Butterflies and Hurricanes

-Не уходи. За окнами светло, вероятно, уже ближе к полудню, и я просыпаюсь от того, что парень, с которым я провел ночь, аккуратно пытается высвободиться из моих объятий. Рефлекторно напрягаю мышцы и усиливаю хватку. Открываю глаза и сталкиваюсь с растерянным черным взглядом. -Прости, что разбудил тебя. Этот тихий тембр. В памяти мгновенно всплывают все умопомрачительные стоны и крики, что мне довелось услышать несколькими часами ранее. «Мой мальчик». -Не уходи. Сегодня выходной. -Мне пора. -Куда ты собрался? Я ведь даже не заплатил тебе. Настойчиво притягиваю его ближе. Он обезоруживающе улыбается и поддается. Невинно касается губами моих губ. -Я бы оставил номер телефона, и ты рассчитался бы в следующий раз. «Что это? Наивность? Или самоуверенность?» -А если бы я не позвонил? -Ты бы позвонил. Он видит меня насквозь. Я бы позвонил. Безусловно. Более того, это было бы первое, что я сделал, проснувшись и не обнаружив его рядом. Но вместо того, чтобы просто согласиться, я придумываю странные оправдания своим еще не совершенным поступкам. -Да. Ведь теперь я твой единственный клиент, и мы еще так много не успели. -Ты удивительный, - шепотом произносит он. В моей голове происходит термоядерная реакция, сопровождающаяся взрывом сознания такой силы, что на пару мгновений я совершенно забываю, где нахожусь, и что происходит. С какой стати мальчик по вызову ведет себя так, словно у нас роман? Я не понимаю его. Не могу постигнуть мотивации его поступков. Он слишком непредсказуем. Но именно это почему-то вызывает во мне интерес, и еще – вопреки здравому смыслу и произнесенным им словам – я чувствую легкий укол ревности: неужели он такой со всеми своими пассиями? И все же на мгновенье меня посещает дурацкая мысль: было бы неплохо просыпаться рядом с ним каждое утро. -Зачем ты говоришь мне это? -Это правда. Мне нравится говорить то, что я думаю. -Немного странно для человека твоей профессии. -Возможно. Если тебя смущает мое поведение, просто скажи, как мне вести себя с тобой. Что мне позволено, а что нет. -Я предпочитаю импровизировать. -Хорошо. -И ты можешь говорить мне все эти странные вещи… -А ты? Будешь говорить мне, о чем думаешь? -Ты бы хотел? -Да. Когда мы близки. Хотел бы знать, хорошо ли тебе со мной. Неожиданно идея привнести немного искренности в наши товарно-денежные отношения кажется мне заманчивой. Почему бы и нет? Он так отличается от всех, кого я встречал раньше. И я понятия не имею, как вести себя рядом с ним. Он оставляет дверь в душ приоткрытой, и я отчетливо слышу, как вода под напором хлещет по смуглой коже и разбивается о мраморную плитку. Я не нахожу себе места, перебираю почту на журнальном столике, несколько раз выглядываю в окно, блуждаю из стороны в сторону, пока, наконец, не застываю в нерешительности на пороге ванной, наблюдая, как изящно выгибается его шея, когда он откидывает голову назад, подставляя лицо теплым струям. Он проводит рукой по волосам, убирая их к затылку. -Хочешь зайти? Резко оборачивается, словно почувствовав мое присутствие. Я вздрагиваю от неожиданности. -Можно? Он ничего не отвечает, делает шаг навстречу и протягивает ладонь, крепко цепляясь за мои пальцы, утягивает за собой – под горячие струи - и покрывает мое лицо поцелуями, довольно жмурясь от стекающей на глаза влаги. -Одежда. -Ничего. У тебя ее предостаточно. Я покорно поднимаю руки, и он стаскивает с меня намокшую футболку. «Я хочу тебя. Невыносимо хочу тебя удержать». -Пожалуйста… Умоляюще смотрю в черные бездонные глаза. Он едва заметно улыбается краешком рта и разворачивает меня к стене, настойчиво тянет вниз резинку домашних штанов. Задерживаю дыхание. Я не собираюсь противиться и послушно опираюсь руками в запотевший мрамор. -Даже так? -Как угодно. -Возможно, первый раз будет не слишком умопомрачительно. Но со временем я пойму, как тебе нравится. Я способный. Ты мне веришь? -Да. -Я буду очень аккуратным. Ты не пожалеешь. -Сделай это. Он касается губами моих лопаток и позвонков, слегка прикусывая кожу. Очень бережно. Нежно. Я схожу с ума от каждого его жеста, от каждого дыхания, посылающего