Зависимость/Addiction

— Луис, можно тебя на минуту? — Джастин приоткрыл дверь кабинета, жестом приглашая мужчину на разговор. — Да? — с серьезным видом переспросил он, пряча руки в карманы офисных брюк. — Кто эти ребята? — Бибер окинул взглядом парней через стеклянную стену. — Стажеры, — невозмутимо отвечает Луи. — А та девчонка? — карие глаза задержались на Кендалл чуть дольше, чем на остальных, а его губы дрогнули в напряженной полуулыбке. — Тоже. — Что она делает в группе парней? — Джастин резко переместил свой строгий взгляд на Луиса, который непонимающе нахмурился. — Проходит практику. Что не так? — произносит он с заметным смятением. — Следи за ней, Луи, — приказал Бибер с тем же холодом в голосе. — Чтобы больше не роняла ручки на пол… Отвлекается от занятия. Мужчина усмехнулся, опуская глаза. — Скоро закончите? — Джастин кинул безразличный взгляд на наручные часы, облизывая губы. — Через десять минут, — оповещает Луис, обхватив рукой дверную ручку. — Я могу продолжить работу? Джастин кивнул и твердыми шагами направился в сторону лифта. Кендалл внимательно проследила за отдаляющейся фигурой мужчины, нервно постукивая пальцами о поверхность стола. Он не должен был увидеть ее здесь, и эта встреча просто вывернула девушку наизнанку. В животе легкость, а сердце подрагивает в груди, распространяя по всему телу волну мурашек. Джастин выглядит так чертовски хорошо сегодня… что Кендалл испытала неконтролируемое желание обнять его, уткнуться носом в его ароматную шею и больше никогда не отпускать. Но она поклялась себе не думать о нем, поэтому девушка лишь мотнула головой, фокусируя взгляд на экране ноутбука с яркими графиками. Когда занятие закончилось, девушка быстро собрала вещи в сумку и закинула ее на плечо. Она поправила белую блузку на груди и приготовилась выйти из кабинета, как неожиданно цепкие пальцы ухватили ее за локоть, остановив. Девушка обернулась, вопросительно вскинув бровь. Перед ней возникла фигура светловолосого Джека, который все занятие как-то подозрительно на нее смотрел. — Какие у тебя планы на вечер? — улыбнувшись, спросил парень. — Сделать уроки и лечь спать, — Кендалл выдавила ответную улыбку, энергично выходя из кабинета. Джек опустил взгляд себе под ноги, пытаясь успеть за девушкой. — Я просто хотел… Провести с тобой время. Не против, если я тебя хотя бы до дома провожу? — неуверенно произнес он, останавливаясь рядом с Бёрд возле больших дверей лифта. — Учти, я живу далеко, — усмехнувшись, предупредила Кенни. — Я как раз собирался прогуляться, — невозмутимо пожимает плечами тот, застегивая серебристую молнию от кожаной куртки. Кендалл улыбнулась, нажимая кнопку лифта, и устремила металлические глаза вверх. Джек довольно милый и обладает приятной внешностью. Кенни не увидела ничего плохого в том, что бы позволить себе пообщаться с ним по дороге домой. Ей как раз нужно отвлечься от Бибера. Они спустились на самый нижний этаж, где девушка поймала на себе любопытный взгляд Ханны, что стояла за стойкой регистрации, как всегда в ярком наряде и не менее ярким макияжем на лице. Она внимательно просканировала внешний вид Кенни, рассматривая ее с ног до головы, а затем и парня, который шел вместе с ней, что-то тихонько рассказывая. Зеленые глаза хитро прищурились, а на губах появилась замышляющая улыбка. — До свидания, — приторно-сладким голоском прощебетала она, обращая их внимание на себя. — До завтра, Ханна, — Кендалл улыбнулась ей, но когда отвела лицо от подозрительно-приветливой дамочки, ее губы тут же сомкнулись в ровную горизонтальную линию. Девушка прижала к груди воротник бежевого