Одна из Сотни

      С момента той судьбоносной встречи, когда Алекс и Беллами нашли Кларк, прошло чуть больше недели. Дни тянулись медленно, наполненные тревожным ожиданием и невысказанными вопросами. Рана на ноге Миллс наконец затянулась, оставив после себя лишь бледный шрам. Эбби, с присущей ей заботой, не раз предлагала помощь, но девушка упрямо отмахивалась, твердя, что всё в порядке.       Три дня назад пришли новости, которые перевернули всё с ног на голову: Кларк находилась в Полисе, в главном городе Командующей.       А затем пришло сообщение от Лексы.       — Алекс, — голос Октавии был напряжённым, когда она протянула ей листок с выцарапанными символами, — тебя вызывают в Полис. И ещё пару «надёжных людей», как она выразилась.       Миллс медленно подняла глаза, ее пальцы сжали бумагу чуть сильнее.       — Какое ещё дело? — прошептала Алекс, её брови сдвинулись в подозрительной складке.       Блейк молчала, но в ее взгляде читалось то же недоверие.       — Может, это связано с Кларк? — предположил Беллами, стоявший у входа, его голос прозвучал глухо.       Миллс резко повернулась к нему.       — Или с чем-то хуже.       Тишина, последовавшая за её словами, была красноречивее любых доводов. Они все понимали: соглашаться — значит играть с огнём. Но отказаться — возможно, ещё опаснее.

***

      Машина с глухим рокотом остановилась у границы Полиса, поднимая клубы пыли. Алекс первая выпрыгнула из кабины, её взгляд скользнул по высоким стенам цитадели — холодным, неприступным, словно выкованным из стали. За ней, не спеша, спустился Кейн.       Раньше они стояли по разные стороны баррикад: Кейн с его непоколебимой верой в порядок, Алекс — с её яростным отрицанием любых авторитетов. Но теперь… Теперь они научились слушать друг друга. Не потому, что доверяли полностью, а потому, что поняли — выжить в этом мире в одиночку невозможно.       Маркус Кейн по совету Эбби сделал шаг навстречу, и это стоило ему немалых усилий. Он, всегда считавший свои решения единственно верными, впервые пошёл на уступки. А Александра, в свою очередь, перестала видеть в нём только врага. Компромисс дался тяжело, но он был необходим.       — Территория Полиса, — Алекс бросила взгляд на Кейна, который открывал кузов грузовика. Её голос был ровным, но в нём угадывалось напряжение. — Охрана Командующей скоро прибудет. Они отведут нас на Саммит. Оружие и рации оставляем здесь.       Она знала правила. Входить в Полис вооружёнными — значит сразу подписать себе приговор.       Девушка медленно обвела взглядом окружающих, затем кивнула в сторону двух мужчин, стоявших у машины.       — Нельсон, Хилл, — её тон не оставлял места для возражений, — оставайтесь здесь. Будьте на связи.       — Так точно, мисс, — бойцы ответили почти синхронно, но в их глазах читалась настороженность. Они понимали, насколько опасной может быть эта миссия.       — Алекс.       Эбби подошла ближе, её пальцы нервно сжимали край куртки. В её глазах стояло столько вины и страха, что Миллс невольно смягчила выражение лица.       — Что, если они не отдадут её? — прошептала Эбби. Голос её дрогнул. — Это из-за меня…       Девушка на мгновение задумалась, затем слегка наклонила голову.       — Эбби, — её слова прозвучали твёрдо, но без привычной резкости, — мы не уйдём без твоей дочери. Обещаю.       Она даже попыталась улыбнуться — неловко, натянуто, но для Эбби это значило больше, чем любые клятвы.       — А что насчёт больницы, которую вы решили организовать на Горе Везер… — Алекс продолжила, переводя тему, — пока нас не было… Мы что-нибудь придумаем. Вместе.

