Потерянные души

Алисия стояла на улице, её лицо обдувал холодный ветер, кожаная куртка почти не грела в это время года, благо, под ней была байка с капюшоном, хотя бы немного защищающая от дождя. Нервно переступая с ноги на ногу, Элис согревала себя, ожидая машину помощников Штрукера. Она бы легко смогла сбежать отсюда, оглушив лишь одного молодого охранника, а побеги всегда удавались хорошо, но как же надоело бежать, тем более, не хотелось получить в добавок ещё пару лет к и без того не маленькому сроку. Перспектива иметь в своих руках силу ей понравилась — она сможет сбежать навсегда. Это единственный путь. Если задуматься, то вся жизнь Коллинз состояла из побегов. Она всё время бежала: сначала от детского дома, потом от полиции, а дальше даже и не задумывалась, почему продолжала. Два года побега, жизнь то в трейлере, то в машине, скрываемая боль… Теперь она разрешила тюрьме отдать себя для опытов Штрукеру, после которых вряд ли сможет остаться в живых. Возможно она и хотела этого… Это ненормально. Это не так, как живут нормальные люди. Ко входу в тюрьму подъехала чёрная машина с тонированными окнами, из неё вышел темнокожий худой мужчина лет двадцати и, улыбаясь, открыл двери автомобиля, приглашая Элис внутрь. Коллинз послушно села. С виду обычная машина, но если быть более внимательным, то можно заметить эмблему Гидры на креслах. Напротив девушки сидел тот сопровождавший парень, а на его бейдже красовалось имя. По дороге к лаборатории Майлз рассказал о том, что Штрукер собирается создать идеального солдата с помощью камня разума и этим человеком должна быть Алисия. Но если бы всё было так просто, как он говорил, то они бы не искали сироту из тюрьмы, чтоб проводить эксперимент. Очевидно же, что это опасно. Здание, к которому они приехали, было в серых тонах, в некоторых местах из-под облезлой штукатурки виднелись красные кирпичи. Жуткое зрелище. Элис выпрыгнула из автомобиля и ещё раз осмотрелась, чтобы хоть как-то понять, где находилась, но ничего не указывало на местонахождение объекта. Ясное дело, это Америка, но если учесть, что добирались они как минимум четыре часа, сложно понять, в какой именно штат прибыли, может, вообще в другую страну. Майлз попросил Алисию следовать за ним. Они вошли в большие старинные деревянные двери, дальше перед ними открылся длинный тёмный коридор, освещенный лампами дневного света, что никак не делали картину более яркой. Элис была уверена, что если бы шла здесь сама, то обязательно бы заблудилась, такими запутанными были эти пути. Со временем появилась ещё одна большая дверь, которая была входом в отдельную ветку коридоров и вела к лаборатории и общежитию. Это место мало чем отличалось от того, что девушка видела раньше: высокие потолки, серые стены, железные двери, иногда попадались арки. В конце коридора перед Коллинз открылись двери в лабораторию. Здесь даже было окно, что очень радовало Алисию, даже при том, что оно с решёткой дабы никто не сбежал. Но то, что действительно удивило девушку — это отсутствие кого-либо из персонала. Майлз подошёл к какой-то арке и кивнул, чтоб заключённая следовала за ним. Спустя минуту Элис уже располагалась в своей новой комнате, что не особо отличалась от тюремной, за исключением отсутствия железных сеток и дверей. Это был отдел одного большого холла, стоя можно видеть, что делал сосед по другую сторону низкой полу-стены. Таких отделений всего шесть, но людей только трое, включая Алисию. В самой комнате скромная обстановка: кровать, тумбочка, небольшой столик, стул и вешалки. Как только Майлз вышел и в помещении осталось только две девушки, Элис положила свою сумку на кровать и подошла к соседке. — Привет… — устало улыбаясь, сказала Коллинз. — Привет, — поднялась на кровати девушка, подогнув под себя правую ногу, — меня зовут Лив. Новая знакомая Элис имела идеальные черты лица: пухлые губы, маленький нос. Её ровные белые волосы сливались с цветом кожи, а вся одежда чёрная и красиво подчёркивала фигуру. Синие глаза оценивающе, но не дерзко, осматривали Алисию. — Приятно познакомиться, — натянула улыбку Коллинз, — а я Алисия, но можешь называть меня Элис. — Я рада, что здесь кто-то появился. Я больше не одна, — подогнула колени Лив. — Иногда мне кажется, что здесь я сойду с ума. — Расскажешь, что они с тобой делают? — Я не знаю чего точно они должны добиться, но я пошла добровольно. Меня готовили к этим экспериментам всю жизнь, но я не уверена, что сейчас готова, — с ноткой грусти в голосе говорила девушка, опуская глаза. — Каждый день они ведут меня в лабораторию и облучают специальными лучами, что делают меня сильнее. Это всё, что я знаю. Но сильнее я себя не чувствую, мой организм истощается, а у меня ещё не было времени полностью исследовать свои возможности. — Почему ты согласилась на это? — возмущённо спросила Элис, прижмуриваясь. — Я