Это не тот избранный, которого ты ищешь

      Гарри не мог смотреть в глаза Дурслям, но спустя какое-то время устал сидеть в одиночестве и вновь и вновь переживать случившееся. Поэтому Гарри открыл подаренный Walkman, вставил батарейки и одну из кассет и выскользнул из дома на прогулку. Стоял жаркий солнечный день — один из тех, когда дети играют и смеются на улицах, в воздухе слышна музыка, а люди наслаждаются приятной атмосферой.       Не в такой день ожидаешь столкнуться нос к носу с адской гончей.       Она представляла собой огромную темную тень, проносящуюся через весь Литтл Уингинг в направлении Тисовой улицы. Она более-менее напоминала собаку — в той же мере, в которой акула более-менее напоминает рыбу. В общем, она была смутно собакоподобной. Но на этом сходства кончались. Ни у одного пса зубы не напоминали ножи, а глаза не горели адским пламенем. А еще ни один пес не оставлял за собой слегка дымящиеся следы.       Адская гончая бежала. Она искала хозяина, и да помогут Небеса любому, кто попадется ей на пути.       В Аду не были уверены, сможет ли адская гончая найти Антихриста, но, даже если и не найдет, она посеет на Земле ровно столько хаоса и разрушения, сколько и хотелось бы Аду.       В полпути от Тисовой улицы адская гончая почуяла запах Гарри. Она навострила уши и ускорила бег.       Гарри же тем временем дошел до местного парка и сидел на качелях, слушая музыку в наушниках. Такая музыка нравилась Дадли — тут было много электрогитары и прочего. Гарри должен был признать — звучало неплохо. Какие-то песни он уже слышал раньше по старому сломанному радио, которое он спас из мусора и которое загадочным образом вновь заработало, стоило Гарри его включить. Он старался не думать, как это произошло, но, увы, не мог.       Неведомо для него адская гончая следовала за его запахом и в любой момент могла пересечь границы парка.       Гарри в общем-то не любил собак. В основном его взаимодействие с ними сводилось к встречам со Злыднем, толстым и злобным бульдогом тети Мардж. Как-то раз он попытался его укусить. После этого он превратился в завывающий куль шерсти и жира, прячущийся позади тети Мардж, а Гарри после этого случая перестал любить собак в целом. Кроме того, ему не нравилось, как они пахли. Если пускаться в рассуждения, Гарри бы куда больше предпочел в качестве питомца змею. Они были хорошими собеседниками.       Поэтому адская гончая, приближаясь к новому хозяину, осознавала, что меняется. Плотная черная шерсть сменилась гладкой чешуей, а каждый сделанный шаг всё сильнее приближал ее к земле. Когда адская гончая пересекла границу парка, она уже не была гончей.       Вместо этого она стала огромной черной змеей с красным животом и угольно-черными глазами. Длиной она была больше шести футов, а в ее клыках скрывался крайне токсичный яд, но, несмотря на всё это, она была еще и на удивление послушной.       Змея ползла в траве к качелям, на которых сидел Гарри. Мальчик замер, заметив длинное кривое тело, ползущее к нему.       Адская гончая смотрела бы на Гарри с собачьей привязанностью и абсолютной преданностью. Адский змей, однако, был немного более прагматичным. Как-никак, он был змеем. Он высунул голову из травы, оглядел Гарри с ног до головы и сказал:       — Значит, это за тобой я должен присматривать.       Гарри снял наушники и нажал на кнопку «стоп» на плеере.       — Простите?       — Я твой новый спутник, — сказал адский змей. — Те, кто Внизу, послали меня составить тебе компанию и убедиться, чтобы ты вляпался во всевозможные неприятности.       Гарри моргнул.       — Погоди, кто тебя послал?       Змей отмахнулся от него хвостом.       — Забудь, — сказал он. — Как мне тебя называть?       — Гарри, — к этому моменту Гарри основательно озадачился. — Меня зовут Гарри.       Змей издал змеиный эквивалент фырканья.       — Гарри, — повторил он. — Не Каин или Адам? Что-то, ну, библейское?       