***

      Когда они вошли в город в сопровождении воинов Хеды, первое, что поразило Алекс, была гигантская башня, взмывающая в небо, словно стальной исполин из забытой эпохи. В прошлом — небоскрёб, а теперь символ власти Командующей, он возвышался над всем Полисом, его этажи сверкали в лучах солнца, а на верхних уровнях, за тусклыми окнами, угадывались силуэты людей. У подножия башни теснились более низкие постройки, но даже они казались монументальными по сравнению с хлипкими строениями вне стен города.       — Невероятно… — произнёс Маркус, и в его голосе слышалось нечто большее, чем просто удивление. Это было признание мощи, которую он, возможно, недооценивал.       Дальше их путь лежал через оживлённую рыночную площадь, где жизнь кипела с неистовой энергией. Алекс шла, словно загипнотизированная этим потоком движения: торговцы наперебой расхваливали товары, их голоса сливались в шумную симфонию, перекрываемую лишь смехом и перебранками. В воздухе витал пряный аромат жареного мяса, свежего хлеба и экзотических специй, а под ногами хрустели разбросанные овощные очистки.       — На нас все пялятся, — тихо заметила Эбби, нервно оглядываясь.       — Мы под защитой Командующей, — спокойно ответил Кейн. — Здесь вооружены только её часовые.       Внезапно маленькая девочка-землянка, не старше десяти, ловко протиснулась сквозь толпу и схватила Эбби за руку, таща её в сторону.       — Подожди! — Алекс инстинктивно шагнула вперёд, но Кейн жестом остановил её.       Девочка привела их в узкую лавку, слабо освещённую масляными лампами. Внутри, за древней, покрытой копотью плитой, стояла женщина с лицом, изборождённым морщинами, но с живыми, добрыми глазами. Перед ней шипели несколько котлов, от которых валил густой пар, наполняя помещение ароматом тушёного мяса и трав.       Женщина повернулась к Эбби, ловко выловила из котла кусок мяса и, аккуратно подрезав ножом, протянула ей.       — Спасибо, но я не голодна, — вежливо улыбнулась Эбби, слегка смутившись.       — Я с радостью попробую, — неожиданно сказал Кейн на ломаном языке землян, чем вызвал удивлённые взгляды даже у охранников.       Он откусил кусок, медленно пережёвывая, затем кивнул в знак одобрения. Не говоря ни слова, он отцепил эмблему со своей куртки — символ своего клана — и протянул женщине.       — Возьмите. В знак благодарности.       Та сначала запротестовала, но, видя его твёрдый взгляд, в конце концов взяла подарок, кивнув с едва уловимой улыбкой.       Кейн отошёл к соседнему прилавку, где примерил старинные очки в металлической оправе и, повернувшись, насмешливо продемонстрировал себя Алекс и Эбби.       — Ты здесь как рыба в воде, — усмехнулась Эбби.       — Когда я представлял Землю, я думал, она мертва, — ответил он задумчиво. — Но здесь… Здесь есть жизнь.       — Но это не так, — ответила Алекс.       В этот момент к ним подошла Индра, её лицо озарилось редкой улыбкой.       — Алекс.       — Здравствуй, Индра, — кивнула та, чувствуя лёгкое облегчение при виде знакомого лица.       Индра перевела взгляд на Кейна и Эбби.       — Рада видеть вас. Надеюсь, столица вам нравится?       — Я в восторге, — ответила Эбби, но в её глазах читалось нетерпение. — И спасибо, что заботитесь о моей дочери.       — Это заслуга Командующей. Поблагодарите её сами сегодня на Саммите.       — Я бы хотела увидеть Кларк. Сейчас.       Индра слегка нахмурилась.       — Скоро.       Эбби открыла рот, чтобы настаивать, но Кейн тихо положил руку ей на плечо, останавливая.       Они оба понимали — сейчас не время для требований.

