли. Блондин открывает глаза и пытается сосредоточиться. Вот только увиденное заставляет его мычать от возбуждения. Да и не только от него. Послав прелюдии намного дальше, чем к чертовой матери, Учиха уже вовсю занят делом. Его голова с умеренным темпом ходит вверх вниз, а одна рука крепко сжимает бок парня. Вторая бездействует совсем недолго. В следующий миг она скользит куда-то вниз и теперь старательно ласкает все, что осталось без внимания, то сжимая, то надавливая, то массируя. Он сошел с ума. Или вернее будет сказать, медленно сходит в эту самую минуту. - Нет… Стоп… Хватит, - задыхается пепельноволосый, а как только мучитель отстраняется, тянет его на себя и одним ловким движением оказывается сидящим сверху. Он переводит дух одним глубоким выдохом, но не двигается, упираясь руками в грудь парня, который теперь самодовольно ухмыляется где-то под ним. Обито понимает все без слов. Его лучший друг еще не был в роли пассива. И вероятнее всего даже не делил кровать с представителями сильной половины. Это добавляет уверенности, ласково гладит самолюбие и заставляет глаза убийцы сиять. Он мягко скользит по пояснице Какаши и шепчет, не выпуская из объятий. - Расслабься. Хатаке не шевелится и никак не реагирует, его голова опущена, а глаза закрыты. Брюнет недовольно хмурится. Ему не нравится такой расклад. И чтобы донести это до блондина, он со звонким характерным звуком, опускает руку на его ягодицу. Бледная кожа тут же краснеет от сильного шлепка, оставляя очередной след на "присвоенном жеребце". С шумным протяжным выдохом страж спускается немного ниже, округляет спину, чтобы достать до цели и все так же молча, начинает целовать шею Оби, оставляя после каждого поцелуя яркую и такую прекрасную метку. Учихе неудобно, но пока что это терпимо. Он собирает всю смазку и медленно входит в, на удивление, расслабленное и податливое тело. Телохранитель тихо мычит и выгибается только от третьего пальца и в ответку впивается не менее острыми зубами в шею мучителя, но тот не отпускает от себя и продолжает движение там внизу. Брюнету неудобно. Чертовски не-у-доб-но. Он не может нормально двигаться и от того злиться, теряя над собой и без того уже мало ощутимый контроль. Сжав горячие ягодицы в руках, Обито властно заставляет принять друга нужное положение и наконец начинает входить в него. Он старается делать это медленно и плавно, но сам не может понять выходит ли, потому как в голове осталось одно единственное желание - взять свое. И он берет. Они сошли с ума. Какаши теряется в пространстве на какие-то секунды, но войдя в раж, уже со следующим движением сам полностью опускается на парня под собой. Оба стонут в голос, не стесняясь никого и ничего, а уж друг друга так подавно. Они слишком быстро подстраиваются друг под друга и движутся теперь, как один единый механизм. Только сейчас у киллера проскакивает мысль, что он упустил что-то вроде как важное. В голове все путается и как только он почти вспоминает, что именно забыл, Какаши резко опускается "сбивая с ног" того, без возможности ухватится за одну такую банальную мысль про защиту, что лежит наготове... там, возле визиток. Похоже это правило сегодня потеряло для обоих даже самый малейший смысл. Хатаке заканчивает первый. Или вернее будет сказать, он не заканчивает и даже не клишево-заезженное "кончает", он заканчивается весь, переставая существовать в этом мире по крайней мере сознанием. Но, поддаваясь рукам Обито, продолжает двигаться. Брюнет не заставляет себя долго ждать. Еще парочка резких движений и он присоединяется к Хатаке-Мудатаке, пометив его еще несколько иначе. Их больше нет на этой планете, да и во вселенной тоже. Так будет, по крайней мере, ближайшие пару часов.