Семь воронов/Sieben Raben

Эрвин         Это была ужасающая картина. Омерзительная, но уже знакомая картина. Он столько лет уже проработал в полиции. Поэтому вид трупов, кровавого мессива, иными словами следов насильственного преступления, было ему не ново.          И всё же, подобное зрелище каждый раз ужасало его. Даже спустя столько лет он всё еще задает себе вопрос, как люди могут быть способны на такие поступки.         Он не считал эти мысли признаком слабости. В конце концов, он не работал из-за этого хуже и не плакал из-за этого по ночам в подушку.          Нет… на самом деле, для него это был хороший знак, что он мог это чувствовать. То была уверенность в том, что, несмотря на свой профессионализм и опыт, он еще не утратил человечность.          Да. Это был хороший знак. Это давало ему силы преследовать виновных и бороться за справедливость. Неважно, сколько времени это должно занять. Неважно, как бы преступники не усложняли ему жизнь.   — Самая настоящая скотобойня, — услышал он, как помощник инспектора шепнул своему коллеге.         Эрвин не мог с ним не согласиться, всё ещё блуждая взглядом по большому роскошному залу. Двадцать человек зверзки убиты. Семья из высшего сословия со своей охраной. Все погибли по-разному. Перерезанное горло, выстрел в голову, удушье во сне… Но была одна общая черта: всё прошло быстро и бесшумно. Никто ничего не заподозрил. Тела были найдены только на следующее утро.          А от убийцы или убийц уже давно и след простыл.    — Мне нужны записи с камер видеонаблюдения прямо сейчас! — закричал Кенни, который, казалось, был в ещё более худшем расположении духа, нежели обычно. Но у Эрвина не было времени разбираться с перепадами настроения Кенни.         Ему нужно было остановить эту серию убийств. Любой ценой.   — Забудь, — громко крикнул Эрвин через весь зал, — я тоже хотел их увидеть. Записи удалены.   — Да ты брешишь! — громко выругался Кенни, шагая по мраморному холлу роскошного особняка, который теперь превратился в сцену из фильма ужасов. Кровь забрызгала стены, а трупы валялись на полу. Лишь тот факт, что выжили дети, свидетельствовал о том, что в преступниках есть капля милосердия.          Эрвин до сих пор не мог понять, как такое вообще могло произойти. А главное: почему?         В Тросте постоянно совершались преступления. Было много и таких, кто всё ещё скрывался от общественности и полиции. Печальный факт, но ничего не поделаешь. Просто слишком много преступных организаций, что промышляли свои грязные махинации. И слишком много граждан, поддающихся их влиянию. Но всё-таки… столько смертей за несколько недель?          «Что-то здесь не так…»         Эрвин не мог избавиться от ощущения, что его как будто втянули в какую-то войну. Зажали между двумя фронтами. Но он так до сих пор и не выяснил, кто против кого бьется и чем объяснить это кровопролитие.          Они ходили по кругу. Пока тянулось расследование, накапливались трупы в морге.          Эрвину нужно было что-то предпринять. Он должен был это остановить. Но как?         Лишь вибрация его телефона смогла отвлечь его от своих мыслей.   — У тебя есть минутка?   — Ханджи? — произнес он вслух, глядя на номер входящего текстового сообщения.           Это было не похоже на нее, выходить на связь вне графика. Особенно, если она была в школе и, соответственно, был риск, что её раскроют.          Лишь один тот факт, что она написала ему, а не попыталась позвонить, успокаивал его. Так хотя бы был шанс, что это не сильно бросится в глаза.         Он тут же ответил ей.   — Что-то случилось?   — Нет.         И больше ничего. Её ответ состоял всего лишь из одного слова.         «Ой-ей»         Он довольно хорошо её знал, чтобы понять, что она лжёт. Просто потому что Ханджи была одной из тех, кто любит использовать очень много смайликов. Он не раз замечал это за ней. Будь то это личная переписка или служебная, Ханджи очень любила заполнять текстовые сообщения смайликами. А тот факт, что сейчас он не увидел ни одного, означал, что уровень тревоги красный.         У неё что-то случилось. Он это знал.   — Не лги. Тебе нужна помощь?   — Нет. Всё нормально.   — Что случилось?   — Ничего.   — Почему ты мне тогда пишешь?         Он смотрел на экран телефона как зачарованный. Казалось, прошла вечность, прежде чем она ответила ему.    — Это всего лишь… прости. Я просто хотела с кем-нибудь поговорить…         Это звучало совсем не хорошо.   — Я здесь. Могу я для тебя что-то сделать?   — Нет. Думаю, никто ничего не сможет сделать…   — О чем ты?   — Я не могу тебе сказать.   — Это как-то связано с твоей миссией?   — Нет, не с ней.         Он уже размышлял над тем, что ответить ей дальше, как вдруг от неё пришло ещё одно сообщение.   — Ты… Ты не поверишь, какое дерьмо творится в этой школе! Это так ужасно!         