Break me down and build me up

Контроль над терапией для Питера хочет взять Баки, но Старк так яростно протестует против этого, что теперь ей заправляет Стив. Питера выпускают из камеры, хотя он сам не спешил из нее выходить, говоря, что если он хоть как-то опасен, то ему лучше оставаться взаперти, но Роджерс настаивает, показывая, что они ему доверяют. И Паркер принимает это, неуверенно, боязно, с осторожностью покидает свою «клетку» и выходит в свет. Первым делом его как следует приводят в порядок. Он принимает душ, не выходя из ванной по два часа, чтобы насладиться такой свежей бодрящей водой и смыть с себя всю грязь, а вместе с ней будто оттереть мочалкой все, что связано с Гидрой. Наташа, оказавшаяся довольно искусным парикмахером, помогает ему сбрить щетину, появившуюся за эти девять недель, и аккуратно подстричь его, пусть даже он и вяло сопротивлялся, с ужасом глядя на огромные ножницы и, скорее всего, вспоминая то, что делали с ним похожим инструментом в лаборатории Гидры. После всех этих преобразований Питер снова выглядит собой — юным посвежевшим подростком, только вот его лицо все-таки стало взрослее, с угрюмым тяжелым взглядом, резко очерченными скулами, больше не улыбающимся ртом и с парой крохотных морщинок вокруг больших карих глаз. Питеру дают новую одежду. Старую, какую-то черную, всю изорванную и мрачную, Паркер с радостью выбрасывает. Светлая футболка и синие джинсы неплотно облегают его тело, однако через них все равно заметны большие мышцы, даже когда Паучок не напряжен. Его костюм Человека-Паука, про который он не мог вспомнить, так и не был найден в последней базе Гидры, но Старк тут же пообещал, что создаст новый, если потребуется. Старк с Пятницей проводит сканирование его всего на возможные травмы и увечья. Помимо металлической левой руки в правую ему буквально вживили веб-шутеры с паутиной, так, что их невозможно снять, разве что только операбельным путем. Во всем теле было лишь пара крохотных синячков, оставшиеся от вчерашней битвы, даже след от последнего удара Кэпа на лице уже зажил, видимо, Гидра улучшила его паучью регенерацию, и все его раны заживают на глазах. Тони собственноручно приходит в его школу, чтобы договориться о переводе на домашнее обучение, наврав в три короба о том, как Паркер занят стажировкой в Старк Индастриз, поэтому не успевает делать домашние задания. Учителя с восхищением и пониманием относятся к проблеме, даже дают необходимые учебники и тетрадки со школьной программой, которые Тони приносит на базу Мстителей и вручает ошарашенному, но радостному Питеру. Глядя на его довольное лицо, Старк не может сдержать грустной улыбки. Питер всегда был таким любознательным, стремился получать новые знания, и это проявляется даже сейчас, когда он не помнит свое прошлое. — Пока ты не занят, можешь решать какие-нибудь задачки или просто листать книжки, — говорит он. — В конце года все классы сдают экзамены, если все получится, то будешь сдавать и ты, поэтому я не хочу, чтобы ты забывал об уроках. Как закончишь с этими — принесу новые, если пожелаешь. — Спасибо… — Теряется, но с благодарностью смотрит на Тони, сердце которого сжимается от внезапно нахлынувшей печали. — Обращайся, Пит. Ему так хочется подойти, обнять, просто посидеть рядом, но он знает, что Паучок сейчас этого не поймет, испугается, как в прошлый раз, и точно больше не захочет его видеть, поэтому просто разворачивается и уходит. Паркер начинает верить Мстителям. Он свыкается, что они не хотят причинить ему вреда и пытаются помочь, почти что принимает факт о своей принадлежности к их команде и супергероике в целом и даже реагирует на их привычное обращение «Паучок». Они не торопят его, дают ему время, чтобы привыкнуть ко всему новому, стараются не давить и создать дружелюбную атмосферу, и тот чувствует это, поэтому вскоре окончательно начинает расслабляться. Удивительная штука память — Питер вспоминает все и вся о мире за один день, но прошлое, свои близкие и знакомые для него остаются загадкой, тайной за семью печатями. Мстители собирают для него целый альбом с фотографиями его самого, семьи, команды и одноклассников, но это практически не помогает. Стив с Наташей