Дариан
22 января 2020 г., 20:47
В мерцающем свете факелов, бросающем дрожащие тени на лица окружающих, Алекс впервые разглядела Дариана вблизи. Высокий, широкоплечий мужчина с лицом, изборожденным шрамами и преждевременными морщинами. Его грязные русые волосы, собранные в небрежный пучок, и потрескавшиеся губы, растянутые в неестественной улыбе, выдавали в нем человека, давно забывшего, что такое покой. Но больше всего Алекс отметила его глаза — мутные, как задымленное стекло, в которых горела лишь одна эмоция: неутолимая жажда мести.
— Так, так, так... Кто тут у нас? — его голос, хриплый от многолетнего крика, скользнул по ее коже, когда он приблизился вплотную, намеренно нарушая личное пространство.
Алекс не отступила ни на шаг. Она видела таких мужчин и раньше — на Ковчеге, в темных коридорах после подавления мятежей. Людей, которых горе превратило в монстров. И знала — страх только разжигает их ярость.
— Кто ты? Твоя одежда говорит о том, что ты из Небесных Людей, — он нарочито медленно обвел взглядом ее одежду, задерживаясь на эмблеме Ковчега.— Что ж, я вижу ты не из болтливых.
Миллс молчала.
— Что ж, я вижу ты не из болтливых, — Дариан нервно дернул плечом, его пальцы непроизвольно сжались, будто представляя, как сжимают ее горло.
Резким жестом он подозвал одного из своих людей. Через мгновение к центру круга вытолкнули Джаспера. Парень едва стоял на ногах, его рубашка пропиталась кровью, превратившись в липкую массу. Один глаз был заплывшим, губы — разбиты.
— Я так понимаю, это один из ваших, Джаспер, верно? — Дариан грубо схватил парня за подбородок, заставляя поднять голову. — Ммм... — тот лишь издал нечленораздельный стон.
— Что? Я не слышу! — Дариан театрально поднес руку к уху, его ухмылка становилась все шире.
— Меня зовут Алекс, — наконец произнесла она, заставив его резко повернуться.
— О-о, кто тут у нас заговорил! — он захлопал в ладоши, как плохой актер в дешевом спектакле. — Так зачем ты здесь, Алекс?
— Я пришла за Джаспером.
Дариан пристально вглядывался в ее глаза, ища хоть каплю страха, но нашел холодную сталь. Это его разозлило.
— А мне вот кажется, что ты тут не только из-за этого паренька. Почему ты одна?
— Не хотела рисковать людьми.
— Ты король или пешка? — он кружил вокруг нее, как шакал. — Сдается мне, что ты относишься к первой категории.
Алекс лишь подняла бровь, всем видом показывая, что его попытки запугать выглядят жалко.
— Так ты отпустишь Джаспера? — ее голос звучал так, будто она спрашивала о погоде.
— Ты же знаешь, что я тебе его так просто не отдам? — Дариан нервно провел языком по зубам.
— Каковы твои условия?
— Хм... — он начал ходить кругами, его грязный плащ волочился по земле. Джаспер в это время смотрел на Миллс с немой мольбой и стыдом.
Внезапно Дариан резко остановился перед ней:
— Будь моей пешкой.
Алекс рассмеялась — искренне, от души. Этот смех прозвучал для него страшнее любых угроз.
— Или? — она сама подтолкнула его к продолжению, зная, что скажет дальше.
— Или прямо сейчас я убью вас обоих, — он выхватил нож, прижал лезвие к ее горлу. Но Миллс даже не дрогнула — она видела, как дрожат его пальцы. Этот человек был сломлен задолго до их встречи.
— Как насчет обычного союза? — спросила Алекс, намеренно сделав голос мягче, но в глазах сохраняя стальную решимость.
Дариан нервно засмеялся, его пальцы непроизвольно сжали рукоять ножа:
— Зачем мне союз с вами? Ваши люди беспомощны как младенцы. Вы даже не знаете, как развести огонь без своих машин.
Миллс заметила, как его взгляд скользнул по ее осанке, по тому, как она держит голову — слишком уверенно для пленницы. Он чувствовал опасность, исходящую от нее, но не мог понять ее источник.
— Ты прав, — согласилась она, намеренно опустив плечи в показной покорности. — Но мы учимся быстро. — Ее губы тронула едва заметная улыбка, которая заставила Дариана нахмуриться.
Мужчина задумался, и Алекс увидела в его глазах знакомую борьбу — желание сохранить контроль боролось с животным страхом перед неизвестным. Он чувствовал, что эта девушка с Ковчега не так проста, как кажется. Ее спокойствие было неестественным для пленника, ее взгляд — слишком проницательным.