***

      Величественный тронный зал на вершине башни Полиса встречал их холодным молчанием. Высоченные окна пропускали рассеянный свет, рисовавший на полированном полу причудливые узоры. Алекс нервно переминалась с ноги на ногу, ее пальцы непроизвольно сжимались в кулаки. Рядом Кейн стоял, выпрямившись по-военному, а Эбби беспокойно озиралась по сторонам.       — Где же она? — прошептала Эбби, больше не в силах сдерживать нетерпение.       — Должна скоро... — начал Кейн, но его слова прервал скрип тяжелых дверей.       Вместо ожидаемой Лексы в зал вошла Кларк.       Алекс замерла. Три месяца. Целых три месяца она не видела эти знакомые черты лица, не слышала этот голос. Кларк выглядела уставшей — темные круги под глазами, бледная кожа, но в ее движениях по-прежнему чувствовалась та самая, знакомая энергия.       Мать и дочь бросились друг к другу. Их объятие было крепким, стремительным, словно обе пытались за мгновение восполнить все потерянное время.       — Ты в порядке? — отстраняясь, спросила Эбби, дрожащими пальцами поправляя прядь волос дочери.       — Да, мам, — Кларк кивнула, но уже поворачивалась к Алекс.       Их взгляды встретились. В глазах Миллс мелькнуло что-то неуловимое — может быть, раскаяние, может, облегчение.       — Алекс, — Кларк сделала шаг вперед, — времени мало. Условия изменились.       — Что случилось? — нахмурилась Алекс.       — Ледяной народ. Они хотят смерти Лексы. Мечтают разрушить Коалицию.       — Это ее проблемы, — резко вставила Эбби.       Миллс покачала головой:       — Если Лекса падет, война придет и к нам. В чем новые условия?       — Нам предлагают стать тринадцатым кланом.       — То есть преклонить колени? — Алекс фыркнула. — Мы договаривались о союзе, а не о подчинении.       Кларк вздохнула:       — Это единственный способ сохранить мир, Алекс.       Миллс отошла в сторону, ее мысли метались. Она знала, что другого выхода нет, но признать это было горько.       — Алекс, у нас нет лучшего варианта, — тихо сказала Кларк.       — Знаю, — Алекс подняла голову, будто смиряясь с неизбежным. — Ты права.       Она развернулась к Кларк, и в ее глазах больше не было сопротивления.       — Мы видели армию Азгеды. У нас нет против них и шанса. Нужно соглашаться.       Но затем она сделала шаг ближе, и ее голос понизился до шепота, чтобы слышали только они вдвоем.       — Допустим, мы согласимся. Что дальше? Кто остановит Ледяной народ?       — Ванхеда, — отвечает Кларк. — Они жаждут моей силы.       Алекс смотрела в глаза Кларк и видела в них уверенность и силу.       — Готова ли ты к этому? — спросила Кларк.       Уголки губ Алекс дрогнули в подобии улыбки:       — Разве у меня есть выбор?       И вдруг, неожиданно для себя, она шагнула вперед и обняла Кларк. Та ответила ей тем же, крепко сжав плечи подруги.       — Прости, что отвернулась, — прошептала Александра, чувствуя, как комок подступает к горлу.       — Это я должна просить прощения, — так же тихо ответила Кларк.       На мгновение они забыли о войнах, кланах и политике. Были просто две девушки, на чьи плечи взвалили слишком много. Но момент прошел — за дверями уже слышались шаги. Время не ждало.