Школа? Эрвин понятия не имел, о чём она говорит. Но Ханджи редко позволяла себе выругаться. Казалось, она правда была расстроена. Так о чём же речь? И почему она не может ему об этом рассказать?    — С тобой всё в порядке?   — Пойдет. Я сама уже не уверена.   — И ты не можешь мне рассказать?   — Нет, не доставив нам обоим при этом неприятностей.         Ещё больше проблем, ещё больше забот.         Словно на городе и его жителях лежало проклятие. Всё шло наперекосяк. Всё погрузилось в хаос. И совсем скоро об этом все узнают…         Прошло не так много времени, как общественность уже узнала об убийствах и уже выдвигала свои собственные теории. И даже тот факт, что все следователи работали сверхурочно, лишь бы прекратить убийства, никого не волновал.          А теперь ещё и со школой что-то не так! В этом очевидно замешаны эти два директора, Эрвин точно это знал. Те самые директора, которые сделали все возможное, чтобы выгнать Эрвина и его коллег с территории школы. Видимо, Ханджи теперь узнала, в чём была причина.         И неважно, о чём конкретно шла речь… Этого было уже достаточно, чтобы напугать её.   — Может, мне отстранить тебя от дела?   — НЕТ!         Этот ответ его не удивил.   — Со мной всё будет в порядке, не переживай. У меня есть надсмотрщик.         «Надсмотрщик?»   — Кто?   — Скажу лишь одно: Кенни свихнулся бы ;)         Эрвин догадывался, кого она могла иметь в виду. Хотя и не мог представить себе, почему Ханджи согласилась на это. Но если она чувствовала себя с ним в безопасности, он хотел ему верить. По крайней мере, пока у неё всё хорошо…    — Держи меня в курсе, присматривай за Эреном. И пожалуйста! Береги себя. Убийств стало больше.   — Что???!! Где?!   — Объясню чуть позже. Пресса наверняка скоро об этом узнает.   — Хорошо. На связи.         Как он и предполагал, дальнейшего ответа не последовало, и их диалог оборвался так же внезапно, как и начался.          «Надеюсь, с ней всё будет хорошо…»         И ещё он надеялся, что сможет скоро закончить это дело, чтобы Ханджи смогла вернуться домой.         Что вообще происходило с этим городом?         Что хотел преступник? А был ли он один? Одни только убийства в этих виллах… Это просто физически не мог сделать один человек! Или всё же мог? И каким образом связаны эти многочисленные убийства с погибшими секретарем, гостевыми родителями и охранником? Или это вправду были несвязанные происшествия, как он убеждал прессу, лишь бы избежать паники?         И какое отношение к этому имеет Эрен? Или он был невиновен, и убийца имел в виду что-то другое?         Была ли в этом вообще какая-то связь?         Эрвину тяжело было это всё представить... а если и так, то дело оказалось сложнее, чем он думал.          Он не знал. Он даже еще не начал собирать этот пазл. Слишком много еще отсуствующих деталей.          Он знал лишь одно: эти убийства точно не прекратятся…    Ханджи         «Еще больше убийств…»         Она вышла из туалетной кабинки. Обязательно положив телефон обратно в карман, чтобы никто не увидел. Для убедительности помыла руки, взглянув на своё усталое отражение в зеркале.          «Раньше ты выглядела лучше…»         Но всё же неудивительно, что она чувствовала себя слабой и обессиленной. Последние пару часов были уж слишком бурными.          Эта игра… Убийства… Постоянное напряжение оттого, что нужно сохранять маскировку. Много. Она терпела чертовски много. Лишь приятная компания и обещание Эрвину держали её на плаву.         И всё же… она никогда бы не подумала, что повышение от патрульного до следователя сулило настолько крутую перемену. Мир сошёл с ума или она по-тихонько теряла рассудок?         Выдерживать этот ужас и справляться с проблемами – это одно. Но сохранять хорошее расположение духа каждый день – совсем другое. Это тратило просто бесконечное количество энергии.         Но она держалась. Ради Эрвина, ради Эрена… Прежде всего, ради себя самой. Она не позволит этому сломать себя. Неважно, какой бы легкой не казалась алтернатива: сбежать, всё бросить и никогда больше об этом не думать...         «Это не про меня!»         Она ополоснула лицо холодной водой, стараясь восстановить силу духа.          «Я смогу! Мы найдём этого убийцу, остановим эту игру и вернем Эрена домой в целости и сохранности!»         Хоть она и понятия не имела, как это сделает и сколько времени это займет…. Она просто решила поверить в это. В счастливый финал. Потому что эта вера давала ей силы.         Силу, в которой она так отчаянно нуждалась…         Она вышла обратно в коридор, где её ждали Леви с Эреном. И, казалось, они были поглощены бурной дискуссией.    — В этом нет необходимости!   — Мне всё равно, что ты хочешь.   — То есть, моё мнение теперь не имеет значения?   — Нет.   — Вы бываете таким противным, сенсей. Вы вообще это знаете?   — Знаю. Но мне плевать.         «Они оба такие милые!»         Воодушевленная своей новой энергией и видом этих двух спорщиков, она подскочила к ним, встав между ними. Обе её руки легли на плечи каждого из них двоих.    — Привет, мальчики. О чём болтаете? — Попыталась она изобразить безмятежность и счастье. Её взгляд на мгновение задержался на охранниках, проходивших в этот момент мимо них.          «И эти утырки называют себя охранниками!»         В конце концов, им же платили лишь за то, чтобы они отворачивались и молчали. Факт, к которому Ханджи никак не могла привыкнуть.          С твердым намерением однажды привлечь этих людей к ответственности, она пока оставила их в покое. Потому что с этим нужно подождать. Хотела она того или нет. — Леви-сенсей обращается со мной, как с ребенком! — обиженно пожаловался Эрен, возвращая её в реальность.   — А ты ещё не привык? — она нахально ухмыльнулась, чтобы раздраконить его ещё больше. Кажется, полный успех.   — Нет! — сердито проворчал юноша.   — Эрен, милый. У тебя нет выбора, — хихикнула она, приобнимая его, — а если точнее, я не думаю, что он собирается остановиться на достигнутом.          Один быстрый взгляд слева от нее и, кажется, она была права. Легкая улыбка Леви ясно давала понять, как ему это понравилось.   — Прислушайся к этой занозе в заднице.   — И не подумаю! — громко возразил младший, надув щеки в знак обиды.         Именно моменты вроде этого ясно давали ей понять. Какими бы короткими и мимолетными они ни были: в эти минуты она понимала, что Эрен уже засел в её сердце. Ей нравился этот юноша, и она не позволит, чтобы с ним что-то случилось.         Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, в чём причина их ссоры.         Оказалось, что Леви твёрдо решил вылечить израненную руку Эрена. И, несмотря на возражения юноши, потащил его в медпункт.          Долгий путь, сопровождающийся руганью Эрена, тихим смехом Ханджи и равнодушными комментариями Леви.         Ей нравилось общество этих двоих. Настолько, что она не хотела упускать их ни на минуту.          Ей было весело, она могла забыть о проблемах и даже посмеяться от души. И это,  несмотря на то, что она всё ещё была заперта в этой школе, в этом ужасе…         Прошло некоторое время, прежде чем они с Эреном добрались до медпункта.    — Я привел пациента, — крикнул Леви на все помещение, нахально толкнув Эрена вперед, прежде чем тот успел убежать.          Ханджи последовала за ними, тут же заметив, что помимо Инукаши там находились охранник Шизуо и  сторож Ророноа, которые играли друг с другом в карты.   — О, посмотрите, кто это, — поприветствовал(а) их первым делом Инукаши, в то время как остальные даже не пошевелись. Ханджи знала их в основном по школьным документам, которые она старательно пыталась запомнить, чтобы вычислять подозрительных людей.         Но в этой школе и без того подозрительные люди были на каждом шагу. Даже такие трудяги, как Шизуо, Ророна и Инукаши. У одного были какие-то странные отношения с Изаей, у второго просто сомнительные друзья, а у третьего нельзя было понять даже пол.   — Я не пациент! — оскорбленно проныл Эрен, подбегая к Инукаши. Тем временем, Леви притащил стул, а остальные, включая Ханджи, молча наслаждались этим маленьким представлением.    — А кто ты тогда? — спросил(а) Инукаши с улыбкой. Видимо, она, или всё же он, был(а) в хорошем настроении.   — Просто тот, кому нужен пластырь.   — Его нужно перебинтовать! — раздраженно поправил Леви.   — Неправда. Носовой платок тоже подойдет.   — Не слушайте его. Дайте ему антибиотиков.         Инукаши на это также ничего не сказал(а). Вместо этого он, или она, наслаждался(лась) представлением. Было ясно, что эти двое просто хотел друг друга позлить. И оба были слишком упрямы, чтобы сдаться.   — Точно, потому что здесь как раз есть одна смертельная болезнь, — дразнился Эрен, а его саркастичный тон, казалось, на самом деле действовал Леви на нервы.   — Да, ты, например. Ты же самая настоящая чума!   — Не может быть. Иначе такой фанатик чистоты, вроде тебя, избегал бы меня.   «Да Эрен улыбается!»         Очевидно, ему тоже это нравилось.   — Твоя взяла, садись.   — Я постою.   — Это была не просьба!   — Я знаю, мне всё равно.         У Леви на лбу по-тихонько набухала вена.   — Всё равно тебе? — сердито огрызнулся Леви. Словно он не поверил услышанному.   — Ага, — нагло ухмыльнулся Эрен, — противный такой я, да?         Ханджи с трудом сдерживала смех, особенно, когда Эрен подмигнул ей. Как бы говоря: «смешно, не так ли?»         Эти двое были просто чересчур смешными. Особенно, когда Леви, выйдя из себя, обидчиво толкнул Эрена на стул так, чтобы тому пришлось сесть на него. А выражение лица младшего в этот момент было слишком забавным.   — Очень по-взрослому! — проворчал Эрен, удивленный этим безобидным, но нахальным нападением, — это кто из нас еще здесь ребенок?   — Не переусердствуй, — с долей серьезности пригрозил Леви, избегая взгляда Ханджи. Будто он не хотел, чтобы она видела его улыбку.         «Люблю этих двоих!»   — Закончили? — хихикнул(а) Инукаши, терпеливо ожидая, пока оба чуть успокоятся. Лишь когда Эрен притих, а Леви молча встал позади него, она, или он, удостоился(лась) внимания, — что на этот раз?   — Абсолютно ничего.   — Он был таким крутым и врезался в стену, —объяснил Леви, давая волю своему сарказму.   — Ну, это сейчас было лишним.         «Эрен такой милый, когда обижается»         Даже когда ему пришлось взглянуть наверх, чтобы поговорить с Леви, Ханджи было необычайно смешно. А Леви, напротив, казался раздраженным, когда ответил на взгляд того, всё ещё оставаясь позади, а затем приобнял его за плечи. Чтобы Эрен не смог сбежать.    — Тогда больше такой ерундой не занимайся! —проворчал он над головой Эрена, а затем вновь взглянул на Инукаши, — у него кровь. Продезинфицируйте, обработайте, и мы пошли.   — А можно мне пластырь с разноцветными зверятами? Кажется, именно таким меня хочет видеть сенсей, — вдруг спросил Эрен, и сразу стало понятно, что он снова решил вывести из себя Леви.    — Эрен, — медленно и предостерегающе произнес Леви его имя. Чтобы заставить его перестать говорить, прежде чем он потеряет над собой контроль.   — И леденец на палочке, потому что я такой храбрый!         Ханджи уже больше не могла. Она уже просто не могла сдерживать смех. Как и Эрен, хоть и его учитель тянул его за нос, громко причитая. — Я всё же должен сказать. — Вдруг услышали они голос Шизуо, который до этой поры молчал. — Для тех, кто недавно узнал об игре вы, ребята, хорошо держитесь.          Смех в это же мгновение стих, шутки тут же прекратились. Все, включая Инукаши и Ророноа, в шоке смотрели на охранника.   — Достойно восхищения. Я так не смог бы. Вести себя так, будто ничего не произошло. Тупо смеяться, пока там страдают несовершеннолетние. Очень мило с вашей стороны, особенно с твоей. — Затем взгляд Шизуо остановился на Эрене. — Все ученики твоего возраста. Должно быть, здорово развлекаются, проходя через весь этот ад.    — Шизуо, — раздраженно предупредил(а) Инукаши. Видимо рассержанный(ая) тем, что он не только испортил им настроение, но и заставил чувствовать их себя виноватыми.    — А что не так? Это же правда.   — Оставь их в покое, — вмешался теперь Ророноа, —не нужно их в этом винить!    — Мы сегодня утром видели разные вещи или что?         Ророноа тут же замолчал, грустно опустив глаза в пол. Оба начали что-то тихо между собой обсуждать.   — Не принимай слова Шизуо близко к сердцу. Он не сердится на тебя, — тихо объяснил(а) Инукаши, подходя к Эрену со стулом и аптечкой. Тут же она села прямо напротив него, принявшись обрабатывать его руку.    — Сегодня Ророноа и Шизуо привели утром ко мне двух мальчиков. Они были… в плачевном состоянии, — прошептал(а) им Инукаши. Ханджи пришлось подойти к ним троим поближе, чтобы всё расслышать тоже. — Он хороший парень. Он не обвиняет и не упрекает вас. Ему просто нужно выплеснуть свой гнев, вот и всё.   — Пусть тогда выплескивает его на кого-то другого, —разозленно рыкнул Леви, бросая на Шизуо убийственный взгляд, который тот не заметил. — Если он ещё раз так огрызнется с Эреном, — но дальше он не успел продолжить, потому что вмешался Эрен.   — Сенсей, всё в порядке, — тут же успокоил он Леви, взглянув на него, — это не первый раз, когда на меня сегодня кричат. Я справлюсь.         Ханджи вспомнила мальчика, которого они спасли всего несколько минут назад. Жертву, которой пришлось кого-то обвинить. И этим кем-то был Эрен.         Просто потому что он знал об игре и не страдал от неё. По крайней мере не так, как другие.         Ситуация, которая, судя по всему, вызывала злость у других. Легче обвинять невиновного, нежели молчать и всё скрывать.          «Само по себе подло и несправедливо, но, к сожалению, очень по-человечески…»   — Многое изменится, — громко заявил Ророноа их образовавшейся группе, сумев заставить их говорить о чем-то другом, — ожидайте чего угодно и берегите себя.    — Да. Мы уже успели повеселиться, — Ханджи услышала гневное объяснение Эрена, который, скорее всего, говорил о том неудавшемся нападении на мальчика в коридоре. Леви смог предотвратить худшее. Тем не менее, это был ужасный опыт, который Ханджи не хотела бы переживать снова.         «Тот факт, что Эрен так легко может воспринимать это. Он на самом деле взрослый не по годам».         Она рефлекторно взглянула на юношу и была поражена увиденным. Зрелище, которое только сейчас по-настоящему привлекло её.         Эрен всё ещё послушно сидел на стуле, пока Инукаши обрабатывал(а) его костяшки. Он был совершенно спокоен. Для такой неприятной темы разговора у него был слишком серьезный и зрелый язык тела. Больше не было заметно того беспокойства. Казалось, он не хотел убегать или что-то в этом роде.         