волну мурашек по всему телу. На мгновенье его руки плотно обвиваются вокруг моей груди, и я чувствую, как бешено колотится его сердце, когда он прижимает меня к себе. Чувствую его возбуждение, упирающееся в мои ягодицы. Я хочу оглянуться и посмотреть в его глаза, но он не позволяет, скользя ладонями ниже и обхватывая мой член, вызывая неудовлетворенный стон. Потом он отстраняется на минуту или около того, и я слышу, как хлопают зеркальные створки шкафчика, где я храню то, что нежелательно выставлять напоказ. -Откуда ты знаешь? -Ты сам сказал, что любишь импровизировать. Думаю, некоторые вещи можно найти в любом месте твоей квартиры, я прав? «Ну, конечно». Усмехаюсь своим мыслям. Мне интересно, что он думает обо мне, но по какой-то необъяснимой причине я не могу спросить его об этом. Наверно, понимаю, что он не выдаст ничего конкретного, сведя ответ к неопределенным расплывчатым фразам. -Готов. -Да. Скользкие пальцы осторожно проникают в меня. Это не больно. Мой мальчик очень осторожен. И дело даже не в этом. У меня есть опыт, хотя не всегда есть желание. Но именно сейчас у меня не только желание – животное и с трудом контролируемое, а еще и полное отсутствие терпения. Он слишком близко. Мои инстинкты в панике. -Боже. Просто войди. -Хорошо. И он входит. Медленно. Мучительно медленно, не останавливаясь ни на секунду, пока его член не погружается на всю длину. -Еще. -Куда-то торопишься? Он кладет руки на мои бедра и начинает размеренно двигаться. 10 секунд, 20 секунд, 30 секунд, минута, еще минута… Время тянется долго. Отчаянно долго. Я готов кричать в голос от того, что не получаю желаемого, и сам подаюсь навстречу, всем своим видом давая понять, что сейчас не обязательно соблюдать дистанцию и проявлять такт. «Оттрахай меня!» Мне хотелось бы ускорения, хотелось бы глубоких толчков, хотелось бы, чтобы меня просто поимели – агрессивно и грубо. Но у моего мальчика другие планы. Он сжимает пальцы и прочно фиксирует мое положение, не позволяя сбить выбранный темп. -Я хочу запомнить. И хочу, чтобы ты запомнил. Он так спокоен. Это что-то сродни изощренному садизму, но, в конце концов, я начинаю видеть мазохистское наслаждение в том, что он делает со мной. Неожиданно меня осеняет: он изучает меня, мое тело, мою реакцию на себя и ждет, что я сделаю то же самое. Эта мысль почему-то приносит удовлетворение, и я расслабляюсь, полностью отдаваясь его власти. Я чувствую каждую неровность его плоти, каждую выпирающую венку и упругую головку, скользящую внутри меня. -Так хорошо? -Ты сводишь меня с ума. -Мой хороший… Его хриплый шепот у самого уха. Он снова обнимает меня, плотно прижимаясь к спине, как будто собирается слиться со мной в одно целое, и резко ускоряется, выбивая воздух из легких так, что я не успеваю даже сообразить что к чему, подавившись собственным криком. Мне больно. Мне хорошо. Я захлебываюсь от переполняющего меня счастья. И это именно то, чего я так жаждал. Откидываю голову на его плечо, повисая безвольной куклой в тесных объятьях. -Ты мне нравишься. Очень нравишься. И трахать тебя буду только я. -Еще одно условие? -Констатация факта. -Ты фантастически самоуверен. Его горячая ладонь обхватывает мой член, и я не могу сдержать громкого стона. Я уже на грани, но он не дает мне кончить, замедляя темп и перекрывая подступающий оргазм. -Правда? -Тебе придется часто видеться со мной… -Это не проблема. Ведь ты мой единственный клиент. -Позволь мне. Умоляю. -Конечно… Он последний раз глубоко и резко толкается в меня и ослабляет хватку. В глазах темнеет от волны наслаждения, прокатившейся по всему телу. Я чувствую, как сокращается его член внутри, а затем он выходит, и капли густой спермы медленно скатываются по моим ногам. Опустошенность. Я хотел бы все повторить. -Я хотел бы все повторить. -Обязательно. Оборачиваюсь и целую его в мокрый лоб, в полуприкрытые веки, в воспаленно-розовые губы. Мне хочется ласкать его, и чтобы он ласкал меня в ответ. Мой мальчик выглядит таким взъерошенным и сосредоточенным, обеспокоенно вглядывается в мое лицо. -Как ты? -Обними меня. Сто лет не чувствовал себя настолько уязвимым и зависимым.