часами проводят время с Паркером — почему-то именно им он доверяет больше всех — рассказывая об истории каждого фото, но это не дает никаких результатов. Через несколько дней воспоминания по-тихоньку начинают восстанавливаться, медленно, неторопливо, но верно. Первым делом он узнает свою тетю Мэй, когда видит их совместное фото из Калифорнии. Питер настолько сильно радуется тому, что вспомнил своего единственного родственника, что не может больше ни о чем думать, поэтому альбом с фотографиями приходится отложить, а Старк, недолго думая, звонит Мэй и просит приехать. Тетя приходит через два дня. Тони тщательно консультирует ее перед тем как пустить к Паркеру, информирует о текущем состоянии подростка, просит не пугаться и сохранять спокойствие, потому что вид Питера может повергнуть ее в шок, заранее извиняется, что все так получилось, но та лишь часто кивает головой, готовая на все, чтобы увидеть своего племянника. Предварительно договорившись со Стивом, Тони наконец приводит Мэй к Питеру. Тот нервно сидит в гостиной, листая какой-то учебник, который со стуком выпадает из его рук при виде своей тети, стоящей рядом со Старком. — Паучок, мы тут тебе сюрприз решили устроить… Он не договаривает, потому что Мэй несется вперед к подскочившему Паркеру и крепко обнимает его. — Боже мой, Питер, — Не заканчивает фразу, потому как начинает плакать. Питер также обнимает ее в ответ одной рукой, давая волю чувствам и всхлипывая. Они оба садятся на пол, Мэй шепчет что-то ему на ухо, и Паучок мотает головой, продолжая самозабвенно гладить ее по спине и пропитывать рубашку своими слезами. Тони не замечает, как в открытую наблюдает за этой трогательной картиной, ощущая в груди тупую ноющую боль. Он опоминается только тогда, когда Стив тянет его за рукав, тихо говоря: — Пойдем, Тони. Нужно дать им время побыть наедине. Старк рассеянно кивает, бросая прощальный взгляд на воссоединение семьи. Жаль, что его Питер пока еще не может вспомнить… После этой встречи память Паркера начинает возвращаться быстрее, скачками, отрывками, постепенно собираясь в полноценный пазл. Он вспоминает свой первый красно-синий костюм, в доказательство чего Мэй приносит его на следующую встречу, то, как его укусил радиоактивный паук, и как он летал на своей паутине по ночному Нью-Йорку. Еще через какое-то время он вспоминает, как сражался против Кэпа и Баки, поэтому несколько следующих дней относится к ним очень настороженно даже несмотря на все объяснения. Тони, воодушевившись, собирает свою коллекцию фото и, как-то улучив момент, подсаживается к Питеру, чтобы их показать. — Смотри, — Показывает видео, как Человек-Паук останавливает машину голыми руками. — Я показал тебе это в нашу первую встречу, когда пришел к вам с Мэй домой. Она тогда приготовила финиковый кекс. — Вы приходили к моей тете? — удивляется Питер. — Да нет же, — Тони слегка смеется. — Я приходил за тобой, чтобы позвать участвовать в поимке Роджерса. Ты ведь вспоминал о том, что сражался против него, верно? — Да, да, — Паркер с готовностью кивает. — Но я… я не помню, как там оказался, лишь смутные отрывки и аэропорт. — Хорошо. — Старк поджимает губы. — А это припоминаешь? Он листает вправо. На этом видео Питер и Тони сидят в машине на заднем сидении и записывают сообщение для Мэй. — Привет, какого цвета у тебя халатик? Надеюсь прозрачный? — слышится веселый голос Старка. — Мы прилетели из Берлина, и я подвозил тебя до дома, — поясняет Тони. — Ты проделал там отличную работу, и я тебя похвалил, а еще я хотел открыть дверь машины, а ты подумал, что мы обнимаемся… Неловко тогда получилось. Помнишь? Питер закусывает губу, отчаянно бегая взглядом туда-сюда, но затем отрицательно качает головой. — Нет… Я не могу, не получается, не знаю почему. — Смотрит на Старка, и в его глазах плещется тревога, грусть и разочарование. — Я верю вам, верю этому видео, но не вспоминаю… Честно говоря, вы — единственный из всех вас, кого я не помню вообще. — Попробуй еще раз, — просит он. — Я всегда называл тебя карапузом, мы много времени проводили вместе, я заходил к вам домой несколько раз. — Простите, — Паркер отводит взгляд. — Я не помню. Тони становится так плохо, что