American Heroes

      Уилл подбегает к маме и заключает ее в объятья, к которым через секунду присоединяется Джонатан.       — Мы думали, ты в Иллинойсе, — говорит он, когда они расходятся. — Эл видела, как вы с Хоппером шли туда.       — А… да, мы были там. Нужно было кое-что выяснить, — Джойс сжимает его плечи, прежде чем ее глаза обеспокоенно сужаются. — Милый, что с твоей шеей?       — Ой, — Уилл неловко прикрывает рукой синяки. — Это… ничего. Я уже в порядке.       — Кто сделал это?       — Мам, это неважно. Я же сказал, что все нормально. Давай потом обсудим это.       — Ты уверен?       — Да, мам.       Позади них Хоппер помогает Эл подняться с пола – Майк берет ее за руку, чтобы удержать на ногах – и оглядывает сначала трупы русских охранников, а затем переводит строгий взгляд на группу подростков.       — Что здесь произошло?       — Это долгая история, — фыркает Лукас.       — Мы с удовольствием послушаем.       Пока Хоппер и Майк помогают Эл дойти до фонтана в центре фудкорта, Уилл и Джонатан следуют за остальными, держась рядом с мамой.       — Кто это? — Уилл кивком головы указывает на бородатого мужчину, прибывшего вместе с Джойс и Хоппером.       — Мюррей. Он помог нам понять, как закрыть врата.       — Врата? — Джонатан удивленно поднимает брови. — Вы знаете о них?       — Да, и как до них добраться.       Все собираются в круг у фонтана, и Уилл отходит как можно дальше от Майка.       — Вы знаете, как закрыть врата?       — Они теперь под торговым центром, — объясняет Джойс, — и если мы туда доберемся, то сможем закрыть их.       — Я пойду за картами, — объявляет Мюррей, разворачивается и уходит с фудкорта.       — Итак, — Нэнси возвращается к обсуждению, — это значит, что Эл не придется закрывать врата самой? Мы можем обойтись без нее?       — Да, — Хоппер кивает, — но никаких «мы». Вам, детям, нужно держаться подальше от этого.       — И куда нам идти? — интересуется Макс с нотками сарказма. — Пожиратель разума может быть где угодно.       — Пожиратель разума? — переспрашивает Джойс и почти инстинктивно берет Уилла за руки. — Он вернулся?       Уилл кратко оглядывает всех, прежде чем встретиться взглядом с встревоженной мамой.       — Да, но сейчас все немного… по-другому. Он создал свое физическое воплощение.       — И этот реальный монстр еще где-то там, — поясняет Майк. — Поэтому мы и пришли сюда – скрыться от него и закрыть врата.       — Вы знаете, зачем он здесь?       — Пожиратель разума создал его в Хоукинсе, чтобы остановить Эл, а точнее убить ее, и проникнуть в наш мир.       — И у него почти получилось, хотя это была всего лишь его часть.       — Какого размера этот монстр? — уточняет Хоппер.       — Он большой, — отвечает Джонатан. — Метров десять.       — Ага, и он вроде как… — Лукас сочувственно морщится, — разнес твою хижину. Нам жаль.       — И вы уверены, что он жив?       — Эл выбила из него все дерьмо, но да, — Макс вздыхает, — он еще жив.       — Но если мы снова закроем врата… — Уилл пытается приободрить группу.       — То оборвем связь мозга с телом.       — И убьем его, — воодушевленно добавляет Лукас. — Теоретически.       — Внимание! Всем внимание! — Мюррей возвращается, размахивая в воздухе пачкой бумаг.       Пока он швыряет бумаги на стол и объясняет свой план, кто-то толкает Уилла локтем в бок.       — Эй, — тихо зовет Майк, — мы можем поговорить?       При взгляде на него Уилл может думать лишь об их споре в хижине и всех жестоких словах, которые они бросали друг другу. Майк наконец-то соизволит извиниться? Посмотрев на остальных, которые внимательно слушают Мюррея, Уилл кивает и позволяет Майку оттащить себя к одному из ресторанчиков.       — В чем дело?       — То, что ты слышал в магазине… — начинает Майк, поворачиваясь к нему.       Уилл терпеливо ждет продолжения целую минуту, но Майк просто стоит напротив, открывая и закрывая рот, поэтому он, закатив глаза, щелкает пальцами перед его лицом и подсказывает:       — В магазине? Что именно? Твой разговор с Эл?       — Да, — Майк неловко переминается с ноги на ногу. — Я думаю, мы должны прояснить ситуацию.       — Прояснить… ситуацию?       — Нам нужно забыть о том, что произошло в хижине. И что случилось в ту ночь, когда ты уничтожил Замок Байерс. Притвориться, что ничего из этого не было.       