солдат, Алисия, — чётко ответила Лив, — меня тренировали для Гидры с самого детства, также, как и Чёрную Вдову в Красной Комнате. Та же программа, но больше возможностей с нашими учёными. Сейчас я бы могла сразиться с русской наравне, а после окончания облучения смогу обставить её. — Девушка сделала паузу и тише продолжила: «Если выживу…» Последняя фраза немного напугала Элис, но она быстро отбросила это чувство подальше от себя. Нет, она сможет пройти через это и наконец-то стать свободной. На следующее утро за Алисией зашёл Майлз Тейлор и отвел в комнату для экспериментов. Там её поджидал Штрукер и доктор Лист, которые рассказали о предстоящем опыте, о том, как нужно себя вести, что делать. Они казались обычными людьми, но когда отходили, то их лица будто менялись, становились жесткими, насмешливыми. Майлз помог Элис улечься на холодный металлический стол, закрепил её руки и ноги в оковы, являющиеся частью устройства. Поверхность, на которой лежала Коллинз, начала вибрировать, помогая каким-то способом расслабиться девушке. Алисия никогда не была из тех, кто закрывает глаза в ожидании боли, она наоборот ждала того момента, как посох появится над ней, чтобы разглядеть его полностью, а потом нарисовать и никогда не забыть того, что сделало её тем, кем она станет. К девушке подошёл доктор и начал медленно проносить над ней посох с камнем разума и неизвестное устройство. Из приборов выходило голубое свечение, оно проникало сквозь тело Элис и, казалось, обжигало органы. Коллинз была уверенна, что если бы не оковы, она давно бы свалилась на пол. Боль была настолько сильной, что судорога проходила по всему телу, а глаза сами по себе начали закрываться. Девушка сама не слышала того, как кричала, не чувствовала, как выкручивала себе руки, как наручники врезались в кожу. Алисия очнулась уже на своей кровати, приоткрыв глаза она заметила, что возле неё сидит Лив, вытирая её лоб прохладной водой, чего она не почему-то не чувствовала. Девушка нахмурилась. — Не бойся, ты скоро начнёшь чувствовать, — улыбнулась девушка. — Мне больно, — хриплым голосом сказала Элис. — Я не… Больше ничего сказать она не смогла, провалившись в сон от усталости. Проснулась заключённая спустя двенадцать часов, наблюдая направляющегося к ней Майлза. Он приветливо подал ей чашку чая и булочку, присев рядом. Поднявшись, Коллинз принялась за завтрак, наблюдая то, что уже прекрасно чувствует всё, что берёт в руки, даже слишком хорошо. — Быстренько поешь, умойся, — сказал Тейлор. — Скоро за тобой придут. — Подожди, что? — едва не подавилась булочкой Алисия. — Я ещё не отошла от прошлой процедуры! — Это немного другое облучение, тебе разве не говорили? Они меняются через день. — Нет! — крикнула девушка. — Мне не говорили! Мысль о том, что эксперименты будут проходить каждый день, при том сопровождаемые болью, не обрадовала Элис. Но к счастью, сегодня было намного лучше, её облучили только одним маленьким, ранее неизвестным ей прибором, и отпустили. Весь день Коллинз провела в компании новой подруги. На следующее утро, поднявшись с места Алисия прошлась по помещению и заметила, что Лив нет на месте. Как объяснил Майлз, её забрали на последнее облучение. Алисия почувствовала неладное, она почему-то знала, что что-то не так, но не могла объяснить, почему. Спустя час Майлз повёл Элис в лабораторию. Очевидно, не зная о происходящем там, он уверенно шагал по тёмному коридору, краем глаза присматривая за Коллинз. Уже подойдя ближе, они услышали плачь, крики, а войдя внутрь, увидели настоящий хаос. Лив стояла посредине помещения, от неё исходил красный свет, но девушку трусило. Вокруг неё разбивались предметы, некоторые испарялись или превращались в прах. — Дайте ей успокоительное! — крикнул доктор, в тот же момент полетев к стене благодаря силе, исходящей из рук Лив. Руки девушки не слушались, на её лице виднелось отчаяние, слёзы, а лицо красное от напряжения. Она упала на колени, закрыла лицо руками, но сила продолжала разрушать любые предметы, что в царящем хаосе подлетали хоть на метр ближе к ней. — Лив, — аккуратно начала Элис, — Лив, послушай меня. — Не надо, — сквозь слёзы отвечала девушка. — Я не могу контролировать… Я боюсь… — Сделай глубокий вдох, слышишь? Скажи себе, что не боишься. Лив? Девушка не выдержала этой боли и потянулась к ножу. — Нет… — Алисия не могла поверить в это, она ведь сильная. Спустя секунду Лив уже захлёбывалась с перерезанным горлом, а вокруг медленно растекалась лужа крови. Напряжение в воздухе ослабло, предметы попадали на пол. — Нет! — закричала Алисия, бросаясь к знакомой. Её удержал Майлз, обнимая за спину, успокаивая девушку, но рыдания не прекращались. — Вы убили мою подругу! Придурки! Сейчас она готова была прикончить всех в этой комнате, Элис опустилась к Лив, но застала лишь безжизненное лицо и кровь, стекающую по губам.