он едва ли находит, что ответить. Все снова кажется таким нереальным сном, вот только Старк не знает, как проснуться. — Ничего страшного, — Кисло улыбается и встает. — Возможно, у тебя все впереди. — Вы встречаетесь с моей тетей? — внезапно спрашивает Питер, нахмурившись. — Что? — от неожиданности Тони теряется. — С чего ты это взял? — Просто… Вы привели ее ко мне, вы говорите, что часто навещали нас в квартире, и, — Делает паузу, смутившись. — Там, на видео, вы говорили про ее халат. Старк обескураженно смотрит на него, но затем усмехается. — Нет, Пит, мы не встречаемся… — Не подумайте, я вовсе не против, — перебивает его Паркер. — Это ее и ваша жизнь, вы имеете полное право… Я просто хочу прояснить все связи. — Спокойно, Шерлок, твоя дедукция в этот раз дала сбой. Я и твоя тетя… мы не вместе. — Старк поднимает руки. — Так, легкий флирт, не больше. Питер подозрительно глядит на него. — Тогда почему вы… так заботитесь обо мне? Сердце Тони внезапно начинает биться сильнее, и кажется, Паучок это как-то улавливает своим чутьем, потому как непонимающе поднимает брови. — А я не могу заботиться о тебе просто так? — наконец подбирает нужные слова. — Ты мне дорог, как и всем остальным из команды. Питер улыбается краешком рта, но его взгляд остается грустным. Тони машет рукой ему на прощание и уходит, намереваясь опустошить очередную бутылку вина у себя в комнате, как неожиданно его перехватывает Наташа, мягко останавливая его за плечо. — Почему ты не скажешь ему? — Ты о чем? — Старк раздраженно передергивает плечами, сбрасывая ее руку. — О ваших отношениях. И не прикидывайся, что ничего не было, я ведь все замечаю. — Надо же, какая молодец, — деланно восхищается тот. — А теперь пропусти, мне срочно нужно освежиться. — Старк, он ведь имеет право знать. — Романофф скрещивает руки на груди. — Знать? Знать что? Что миллиардер, на двадцать пять лет его старше, питает слабость к семнадцатилетним подросткам? — Тони сжимает кулаки, пытаясь скрыть свою злость. — Ты думаешь, после этого он сразу побежит ко мне, раскрыв объятья, и плевать, что он даже не помнит, кто я такой? Наташа молчит, а Тони продолжает, распаляясь: — Будет лучше для нас обоих, если он сам обо всем вспомнит. Я не стану на него давить, ясно? А ты будешь держать рот на замке, потому что если Питеру будет плохо, то и тебе не поздоровится! Он бросает на нее последний холодный взгляд и уходит, чувствуя, как в душе становится пусто, но свободно.

***

Следующим шагом реабилитации стали тренировки Питера, которыми решил заняться Баки. Как оказалось, Паучок, будучи в сознании, совершенно не умеет пользоваться своей металлической рукой. Мстители не придумали, как с ней можно поступить, хотя Старк активно предлагал заменить ее на материал, из которого был сделан Вижен — эластичный, удобный, совсем как настоящая человеческая кожа — но под рукой его все равно не оказалось, так что было принято решение научить Питера хоть как-то ей управлять. Баки подолгу засиживается с Паркером, объясняя и показывая принципы работы руки. Видно, что Питеру очень интересно, он наблюдает за тем, как сжимается и разжимается его металлическая ладонь, переливаясь на свету лампы, и пробует сам, но вибраниумная часть тела словно не желает подчиняться его воле. — Просто представь, что у тебя она есть, — тихо говорит Барнс. — Закрой глаза и почувствуй это фантомное ощущение пальцев, локтя, предплечья. — Паучок зажмуривается, прислушиваясь к размеренному голосу Солдата. — Чувствуешь? А теперь легонько подвигай ими, попытайся согнуть. Питер заметно напрягается, кажется, металлические пальцы начинают дрожать, но затем откидывается на спинку кресла. — Я не могу, — разочарованно протягивает, протирая глаза. — Будешь так быстро сдаваться — никогда не сможешь, — жестко отзывается Барнс. — Пробуй еще. Паучку ничего не остается, как предпринять новую попытку, и через несколько неудачных дублей его пальцы наконец-то сжимаются в кулак. — Я это сделал! — удивленно восклицает он, оттерев со лба проступивший пот. Баки ободряюще улыбается. — А теперь попробуй разжать их. Тони хмуро наблюдает за тем, как Барнс тренируется с Питером. Они переходят все к более сложным