Зеркальный ужас

      Время близилось к 23:00, когда Джек, нахмурив брови, уставился в экран ноутбука, на котором красовался ответ от поставщиков вооружения. «Уважаемый командир Джек Йонсон, благодарим за Ваше обращение. Хотим сообщить, что недостача боевых припасов невозможна, так как при отправке каждый ящик осматривается и упаковывается несколькими сотрудниками. Мы сожалеем о произошедшем на Вашем складе недоразумении, но уверяем, что не имеем к данной проблеме никакого отношения». «Не имеем никакого отношения», — несколько раз прокручивал в голове Джек. «Если поставщик действительно не при делах, то значит, гранаты всё-таки кто-то стащил. И что ты будешь делать с этой проблемой, Джек? Мало того, что в последнее время ты совершенно не можешь собраться, так ещё и за пропажу вооружения тебе влетит», — он потёр ладонью затёкшую шею и перевёл взгляд на лежащий на столе чистый лист бумаги. «Точно. Мне же ещё надо папаше отчёт за неделю написать. От руки. Не может не издеваться надо мной», — парень шумно вздохнул и запрокинул голову на спинку кресла, устало уставившись в потолок.       — И почему у меня чёткое ощущение, что я свернул не туда? — он на пару минут прикрыл глаза. — Соберись же, Джек. Тебе надо думать о своих обязанностях, а не о том тлалоканце, — парень, не убирая головы со спинки кресла, перевёл взгляд на закрытое окно. Сейчас он почувствовал духоту в комнате, которая скапливалась буквально каждую секунду.       Джек неторопливо приподнялся, стягивая с себя пропотевшую на спине футболку и бросая её в угол своей комнаты. «Потом уберу», — подумал он, подходя к окну, и открыл его.       — Эта духота меня точно изведёт. И за каким чёртом они настолько сильно врубили отопление? — парень рухнул обратно в своё кресло, уставившись в чистый лист. — Ну что ж, папаша, раз хочешь отчёт, то ты его получишь, — он взял своей бионической рукой шариковую ручку, которая тут же выпала. Парень вновь схватил её, но сжал намного сильнее и со всем скопившимся недовольством хлопнул по столу. Джек не без труда, всё-таки писать механической рукой ему ещё не приходилось ранее и, видимо, на это и было рассчитано наказание от отца, вывел на листе неаккуратным почерком: «25 октября».       Йонсон продолжал выводить на листе слово за словом, как почувствовал на себе чей-то взгляд. Знаете это странное чувство, когда вам начинает казаться, что кто-то испепеляет вас взглядом, хотя прекрасно знаете, что рядом никого нет? Вот и Джека сейчас охватило это странное ощущение. Насторожившись, он остановил свою работу над отчётом. Парень первым делом посмотрел в сторону двери и постарался услышать, не ходит ли кто-то в коридоре, но, поняв, что его подчинённые давно спят, он повернулся в сторону окна.       На подоконнике с довольной улыбкой на лице восседал Иэн. Он уже порядка десяти минут бесшумно наблюдал за Джеком, не решаясь ему помешать.       — Почему ты снова здесь?— удивлённо спросил парень. — И как ты вообще забираешься сюда?       — И Вам добрый вечер, командир, — мужчина склонил голову на бок. — У каждого есть таланты. А мой — незаметно забираться к Вам.       — Третий этаж, — с недоумением пробормотал Джек.       — Правда? — Иэн выглянул из окна. — Действительно, третий. А Вас моё появление только сейчас начало удивлять?       — Я долго соображаю, — сдвинув брови, покачал головой Джек.       — Надо же, — незваный гость тихо засмеялся. — А я ведь Вас предупреждал о приезде папы. Вы даже и не подумали немного прибраться у себя в кабинете. Если бы прислушались ко мне, то сейчас не страдали бы над написанием отчёта.       — Откуда ты вообще узнал, что он приедет?       — Ну как же, — Иэн ловко спрыгнул с подоконника. — Великий Ум подсказал мне.       — Я не верю в вашего тлалокского бога, — проворчал Джек, вернувшись к написанию отчёта. — Раз уж решил меня предупредить о его приезде, то мог бы и сейчас сказать правду.       — А я и говорю правду, — он осторожно присел на край кровати. — Ведь Великий Ум оказался прав, и Ваш отец приехал. Вы могли бы хоть немного начать доверять мне.       — Я не понимаю, зачем тебе это?       — Вы мне нравитесь, — с довольной улыбкой ответил Иэн. Командир шумно поставил точку в конце предложения и на мгновение остановил письмо. — В том смысле, что за Вами интересно наблюдать, — продолжил говорить Иэн, а парень вновь принялся писать. — Понимаете, тлалоканцы, они все похожи друг на друга. У них схожи мысли, суждения, отношения к окружающим. Я услышал столько их историй, столько их проблем, что, кажется, ничего скучнее не встречал в своей жизни. Но с Вами дела обстоят иначе. Вы отличаетесь, командир. Своими мыслями, действиями, переживаниями. Ошибками, которые совершаете. Мне хочется лучше узнать Вас.       — Откуда тебе знать о моих мыслях? — парень только сильнее недоумевал с каждой фразой тлалоканца. — Ты за мной следишь что ли?       — Конечно нет, — Иэн снова рассмеялся. — Если бы я за Вами следил, зачем бы я тогда сюда приходил и искал повода пообщаться с Вами, командир? О Вас я знаю лишь по тем рассказам, которые доносит Великий Ум. А он о многом умалчивает. И знаете, я просто сгораю от любопытства...       — Зачем он вообще тебе обо мне рассказывает?       — Потому что Вы мне нравитесь, — мило улыбаясь, ответил Иэн.       — Я не экспонат в музее, чтобы наблюдать за мной. И веселить тебя не намерен, — угрюмо закончил Джек.       — Что-то мне подсказывает, что Вы гораздо привлекательнее экспоната в музее.       От таких слов парень буквально поперхнулся воздухом и принялся громко кашлять. На глазах появились маленькие слезинки, а грудь сковал приступ удушья. Иэн растерянно смотрел на задыхающегося парня и был уже готов подбежать к нему, чтобы оказать помощь, но командир жестом руки приказал оставаться ему на месте. Ещё пару секунд он грубо откашливался, а затем принялся глубоко дышать, утирая ладонью слёзы.       — С Вами всё в порядке? — обеспокоенно спросил тлалоканец.       — Просто неправильно вдохнул, — немного охрипшим голосом ответил миктланец.       — Знаете, — вдруг заговорил Иэн, снимая со своего запястья браслет с круглыми бусинами, — у меня есть оберег, который всегда спасает меня. И мне кажется, что Вам он пригодится, — мужчина аккуратно надел украшение на левую руку командира. Парень принялся рассматривать подарок, его взгляд постепенно смягчился, а недавно хмурые брови вернулись в своё обычное положение.       — Это какие-то шпионские штучки? — уставившись на гостя, поинтересовался Джек.       — Что Вы, — он снова едва слышно засмеялся, — это обычный браслет с обычными бусинами.       — Мне нечего подарить тебе взамен, — немного расстроенно вздохнул парень.       — А я у Вас ничего и не прошу, — Иэн мягко улыбнулся. — Когда Вам что-то дарят, не обязательно дарить что-то взамен.       — Мне всегда казалось, что обязательно.       — Тогда считайте, что мне необязательно, — он продолжал улыбаться. — Если Вас всё же беспокоит то, что Вы не подарили мне ничего взамен, то просто расскажите мне о чём-нибудь. Совершенно о чём захотите. Это и будет для меня Вашим подарком.       — В последнее время мне кажется, что мои подчинённые не воспринимают меня всерьёз, — разочаровано произнёс Джек, после чего удивился собственным словам. Ведь это совершенно не то, что бы он хотел рассказать тлалоканцу.       — Конечно, есть те, кто не воспринимает Вас в серьёз. Кто-то из Ваших подчинённых даже пойдёт против Ваших приказов. Но в большинстве солдаты относятся к Вам с уважением и проявляют своё расположение и поддержку так, как умеют. У некоторых поддержка выражается крайне специфично, так что Вы, возможно, думаете, будто человек над Вами насмехается. Но, поверьте, это совершенно не так.       — Подожди, — Джек помотал головой. — Ты сказал, что кто-то пойдёт против моих приказов, — он на мгновение замолчал. — Кто?       — Я не знаю, — Иэн пожал плечами. — Великий Ум не говорит всех подробностей. Так что Вам следует самому в этом разобраться, командир.       Джек недовольно сомкнул губы. Тлалокский проповедник с довольной улыбкой рассматривал сидящего перед ним полуобнажённого парня.       — Я бы рад помочь Вам с этим, но действительно не знаю, кто это, — он остановил свой взгляд на бионической руке, которая с трудом выводила буквы на листе бумаги. — Могу только сказать, что если Вас и не воспринимают всерьёз, то из-за Вашего юного возраста.       — И снова мне говорят о моём возрасте, — парень недовольно закатил глаза. — Ты тоже молод. Вот скажи, тебе тоже каждый раз о возрасте напоминают?       — Мне двадцать восемь, — тлалоканец улыбнулся, обнажая ряд белоснежных зубов.       Джек, услышав это, очень удивился. Он был уверен, что этому парню около двадцати лет и что он совсем немногим старше. Но чтоб ему было двадцать восемь? Ему такое даже в голову не приходило.       — Надо же, — задумчиво произнёс он. — Я думал, что ты моложе. А у нас, оказывается, разница в возрасте целых десять лет.       — Вас смутил мой возраст? — озадаченно спросил мужчина.       — Скорее удивил, — вздохнув, ответил парень.       — Это ведь не помешает нашему общению? — обеспокоено продолжал Иэн.       — Нет конечно, — ухмыльнулся Джек. — А ты что, планируешь со мной часто общаться? — он продолжил работать над отчётом.       — Хотелось бы, — тлалоканец неспешно поднялся с кровати. Он обошёл юношу и встал возле него справа, наблюдая, как тот с трудом выводит на листе бумаги уродливые буквы. — Знаете, командир, ещё одним из моих талантов является каллиграфия. И я обучал людей, которые буквы никогда в жизни не видели, — он осторожно накрыл своей ладонью протез парня. — Правда предпочитаю писать чернилами, но, думаю, здесь и шариковая ручка подойдёт, — Иэн сжал бионическую кисть Джека и принялся выводить букву за буквой. Мягкими плавными движениями он помогал командиру переписывать заново весь отчёт, выводя узорчатый текст. Джек позволял управлять Иэну своей рукой, наблюдая, словно заворожённый, за преображением некогда уродливых предложений. Юноша напрочь забыл, что ещё полчаса назад с огромным недоверием разговаривал с этим парнем, а сейчас, мало того, что принял от него подарок, так ещё и, находясь будто под гипнозом, позволял ему писать за него отчёт, в котором есть информация, которую знать тлалоканцу совершенно не обязательно. Но с чего-то Джек решил, что, прочитав всё это, Иэн не станет никоим образом использовать её. В этом он был полностью спокоен.       Мужчина продолжал выводить узорчатый текст. Свою свободную руку тлалоканец осторожно положил на шею парня, пальцами пересчитав выступающие позвонки. После чего он перевёл взгляд на уставшую спину Джека, прервав каллиграфический урок.       — У Вас очень напряжены мышцы, — Иэн вновь обошёл парня, встав позади него. — Наверняка Вы страдаете от боли в шее, — он положил холодные руки на плечи Джека, немного сдавливая их пальцами, постепенно спускаясь ниже. Иэн принялся поглаживать спину парня нежными ласковыми движениями, то возвращаясь обратно к плечам, то прижимая большими пальцами выступающие позвонки и заставляя Джека выпрямиться. Командир сам не заметил, как прикрыл глаза от подобных ласк, каких ещё никогда не испытывал в своей жизни. Он постепенно опустился на спинку кресла, полностью расслабленный и даже немного задремавший, сделав продолжение массажа спины просто невозможным. Но Иэн не растерялся и, воспользовавшись моментом, быстро сменил расположение своих рук. Сейчас он с той же нежностью массировал и поглаживал ключицы, медленно перемещаясь по торсу юноши всё ниже и ниже. До тех пор, пока Джек в сильнейшем смущении от происходящего не вскочил с кресла.       — Чёрт возьми, что ты творишь?! — с сильно раскрасневшимся лицом воскликнул парень.       — Прошу прощения у Вас, — Иэн виновато склонил голову.       — Уйди, пожалуйста, — юноша как можно сильнее старался прикрыть собственное лицо.       — Вы правы, я перешёл все границы, — он не поднимал своей головы.       — Просто уйди, чёрт возьми! — Джек был в явной растерянности. Сейчас он совершенно не понимал, как должен реагировать на подобные действия? Что должен говорить? Почему после прикосновений этого проклятого тлалоканца его охватили столь непонятные чувства? Единственное, что он сейчас отлично знал — ему нужно побыть одному. Сесть и всё осмыслить. А присутствие Иэна только сильнее заставляло нервничать.       К слову, своего Джек всё-таки добился. Незваный гость в очередной раз извинившись, покинул комнату командира. Сделал это так же тихо, как и при появлении сегодняшним вечером. А командир, усевшись на кровать и стараясь остыть и прийти в себя, решил, что в очередной раз совершил ошибку. Вот бы попросить у кого-нибудь совета. Вот бы кто-нибудь помог ему во всём этом разобраться. Но на дворе ночь, и вряд ли сейчас хоть кто-то захочет выслушивать его нытьё.