Пока он колебался, Алекс быстро оценила ситуацию: двадцать воинов в круге, еще трое с луками на периметре. Но она знала — где-то в кронах деревьев уже прицелились их лучники, а Линкольн ждет ее сигнала. Все, что нужно — поднять руку. Но пальцы ее оставались неподвижными.
Дариан внезапно резко шагнул вперед, в его голосе прозвучала нотка истерики:
— Ты что-то скрываешь, Небесная Крыса. Я вижу это в твоих глазах!
Алекс не отступила. Она знала, что именно эта непоколебимость пугает его больше всего. Он привык видеть страх в глазах своих жертв, а ее спокойствие сводило его с ума.
— Я предлагаю взаимовыгодное сотрудничество, — продолжила она, медленно, словно разговаривая с диким зверем. — Нам нужен Джаспер. Тебе — наши технологии и знания. Разве не этого ты хочешь?
Дариан резко обернулся к своим людям, потом снова к Миллс. Его веки нервно подрагивали. Он чувствовал ловушку, но не мог ее увидеть. Эта девушка говорила слишком уверенно для той, у кого меч приставлен к горлу.
— Ты... ты не та, за кого себя выдаешь, — прошипел он, и в его голосе впервые прозвучала неуверенность.
Алекс лишь слегка наклонила голову:
— Я просто хочу увести своих людей домой. Без лишней крови.
В этот момент где-то в лесу хрустнула ветка. Дариан вздрогнул, его глаза расширились. Алекс увидела в них то самое — осознание, что контроль ускользает из его рук. И самое страшное для него было то, что он не понимал, как это происходит.
— Дариан! — из чащи леса вырвались двое землян, волоча за собой третьего с мешком на голове.
Алекс почувствовала, как лезвие у её горла дрогнуло — её охранник на секунду отвлёкся. «Сейчас», — подумала она, но не стала действовать. Пока.
Дариан резко подошёл к пленнику, сорвал мешок и замер. Перед ним был один из воинов Лексы — тот, что должен был прикрывать группу Алекс с тыла.
— Что ты здесь делаешь? — прошипел Дариан на грубом языке землян, хватая его за окровавленную рубаху.
Миллс не понимала слов, но видела, как его лицо исказилось яростью. Пленник молчал, лишь плюнул ему в лицо.
Дариан не стал ждать больше.
— Вот мой ответ на твоё предложение!
Нож блеснул в огненном свете факелов — и через секунду землянин рухнул на колени, захлёбываясь собственной кровью.
Выстрелы. Громкие, чёткие, неземные.
— Чёрт! — Алекс рванулась вперёд, локтем ударив в горло охранника. Тот захрипел, меч выпал из его рук — но она уже ловила его в воздухе и, развернувшись, вонзила лезвие ему в живот.
Топот. Крики. Хаос.
Она бросилась к Джасперу, но на пути встал ещё один землянин, прижимающий полуживого парня к себе как щит.
Треск выстрела.
Пуля пробила голову врага, и Джаспер рухнул вниз.
— Вставай! — Алекс подхватила его, чувствуя, как его тело обмякло. — Ты должен помочь мне!
Джаспер застонал, но упёрся ногой в землю. Они сделали шаг — и вдруг острая боль пронзила спину Алекс.
Она оглянулась. Дариан. Его окровавленный нож снова занесён для удара.
Из леса начали выходить люди с автоматами в руках. Люди Дариана мертвые лежали вокруг них, кто-то ещё был жив, но под прицелом.
— Отпусти его и отойди, — прошипел Дариан, прижимая лезвие к её шее так, что капли крови уже проступили на коже.
Алекс медленно разжала руки, выпуская Джаспера. Парень еле держался на ногах, его дыхание было прерывистым, глаза затуманены болью. Шаг за шагом, он ковылял к своим, где его тут же подхватил Финн, почти несущий его к остальным.
Дариан не сводил с неё взгляда, его губы растянулись в оскале.
— Лекса! Выходи! — крикнул он на языке землян, голос звенящий от ненависти. — Твои люди всё ещё у меня!
— Отпусти её! — рванулся вперёд Беллами, но его остановили двое воинов Дариана, скрестив копья перед ним.
Алекс чувствовала, как лезвие дрожит у её горла, как дыхание Дариана учащается — он был на грани.
— Выходи, или я перережу ей глотку здесь и сейчас.
Тишина. Алекс не дышала. Потом — мгновение.
Её рука рванулась вверх, перехватывая запястье Дариана, а второй — вонзила нож ему в живот.
Он ахнул, глаза расширились от шока.
— Ты… — он захрипел, но она не дала ему договорить.
Ещё глубже.