упражнениям и даже устраивают рукопашные бои, в которых, конечно, поначалу побеждает Баки, но где-то уже на десятой попытке Паучку удается прижать его руку к столу. Когда он весело обнимается с Барнсом, а тот взъерошивает его кудрявые волосы, Старку очень сильно хочется подойти и от души дать ему затрещину, отпихнуть от своего мальчика этого убийцу, но он сдерживается и продолжает смотреть на их радостные лица. А ведь Питер даже не помнит его, не говоря уже хотя бы об объятьях… Баки рассказывает ему о себе, о том, как попал в Гидру, как был Зимним Солдатом, как спасся, встретив Стива, умалчивая о своих с ним отношениях, как восстановил свою память. Паркер слушает чуть ли не с открытым ртом, жадно вникая во всю эту информацию и даже вспомнив пару деталей о своем пребывании в плену, после чего Барнс с удовольствием начинает давать советы о том, как справиться с болью, как физической, так и душевной, и даже попытаться не поддаваться давлению Гидры при активации программы убийцы. Питер сомневается, что такое вообще возможно, но тот сразу начинает доказывать ему это, активно приводя какие-то примеры. Чем больше Тони смотрит на это, тем больше осознает, что Паучок симпатизирует Барнсу, оказавшемуся неплохим психологом и советчиком. А если Питеру хорошо — значит, и Старк должен быть счастлив, ведь он всегда желал ему самого лучшего. Однако, когда Баки заканчивает и проходит мимо него, Тони останавливает его, преграждая дорогу. — Зачем ты это делаешь? — надменно спрашивает он. — О чем ты? — Глаза Барнса сужаются от негодования. — Помогаешь Питеру. Думаешь, это что-то изменит? Ты убил моих родителей, и я тебе этого никогда не забуду. — Ты серьезно думаешь, что я делаю это ради тебя и твоего прощения? — Он усмехается. — Я трачу свое время только ради него. — Баки указывает в сторону Паркера. — Зачем? — с легким удивлением ледяным голосом спрашивает Старк. — Потому что Стив тебя попросил? — Потому что понимаю его, как никто другой. Питер не заслужил всего этого, и я делаю все, чтобы хоть как-то облегчить ему жизнь. — Он поджимает губы. — В отличие от тебя. А теперь, если ты не против, я бы прекратил этот допрос. Он последний раз презрительно смотрит на Тони и уходит прочь. Старк смотрит ему вслед, крепко задумавшись. Иногда в его голове проскальзывают мысли о том, что Баки не такой уж и плохой человек, каким он его считал, но Тони тут же их отгоняет. Это бред. Он точно задумал что-то недоброе. Но он вспоминает, как Питер смотрит на Барнса, и сомнения с новой силой накрывают его с головой.

***

Питеру так же открывают доступ в тренажерный зал, в котором в свое время часами пропадал Роджерс. Когда Паркер уставал от занятий или общения, он мог прийти туда в любое время позаниматься, чтобы поддерживать себя в форме, отработать пару упражнений для руки и просто отдохнуть. Какое-то время Питер перестает вспоминать что-либо. Его память словно зацепилась за какой-то корень, не дающий идти дальше, и сколько он ни старался, новые отрывки его прошлого не появлялись в голове, поэтому Тони, недолго думая, решает пригласить еще одного близкого Паркеру человека — его одноклассника Нэда. Это был не самый обдуманный поступок Старка. Лидс так был взбудоражен, наконец получив хоть какую-то новость о друге, что едва мог держать себя в руках от радости, так что Тони был вынужден заставить подписать его договор о неразглашении, который, в прочем, вряд ли подействует на подростка с должной силой. Нэд безумолку болтает всю дорогу до базы Мстителей, восхищаясь всем подряд, и у Старка даже появляется идея высадить его по дороге, которую он едва ли может выкинуть из головы. Питер не сразу вспоминает друга, настороженно отнесясь к этому знакомству, но быстро расслабившись в процессе разговора. Лидс показывает ему миллион фотографий, видео, файлов, даже приносит какое-то Лего, которое они вместе собирают на протяжении двух часов, и с каждым мгновением лицо Паркера все больше светлеет от нахлынувших воспоминаниях о своей школьной жизни. Нэд с интересом рассматривает и трогает его металлическую руку, с обожанием восклицая «вот чума!», но тут же исправляясь, качая головой, однако все равно время от времени