Уилл разочарованно и одновременно с неверием стонет. Теперь понятно, к чему это все.       — Мы можем просто вернуться к остальным и сосредоточиться на плане?       — Нет, нам нужно поговорить об этом! — теперь в чужом тоне гораздо больше решительности.       — Зачем? Я тебя прекрасно понял, — он хочет развернуться, чтобы уйти, но Майк берет его за плечо.       — Уилл…       — Что, Майк?       — Разве все не может вернуться к тому, как было раньше?       — А что было раньше? Ты – с Эл, а я никто? Без обид, но мне предпочтителен вариант, где мы оба признаем, что все изменилось и ничто не способно вернуться к прежнему.       Он вновь разворачивается, и Майк опять останавливает его, хватая за руку, и тянет назад.       — Отвали! — рявкает Уилл, отдергивая руку. Над их головами ярко загораются лампочки. Майк от неожиданности отшатывается с широко раскрытыми глазами. — Ты только и делаешь, что сводишь меня с ума. Я больше не знаю, чего ожидать. Я не знаю, что ты чувствуешь.       — Ты знаешь, как я к тебе отношусь.       — Разве?       — Я не хочу причинять тебе боль.       — Слишком поздно, Майк.       — Еще не поздно, — Майк хмурится. — Мне очень жаль, правда. Уилл, я…       — Ты уже причинил мне боль, неужели ты не понимаешь? — Уилл практически плачет, не замечая, как свет над ними начинает мерцать. — Мы продолжаем ссориться и мириться, но ты словно забываешь обо всем через секунду. Сначала ты ведешь себя так, будто заботишься обо мне, а потом обращаешься со мной как с мусором!       — Так ты теперь поддерживаешь Макс?       — Ты вообще меня слушаешь? Перестань винить Макс за то, что сделал ты. Дело не в ней и не в Эл, все дело в тебе.       — Почему ты ведешь себя так?       — Потому что меня тошнит от тебя, Майк! Я думал, что ты все понял, но, очевидно, я ошибся. Ты продолжаешь говорить, что не хочешь ранить меня, но ты только это и делаешь.       — Я не могу исправить свои чувства к Эл!       — Это тут не причем! — Уилл вскидывает руки и делает глубокий вдох, чтобы хотя бы немного успокоиться. — Я понимаю, что ты любишь ее, и знаю, что ничего не могу с этим поделать. На самом деле я счастлив, если вы оба счастливы. Я мог бы смириться с этим и двигаться дальше. Но потом ты повел себя так, будто чувствовал то же самое ко мне. И как мне с этим быть? Зачем ты вообще это сделал?       — Уилл, я…       — Я не могу быть твоим другом, если ты собираешься играть с моими чувствами!       — Я не буду, клянусь, — умоляет Майк.       — Ты уже сделал это, — бросает Уилл и снова поворачивается, чтобы уйти, но Майк в очередной раз разворачивает его обратно.       — Уилл, мы же лучшие друзья! Нельзя просто прекратить все это.       — Ничто не вечно, Майк.       — Нет, это неправда! Мы можем все уладить, у нас всегда это выходит, — Майк протягивает к нему руку. — Уилл, мы еще можем быть друзьями.       — Почему ты меня не слушаешь? — Уилл отшатывается со свирепым взглядом. — Я больше не хочу с тобой дружить!       — Ты не имеешь это в виду, — в голосе Майка легко различается боль.       Вокруг ощущается сильное напряжение, и освещение становится максимально ярким. Уилл скрещивает руки на груди, защищаясь.       — Да ладно, Уилл, ты – лучшее, что случалось со мной.       — Не будь глупым, я больше на это не попадусь. Если бы я был лучшим, что с тобой случалось, ты бы никогда не сделал всего этого со мной, — Уилл усмехается в ответ и начинает уходить, однако на этот раз разворачивается обратно без вмешательства Майка. — Знаешь что? Ты был прав. Я постоянно злился на тебя и ревновал, что ты и Эл вместе. И мне жаль. Прости за все мои действия, которые причинили тебе боль. Я знаю, что вел себя неразумно, ревновал и злился из-за вещей, которые, как я знал, никогда не смогу изменить. Я был эгоистом и проигнорировал твои чувства, это на мне. Я принимаю это, — он качает головой, и напряжение в воздухе стихает. — Но все остальное? Вся эта неопределенность? Те слова от тебя, которые, как ты знал, ранят меня? Ты ведешь себя так, будто я один здесь ненормальный, хотя знаешь, что это не так! Это полностью на тебе.        После этого Уилл уходит, и его никто не останавливает.