Клинок вошёл по самую рукоять, и Дариан рухнул на колени, хватая её за рубаху, будто пытаясь удержаться за жизнь.
Но Алекс уже отстранилась, вырвав нож из его тела.
Тишина после смерти Дариана была оглушительной.
Алекс стояла над его телом, нож всё ещё в руке, капли крови медленно стекали по клинку и падали на землю. Она дышала тяжело, но не от усталости — от адреналина, от осознания того, что только что сделала.
И тут она почувствовала взгляды. Десятки пар глаз землян были прикованы к ней. Те, кто ещё секунду назад готов был убить её, теперь смотрели иначе. Не со страхом. Не с ненавистью. А с уважением. С благоговением.
Она убила Дариана. Без колебаний.
Лекса медленно приблизилась, ее проницательный взгляд изучал Алекс. Она и раньше видела в этой девушке с Ковчега необычную силу, но теперь в ее глазах появилось нечто большее — глубинное понимание.
— Ты поступила как истинная воительница, — произнесла она спокойно, и в этих словах не было ни осуждения, ни удивления. Для Лексы это было естественным продолжением того, что она уже знала об Александре Миллс.
Лекса повернулась к своим воинам, ее голос прозвучал четко и властно:
— Дариан мертв. Пусть это станет концом бессмысленной вражды.
Но Алекс понимала — для нее это не конец, а начало нового этапа. То, как на нее теперь смотрели, говорило само за себя — она больше не была чужой в этом мире. Лекса встретилась с ней взглядом, и в этом молчаливом контакте было больше понимания, чем в сотне слов.
Алекс глубоко вздохнула, ощущая тяжесть в груди. Вместо ожидаемого облегчения после победы, внутри поселилась лишь горечь. «Слишком много крови... Опять», — подумала она, сжимая виски пальцами.
Подойдя к Лексе, она спросила тихим, но твёрдым голосом:
— Кто разрешил открыть огонь?
Беллами сделал шаг вперёд, его обычно уверенная поза теперь казалась скованной:
— Это был мой приказ.
Миллч медленно закрыла глаза на мгновение, словно собираясь с мыслями. Когда она вновь посмотрела на Беллами, в её глазах читалось не ярость, а глубокая усталость и разочарование.
— Мы могли потерять Джаспера. Разве это стоило риска? — её голос звучал почти шёпотом, но каждое слово падало как камень.
Блейк замер, не находя что ответить. Он привык видеть Алекс собранной и решительной, но эта тихая, сдержанная реакция беспокоила его больше любого крика. В её спокойствии была такая глубина переживаний, которая заставила его почувствовать себя неловко.
Лекса наблюдала молча, понимая, что лучше не вмешиваться в этот момент.
Алекс больше не стала ничего говорить. Она просто повернулась и направилась к лесу, её шаги были медленными, будто каждое движение давалось с усилием. В тени деревьев она наконец позволила себе расслабиться, прислонившись к стволу старого дуба. Глаза сами закрылись, а в груди сжалось от тяжести принятых решений. «Когда же это закончится?» — пронеслось в голове. Она знала, что скоро придётся вернуться к своим людям, снова быть сильной. Но сейчас... Сейчас ей просто нужно было немного тишины.
***
Утро принесло с собой первые запасы провизии с Горы Везер. Алекс сидела у входа в палату, медленно пережевывая сухой паек, когда к ней приблизился Беллами. — Прости за вчерашнее, — он замер в шаге от нее, голос звучал нерешительно. — Я действовал, как считал нужным. Миллс подняла глаза, в ее взгляде не осталось и следа вчерашнего гнева — только усталое понимание. — Это мне следует извиниться, — она отложила еду. — Ты спас нас. Если бы не вы... он бы не остановился. Беллами расслабился, уголки его губ дрогнули: — Перемирие? — Перемирие, — Алекс кивнула, легкая улыбка тронула ее губы. Он ушел, но ее внимание сразу переключилось на Октавию, которая выходила из леса с необычной для нее сосредоточенной походкой. — Октавия! Девушка обернулась и, увидев Алекс, изменила направление. — Все в порядке? — спросила Миллс, замечая следы земли на ее одежде. — Да, просто... тренировалась, — Октавия слегка замялась. — С кем? — С Индрой. Алекс приподняла бровь — правая рука Лексы была не тем, с кем стоило вести себя беспечно. — Просто... будь осторожна, хорошо? Октавия улыбнулась, уже собираясь уйти, но Алекс невольно остановила ее: — Если хочешь, я тоже могу тебя учить. — Правда? — в глазах Октавии вспыхнул интерес. — Я хочу научиться стрелять. — Тогда завтра на рассвете, — предложила Миллс. — Договорились! — Октавия почти побежала дальше, оставив Алекс наедине с воспоминаниями. Перед глазами всплыли образы прошлого: ее мать, терпеливо поправляющая ее стойку, мягкие, но твердые наставления. — «Будь сильной, но не позволяй тьме заполнить твое сердце» — эти слова звучали в памяти каждый раз после тренировок. Маленькая Алекс тогда не понимала: — «Но как, если вокруг столько зла?» Ответа не было. Только тихий вздох и ласковое прикосновение к волосам. Теперь, спустя годы, Александра смотрела вслед Октавии и думала о том, что, возможно, именно так и выглядит надежда — в желании научить, а не просто выжить.***