кидая на него изумленные взгляды, подмечая все изменения в своем друге. На прощание они даже крепко обнимаются, и Питер берет обещание, что Нэд обязательно придет еще раз, чему вовсе не обрадовался Тони, уставший от его назойливого голоса, но смирившийся с этой необходимостью. Даже Роуди находит время, чтобы навестить Паркера, но его, к сожалению, он так и не смог вспомнить. Зато Хэппи, принесшего Старку очередную порцию алкоголя, он узнает практически мгновенно, однако продолжает относиться к нему настороженно, будто вспомнив о нем что-то нехорошее. Через пару дней у Питера в голове также воссоздается битва со Стервятником, но Тони он попрежнему совсем не вспоминает. А надежда, которая возникла у Старка в самом начале этой реабилитации, постепенно начала угасать. Казалось бы, Мстители создали идеальные условия для Паучка. В камеру он приходит только по вечерам, но и то потому, что сам на этом настаивает, опасаясь последствий, а весь день занимается всем, чем пожелает. Только вот буквально спустя две недели с начала этой терапии он снова теряет над собой контроль. Это происходит ночью, к счастью, когда он заперт в камере без возможности выбраться, но все Мстители все равно прибегают к нему, разбуженные его нечеловеческими криками и протяжным воем. Питер кидается на стены, на стекло, на дверь, царапает их, пытается выбить, извергая проклятья, и даже не чувствует боли, когда в кровь разбивает свою правую руку. Все беспомощно стоят, наблюдая за этими попытками выбраться, но не знают, что предпринять, решив лишь только поставить Баки на охрану, если Питеру все же удастся сбежать. Тони уходит практически сразу же — он не может смотреть на искаженное злостью лицо, теперь уже без щетины и длинных волос, поэтому еще больше являющееся таким родным. На утро Мстители решают войти к нему, чтобы проверить, пришел ли он в себя, поэтому вваливаются к нему в камеру в полной экипировке, с щитом, пистолетами и электрошокерами, и Паркер так этого пугается, что снова зажимается в стену, пытаясь с ней слиться и поднимая руки вверх. — Умоляю, не стреляйте! — хнычет он. — Я ведь ничего не сделал! — Уверен в этом? — хмыкает Наташа, убирая свой пистолет. — Да… Погодите, это опять случилось? — Хватается за голову и садится на кровать. — Только не это… — Ты в порядке сейчас? — Стив тоже опускает руку со щитом и подходит ближе. — Хорошо себя чувствуешь? — Как я могу себя нормально чувствовать? — обреченно говорит Паучок, закрывая лицо руками. — Последнее, что я помню — это как у меня жутко болела голова, а потом снова провал… Я, я кого-то покалечил? — Грустно оглядывает их всех, видно, что ему хочется плакать от бессилия. — Убил, ударил, лишил сознания? Скажите мне честно. — Все это время ты сидел здесь, в камере, и лишь тщательно пытался из нее выбраться. — заверяет Баки. — Все в порядке. Ты никого не тронул. — Но я мог. — Горькие слезы все-таки текут по его щекам, когда он представляет ужасную картину перед своими глазами. — И я не знаю, как это сдержать, не знаю, что сделать, чтобы это прекратилось. В любой момент я могу снова сойти с ума… — Мы тебе не позволим. Я тебе не позволю. — Барнс садится рядом и стискивает его руку. — Есть способы контролировать это, и я тебя им научу. Согласен? — Вы… вы совсем не боитесь меня? — немного изумленно спрашивает Паркер. — Почему? — Мы боимся не тебя, а того, кто выходит наружу время от времени, — уверенно отвечает Стив. — Но мы найдем способ от него избавиться. Ты веришь нам? Питер кивает. Наташа мельком замечает, что его правая рука уже полностью зажила. Реабилитация продолжается с новой силой. Баки проводит все больше времени с Питером, объясняя ему, как можно сопротивляться влиянию Гидры, контролировать себя, тренирует его. А Тони смотрит на это и понимает, что после того внезапного срыва вся терапия кажется какой-то нелепицей. Стив замечает, как Старк, скривившись, стоит в стороне, и спешит подойти к нему. — В чем дело? — участливо спрашивает он, остановившись рядом. — А сам как думаешь? — вопросом на вопрос отвечает Тони. — Есть парочка предположений, одно хуже другого. — Стив, это все — полнейший бред, — Машет в сторону Баки и Питера. — Мы просто