пальто и вышла на улицу через стеклянные двери, оказавшись на парковке. Здесь темно и безлюдно. Только яркие огни небоскреба освещают этот поглощенный во мрак город. Джек непонимающе покосился на девушку, когда та остановилась на половине пути, смотря прямо перед собой. Ее стеклянные глаза не выражают ни единой эмоции. Они устремлены на личность в сером костюме, выдыхающую сигаретный дым в холодный воздух. Кендалл не двигается. Будто ноги вросли в землю, не позволяя телу совершить лишнее движение. Голова мигом опустела. — Может, перестанешь смотреть на меня волком? — бархатный, до боли знакомый голос нарушил напряженное безмолвие. — Надо поговорить. Джастин стоял в пол-оборота и непонятно вообще, каким образом мог заметить этот сверлящий взгляд серых глаз. Мужчина сбросил пепел на асфальт, а затем повернул голову к Кендалл. — Я сейчас подойду, Джек, — шепнула она, отходя от парня, а затем, откидывая волнение в сторону, твердыми шагами приблизилась к Биберу. — Чего хотел? — скучающим тоном спросила Кендалл, пытаясь унять тревогу перед мужчиной. Но Джастин ее заметил. Наверное, потому что и сам не был так уверен в себе. Какое-то странное чувство охватило его тело: в горле пересохло, и Бибера бросило в жар. Она такая красивая сегодня… — Хотел сказать спасибо, — тихо произнес Джастин, заглядывая в серые глаза. Он попробовал приблизиться к ней и сделал небольшой шаг вперед, все так же неотрывно глядя в ее лицо, но девушка тут же попятилась назад. — Пожалуйста. Я пошла? — как можно холоднее спросила она, разворачиваясь. — Нет. Постой, — он ухватился рукой за ее рукав, вынуждая Бёрд оцепенеть. — Почему ты вернулась в офис? — Дядя хочет, чтобы я продолжала стажироваться. Еще вопросы будут? — раздраженно выпалила она, заглядывая в экран телефона. — У меня мало времени. Метро скоро закроется. — Я могу подвезти тебя на машине. — Не нужно. У меня есть, кому проводить до дома, — Кендалл кинула взгляд в сторону светловолосого парня, который копался в своем телефоне, прислонившись спиной к стенке. — Думаешь, он сможет заступиться за тебя в случае нападения хулиганов? — усмехнулся Бибер, проследив за взглядом Бёрд. — А ты предлагаешь мне поехать с человеком, который и сам себя не смог защитить? — Кен язвительно изогнула брови. Удар ниже пояса. Девочка научилась выигрывать в споре. Пальцы Джастина сжались в кулак. Внутри неприятно ужалило, и его сердце пропустило тяжелый удар, который отдался где-то в желудке. — Не надо так… — его голос срывается на шепот. — Я исправлюсь. На его переносице возникает складочка, и Кендалл хочется разгладить ее. Прикоснуться к ней губами, обнять эти напряженные плечи под пиджаком и прошептать, что-нибудь теплое, что вызовет улыбку на его измученном лице. Но она не может.… Поэтому лишь горько улыбается и убирает свою руку из его, последний раз взглянув в карие, полные боли и одиночества глаза. — До свидания, мистер Бибер… — произносит Кенни, чувствуя, как предательски дрожит ее голос. И она думает свалить это на холод, хотя понимает, что дело вовсе не в пронизывающем до костей ветре. Дело в эгоистичной натуре стоящего перед ней мужчины. Ему нельзя слепо верить. Он не сможет ответить ее чувствам взаимностью и снова сделает ей больно. — Пожалуйста, не появляйтесь больше в моей жизни. Слова отдались эхом. Сердце бьется в ускоренном ритме, заставляя все мышцы напряженно вздрагивать под кожей. Ты это заслужил и нехер жаловаться, Бибер. Твоим словам уже никто не верит. Прошлое сыграло с Джастином злую шутку, сделав из него того, кем он так боялся стать. Хотя раньше Бибер был убежден, что поступает правильно. Он