Наступил вечер, окрашивая лагерь в золотистые сумерки. Алекс сидела у потрескивающего костра, когда к ней подошла Кларк с необычным предложением. — Я обдумывала один вариант, — начала Кларк, присаживаясь рядом. Её голос звучал взволнованно. — Что если мы переселимся к обломкам основного корабля? Алекс подняла глаза от карты, которую изучала. — Ты предлагаешь перебраться в ту долину, где разбилась «Альфа»? — уточнила она, мысленно представляя огромный корпус корабля, вросший в землю. — Именно, — кивнула Кларк, её глаза загорелись энтузиазмом. — Ты же видела его масштабы — он втрое больше нашего челнока. Если восстановить хотя бы часть отсеков... — Там действительно можно разместить всех, — задумчиво протянула Алекс, мысленно оценивая преимущества. — И защита будет надёжнее — металлические стены против этих брезентовых палаток. — К тому же, — добавила Гриффин, — в грузовых отсеках могут сохраниться полезные материалы. Мы до сих пор толком не обыскали обломки. Миллс кивнула, её взгляд скользнул по хрупкому лагерю. — Ты права. Это действительно хорошая идея. Завтра же соберём совет и начнём планировать переезд. В её голосе звучала новая надежда. Возможно, наконец-то у них появится настоящий дом, а не временное убежище. Кларк улыбнулась в ответ, и обе знали — это может стать переломным моментом в их борьбе за выживание.***
Следующий день встретил их прохладным утром. Солнце только поднималось над горизонтом, окрашивая небо в бледно-розовые тона, когда Алекс и Октавия вышли на небольшой расчищенный участок у края лагеря. Воздух был свежим, пахнущим хвоей и сырой землей. Миллс взяла пистолет, его металл холодно блестел в первых лучах солнца. — Вот так, — она показала Октавии, как правильно держать оружие. — Пальцы здесь, большой — сюда. Не сжимай слишком сильно, иначе рука устанет. Прицеливаешься — дыхание ровное, выдох — и плавный спуск. Октавия попробовала повторить, но с первого раза не получилось. Алекс терпеливо поправила ее хватку, пальцы девушки были еще неуверенными, дрожали от напряжения. — Не торопись. Оружие чувствует страх. Если ты нервничаешь — оно тебя не послушает. После нескольких попыток Блейк наконец взяла пистолет правильно. — Получилось! — она улыбнулась, глаза загорелись. Миллс кивнула, в уголках ее губ мелькнуло что-то похожее на гордость. — Быстро учишься. Завтра попробуем с автоматом. Октавия опустила пистолет, но не уходила. Она смотрела на Алекс задумчиво, будто что-то взвешивая в голове. — Можно задать вопрос? — Давай. — Ты же не любишь оружие. Почему тогда вызвалась меня учить? Алекс замерла. Вопрос задел что-то глубокое внутри. Она медленно выдохнула, ее взгляд скользнул по лесу, по лагерю, по людям, которые еще спали. — В этом мире много опасностей, Октавия. Я хочу, чтобы ты была готова. Блейк смотрела на нее с восхищением, которое Алекс не могла не заметить. — Я восхищаюсь тобой. Слова прозвучали искренне, но Миллс лишь сжала губы. — На моих руках слишком много крови. — Но ты же не сожалеешь? Тишина. Алекс закрыла глаза на секунду, будто перебирая в памяти все, что сделала. — Я убивала только тех, кто угрожал моим людям. — Голос ее был тихим, но твердым. — Мое сердце уже запачкано тьмой. И да… я не сожалею. Она посмотрела прямо на Октавию. — Это были злые люди. Но если у тебя есть выбор — не становись такой же, как я. Блейк не ответила. Она просто кивнула, но в ее глазах читалось что-то новое — понимание, которого раньше не было. Миллс повернулась к оружию на земле. — Попробуешь еще раз? Октавия взяла пистолет. На этот раз — увереннее. И где-то в глубине души Алекс надеялась, что однажды ей не придется его использовать. Но мир, в котором они жили, редко давал такие возможности.