напрасно теряем время. — Почему ты так думаешь? — Роджерс скрещивает руки на груди. — Реабилитация помогает Питеру, ему гораздо лучше, он стал верить нам и вспоминает все больше подробностей своей жизни. — Нет, она ни черта не помогает! — Старк откровенно раздражается. — Это как алкоголизм — его лечишь, лечишь, а потом бахнешь одну рюмку, и все по новой. Где? Где гарантии, что Питер не сойдет с ума в следующий раз, когда Гидре захочется активировать Паучьего Карателя? Ты можешь мне поклясться, что Паучок сможет сдержаться после всех этих разговоров с Барнсом? — Не могу, — вздохнув, соглашается тот. — Но мы хотя бы увеличиваем вероятность. — Ты себя слышишь? — Тони все больше распаляется. — «Вероятность»… Не пора ли заняться чем-то действительно важным, тем, что правда поможет Питеру остаться в безопасности? — Что ты предлагаешь? — Искать остатки Гидры, чтобы уничтожить ее окончательно. Этим я и собираюсь заняться в ближайшее время. Он отворачивается. — Тони, — одергивает его Стив. — Ты не можешь взять и уйти. — Почему нет? — Оглядывается, подняв одну бровь. — Ты нужен Питеру. Мы все ему нужны. — Я? Нужен? — Тони неестественно смеется. — Он даже меня не вспоминает! — Это тебя и бесит? — допытывается Стив. — Тот факт, что ты — уже единственный из присутствующих здесь, кого он не вспомнил? — Хочешь секрет? Да! — Тони сжимает кулаки и понижает голос, чтобы сидящие на диване Барнс и Паркер не смогли услышать его гневные тирады. — Да, я хочу, чтобы он меня хоть немножко вспомнил, именно поэтому стараюсь ему помочь! — Если правда не хочешь казаться чертовым эгоистом, которым являешься, тогда останься! — Кажется, Роджерс начинает выходить из себя. — Пит думает, что мы будем его бояться, так покажи ему, что все нормально! — Ты не понимаешь? — шипит он перед тем, как уйти прочь, хлопнув дверью. — Все ненормально! Кэп мрачно провожает его взглядом, но не находит, что ответить.

***

Питер потерял счет времени, находясь в этом чертовом железном кресле. Ему кажется, что он уже несколько раз умер, но сознание все еще почему-то цепляется за истерзанное пытками тело. Он не знает, сколько раз его ломали, резали, протыкали насквозь. Сорванное от крика горло уже давно болит, что Питер не может произнести ни звука, а в глазах так щиплет, будто он выплакал их напрочь. Левая рука почему-то вообще не ощущается, все тело так жутко ноет, словно по нему несколько раз проехались машиной, а голова раскалывается от постоянного шума, от которого хочется скрыться, уйти, убежать. Паркер мечтает о смерти. Он не знает, зачем они все это делают с ним, почему не могут сразу убить и где Тони, в котором он так сейчас нуждается. Раны постепенно заживают, но люди в масках тут же добавляют новых, проверяя, как быстро они затянутся. В очередной раз, когда Питер лежит на операционном столе, бездумно уставившись в потолок, он слышит какой-то знакомый голос и видит человека, не спеша подходящего прямо к нему. — Вы… — еле-еле выговаривает Питер, с ужасом распахивая глаза. — Этого… не может быть. — Узнал меня? — Человек ухмыляется. — Я тронут… Как проходят эксперименты? — обращаясь уже к кому-то другому спрашивает он. — Все идет ровно так, как надо, — слышится ответ. — Подопытный под номером три тысячи находится уже на второй стадии превращения в Паучьего Карателя. — Но он до сих пор помнит обо мне, — Проводит пальцем по щеке Питера, заставляя того вздрогнуть и попытаться вывернуться из его хватки, а затем и вовсе поворачивает его голову в сторону. — Не нужно… не троньте, — хрипит Паучок, отчаянно глядя на такое знакомое лицо. — Как… как вы могли так… поступить? Человек ухмыляется, потрепав его по щеке, но затем распрямляется. — Мы полагаем, что достаточное количество боли сотрет ему все воспоминания само, воздействуя на его психику и вызывая отторжение, и нам не придется восстанавливать машину, которую мы использовали в случае Зимнего Солдата, — тихо говорит помощник в маске. На какое-то время человек задумывается, но затем кивает. — Что ж… Тогда, может быть, приступим к этому прямо сейчас? Питер с ужасом и мольбой смотрит на его безумную улыбку, прежде чем он снова начинает кричать от сильной боли во всем теле.

