Зеркальный ужас

      На собрании было несколько человек: Максимилиан, как старший связист; Ивон, чьё присутствие было совсем неудивительным, ведь она была его заместителем; заведующий складом и сам Джек. Вопросов скопилось много, а ответов так и не поступало. Командир хотел услышать сразу всех, чтобы не мотаться по базе лишний раз, да и, честно признаться, втайне надеялся, что всё решилось само собой. В последнее время ему не хватало сил, чтобы разобраться во всём самостоятельно, поэтому он ожидал помощи от своих коллег.       Джек упёрся лбом в бионическую руку и сидел в раздумьях. В таком положении он пребывал уже около десяти минут, отчего собравшиеся солдаты заскучали. Заведующий складом нервно принялся качать ногой. Он уставился в одну точку, не моргая, и придумывал ответы на возможные вопросы командира. Мужчина уже решил, как будет отчитываться за пропавшие гранаты и рассказывать, какие меры предпринял по этому поводу. Особенно яркими были его фантазии насчёт того, как Джек будет хвалить его за отличную работу. А почему бы и нет? Можно же быть отличным подчинённым хотя бы в собственной голове.       Максимилиан спал. Это было его обычным состоянием, к которому все привыкли. Он умудрился заснуть сразу, как только уселся в кресло. Парень тихо сопел, опустив голову на плечо Ивон. Если бы это был кто-то другой, она бы уже давно смахнула этого негодяя с плеча, но так как заснувшим был её самый любимый друг, девушка старалась особо не двигаться. Исключением стала её попытка сфотографироваться с Максимилианом. А что в этом плохого? На память! Да и бодрствующий Макс ни за что в жизни не согласится сделать фото. Именно поэтому в её коммуникаторе полно изображений спящего связиста.       — Что с потерянными боеприпасами? — не поднимая головы, заговорил Джек.       — Потерянные боеприпасы, — начал уверенно заведующий складом, но быстро поник, — так и не нашли.       — Какие усилия вы приложили для поиска?       — Мы! — но все его идеи моментально улетучились из головы. — Мы перевернули весь склад, но так их и не нашли, —уже тише отрапортовал мужчина.       Джек устало вздохнул. Заведующий складом замялся и стыдливо опустил голову.       — Максимилиан, нам удалось связаться с Западным районом? — продолжил расспросы командир. Связист не торопился с ответом, поэтому Джек спустя минуту повторил погромче: — Максимилиан?!       — А? — очнувшись ото сна, произнёс парень. — Вы что-то сказали?       Джек наконец поднял голову. Выглядел он крайне недовольным.       — Удалось связаться с Западным районом?       — Нет, — потирая глаз, ответил связист.       — Коммуникаторы наших военных?       — Всё ещё недоступны. Северо-Западный район обещал сообщать нам всю информацию, которая поступит к ним по данному вопросу.       Джек вновь вздохнул и опустил голову. Максимилиан прикрыл глаза. Командир словно почувствовал, что тот снова собирается заснуть, поэтому продолжил диалог с ним.       — Два дня отдежуришь и берёшь увольнительную на неделю.       — А? — парень широко раскрыл глаза. — Почему? За что?       — Да, ему не мешает отдохнуть, — с довольной улыбкой на лице протянула Ивон.       Девушка погладила его по растрёпанным волосам, но тот недовольно оттолкнул её руку.       — Что насчёт Эвелин?       — Мы так и не определили её местонахождение, — она перевела взгляд на своего начальника. — Честно говоря, вряд ли мы найдём её живой.       — Тогда на сегодня всё, — Джек неторопливо поднялся с места.       — Даже не спросите, занималась ли я поисками? — с удивлением спросила Ивон.       — Занималась ли ты поисками?       — Нет, — девушка пожала плечами.       — На сегодня всё, — он обошёл стол.       — Вы сегодня в плохом настроении? — она не сводила с начальника полный любопытства взгляд.       — Ты хочешь задержаться?       — Не хочу, — засмеялась девушка. — Мне ещё его спать укладывать, — она взяла Максимилиана под руку.       — Кого? — сонно спросил связист. Ивон только лукаво улыбнулась в ответ.       Близилась полночь. Джек чувствовал себя ещё более уставшим, чем обычно. Собрание ничего не дало. Вопросы не решились. Проблем становилось всё больше. Парню хотелось быстрее со всем покончить. С этой войной, с этими людьми вокруг, с болью, со смертью. Чтобы всё наконец стало мирно, чтобы все были счастливы. Но, кажется, это никогда не закончится.       Парень с тоской смотрел на приоткрытое окно, которое он не закрывал уже которую ночь. На улице начиналась метель. Ветер со свистом мчался, задувая хлопья снега в комнату. «Он не придёт и сегодня».       Джек сидел за рабочим столом. Перед ним лежал пустой лист бумаги, который должен превратиться в написанный от руки отчёт для генерала. И когда ему только надоест читать эту ерунду? Парень взял ручку. «Сделаю почерк ещё более неразборчивым».       Окно распахнулось настежь. Ветер, ворвавшийся в комнату, поднял вверх незаконченный отчёт. Джек удивлённо оглянулся. За стеклом показалась рука. Знакомая, вызвавшая на душе тёплый трепет. Но что-то с ней было не так. Она точно была обожжена северным морозом.       Командир вскочил из-за стола. Он сделал это неуклюже, облокотившись о стул, и чуть было не рухнул на месте. Немного пошатнувшись, он помчался в сторону окна, желая помочь долгожданному гостю. Втянув мужчину в комнату, парень поспешил захлопнуть окно.       Иэн дрожал от холода. В такую погоду ни один человек не высунет носа из дома, но жрецу словно жизненно необходимо было явиться сегодня в Миктлан.       — Я хотел перед Вами извиниться, — его голос дрожал, а сам мужчина весь сжался, стараясь согреть себя. Джек взял его за руки и принялся растирать их тёплыми пальцами. Парня переполняли чувства радости и беспокойства. С одной стороны, он был безумно рад снова видеть его, но ему точно не хотелось, чтобы Иэн шёл к нему по морозу в такой лёгкой одежде. Джек поднял его ладони выше и начал мягко греть их своим горячим дыханием.       — Я в прошлый раз повёл себя некрасиво. Я не хотел Вас оскорбить и поступил так лишь потому, что не умею общаться. Эти дни разлуки с Вами дали мне понять, что Вы именно тот человек, которого мне не хватает в моей жизни.       Джек с удивлением посмотрел на него.       — Знаете, тлалоканцам многое недоступно. Все мы имеем одно и то же, одни и те же мысли, одинаковые страхи. Я каждый день слышу жалобы этих людей, и они мне порядком надоели. Но когда я встретил Вас, я понял, как сильно Вы отличаетесь от любого человека, которого я когда-либо встречал. Тлалоканцам не известно чувство любви. Но если оно схоже со страданиями во время разлуки и радостью от встреч, то, я, не сомневаясь, скажу, что люблю Вас.       Джек замер. Ему никогда не признавались в любви. Он совершенно не понимал, что должен отвечать в таких ситуациях. Но был уверен, что Иэн понимает его чувства, что ему и не нужно ничего говорить. Поэтому он молчал. Он со смущённым удивлением смотрел на мужчину и думал лишь об одном.       — Ты весь замёрз.       — Не столь страшно, — Иэн расстроился, что не услышал ничего в ответ на признание.       — Как ты вообще добрался по такому холоду? — он смотрел на мужчину и видел в его глазах печаль.       «Нужно его одеть», — промелькнуло в его голове.       Парень открыл шкаф. Он достал из него тёплые варежки, которые тут же нацепил на Иэна, затем обмотал вокруг шеи шарф и набросил на плечи пальто.       — Тяжёлое, — проговорил тлалоканец.       — Ты просто не привык, — он ловко натянул на его голову шапку. — Тут ещё валенки есть. Выглядят так себе, но зато очень тёплые, — он самостоятельно стянул с гостя лёгкие сапоги и надел на него собственную обувь. После всех этих манипуляций Джек выпрямился и вновь уставился на мужчину. Одежда была ему не по размеру, слишком широка в плечах, да и сам тлалоканец выглядел в ней чересчур странно. Парень смотрел на Иэна так, словно старался что-то найти в нём, а тот, всё ещё расстроенный, снимал со своих ног выделенные ему валенки.       Неожиданно Джек взял мужчину за подбородок и притянул к себе. Он поцеловал его искренне и неумело, как дети, впервые полюбившие друг друга. Эти прикосновения длились мгновения, но вогнали юношу в краску. Тлалоканец и вовсе застыл на месте, пальцами касаясь своих губ.       — Вы ужасно целуетесь, командир, — отойдя от шока, заговорил Иэн.       — Очень плохо? — краснея ещё сильнее, спросил Джек.       — Безумно плохо, — с иронией ответил он. — Вам нужно больше тренироваться.       — И на ком мне тренироваться? — от смущения миктланец отводил взгляд в сторону.       — Если Вы будете это делать на ком-то кроме меня, то я Вам этого никогда не прощу.       Джек посмотрел на него. Сейчас Иэн улыбался не так, как обычно. Его улыбка выглядела мягкой и нежной. Краснота от мороза давно спала, но на бледном лице сохранился едва различимый румянец. Сейчас мужчина выглядел не как самый главный юморист, готовый в любую секунду подшутить над ним. Было в нём что-то очаровательное. И эти обветренные руки, которыми он прикрывал нижнюю часть лица, казались такими тёплыми и родными. Джек вновь неосознанно потянулся к нему для поцелуя.       — Не думал, что я Вам нравлюсь только в этой странной одежде, — Иэн едва слышно засмеялся.       — Не понимаю, — пробормотал Джек, остановившись на полпути.       — Вы захотели меня поцеловать только после того, как надели на меня всё это.       «Точно, — подумал Джек. — Как же это глупо вышло».       — Ты меня не так понял, — юноша пытался собраться с мыслями, но получалось у него не очень хорошо. — Ты мне нравишься не только в этой одежде. Я хочу сказать, — он на секунду запнулся, — ты мне и без одежды нравишься.       — Вы видели меня без одежды? — с усмешкой спросил Иэн.       — Нет! — парень раскраснелся так, что у него начали гореть уши. — Я совсем не это имел ввиду. Я хотел сказать, что если бы я тебя видел без одежды, то ты бы мне тоже понравился, — поняв, что он ляпнул, Джек уселся на кровать и обхватил голову руками, сгорая от стыда. Единственное, что он сейчас думал: «Какой же я идиот. Я точно всё испортил».       — Думаю, если бы я явился к Вам без одежды, было бы немного неловко. По крайней мере, Вам.       — Почему ты так решил? — Джек поднял голову.       — Голый малознакомый мужчина — это не совсем то, что хотят видеть люди.       — Но мне бы не было неловко, потому что я…       — Потому что Вы…? — повторил Иэн, стянув с себя пальто.       — Это не то, что следует говорить, — он ощущал себя полнейшим кретином. Так опозориться перед дорогим человеком ещё постараться надо! — Почему ты раздеваешься?       — Потому что у Вас достаточно тепло, чтобы я не стоял в пальто. Вам так не кажется? — он присел рядом с ним. — Или всё-таки дело в этой одежде?       — Нет, вовсе нет, — парень машинально положил руку на колено Иэну и сжал его.       — Ты нервничаешь, Джек, — имя, произнесённое им, подействовало на него, как дурман. Иэн всегда обращался к нему по званию или на «Вы», поэтому услышать собственное имя было слишком приятно.       Джек позабыл все глупости, что сказал пару минут назад. Он потянулся к своему возлюбленному за новым поцелуем и сам не заметил, как уложил того на кровать. Иэн лежал под ним с улыбкой и с каждой секундой становился всё более красивым.       «Пусть он скажет «нет». Пусть он остановит меня. Потому что сам я не смогу».