Но всё-таки… Леви придерживал его за плечи обеими руками. Это не было похоже, будто он пытается удержать его на стуле. Да и по Эрену нельзя было сказать, что ему это нужно.          Нет.. Кажется, Леви просто хотелось его поддержать. Или как будто бы Эрен хотел показать, что доверяет своему учителю настолько, что позволяет ему касаться себя. О чем бы они при этом не думали… оба выглядели так, будто не замечали этого невинного, но интимного прикосновения..         Словно… это было совершенно нормально, что учитель и ученик были так близки друг с другом.         «Как мило!» — мысленно пискнула Ханджи, воздерживаясь от каких-либо комментариев, дабы не привлекать к себе внимания.   — Закончили, — произнес(ла) Инукаши, давая понять, что работа готова.         Ханджи пристально следила за руками Леви, которые все еще покоились на плечах Эрена. И за Эреном, который все еще ничего с этим не делал. Леви тоже не двигался с места. Остановившись прямо за своим протеже, он взглянул на перевязанную руку Эрена. Как будто не мог перестать переживать за своего ученика… И это несмотря на их ссору, несколькими минутами раннее, в которой Эрен открыто показал, что на самом деле не хочет этого.    — С кем у тебя еще уроки? — неожиданно спросил Шизуо, пристально глядя на Эрена.   — С Гуреном.   — С ним порядок, — быстро подытожил он, — с кем еще?   — Эм… с Хисокой.         В этот же момент все трое выругались.   — Только не он! — вскрикнули они хором с отвращением. Судя по всему, у всех было одинаковое мнение насчет учителя Эрена по рисованию.   — Держись подальше от этого извращенца! — настоятельно предупредил(а) его Инукаши.   — Тебе необязательно говорить мне об этом.    — Будь осторожен, коллега, — обратился теперь Ророноа непосредственно к Леви, — как опекун, Леви, ты пользуешься таким  же вниманием, как и Эрен, будучи новичком.          Да. У Ханджи тоже был этот страх. Даже если статус учителя давал Леви меньше поводов для беспокойства, нежели Эрену, это еще не означало, что ему можно было проявлять беспечность. Но все-таки Леви был человеком, которому не нужно было лишний раз напоминать об этом. Он был волком, а не ягненком. О нем не нужно было беспокоиться. Поэтому предупреждение Ророноа его, кажется, мало волновало. Вместо этого он испепелял пристальным взглядом Шизуо. Зрелище, успокоившее Ханджи. Увидеть, как Леви нервничает или тревожиться, стало бы для нее последней каплей…   — Один вопрос, — вдруг обратился Эрен к группе, и взгляд его ясно показывал, что свой вопрос он хотел задать Шизуо, — я, может, неправильно понял или это правда, что ты играешь с Изаей?          Это тоже была вещь, к которой Ханджи еще предстояло привыкнуть. Отныне каждый раз, когда она видела, как двое мужчин разговаривают друг с другом или вместе идут по коридору, она уже была уверена, что у них есть какие-то скрытые мотивы. Насчет Изаи с Шизуо она, в принципе, была не удивлена. Эти двое казались были очень близки и Ханджи не раз видела их вместе.         Охранник вздрогнул, презрительно фыркнув.    — Да. И что?         Судя по всему, неожиданный вопрос Эрена застал его врасплох. Выглядел он не очень счастливым, но Эрен проигнорировал это.   — Мне просто интересно, почему? Он учитель, а ты не ученик… чисто в теории, вы не обязаны играть?         «Хороший вопрос»         Однако вместо охранника ответил сторож, небрежно пожимая плечами:   — Ему нравится Изая. Если по-честному.   — НИХРЕНА НЕ НРАВИТСЯ! — безо всякого предупреждения вскрикнул Шизуо, отскакивая от Ророноа.   — Но сомневаюсь, что это взаимно. Изая не такой уж привязчивый человек.   — Да хватит нести эту чушь! Они же верят!   — Так это же правда. В противном случае, почему ты именно его выбрал для игры? Были же и другие варианты.   — Я тоже могу начать о тебе с шеф-поваром! Давай об этом поговорим.   — Не смей! — рявкнул Ророноа, и оба злобно уставились друг на друга.         «Ророноа и Санджи? Интересно»   — Ну-ка, прекратили! Это медпункт, где должно быть тихо. Я тут занимаюсь антирекламой! — с долей серьезности жаловался(лась) Инукаши.   — Он первый начал.         «Как дети»         Инукаши теперь встал(а) между ними двумя. Но было и без того понятно, что они не имели никаких серьезных намерений и просто дурачились.   — Ну и кто теперь тут валяет дурака, пока снаружи происходят плохие вещи?         Тут же воцарилась тишина. Мертвая тишина.         Голос Леви прозвучал так спокойно и, в то же время, так сильно. Все пары глаз тут же уставились на него, галдеж стих.   — Ты ничем не лучше, — сухо заявил Леви.         В голосе не было злости. Он не выглядел сильно радостным, но и рассерженным он тоже не был.          Он был совершенно спокоен, будучи уверенным в каждом своем слове.    — Ты не сможешь справиться со стрессовыми ситуациями, вроде этой игры, если не будешь отвлекаться. Человек не создан для того, чтобы злиться двадцать четыре на семь. Я это знаю, ты это знаешь, даже ученики это уже поняли, — объяснил он Шизуо.         Кажется, он хотел прочитать ему лекцию за его выходку.   — Ты называешь Эрена неуважительным и эгоистичным за то, что он несмотря ни на что веселится. Я называю это самозащитой. Также как защищаются ученики, концентрируясь на уроках и смеясь. Их ты тоже хочешь заставить заткнуться, хотя сам ничем не лучше?          «Он хочет защитить честь Эрена. Невероятно…»         Кажется, Ханджи была не единственной, кто это заметил. Эрен нерешительно схватил его за руку.   — Сенсей. Все в порядке.   — Нет. Это не так, — осторожно перебил он Эрена, — я терпеть не могу двойные стандарты. Это для слабаков. И я больше никогда не хочу слышать, как ты разговариваешь с этим юношей таким тоном! Сам сначала научись на собственных ошибках, прежде чем другим лекции читать!         Шизуо задумался над его словами. Инукаши и Ророноа тоже выглядели очень сосредоточенными, но никто из них не осмелился что-то сказать. Видимо, они все же боялись, что Шизуо выйдет из себя и нападет на Леви. Двое, пожалуй, самых сильных мужчин на этом школьном дворе друг против друга? Драка, в которую никто не хотел быть втянут.          Но до этого все же не дошло.         Шизуо презрительно фыркнул, но затем расслабился.   — 1:0 в твою пользу, — пробормотал он, прежде чем взглянуть на Эрена, — извиняй, малой. Это было несправедливо. Ну, и.. да. Прости и всякое такое.         Эрен, казалось, был удивлен не меньше Ханджи, услышав извинения Шизуо.          «Как Леви это делает? Почему все тут же слушаются его? Как человек так быстро может найти столько поклонников?»         Это на самом деле было так. Она точно не преувеличивала. И это не было ее воображением: Леви безо всяких проблем убеждал людей в своей правоте. Ханджи знала, о чем говорила. Она была одной из тех людей…   — И отвечая на твой предыдущий вопрос, —  спокойно продолжил охранник, обращаясь теперь к Эрену, — в конечном счете, неважно, какие были на то причины или чувства. Важен результат… те, кто участвует в TSE, завоевывают доверие и уважение учителей и, что не менее важно, учеников. Ты один из них, понимаешь? Особенно, если тебе вообще не обязательно играть… потому что играя, Изая и Санджи могут зарабатывать очки сочувствия. Что Изая с ними делать собирается, я не знаю. Но Санджи использует их, чтобы помогать ученикам. Чтобы они могли ему доверять. У нас с Ророноа, по сути, те же причины. Ученики чувствуют себя с нами в безопасности, потому что знают, что мы в одной лодке с ними. Так они ведут себя более расслабленно и открыто… это лучший способ им помочь.               «Они играют… ради учеников?»         Это не было преувеличением. Они, и вправду, были ангелами.    — Понимаю, — задумчиво произнес Эрен, будто погрузившись в свой внутренний мир.          «Хотела бы я знать, о чем сейчас думает юноша»         Любопытство, которое она, судя по всему, разделяла с Леви, внимательно смотревшим на парня.   — Нам нужно идти, — объяснил Ророноа, подходя к двери. Шизуо последовал за ним, на ходу прикуривая сигарету.   — Тебе, правда, стоит меньше курить, — пробормотал Ророноа, приоткрывая дверь своему другу.   — Почему? Тебе же нравятся заядлые блонды-курильщики.   — Крайний раз тебя предупреждаю! — Можно было услышать крик Ророноа, прежде чем они исчезли из комнаты.         Ханджи больше не могла сдерживать улыбку, увидев, как эти двое уходят.    — Ученикам повезло, что они у них есть, — отметила она вслух, на что Инукаши прокомментировал(а): «Точно».         Кажется, это была первая фраза, которую Ханджи произнесла вслух в этой комнате. Но ее это не волновало. Так, она могла лучше узнать окружающих.          Шизуо, Ророноа, Инукаши… даже Леви. С такими коллегами она точно сможет здесь выжить.         «Все будет хорошо. Я хочу верить в счастливый конец»         Потому что это была ее самозащита. Ее стремление выдержать эту школу и безумие, творящееся в ней.    — О, черт! — вдруг вскрикнул Эрен, вскакивая со стула. При этом неосознанно скидывая с себя руки Леви.         «Жаль»   — Такой облом! — выругался он.         Ханджи, не в состоянии также не испугаться, обеспокоено спросила:   — Что? Что такое?          Эрен тем временем ринулся к двери так, словно его ужалил тарантул.    — Я хотел кое с кем поговорить! Надеюсь, он еще не ушел!   Не успев Ханджи даже подумать, как Эрен уже схватился за дверную ручку. Лишь Леви успел вовремя среагировать.         Она наблюдала за тем, как он, сделав несколько шагов навстречу Эрену, удрученно произнес его имя.   — Эрен.   — Сенсей, правда! — тут же перебил его юноша. Будто бы понимая, что хотел сказать его учитель, — я могу о себе позаботиться. Доверьтесь мне!         