***

Стив собирает всех Мстителей, кроме Тони, который закрывается в своей лаборатории и практически не выходит из нее. На собрание приходят даже Хэппи с Питером, последний из которых попросился просто постоять рядышком, поясняя, что если они так собирались раньше, то, возможно, это может натолкнуть его на какие-то воспоминания. — Тони в какой-то степени был прав, — начинает Роджерс. — Простой реабилитации никогда не будет достаточно, чтобы помочь Паучку, поэтому, мне кажется, нужно предпринять что-то новое. Помните, как Штрукер сказал Старку про чип в голове Питера? Все проблемы идут от него, из-за него он сходит с ума, верно? Значит, нужно его изъять и покончить с этим. — Было бы все так просто, — со вздохом протягивает Наташа. — Никто из нас не учился на хирурга, а неопытная рука может только еще больше навредить. — К врачам обратиться тоже не вариант, — неожиданно подает голос Хэппи. — Дело слишком быстро получит огласку, что нам точно не нужно… Да и вряд ли технологии больниц Нью-Йорка справятся с изобретениями Гидры. — Я думал над этим, — с готовностью кивает Кэп. — Но после… нашей относительно недавней войны со Старком у нас появился новый неожиданный союзник. — Т’Чалла? — немного удивленно спрашивает Барнс. — Именно. — Простите, кто? — Питер непонимающе оглядывает собравшихся в комнате. — Это… еще один наш знакомый супергерой, — медленно поясняет Романофф. — Черная Пантера, правитель Ваканды, которая находится в Африке. — Ваканда? Не помню, чтобы что-то подобное мы проходили по географии. — Это правда долгая история, Пит, — Баки слабо улыбается. — Главное — это то, что они нам не враги. Народ Ваканды исцелил меня окончательно, поэтому может помочь и тебе. — Как? Они там все врачи? — Нет, — Стив смеется, а Питер смущается. — Но говорят, что их технологии лучшие во всем мире, и им точно можно доверять. — Значит, собираемся в Ваканду? — уточняет Наташа. — Да. Думаю, Старк одолжит нам свой самолет, верно? — Хэппи кивает, жестами показывая, что он без труда может его повезти. — Выдвинемся, когда окончательно соберемся и свяжемся с Т’Чаллой. — Он подходит к Питеру и кладет свою руку ему на плечо. — Не волнуйся. Мы позаботимся, чтобы этот перелет не доставил тебе никаких хлопот. — Извините, — внезапно обращается к нему тот. — Можно вас на минутку? Стив нахмуривается, но утвердительно кивает. Паркер отводит его в сторону и тихо спрашивает: — Мистер… Карк поедет с нами? — Кто?.. — удивляется Кэп, но тут же понимающе усмехается. — Ты про мистера Старка? — Да, верно, — Питер теряется. — Так он поедет? Просто я давно его не видел и хотел узнать… — К сожалению, нет, Паучок. — Стив грустнеет. — Тони сейчас занят другими делами, но доверил нам тебя провожать без него. — Он боится меня? — Паркер с ужасом бледнеет. — Он думает, я ему наврежу? — Нет-нет, что ты, — спешит его успокоить Роджерс. — Наоборот, он был самым первым, кто говорил, что ты не опасен… Просто ему сейчас сложно, но он старается, правда, сейчас он ищет Гидру… Пит, ты ему дорог, но он не хочет это показывать. В любом случае, Старк бы не стал тебя избегать. Паучок кусает губу и отводит взгляд. — Только я вот в этом не уверен, — как-то туманно отвечает, поведя плечами.