***

За один вечер свободного перемещения по замку, Локи успел перечитать множество нужной ему для задания Всеотца литературы. Он пробыл в библиотеке примерно шесть часов и едва успел на ужин. За столом, как ни странно, находились не только родители, но и Тор, что так любезно не навещал сводного брата. Странно, что не приволок свою мидгардку, тогда вся «семья» была бы в сборе. Лафейсон тихо вошёл в покои Одина, где сегодня собралась ужинать царская чета, и грациозной кошачьей походкой подошёл к столу, а когда его заметили, довольно улыбнулся. Они ещё увидят, на что он способен, и пожалеют, что Тор их родной сын, а не Локи. — Садись, сынок, — искренне улыбнулась Фригга, приглашая трикстера за стол. — Смотрите, блудный Тор вернулся, — дерзил трикстер, занимая своё место. — Локи, пожалуйста, не надо, — попросила мать. Лафейсон в тишине наполнил свою тарелку, но покой продлился недолго, заговорил Всеотец. — Когда ты отправляешься в Мидгард, Локи? Тебе лучше не тянуть время, кто знает, какие люди нашли камень. — Я быстро найду его, отец, — делая акцент на последнем слове, сказал Лафейсон. — Не подведу тебя. На следующее утро слуга донёс Одину о прибытии Локи в Мидгард. Царь отпустил мальчика и, довольно улыбаясь, пошёл на завтрак. Тор находился в замешательстве, почему же Всеотец так рад послать приёмного сына на планету, которую тот хотел уничтожить, но царь ответил, что мог держать того под контролем, это путешествие станет для Лафейсона неким уроком, ведь делать всё в одиночку, когда от этого зависит твоя судьба, не так-то и легко. Почему-то он был уверен, что трикстер что-то натворит, но потом исправит это, но, кажется, ошибаться было его призванием. Локи ступил на землю Мидгарда, немного поморщив нос. Неприятные воспоминания от этого места, что сказать. Главное, чтоб Танос не начал искать падшего принца, иначе весь план провалится и свободы трикстеру не видать. Благодаря своим связям, Лафейсон быстро нашёл местоположение камня разума на севере США. Если бы только у него был тессеракт, всё было бы проще. За день он успел добраться до нужного места, одолжив машину, благо, недалеко от места прибытия нашлось небольшое кафе, где Локи мог отдохнуть и разработать план. Спустя час Лафейсон уже во всеоружии готов был войти на базу Гидры, насколько он узнал от местных жителей, это была она. По тихому вырубить охранников не являлось большой проблемой для трикстера, как и войти внутрь. Но то, что он там увидел не очень ему понравилось. В самой отдалённой комнате, проводили исследования его скипетра. Но также там нашлась девушка, прикованная наручниками к столу, судя по глазам она недавно плакала, а по красному пятну на полу можно догадаться, что здесь недавно кто-то погиб. Нехорошо, люди, нехорошо. — Что вы здесь забыли, молодой человек? — послышался голос сзади. Локи обернулся, ехидно улыбаясь. До доктора дошло, кого он видел перед собой, но Лафейсон это исправил, пробравшись в разум человека. Теперь перед Листом долгожданный гость, знающий многое про облучение и камни бесконечности. — Я пришёл помочь вашим исследованиям, — умело играл трикстер, — как Вы и просили. — Конечно, я Вас ждал, — любезно ответил доктор и прошёл к выходу из помещения. — Но в лаборатории никому нельзя находиться кроме меня и мистера Штрукера, извините. Как бы Локи не хотел, его сил больше не хватит ни на один магический трюк, это приказ Всеотца. Милый браслетик, его подарок, не только показывал местоположение, но и блокировал большую часть магических сил, а пролезть кому-то в мозг — задание не из лёгких. Ни Штрукер, ни доктор Лист не могут открыть их целей просто так, они никому не открыли бы. Всё что Лафейсон должен делать — информировать о камнях. Уже под вечер трикстер смог освободиться и пробраться в помещение, где жила судя по всему подопытная девушка, это единственное место здесь не на замке. Локи приоткрыл дверь, его взгляд пробежался по каждому уголку помещения. Пройдя вперёд, слева от себя он увидел бледную девушку с красными волосами, лежащую на своей кровати и тяжело дышащую от боли. — Что они с тобой сделали?..