И точно также, как несколькими минутами ранее в коридоре, она не могла оторвать глаз от них двоих. Взволнованно посматривая то на одного, то на другого, она пыталась понять их напряженные взгляды, которыми они обменивались. Это было… словно они говорили друг с другом на каком-то немом языке. На том, который понять могли только они.         За этим было так захватывающе наблюдать, что Ханджи делала все возможное, лишь бы подавить любой звук, каким бы подозрительным он ни был. Никакого писка, никаких вопросов, никакого покашливания…         «Я бы убила, лишь бы узнать, что у них сейчас в головах!» — мысленно произнесла она, в то время как в помещении стало совсем тихо, а оба все еще были погружены в какие-то свои мысли.         Лишь легкий вздох Леви нарушил тишину. И как по команде Эрен открыл дверь, тут же исчезнув из комнаты. Однако не без одобряющей и трогательной улыбки им двоим.          «Он сейчас выглядел таким счастливым… Надеюсь, таким и останется…»         Ханджи попыталась отвлечься, взглянув на Леви. Он все еще смотрел на дверь, за которой только что исчез Эрен. Его взгляд было трудно истолковать. И все же она догадывалась, о чем он мог думать.   — Переживаешь за него? — заботливо спросила она.          Конечно, ей бы очень хотелось подразнить его по этому поводу. Но еще больше ей хотелось узнать, что именно Леви нашел в Эрене. Что он на самом деле думал о своем ученике…   — А это имеет значение? Упрямец делает, что вздумается, — тихо проворчал он, пододвигая стул Эрена на место.   — Разве это не ТЫ говорил мне, что о нем не нужно беспокоиться и что он сам может о себе позаботиться?   — Когда я такое говорил?   — Прошлой ночью,— хихикнула она.         И, кажется, он вспомнил.   — Я же тебе говорил: в физическом плане у него всё будет хорошо. Но он ведь не хочет слушать! Чертов идиот!          «Думаю, он с самого начала переживал за Эрена. Наверное, он просто не хотел меня пугать»   — Не принимай это на свой счет, — попыталась подбодрить она его, — это часть его личности.   — Знаю.         Этот язык Ханджи узнала бы из тысячи. Как бы Леви не пытался это скрыть, она все равно поняла: он колебался. Видимо, он хотел видеть Эрена таким, какой он и есть. Упрямцем, который не молчит и борется вместо того, чтобы подчиниться. Тем, кто встает на защиту слабых, не думая о последствиях. Но беспокойство за юношу мешало ему наслаждаться этим.   — Я знаю, что ты чувствуешь, — тихо произнесла она, — я тоже хочу, чтобы он не менялся.          Эрен должен остаться таким же, какой он и есть: готовым всегда прийти на помощь, честным, сильным. Но по-прежнему висел вопрос, позволит ли ему это школа, эта игра…   — Но я уверена, он что-нибудь придумает. С ним всё будет хорошо.   — И откуда ты это знаешь? — последовал резкий вопрос.         Ее не удивило, что он задал ей такой вопрос. В конце концов, это именно она умоляла Леви позаботиться об Эрене. Это она была той, кто громко выражал свое беспокойство. А теперь кажется, они поменялись ролями…          Но лишь отчасти. А причиной тому была вспышка гнева Эрена на лестнице. Ханджи сразу обратила на это внимание.  На то, что укрепило ее уверенность в стойкости Эрена. На то, что Леви не заметил.         «Тебе придется самой все объяснить этому дурачку», — мысленно усмехнулась она.   — Потому что он хочет произвести на тебя впечатление, — с улыбкой объяснила она, — по этой причине он не сдается. Он не хочет, чтобы кто-то его уважал. Он не хочет, чтобы все его боялись. Он хочет, чтобы ТЫ признал его. Это его мотивирует. Это помогает ему двигаться вперед. Все просто.          И, как она и ожидала, Леви совершенно отвергал это утверждение. Один его удивленный взгляд говорил о многом.   — Я тебя умоляю, Леви! Почему он на тебя тогда злился? Он хочет, чтобы ты уважал его и не считал ребенком. Он старается делать все, лишь бы создать этот образ в твоем сознаним. И никакая школьная тварь в мире не остановит его.         И она говорила это всерьез.         Когда она начала свое расследование, она думала, что этих двоих связывали лишь отношения ученик-учитель. И факт, что Леви стал его опекуном, должен был быть единственной необычной вещью. Но сейчас она была уже не так уверена в этом. За этим скрывалось что-то большее… что-то менее поверхностное. Эти двое создавали такую связь, сами того не осознавая..   — Ты уже помогаешь ему… при этом ничего не делая. Лишь потому, что он восхищается тобой, — заверила она его. Один лишь тот факт, что Леви оставался на его стороне, мог повлиять на юношу и его действия. В позитивном ключе.   — Ты, правда, так думаешь? — услышала она, как тихо спросил тот, — он восхищается мной?          Ханджи вновь едва удалось подавить писк, увидев, как Леви счастливо улыбается.          «Он рад. Как мило!»   — Готова поспорить, — заверила она его.         «Эрен не изменится. Совершенно точно нет»   Эрен         Как умалишенный он несся вниз по лестнице, едва не спотыкаясь об собственные ноги. И все это ради того, чтобы успеть вовремя.          Перебранка с Леви и его нахождение в медпункте не только отвлекли его, но и заняли слишком много времени. Хоть и до сих пор у них окно, это не было гарантом того, что его цель все еще на школьном дворе.          «Мне нужно с ним поговорить!»         Полностью сосредоточенный на собственной гонке, он поспешил. Он бежал прямо к тому месту, где в последний раз видел свою цель. Безмолвно молясь небесам, чтобы он нашел его там.   — Здесь не бегают!         Вдруг раздался громкий голос на весь коридор, заставивший его подпрыгнуть. Эрен, остановившись словно вкопанный, повернул голову в сторону этого источника оглушительного крика.          Посреди коридора он увидел пожилого, полноватого учителя. Судя по его костюму, учитель, сердито пялившийся на него, был Эрену не знаком.         «Боже мой! Я побежал. Какое преступление!»   — Извините, — раздраженно бросил он, собираясь продолжить свой путь, но теперь чуть медленнее. Но этого так и не произошло.   — Иди за мной, — неожиданно потребовал учитель.   — Но я тороплюсь…   — Меня это не интересует! Иди за мной! — вновь приказал старик, и Эрен подчинился, раздраженно вздохнув.          «Круто! Еще больше времени, потраченного впустую!»         Он поплелся за учителем. Они спустились вниз по лестнице, прямо в учительскую. Эрену было все равно, что произойдет дальше. Главное, чтобы это не продлилось долго.  У него просто не было времени на эту ерунду.         «Дай им немного поиздеваться и вновь убежишь!»         Теперь ему точно придется многое выслушать. Сначала о школьных правилах, потом о нарушениях общественного порядка… что-то в этом роде. С учетом того, что это была школа для богатеньких учеников, осваивавших этикет, в этом не было ничего необычного. Он ожидал отписки, выговора, чего угодно.          Само по себе логичное предположение. Но в этот короткий миг Эрен совершенно забыл, в какой школе он учится. И что все было не тем, чем кажется…   — Заходи, пожалуйста, — произнес учитель, придерживая дверь для Эрена.         «Нет!»         Его нутро тут же забило тревогу, как только он заметил, что в кабинете было еще три учителя. Но они не сидели, как это было бы правильно, за столом, не пили кофе и не разговаривали. Нет. Эти три учителя стояли посреди комнаты и смотрели на него. С хитрыми улыбками на лицах. Будто они его ждали.         Эрен тут же остановился, подозрительно уставившись на учителя, который привел его сюда.   — Что здесь происходит? — скептически спросил он, делая шаг назад.   — Это займет всего несколько минут, — объяснил он, улыбаясь словно гиена.   — Это не ответ на мой вопрос.   — А я и не говорил, что отвечу тебе на него.         Его сальная улыбка и омерзительный вид вызывали у него отвращение. у Эрена было плохое предчувствие оттого, чего на самом деле хотел от него мужчина.         «Без меня!»       Эрен уже было хотел развернуться, оставив старого извращенца наедине со своими друзьями, как вдруг сзади подошли еще двое учителей.       «Откуда они все взялись?»       Это не могло быть просто совпадением! И тут… Эрен вспомнил. Их последний разговор с Юу: «— А почему у них так часто свободные окна? — А когда у учителей еще будет время поиграть?»       Цукияма, кажется, был не единственным, кто использовал эту тактику. Что Эрен выбежал в коридор, не имело значения. То было лицемерное оправдание, устраивавшее только этих извращенцев. Он был лишь случайной жертвой. А они заманили его в ловушку. — А кто это у нас здесь? — Новенький. Мне нравится. — Выглядит красивым. Ты хорошо постарался. — Общались между собой старые засранцы, начав приближаться к нему.       Смотря на него, словно на скот, что отвращало его всеми фибрами души.       Но… что ему делать?       Не может же он просто напасть на всех учителей! Даже побег уже был невозможен, потому что дряхлые мешки уже окружили его.       «Что мне делать?»       Ему хотелось дать отпор. Все в нем кричало, желая показать им это. Но… ему было нельзя. «В их глазах напавшим был бы ты. Для них это разрешено игрой. Нарушителем порядка был бы ТЫ. И у этих вшивых директоров появилась бы причина вышвырнуть тебя отсюда.»       Он просто не мог игнорировать предупреждение Ханджи. Вдобавок к этому его пытались изнасиловать не ученики, а учителя! Те люди, которые пользовались здесь особым статусом! Они выгнали бы его. И тогда все было бы кончено. Его план оказался бы под угрозой, Армин остался бы один… все было бы напрасно.       Они победят.       «Что теперь делать?» — спросил сам себя Эрен, пока учителя продолжали его окружать, и тут ему вдруг вспомнился совет Аомине. Совет, которого ему следовало бы послушаться: «Во-первых, никогда не оставайся один!»