***

Через несколько дней Мстители уже оказываются в Ваканде, где их радостно принимают Т’Чалла с Шури. Поездка была без инцидентов, но очень долгой, поэтому все Мстители тут же разбрелись по комнатам, предложенным гостям, не успев толком ничего обсудить. Питера на всякий случай посадили в одну из лучших тюремных камер, даже приставив к нему охрану, хотя Барнс пытался яростно противостоять этому, но Т’Чалла успокоил его, говоря, что условия там хорошие, и он просто хочет максимально обезопасить свой народ, пусть и доверяет команде и Питеру. Мстители собираются с раннего утра, но без Хэппи, предпочитавшего остаться в спальне. Т’Чалла внимательно еще раз выслушивает Роджерса, бегло оглядывая Питера, а затем разводит руками. — Если честно, я вам никак помочь не могу, если вы только не хотите заморозить его на какое-то время, как это было с Баки. — Смотрит на погрустневших Мстителей и хитро улыбается. — Но вот она, — он указывает на Шури, — Она сделает невозможное, только попросите, так что все вопросы к ней. Младшая сестренка Т’Чаллы с удовольствием соглашается осмотреть робеющего Питера. Все они проходят в ее лабораторию, где она укладывает его на стол, подмигнув Паучку и тем самым смутив его окончательно, а затем просит не беспокоить какое-то время, чтобы она могла свободно провести исследование. Мстители решают ей не мешать, поэтому, на прощание пожелав ей удачи и попросив Питера довериться умелым рукам Шури, оставляют их наедине, а сами садятся ждать у входа. — Из них вышла бы отличная пара, — пытается пошутить Баки, чтобы нарушить неловкое молчание, возникшее во дворце. — С чего ты взял? — лениво протягивает Стив. — Они практически одного возраста… ну может, Шури чуть постарше, оба — маленькие гении, продвинутые, умные не по годам, но в то же время боевые, умеющие за себя постоять… Они похожи. — Пожалуй, ты в чем-то прав. — Стив подсаживается ближе, заговорщицки наклоняясь к Барнсу. — Но ты знаешь, и противоположности, бывает, притягиваются… — Парни, давайте только не сейчас, ладно? — Наташа закатывает глаза, прерывая любовную сцену. — А то здесь уже переизбыток нежности… И потом, наш Паучок уже занят одним гением, забыли? — Извините, если прерываю, — в дверной проем просовывается темное лицо Шури. — Но можно одного из вас на минутку? Стив, тут же снова став серьезным, кивает и подходит ближе. — Вы уже закончили? Так быстро? — Не совсем. — Она топчется на месте, словно сомневается в чем-то, но Кэп ее тут же подбадривает: — Что случилось? — Вы… говорили, что в его голове какой-то чип, который нужно изъять. — Верно. — Вы точно уверены в этом? — Она с какой-то надеждой смотрит на него. — Потому что никакого чипа там нет. — Ч-что? — Мотает головой, словно не верит своим ушам. — Как это нет? — Вот так. — Она разочарованно пожимает плечами. — Ни чипа, ни чего-то другого, что могло оказывать влияние на его мозг изнутри. Стив беспомощно оглядывается на разом притихших Мстителей. — Этого не может быть, — уверенно заявляет он. — Штрукер сам сказал, что чип… И замолкает. Барон мог сказать что угодно, а они взяли и поверили ему… Баки подходит к нему, что-то говорит, но Стив находится словно в каком-то вакууме, через который не проникает звук, поэтому не разбирает слов, прикрыв глаза и качая головой от нахлынувшего разочарования и отчаяния. — … это снова психосоматика? — доносятся отрывки разговора. — Возможно… Но его мозг все же каким-то образом получает нужные для активации сигналы, если не с помощью чипа или кода, то другими путями… — Что нам теперь делать? — наконец тихо произносит Стив, с тревогой глядя в карие глаза Шури, ища в них ответы. Она закусывает губу, стараясь придумать ответ, однако затем всплескивает руками. — Я… я не знаю, честно. Может, у вас есть какие-то идеи помимо заморозки? Кэп даже не оглядывается на остальных, понимая и без слов, что идей нет. Мстители оказались у разбитого корыта. Они не знают ни того, что с Питером, ни того, что делать дальше, ни того, какой план действий им нужно составить. Все, что они проделали оказалось зря. Место, которое раньше занимали надежда и вера в успех операции, теперь оккупировали боль, опустошенность и усталость. Мстители не знают, как помочь Питеру. Мстители впервые в жизни проиграли войну.