American Heroes

      — Просто подожди, — уверяет Лукас, вытягиваю шею, чтобы видеть через коробки с фейерверками в своих руках, пока вместе с Уиллом, Дастином и Эрикой идет через магазин к тележкам. — Мы застрянем где-нибудь, без помощи Эл, с Пожирателем разума на хвосте, и единственное, что спасет нас – это мои адские детки вот здесь.       — Только постарайся не убить нас в процессе спасения, — парирует Дастин.       — Ага, — поддерживает Эрика, — если мы все умрем, это твоя вина.       Они вчетвером пробираются по очередному проходу, неся фейерверки, однако замедляют шаг, услышав совсем рядом голос Майка.       — Я просто… никогда не чувствовал себя так ни с кем раньше, и… Знаешь, обычно говорят, что это сводит тебя с ума.       — Что сводит тебя с ума? — озадаченно уточняет Эл. Уилл хочет остановиться и убраться отсюда к черту, но остальные продолжают идти, неумолимо приближаясь к голосам Майка и Эл. Судя по звуку, они где-то в следующем проходе.       — Ты… никогда не слышала эту фразу? Ну, знаешь, типа «вот это сводит тебя с ума», и «вот это» слово…       Сердце Уилла разбивается в… уже который раз? Сводит с ума, значит? Сойти с ума – это их тема. По крайней мере, он так наивно полагал. Лицо Уилла вспыхивает от гнева, смущения или предательства, а может и от всего сразу, и он даже не может уйти от этого.       — Девушки? — предполагает Эл.       — Нет, нет, не девушки, — поправляет Майк, заикаясь.       — Парни, — теперь Эл уверена в своей догадке.       — Нет! Нет, и не парни. Типа… чувство или…       — Чувство?       — Да, еще взрослые иногда говорят это друг другу.       — Взрослые?       Лукас, Дастин и Эрика хмурятся, пытаясь вникнуть в разговор, а Уилл просто хочет умереть внутри.       — Ага, я хочу сказать, что я… — его живот крутит все сильнее с каждым произнесенным Майком словом. — Я знаю, что я…       Вчетвером они останавливаются перед проходом, где сидят Майк с Эл, и одна из коробок с фейерверками шумно падает из рук Уилла на пол. Его щеки розовеют, когда Майк и Эл от неожиданности поднимают на них глаза.       — Как неловко, — бормочет Эрика.       — Эрика, — шипит Лукас, бросая на Уилла сочувственный взгляд.       На мгновенье воцаряется странная тишина, прежде чем Дастин делает шаг вперед, встает перед Уиллом, как щит, и откашливается.       — Итак, какой план?       — План? — переспрашивает Майк. — План для чего?       — Пожирателя разума. Нам нужен план, как от него избавиться.       — Я думала, мы идем к источнику, — говорит Эл.       — Зачем туда идти, если мы знаем, что одержимые уже превратились в этого монстра? — Лукас поднимает бровь.       Все шестеро с сомнением переглядываются. Когда никто не отвечает на этот вопрос, Майк переводит тему, указывая на коробки в их руках.       — А что это за фейерверки?       — Запасной план.       — О чем вы, ребята, говорите? — интересуется Макс, появляясь в другом конце прохода вместе с Нэнси, Джонатаном, Стивом и Робин. Они присоединяются к импровизированному собранию, и Майк помогает Эл подняться с пола.       — О плане для Пожирателя разума, — отвечает Уилл, стараясь отмахнуться от сказанных Майком слов Эл, которые бесконтрольно повторяются в его мыслях.       — Да, — подхватывает Лукас, — мы не думаем, что в походе к источнику есть смысл.       — Почему? — Нэнси хмурится.       — Потому что этот монстр сейчас наверняка в другом месте, терроризирует жителей. Нам нужно уничтожить его, а не тратить время на выяснение его происхождения.       — Ладно, вы правы, — Нэнси кивает. — Тогда мы должны закрыть врата. Это единственный способ избавиться от него, верно?       — Но разве это не убьет всех одержимых?       — Билли… один из них, — добавляет Макс.       — У нас есть выбор? — Джонатан вздыхает. — Нельзя позволить этому монстру убить еще кого-нибудь.       Макс, помрачнев, прислоняется к полкам, но больше ничего не говорит, и Уилл чувствует укол вины.       — Может, Эл еще раз поищет Билли? — предлагает он.       — Нет, ты ее видишь? — Майк качает головой, жестом указывая на Эл. — Она слишком истощена, мы достаточно использовали ее силы. И Билли, вероятно, уже не Билли.       — А вдруг мы еще можем спасти его? — спрашивает Макс.       — Как?       Она открывает рот, но практически сразу закрывает его, не найдя других идей.       — И что ты предлагаешь? — Лукас поворачивается к Майку.       — Как сказала Нэнси, мы должны закрыть врата.       Макс, не выдержав, вылетает из прохода. Эл с грустью смотрит ей вслед, а Уилл бросает свирепый взгляд в сторону Майка.       — Мог и повежливее, — Уилл впихивает ему коробки с фейерверками и бежит за Макс.       — Отличная работа, Майк, — упрекает Лукас.       — Что я сделал?       Уилл находит Макс в отделе заморозки, сидящей возле одного из морозильников, и присоединяется к ней.       — Мне жаль.       — Я просто… думала, что в конце концов с ним все будет в порядке. Что он станет лучше, понимаешь? — она смотрит куда-то вперед, шмыгая носом. — Я знаю, что это глупо после всего, что он натворил, но он все-таки мой брат, и…       Уилл притягивает ее в объятья, как только замечает слезы на ее щеках.       — Он единственный, кто понимает, каково быть частью нашей семьи, — продолжает Макс. — Мне, наверно, следует ненавидеть его, и часто я так и делаю, но иногда… Иногда только он рядом. Знает, на что это похоже.       — Что?       — Ощущать дома лишь гнев или страх.       Уилл молчит, стараясь подобрать слова, и утешающе гладит ее по спине, но Макс отстраняется через пару секунд, нарушая тишину.       — Мне страшно не только за Билли. Я боюсь, что будет, если он… окончательно исчезнет. Не знаю, будет ли хуже, чем сейчас.       — Из-за отчима?       — Если Билли умрет, я не знаю, что будет делать его отец, — Макс вздыхает.       — Мой… мой отец тоже не был хорошим, — Уилл нервно перебирает пальцы, неуверенный, стоило ли это говорить.       Однако это вызывает легкую улыбку у Макс.       — Может, мы давно разлученные брат и сестра, — они шатко смеются. — Или просто дерьмовые родители встречаются чаще, чем мы думаем.       Они молча сидят перед морозильником еще минуту, пока Уилл не поворачивается к Макс.       — Так ты не против, что мы закроем врата?       — Не против? Не знаю, — тяжелый вздох срывается с ее губ. — Но, полагаю, у нас нет другого выбора.       — Да, мы закроем врата, и монстр умрет.       — И на крайний случай у нас есть фейерверк Лукаса, — Макс ухмыляется.       — Да ладно, это может сработать.       — Знаешь, что еще может сработать? Эл, — она толкает его в плечо. — И ты.       — Макс, — Уилл закатывает глаза, — я же сказал, что не знаю, смогу ли вообще что-нибудь сделать.       — А это тогда что? — Макс показывает на его нос.       — Там осталась кровь? — он потирает ноздри тыльной стороной ладони, и оставшиеся красные крошки падают на пол.       — Уже нет. Ты начинаешь напоминать мне Эл.       — Ни за что.       — Ну да, ты не крутая суперсильная героиня, как она, — она улыбается ему. — Но ты – тоже нечто.       — Нет, я… никто и ничего не могу сделать.       — Я видела, как ты сделал что-то в больнице.       — Я не знаю, что это было, и даже если бы я это выяснил, то я без понятия, как сделать это снова.       — В тебе есть нечто большее, чем ты показываешь, Уилл, — возражает Макс. — Ты особенный – это факт, сколько ни отрицай. И кстати, ты всегда можешь поговорить об этом с Эл. Возможно, она что-нибудь подскажет.       Уилл качает головой и встает, подавая ей руку.       — Давай просто придерживаться плана: пойти в торговый центр и закрыть врата.       — Как скажешь.       Они выходят из отдела заморозки и возвращаются к остальным.       — Ой, вот вы где, — Лукас скользит к ним на тележке, наполненной фейерверками. — Макс, мне очень жаль. О… Билли.       — Ну, у нас нет выбора, не так ли? Поэтому… неважно, — Макс пожимает плечами и указывает на тележку с дразнящей улыбкой. — Ты все еще не бросил свой запасной план?       — Ага, смейся над моим планом Макс, — ворчит Лукас, выталкивая тележку за дверь. — Смейся. Посмотрю на тебя потом, когда он сработает.