думал, что знает эту жизнь, проживая ее по собственным устоям и правилам. Невзирая на советы близких людей, не прислушиваясь к внутреннему голосу, который он уже давно похоронил внутри себя, выпуская наружу только дьявола, что управлял им. Ему нужно жить настоящим. Исправлять те ошибки, что он совершил тогда, но для начала разобраться в себе… И Джастин прислушивается к себе. Он доезжает до дома с глубокими мыслями. Ложится спать с ними же. Но ничего не происходит. Пустота, которая забирается глубоко под кожу. Звенящая тишина в голове и ничего больше. Ему трудно… Почему перед глазами постоянно маячат эти серебристые глаза? Джастин стал просто помешанным на них. Он будто умалишенный лежит на своей кровати и видит перед собой образ уходящей Бёрд. В ушах раздается ее голос, и Бибера передергивает. По телу пробегается нервный импульс, задевая самые чувствительные точки — сердце и то, что находится ниже. Бибер сжимает одеяло в кулаке. Переворачивается на бок и закрывает уставшие глаза. Нужно уснуть, пока ты окончательно не сошел с ума. Звук бьющейся посуды заставляет Джастина вздрогнуть. Он открывает глаза, видя перед собой ночник в виде зеленого динозавра. Маленькая Октавия спит на соседней кровати, кутаясь в розовое одеяло, и на ее лице не дрогнула ни одна мышца, когда пронзительный звон повторяется снова. Джастин поправил длинную челку на лбу и поднялся с кровати. Он чувствует волну жара и дрожи, окатившую его с головой, опять этот ужас, поселившийся в груди. Такое Джастин испытывает не в первый раз. Сквозь весь этот шум отдаленно слышны голоса родителей. Мама говорит что-то высоким от напряжения голосом, она просит о чем-то, даже умоляет… а отец отвечает ей тихо и безразлично. В его манере. Джастин тихонько открывает дверь, жмурится от резкого света, который освещает их огромный коридор с крутой лестницей, и делает шаг вперед, чтобы заглянуть в гостиную. С оглушающим грохотом падает тумба. За ней летит столик и пара стульев, что разбиваются на части о стену. Отец рычит, сметая все на своем пути. Он в ярости, и никто не в силах его остановить. Мама сдавленно кричит, забиваясь в угол комнаты, и оседает на пол, закрывая лицо руками. По ее обеспокоенному лицу скатываются крупные слезы, оставляя блестящую дорожку на щеках и шее. Джастин хочет прижаться к ней, почувствовать ее тепло и защиту, но подбежать к ней не может. Что-то его останавливает. Его ноги будто связаны невидимыми канатами, полностью обездвиживая мальчика. «Не разбуди детей! Прошу, Эндрю, не делай глупостей!» — тихий шепот мамы печёт глаза. Джастин снова вздрагивает и жмурится после того, как разбился светильник. Свет начал мигать, и мальчик увидел бордовую кровь, что беспорядочными каплями рассыпалась по белому полу. Ему стало страшно. Он прижал руки к груди, будто бы они болели. Но болели вовсе не руки, а его душа. И эта адская боль не давала ему успокоить ту дрожь, что овладела всем его телом, будто внезапный приступ конвульсий. Все будет хорошо, Джастин. Это лишь причина детской психической травмы, что повлечет за собой невротические расстройства. «Скоро ты подлечишься и будешь хорошим мальчиком». Джастин стал плакать. Он беззвучно скользнул за дверь и опустился на пол, поджимая колени к себе. Плюшевый медведь уже не помогал. Он не защищал его от ночных кошмаров, перестал быть символом спокойствия и тишины. Потому что кошмар случился наяву. Джастин никогда не забудет лицо мамы, которая наутро прижимала их с Октавией к себе. Он не забудет ее прозрачные слезы, синяки на ее руках и ссадины на лице. Это невозможно выкинуть из головы, потому что