Зеркальный ужас

      Перед зеркалом крутилась молодая девушка, бесконечно расчёсывая свои огненно-рыжие вьющиеся волосы. Она весело напевала себе под нос мелодию, до боли знакомую и одновременно незнакомую вовсе. Девушка улыбалась собственному отражению настолько широко, что её тонкие губы практически исчезали с лица, оставляя на нём лишь ярко-алую дугу. Рыжеволосая девушка могла по несколько часов проводить перед зеркалом, любуясь собой и рассматривая каждую веснушку на своём вздёрнутом носу. Не подумайте, она не была такой уж самовлюблённой особой, просто всегда считала красоту одной из важнейших особенностей каждого человека. Именно поэтому она и не забывала о красоте собственной. «Мне достались самые лучшие гены от самых лучших тлалоканцев!», — с гордостью заявляла она. И плевать, что она в принципе не знала этих людей, не знала их имён, кем они были, какими они были. Впрочем, это и неудивительно. Абсолютно любой тлалоканец не был знаком со своими родителями, да даже само слово «родитель» практически не встречалось в их речи. Чтобы знать о своих предках, тлалоканец должен был быть либо особо важной персоной, либо залезть в документацию Инкубатора, что само по себе являлось нарушением одной из директив и требовало разрешения от Главнокомандующего, которое, как вы могли догадаться, он не выдавал. Но несмотря на всё это, местные жители не стеснялись говорить о своих хороших генах, хоть совершенно и не понимали, что и от кого им досталось. Наша рыжеволосая девушка не была исключением – она не упускала момента рассказать своей подруге о том, как ей повезло иметь настолько красивый цвет волос. Не забывала об этом говорить и своему возлюбленному Леннарту, которого в принципе не интересовали чьи-либо волосы.       Следует сказать, что эта история происходила в те времена, когда в Тлалоке любовные отношение не были под запретом, а даже наоборот, приветствовались. Хоть тлалоканцы и не могли заводить семьи, детей, такие отношения поощрялись лишь потому, что они способствовали приливу энергии у людей, а также их хорошему настроению, что отлично сказывалось на работе. По крайней мере, так считалось в то время.       Что до нашей героини, помимо привлекательной внешности, она имела совсем непростой характер. За её бесконечным позитивным настроением и добротой к окружающим скрывалась по-настоящему капризная девушка. Ей было присуще гиперболизировать собственные чувства и эмоции, и вряд ли она делала это осознанно. Если была рада, то о её радости должен был знать весь Тлалок, если расстроена, то печаль поглощала всех окружающих, и даже самая маленькая проблема превращалась в целую трагедию. Если девушка ненавидела, то искренне, до боли в животе, до грубых слов и пожеланий смерти. Если любила, то буквально душила собственными чувствами. И именно это ощущал Леннарт каждый раз, когда они встречались. Парень не сразу обнаружил у своей девушки подобную черту, происходило это постепенно. Сперва он даже считал, что ему просто кажется. Но спустя полтора года таких отношений юноша начал отчётливо понимать, что Руна, а именно так звали эту рыжеволосую красотку, давит на него своими чувствами, буквально заставляя его отвечать на них. Совсем недавно он решил, что она самая настоящая ведьма, хоть и совершенно не понимал, кто они такие, но умудрился сам себя убедить, что выглядят ведьмы именно как его Руна. Уже около нескольких месяцев он ходил с мыслью о том, чтобы разорвать эти высасывающие из него энергию отношения, но никак не осмеливался озвучить эти мысли вслух. Он каждый раз прокручивал в своей голове последствия таких слов, какой концерт устроит девушка, какие слова бросит в его сторону. До сегодняшнего дня он был не готов ко всему этому, но теперь понял – готов. Парень не любил эту девушку. Больше не любил.       Полной противоположностью Руны была её БЧР – сверхлёгкая одиннадцатая модель. Черноволосая девушка с симметричным квадратным лицом, острым носом и крупными красными глазами, которые одаривали окружающих разве что ледяным взглядом, совершенно не отличалась эмоциональностью. Она выглядела так, словно уже давно устала от этого мира, словно она не только не хочет выражать никаких эмоций, а просто разучилась это делать. Такая отстранённость помогала балансировать чувства Руны, а в определённых моментах и вовсе переключать её с проблем. Порой рыжеволосая девушка даже могла забыть о том, что её расстроило пару минут назад, и сосредоточиться на задании, что делало из этих двоих самых идеальных напарников.       — Думаешь, если будешь по несколько часов расчёсывать волосы, то они выпрямятся? — поинтересовалась черноволосая девушка, сидя в кресле и уткнувшись локтем в подлокотник.       — Ру, ну ты как всегда, — засмеялась Руна. Она обернулась к своей подруге и всё с той же милой улыбкой на лице принялась собирать волосы в хвост. — Нельзя всё воспринимать настолько серьёзно, — она прислонила указательный палец к своей нижней губе. — Волосы от этого прямыми не станут. А кручусь я так долго перед зеркалом лишь потому, что хочу выглядеть красивой перед Леннартом.       — Ты и так красивая, — серьёзным тоном заметила Ру.       — Но я ведь могу выглядеть ещё лучше, — она подошла к своей подруге и растрепала её угольно-чёрные волосы. — Ты так не считаешь?       — Это вовсе не обязательно, — её тон оставался всё таким же серьёзным.       — Боже, Ру, расслабься, — рыжеволосая девушка звонко засмеялась. — А то ты начинаешь выглядеть как ревнивая стерва, — она растрепала волосы своей подруги ещё сильнее. — Если бы ты была человеком, я бы в тебя точно влюбилась, но, увы, — она поцеловала её в макушку, — я уже отдала своё сердце Леннарту.       — Он мне не нравится, — угрюмо продолжила Ру. — Я бы на твоём месте присмотрелась к нему, он точно что-то нехорошее задумал.       — Но ты не я, — с улыбкой ответила Руна. — Да и что нехорошего он может сделать? Он меня никогда не ударит, он на это просто не способен, — она на секунду задумалась. — Да и не расстанется со мной, потому что любит меня. Так что он может мне сделать?       — Я не знаю, — её голос зазвучал мрачнее, чем обычно, — но если я увижу, что ты из-за него плачешь, то я точно прострелю его голову.       — Боже, Ру, — девушка вновь начала смеяться, — если бы я не была с тобой знакома, то точно испугалась таких слов. Не шути так, — она похлопала свою подругу по плечу. — И не переживай. Он хороший парень, — девушка вновь на секунду задумалась. — И всё-таки ты ревнуешь, — она заулыбалась. — Не нравится, что с ним я больше времени провожу, чем с тобой?       — Ты опять что-то себе придумала, — нахмурив брови, буркнула Ру.       — Может и придумала, — она щёлкнула по носу свою подругу, — мне пора. Вечером ещё увидимся.       — Конечно, мы ведь вместе живём, — пробубнила себе под нос одиннадцатая.       Рыжеволосая девушка в приподнятом настроении направлялась в сторону читательского зала. Именно там сегодня она договорилась встретиться с Леннартом. Каждая их встреча была для девушки волнительным и невероятно важным событием. Она безумно любила этого человека, постоянно говорила ему о своих чувствах, а также не забывала выражать их и тактильно — объятиями и поцелуями. И ей самой казалось, что этого мало. Девушка считала, что ей необходимо больше и лучше выражать свои чувства. Даже сейчас она тщательно продумывала, что именно скажет и сделает при встрече.       Первым делом, когда Руна зашла в читательский зал, она поздоровалась с сидящей у входа женщиной. Та мягко улыбнулась ей в ответ и указала рукой на сидящего за одним из столиков парня.       Светловолосый юноша пребывал в подавленном настроении. Он понимал, что сейчас разобьёт сердце своей девушке, которую не так давно очень сильно любил. Леннарт задумчиво массировал лоб двумя пальцами, то и дело вздёргивая редкие светлые брови, нависающие над миндалевидными зелёными глазами. Юноша мысленно перебирал фразы, какими лучше прервать их отношения с Руной, но после недолгих раздумий понял, что любые его слова нанесут удар по девушке. Леннарт отличался довольно мягким характером, никогда и никому не хотел причинять вред, даже будучи медиком, он всегда старался находить для лечения тлалоканцев наименее травмирующий вариант. И вот сейчас – разбить кому-то сердце! Как же это тяжело. Но он понимал – эти отношения продолжать нельзя. Иначе не будут счастливы ни он, ни Руна.       Стоило девушке заметить Леннарта, как её дыхание буквально остановилось, а сердце бешено застучало. Она со всех ног ринулась в сторону юноши, получив неодобрительный взгляд со стороны занимающихся тлалоканцев. Девушка буквально повисла на шее у Леннарта, расцеловала сначала его щёки, а затем подарила по паре поцелуев его зелёным глазам.       — Как же я по тебе соскучилась! — она самым наглым образом забралась к парню на колени.       — Мы же виделись буквально вчера, — с недоумением посмотрел на неё Леннарт.       — Ну и что? — удивлённо произнесла девушка. — Я что, не могу за день соскучиться? — она крепко обняла его за плечи.       — Я хотел об этом поговорить, — он осторожно высвободился из её объятий. — Мне кажется, что ты слишком давишь на меня.       — Не поняла тебя, — она непонимающе посмотрела на него. — В каком смысле давлю?       — Психологически давишь, — с осторожностью произнёс он. — Ты словно пытаешься заставить меня себя любить.       — Подожди, — она немного нахмурила брови. — Ты хочешь сказать, что не любишь меня?       — Не знаю, — неуверенно пробормотал он и выдохнул. — Думаю, что нет.       — Но ты же меня голой видел! — возмущённо воскликнула она, чем вновь привлекла внимание занимающихся тлалоканцев. Теперь они смотрели на парочку с ещё большим интересом, чем до этого. Ещё бы, не каждый день в Тлалоке услышишь подобные речи.       — Ты меня тоже, — едва слышно ответил юноша.       — Это вообще не считается, — возмущённо продолжала она. — Мужчинам там и стесняться нечему.       — Руна, — он постарался сделать свой тон как можно мягче, чтобы хоть немного успокоить эмоциональную девушку. — Давай просто закончим со всем этим. Без лишнего шума.       — Вот как, значит! — она резко вскочила с его колен. — Значит, ты вот так просто готов от меня избавиться? — на её глазах появились маленькие крупинки слёз. — Я слишком мало для тебя делала?       — Наоборот, — печально покачал головой Леннарт, — слишком много.       — Я тебя ненавижу, — крупицы слёз тонкой струйкой покатились вниз, — Ру была права, — девушка выбежала из читательского зала. Она направилась к себе в комнату, буквально утопая в слезах.       Руна уткнулась лицом в подушку и громко плакала. Рядом с ней сидела Ру и, насупившись, молча наблюдала за происходящим. Рыжеволосая девушка не успокаивалась. Казалось, что с каждой секундой её слёзы становились более горькими, а сама девушка с каждой минутой сильнее ненавидела весь мир. Она неразборчиво бубнила в подушку, обвиняя Леннарта во лжи, что он пользовался ей и её чувствами, что совершенно не ожидала от него такой подлости. В сердцах она сказала, что хотела бы, чтобы он умер. Чтобы все, кто видел, кто слышал, как он её отвергает – умерли. Чтобы этих людей не стало прямо сию же секунду. Чтобы никто в мире не помнил, не знал, как её унизили.       На эти слова откликнулась Ру. Её прежде хмурое лицо стало вновь холодным и беспристрастным. Своей тяжёлой рукой она осторожно провела по огненно-рыжим волосам пилота и неспешно покинула комнату.       Она шла по коридору уверенно, сосредоточив все свои мысли на желании Руны. Убить Леннарта. Убить всех, кто слышал их разговор. Убить всех, кто видел её слёзы. Эти слова звучали отчётливо в её голове, словно приказ. Но она прекрасно понимала, что это вовсе не было приказом. Ру в первый раз увидела слёзы своего пилота. В первый и последний раз. Так она для себя решила. Ей было абсолютно плевать, что в итоге с ней сделают: разберут на каждый винтик или же просто деактивируют. Главное, что Руна больше никогда не будет плакать.       Черноволосая девушка зашла в читательский зал. Она окинула взглядом присутствующих тлалоканцев, которые были заняты чтением лекций. «Раз, два, три…, — начала вслух считать девушка. — Десять. Вас здесь десять», — холодным тоном произнесла она.       — Вам чем-то помочь? — поинтересовалась женщина, сидящая за столом возле входа. — Может Вы потеряли своего пилота? Назовите его имя, я подскажу, за каким столом он сидит.       — Ты уже вряд ли кому-то поможешь, — тем же холодным тоном произнесла девушка. — Извиняться не стану, — она вытянула вперёд свою правую руку. Рука резко разделилась на прямоугольные пластины и пересобралась в пулемёт. Второй рукой девушка схватила оружие за рукоять и направила в сторону женщины. Послышалась череда выстрелов. Затем глухой звук, словно что-то тяжёлое упало с потолка. Упало и тут же разбилось, образовав под собой огромную кровавую реку. Перепуганные тлалоканцы всей толпой забились под стол. И это было их самое ужасное решение. Так они только помогли Ру, избавили её от необходимости выслеживать и убивать каждого из них. Снова послышалась череда выстрелов. Крики. Истошный звук сирены. Скрип дверей, наглухо закрывающих каждую комнату, каждый уголок Тлалока. Звук тяжёлых ботинок, доносившихся из коридора.       — Я убью каждого, кто зайдёт сюда, — угрюмо отчеканила одиннадцатая. — Каждого.       Дверь читательского зала вновь открылась. Ру озлобленно повернулась. Она была готова стрелять на поражение прямо сейчас, без раздумий, вновь поднимая собственное оружие.       На пороге стоял высокий мужчина с копной тёмных взъерошенных, торчащих в разные стороны волос. На его курносом носу красовались очки квадратной формы, безобразно потёртые и исцарапанные, словно он носил их уже несколько десятков лет, и прикрывали невероятно красивые голубые глаза. Пухлая нижняя губа слегка опустилась вниз, а густые тёмные брови наоборот, вспорхнули вверх, образовав на лице удивлённые дуги. Весь перепачканный машинным маслом, он явно бежал со всех ног из своей мастерской и вряд ли ожидал увидеться сегодня с одиннадцатой моделью.       На лице Ру появилась неподдельная печаль. Печаль и тоска, которую она прежде не испытывала, а возможно, просто не демонстрировала. Тоска и боль, ведь она совершенно не планировала встретить сегодня его. Совершенно не планировала предстать перед ним в роли убийцы своих соотечественников, в роли убийцы тех, ради защиты которых она была собрана.       — Создатель, — выдохнула она. — Прости меня, создатель, — едва слышно прошептала девушка.