***

      Час настал. Алекс завели в комнату и стали собирать к Саммиту. Её волосы убрали вверх и по бокам заплели косы так, что казалось, что они были похожи на заборчик. Переодевшись в платье, что ей принесли, Алекс встала у зеркала, абсолютно себя не узнавая. Последний раз она носила что-то подобное лишь однажды — в далёком детстве, на Дне единения на Ковчеге. И сейчас она надела платье, чтобы объединить свой народ с двенадцатью Коалициями Лексы.       — Вы готовы? — почтительно спросила одна из помощниц, склонив голову.       Алекс глубоко вдохнула, ощущая тяжесть ответственности, и кивнула.       Она пошла за охранниками, которые ждали её снаружи.       Надев свою фирменную маску, которую она всегда надевала в критические и торжественные моменты, она приготовилась к тому, что должно было произойти.       Два землянина подошли к большим дверям и отворили ее. До ушей девушки доносились слова песни, которая пела одна из певчих землянок. Переступив порог, Алекс направилась прямо к Командующей, которая стояла у трона и ждала её. Всё помещение было заполнено землянами. Она шла и не оглядывалась, смотрела прямо в глаза Лексы. Она тоже была одета торжественно.       Алекс медленно опустилась на одно колено перед троном, склонив голову в формальном поклоне. В тот же миг рядом раздался звук — это преклонил колено Роан, принц Азгеды.       И тогда она узнала его.       Не по титулу, не по одежде Ледяного народа, украшенным волчьими клыками, а по тому самому пронизывающему взгляду, который когда-то скользнул по ней в темноте, перед тем как он увел Кларк.       Это он.       Его лицо, теперь освещённое факелами, было тем самым — с резкими чертами, холодными, как его северное королевство, и шрамом, пересекающим бровь. Тот самый мужчина, что воткнул нож ей в ногу, когда она бросилась на помощь Кларк.       Алекс почувствовала, как мышцы её спины напряглись, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Но она не подняла глаз, не выдала ни единой эмоции. Только маска, холодная и бесстрастная, скрывала ярость, вспыхнувшую в её взгляде.       Роан, казалось, даже не взглянул в её сторону. Он преклонил колено с той же надменной грацией, с какой, вероятно, делал всё — будто даже этот жест был не покорностью, а снисхождением.       И тогда, как волна, за ними склонились все остальные — воины, старейшины, представители кланов.       Но Алекс больше не слышала торжественного гула зала. В её ушах стучала кровь, а перед глазами стояло одно:       Он здесь. И он — принц Азгеды.       Это меняло всё.       — Слава вам, воины двенадцати кланов, — громко и ясно проговорила Лекса.       — Слава тебе, Командующая крови! — послышался гул землян.       Лекса плавным жестом подняла руку:       — Встаньте.       Поднявшись, Алекс встретилась взглядом с Хедой. В этих холодных глазах читалось нечто большее, чем просто формальность — понимание, оценка, возможно даже уважение. Сделав шаг назад, Алекс заняла место среди своих.       — Мы приветствуем Небесных людей в атмосфере дружбы и гармонии. И приветствуем Александру из Небесных людей. Храбрую воительницу и лидера Небесных людей. Также мы приветствуем Кларк Гриффин. Командующую смертью. — В зале пробежал лёгкий шёпот, когда Лекса продолжила: — Условия изменились. Небесный народ не будет заключать с нами договор — отныне они станут тринадцатым кланом нашей великой Коалиции!       В зале послышались звуки неудовольствия.       — Символом союза станет метка, которую будет носить ваш лидер, — Лекса посмотрела на Миллс. — Вытяни руку.       Александра медленно развернулась, ощущая на себе сотни внимательных взглядов. В этот момент один из воинов вынес из жаровни раскалённый металлический знак — сложный узор, переплетение линий, символизирующих единство кланов. Даже на расстоянии от него исходил жар, заставляя воздух дрожать.       Секунда колебания — и Алекс вытянула вперёд правую руку, ладонью вверх.       В следующее мгновение раскалённый металл коснулся её кожи.       Резкий шипящий звук. Едкий запах горелой плоти.       Миллс резко втянула воздух через зубы, но не отдернула руку. Её мышцы напряглись до дрожи, ногти впились в ладонь другой руки, но внешне она оставалась непоколебимой — только тонкая испарина на лбу и чуть более учащённое дыхание выдавали испытываемую боль.       — Хорошо, — одобрительно кивнула Лекса, когда воин убрал клеймо.       На внутренней стороне предплечья Алекс теперь красовался тёмный узор, ещё дымящийся от жара. Это больше чем символ. Это клятва, выжженная в плоти.       — Теперь ты часть Коалиции, — провозгласила Лекса, поднимая руку. — И кровь твоя — наша кровь.       Зал взорвался одобрительными возгласами. Но Александра едва слышала их — в ушах ещё звенело от боли, а перед глазами плясали тёмные пятна. Она сжала обожжённое место, ощущая, как пульсирует свежая рана.       Такова цена союза, — пронеслось в её голове. И она заплатила её без колебаний.       