воспоминания прочно засели в его памяти, словно сплошное пятно. Несмываемое и вечно напоминающее о себе по ночам. Бибер распахнул глаза, резко подрываясь с кровати. Дыхание сбилось к чертям, а на лбу появилась испарина. Джастин сдернул с себя одеяло, замечая, насколько мокрое и холодное все его тело. Надо срочно успокаиваться. Глубокий вдох, затем шумный выдох, и мужчина накрывает ладонями лицо, снова падая на подушку. Ему приснился кошмар, и все бы ничего, ели бы он не был так реалистичен. Джастин вернулся в детство и испытал те же самые эмоции, что овладели им и тогда. Страх, бессилие, ненависть. Любовь, сочувствие и ещё раз страх. Этот мальчишка настрадался за несколько лет вперед, и теперь размышляет о справедливости этой жизни, стоя с сигаретой в зубах на просторной веранде своего особняка. Джастин затягивается отравляющим дымом, безразлично глядя в пустоту. На улице довольно прохладно, но он не чувствует разницу температур. Что в его спальне под одеялом, что на осеннем ветре — он покрывается гусиной кожей, поэтому Биберу плевать на свою локацию. Ему хочется быть только в этом временном пространстве. Сегодня. Этой ночью. Сейчас. Без возвращения в прошлое и путешествия в будущее. Без сна. Он выпил из мужчины все силы. Его длинные пальцы щелкают зажигалкой, а янтарные глаза глядят прямо в огонь. Тонкий оранжевый язычок пламени таит в себе столько загадок. Почему он такой заманчивый и пугающий одновременно? Странно, но Джастин испытывает те же чувства, когда видит Кенни. Он хочет смотреть на нее, любоваться, дотрагиваться, но боится обжечься. Только протягивает руку вперед и чувствует, как кожа стягивается от свежего ожога. Она не подпускает к себе, ставит барьер и не позволяет ему того, что позволяла раньше. Каким дураком ты был, Джастин. Не ценил ее, когда она была так близко. Когда намекала о своих чувствах, а ты… понимал. Да, он понимал ее намеки. Знал, что эта девочка делится с ним своими чувствами. Такими искренними и чистыми, как никакая другая девушка, что разделяла с ним постель. Но он боялся на них ответить. Казалось бы, отважный и решительный, Джастин Бибер побоялся испытать новые, далёкие для него чувства. И так об этом пожалел.

Alela Diane — The Rifle

Сильный ливень, который проливал свои слезы ночью, на рассвете сменился мелким моросящим дождиком. Он пробуждал внутри какой-то приятный трепет и пускал по телу тепло. Джастин принял душ и надел на себя серую толстовку, поверх нее горчичную кожанку, а на ноги черные джинсы. Он попытался уложить непослушные волосы руками, но они все равно торчали в разные стороны. Да и хер с ним. Бибер накинул на голову капюшон и вышел за территорию своего участка, предварительно закрыв дом на все замки. Хотелось прогуляться. Шаг за шагом, одна сигарета сменялась другой, а вот настроение оставалось тем же. Джастин не заметил, как добрел до поместья своего отца. Он долго буравил его ледяным взглядом, пуская дымные кольца приоткрытыми губами, и все же решил зайти. И не зря. Огромный железный гараж был открыт, и машины Эндрю в нем не было. Это значит, что отец уехал куда-то, оставив Октавию дома одну, и это хороший шанс для Бибера, чтобы встретиться с сестрой. Зайдя в дом, Джастин быстро поднялся по лестнице вверх. Он заглянул в комнату Октавии, чуть приоткрыв дверь и умиленно улыбнулся. Девушка лежала в своей кровати, уткнувшись щекой в подушку и мирно посапывала. Ее нога выглядывала из-под одеяла, демонстрируя прибывшему брату оголенную щиколотку. Джастин игриво закусил нижнюю губу и, приблизившись, пощекотал ее холодными пальцами, отчего Октавия тихонько промычала, дернув