Гарри уставился на него.       — А, забудь, — философски изрек змей. — Если ты дашь мне имя получше этого, мне будет всё равно, как тебя называть.       — Я думал, змеям имена не важны, — заметил Гарри, игнорируя выпад в сторону своего имени.       — Да, но с людьми всё иначе, — ответил змей. — Если я буду твоим спутником, тебе придется как-то меня называть, верно?       Змей выжидающе посмотрел на Гарри, и тот задумался. День пока складывался не очень удачно, и мысль о том, чтобы обзавестись спутником-змеем, была… Довольно соблазнительной. Змеи всегда казались ему друзьями. Гарри задумался, можно ли будет взять змея в Хогвартс. Наверное, стоило спросить, считаются ли они за питомцев.       Гарри посмотрел на змея, пугающего, сверкающего черным и алым, на его длинное тело, растянувшееся в траве. Он решил, что такой змей заслуживает впечатляющего, вселяющего страх имени.       — Как тебе нравится имя Астарот? — спросил Гарри. Он не помнил, где встречал это имя, но оно показалось подходящим. Змей улыбнулся, обнажив клыки.       — Очень нравится, — ответил он и пристально посмотрел на мальчика. — А теперь расскажи, почему ты так печально пахнешь.       Гарри поколебался, а потом рассказал, что случилось утром. Когда он закончил, Астарот какое-то время молчал.       — Ну, эти Дурсли, судя по твоим словам, семейка ублюдков, — сказал он, отчего Гарри прыснул. — И что ты думаешь насчет этой школы волшебства?       — Не знаю, — ответил Гарри. — Полагаю, надо туда поступить. Но я не могу оставаться здесь после того, что случилось утром, — он посмотрел вдаль, мыслями уносясь далеко-далеко. — Думаю, мне стоит поехать в Лондон. Уверен, найти там волшебников будет нетрудно. Судя по письму, они ходят в мантиях.       — Куда бы ты ни направился, я иду с тобой, — уверенно сказал Астарот. Гарри тускло улыбнулся.       — Мне стоит собрать свои вещи. Возвращаться сюда я не собираюсь, — сказал он. — Ты не против подождать меня здесь?       Астарот высунул язык.       — Заняться мне всё равно нечем, — ответил он, и Гарри верно расценил это как согласие.       — Вернусь так скоро, как только смогу, — сказал Гарри, встал с качелей и надел наушники.       Вскоре он вернулся в четвертый дом на Тисовой улице. Незаметно для всех он вошел через входную дверь и поднялся в свою спальню. Вынув из рюкзака все школьные принадлежности, Гарри сложил туда сменную одежду, письмо из Хогвартса и список книг и предметов и задумался, что еще ему забрать. В итоге он остановил свой выбор на подаренном плеере и кассетах, а также любимой книге. Рюкзак оказался практически забит до предела, поэтому Гарри сложил в кошелек все накопленные карманные деньги и закинул в рюкзак пару пачек чипсов, чтобы не голодать в Лондоне.       Закрыв рюкзак и повесив его на спину, Гарри в последний раз оглядел спальню. Ему было жаль расставаться со всеми книгами, но в целом попрощаться с этим домом стало куда легче, чем он ожидал. К тому же, Тисовая улица никогда и не была его домом, так что, возможно, ему не стоило и удивляться.       Гарри во второй раз за день покинул дом и направился в парк. Астарот лежал там же, где его оставил Гарри, и наслаждался солнечным светом. Когда мальчик приблизился, он поднял голову.       — Готов идти? — спросил он. Гарри отважно кивнул, и змей подполз ближе. — Как мы туда попадем?       Гарри тоже над этим думал, но с уверенностью ответил:       — Думаю, моя магия нам поможет. Я очень-очень сильно пожелаю оказаться в Лондоне. Раньше это работало, пусть я и не осознавал, что это магия.       Астарот кивнул.       — Тебе придется взять меня на руки, чтобы я не остался здесь, — сказал он, и Гарри бережно поднял огромного змея. Хвост Астарота продолжал свисать до самой травы, но Гарри решил, что это не так важно. Он закрыл глаза и пожелал переместиться в Лондон.       Раздался тихий хлопок, и мальчик со змеем исчезли.