Торжественную тишину зала внезапно разорвал грохот распахивающихся дверей. В проёме, озарённом тревожным светом факелов, возникла группа людей из Аркадии — Беллами, Октавия и канцлер Пайк впереди. Но больше всего поразило то, что Блейк-старший вёл под дулом пистолета одного из охранников ТриКру, чьё лицо было залито кровью.       — Беллами?! — голос Кларк прозвучал резко, в нём смешались удивление и тревога.       Титус, правая рука Лексы, шагнул вперёд.       — Что за чертовщина здесь происходит?       Беллами, тяжело дыша, вытер лоб. Его одежда была в пыли.       — Саммит — это ловушка, — он окинул взглядом всех присутствующих. — Нам нужно уводить вас отсюда. Сейчас.       Алекс резко повернулась к Лексе, её глаза сузились.       — Хеда, что это значит?       Командующая, обычно такая уверенная, на мгновение показала замешательство.       — Я не знаю.       — Это Ледяной народ, — твёрдо заявил Блейк, толкая пленного охранника вперёд. — Они уже здесь.       В толпе землян поднялся ропот. Один из людей Ледяного народа выступил вперёд, его лицо исказила ярость.       — Эти обвинения — ложь! — он ударил себя в грудь. — Ледяной народ не нарушал законов Саммита! В отличие от вас, — он бросил взгляд на Беллами и Пайка, — кто ворвался сюда с оружием!       Пайк, не дрогнув, шагнул навстречу.       — Охранники, оставленные вами у ворот, уже мертвы, — его голос был ледяным. — Если мы не уйдём сейчас, следующей будет вся эта палата.       Лекса подняла руку, и зал мгновенно затих.       — Откуда у вас такие сведения? — её вопрос повис в воздухе.       Тишина.       Октавия обернулась к брату.       — Беллами… где Эхо?       Кейн, оценив обстановку, медленно подошёл к Беллами и протянул руку.       — Оружие. Сейчас же.       Беллами замер, затем, стиснув зубы, протянул пистолет.       Потом раздался звук в рации, эта была Рейвен:       — Беллами… Беллами, ответь. Землянин атаковал Гору Везер.       Беллами взял рацию.       — О чём ты говоришь?       — Её нет. Горы больше нет. Все погибли. Остались только мы с Синклером. Простите меня, — Рейвен заплакала. — Мне так жаль.       Беллами опустил руку с рацией, лицо его стало каменным. В зале воцарилась гробовая тишина.       И тогда из толпы землян шагнул воин Азгеды, его голос звучал ядовито:       — Вот почему нельзя было вести ваш народ на Гору Везер.       Он повернулся к Лексе, и в его глазах горела холодная победа:       — Ледяной народ сделал то, что не удалось тебе, Командующая. Мы очистили землю от чужаков.       — Это акт агрессии, — процедила Лекса, подходя к землянину. — Часовые! Арестуйте всю делегацию Ледяного народа! — её команда прокатилась по залу. — Включая принца.       Стража ТриКру моментально окружила азгедовцев. Металлический звон наручников смешался с возмущёнными возгласами, но сопротивление было бесполезным — в мгновение ока делегация была выведена из зала.       Алекс, всё ещё ощущая жгучую боль от свежего клейма, подошла к Кларк.       — Так вот кто привёл тебя сюда, — тихо сказала она, наблюдая, как уводят Роана. — Принц Азгеды...       Кларк молча кивнула, её взгляд был устремлён вдаль.       — Но почему он пошёл против своей Королевы?       — Лекса изгнала его, — объяснила Гриффин, наконец поворачиваясь к подруге. — Приведя меня, он надеялся, что изгнание отменят.       Миллс усмехнулась, но в её глазах не было веселья.       — Похоже, Лекса передумала.       Эбби, бледная как полотно, прервала их:       — Нам нужно возвращаться в Аркадию. И немедленно.       Кейн, стоявший рядом, мрачно кивнул:       — Если они атаковали Гору Везер, Аркадия может быть следующей.       Лекса, услышав это, сделала шаг вперёд:       — Соберите своих солдат. Мы отомстим за это нападение вместе.       Индра, до сих пор молчавшая, вышла вперёд:       — Я сопровожу их.       — Алекс, Кларк, нужно уходить, — обратился к ним Беллами.       — В Полисе должен остаться представитель тринадцатого клана.       — Здесь слишком опасно, — настаивал Беллами.       Алекс обменялась взглядом с Кларк, затем твёрдо заявила:       — Пусть останется Кларк. Я нужна в Аркадии.       Лекса кивнула:       — Кларк будет под защитой ТриКру. Её безопасности ничего не угрожает.       Миллс подошла к Беллами, и Кларк последовала за ней.       — Я прослежу, чтобы Лекса сдержала слово.       — Пойдёмте, Хеда, нужно немедленно созвать военный совет, — проговорил Титус своей Командующей.       Кларк обняла мать — крепко, отчаянно, словно боялась, что это может быть в последний раз. Эбби дрожащими руками прижала дочь, затем, быстро отстранившись, вместе с Кейном и двумя охранниками поспешила к выходу.       Когда за ними закрылись двери, Беллами подошёл к Кларк вплотную.       — Лекса оставила нас умирать, — прошептал он, чтобы не слышала Хеда. — Она всегда будет ставить своих выше нас. Кларк, пошли с нами.       Но Гриффин покачала головой:       — Прости...       Алекс вздохнула:       — Так нужно, Беллами.       Они замерли на мгновение — три сердца, бьющихся вразнобой. Затем Беллами в последний раз взглянул в глаза Кларк, развернулся и ушёл. Алекс бросила последний взгляд на подругу — полный невысказанных слов и предостережений — и последовала за ним.       Двери зала закрылись с глухим стуком, разделив их пути.