ногой. Карие глаза приоткрылись, и на ее заспанном лице застыло удивление. — Джастин? — девушка чуть приподняла голову, пару раз моргнув. — Ты что здесь делаешь? — она нахмурилась, рассматривая улыбающееся мужское лицо. — Соскучился и решил навестить тебя, — он пожимает плечами, снимая с головы серый капюшон. — В шесть утра, — Октавия смерила его недоверчивым взглядом после того как посмотрела на настенные часы. — Именно, — усмехнулся тот, стягивая с широких плеч кожаную куртку, а затем откинул ее на диван и стал приближаться к девушке, которая тут же потянула край одеяла на себя, отрицательно качая головой. — Не вздумай… Только попробуй, Джастин… — грозилась она, глядя на нагло улыбающееся лицо брата. — Ты же холодный. Брысь отсюда! — Октавия недовольно зафыркала, когда Джастин, засмеявшись, все-таки забрался к ней под одеяло. — Еще и мокрый, — захныкала она, отстраняясь от мужчины. — Ты же не оставишь любимого брата мерзнуть, — Джастин прихотливо надул губки, укладываясь головой на мягкую подушку. — Не оставлю, — Октавия закатила глаза, накрывая его одеялом. — Зачем ты вообще пришел? Почему тебе не спится в такую рань? — Кошмары замучили, — выдохнул шатен, глядя на лицо девушки. — Возможно, это из-за таблеток… — А может быть, из-за чего-то другого? — она вскинула брови, улыбнувшись. — О чем ты? — Джастин прищурился. «Кендалл Бёрд» — она произнесла это беззвучно. Одними губами. Но от этих двух слов по телу Бибера будто ток пробежал. Мужчина тяжело вздохнул, переворачиваясь на спину, и уставился на розовую люстру. — Нет, — отрезал он. — Я никогда не страдал от бессонницы из-за какой-то девчонки. — Какой-то? — усмехнулась Октавия. — Мне казалось, ты очень хотел ее увидеть в больнице, — девушка подперла голову локтем, заглядывая в холодное лицо мужчины. — Просто хотел поблагодарить ее, — отмахивается Джастин. — Не ври себе, Бибер! — воскликнула та. — Думаешь, я не понимаю? Она нравится тебе… И ты должен бороться за нее. Сделай же хоть что-нибудь. Признайся самому себе в чувствах, наконец! Джастин повернул к ней голову, и девушка рассмотрела горечь в карамельных глазах. Она поджала губы, выжидая от брата хоть какой-то ответ, но он молчал. Только сделал короткий вздох и опустил веки с черными ресницами, моргнув. — Исправь все дерьмо, которое ты натворил. Добейся ее расположения. Разве мне тебя учить, как покорить сердце девушки? — Октавия изогнула бровку. — Остынь, милая, — Джастин усмехнулся, качнув головой. — Мне остыть? Да, это ты у нас какую неделю пылаешь… — Она отвергла меня сегодня, — перебил он, твердо смотря в глаза сестры. — Сказала, больше не появляться в ее жизни. Исчезнуть. Так доходчивее? Шатенка вздохнула, укладываясь рядом. Она нервно постучала пальцами по одеялу, задумчиво глядя в потолок. — Кенни импульсивна… Но она мне нравится, и я хотела бы видеть рядом с тобой именно такую девушку, как она, — произнесла Октавия, сделав голос немного тише. — Если бы было какое-нибудь лекарство от любви, я бы обязательно его выпил. А то это идиотское состояние уже начинает меня раздражать, — досадливо пробурчал мужчина. — Все в этом мире навязчиво напоминает мне о ней: бабочки в животе и беспричинная радость до кончиков ресниц… Это так тупо, но в то же время приятно. Октавия внезапно засмеялась, утыкаясь лицом в плечо брата. — Перестань ржать, — фыркнул он капризно, скрещивая руки на груди. — Прости, — хихикнула девушка, сдерживая очередной смешок ладонью. — Просто я впервые слышу от тебя такую душераздирающую речь… Ты стал таким сентиментальным, — произнесла она, погладив мягкие волосы брата. — Мне это нравится.