Зеркальный ужас

      Весь батальон Северо-Западного района собрался в единый строй. Солдаты ожидали прибытия своего командира. Обычно они так не делали, но сегодня был особый день: к ним везли самого настоящего тлалоканца, которого здесь видели в последний раз несколько десятков лет назад. Зрелище предстояло невероятно необычное и жутко интересное.       Он шёл впереди. Невысокий исхудавший парень, с покрытой сединой головой, вышагивал уверенной походкой, бросая презрительный взгляд голубых глаз на раскрывших рты миктланцев. Он ощущал себя главным героем спектакля, который он начал сам, который он и закончит самостоятельно. Вся эта толпа — его зрители, что помогут ему отпечататься в истории этой войны. Деймон понимал, что живым он не выйдет отсюда. И его это не пугало. Он не планировал бежать — просто было некуда. Жизнь в Миктлане ему казалось невыносимой. Но и вернуться в Тлалок он не мог.       Боялся ли он вообще чего-то? Боялся. Мира, в котором он оказался лишним, людей, так сильно отличающих от него. Смерть он считал своей наградой за все годы страданий. Боялся парень и раствориться без следа. Прожить ничем не отличившуюся жизнь, пустую и никчёмную. Такую, какую он мог бы прожить в Тлалоке, затерявшись среди людей с одинаковыми мыслями и целями. Такую, какую он прожил в Миктлане, погрязнув в ежедневной рутине, потеряв годы рядом с раздражающей женщиной. Он всегда считал, что заслуживает большего, чем имеет. Он обязан быть большим, чем он есть. И кто Деймон теперь? Главный предатель Тлалока. Худший враг Миктлана. И эти люди..! Могут сейчас лицезреть его..! Человека, прочно отпечатавшегося в истории этой войны!       Сильнее, чем презрение ко всем вокруг, была лишь его бескрайняя гордыня. Нет, это не вы его поймали, не вы его пленили. Это он позволил вам это сделать.       Его завели в небольшую комнату с обшарпанными серыми стенами. Деймон разочарованно осматривался, перебрасывая взгляд с местами потрескавшейся краски на потолке на поцарапанный пол, который за свою жизнь повидал немало солдатских сапог. В комнате стоял неприятный запах пыли, от которого щекотало в носу и навевало странную тоску по стерильным залам Тлалока. «Такое же унылое, как и весь этот мир».       С его рук сняли оковы, но буквально на пару минут. Усадив парня на уродливый металлический стул, солдаты вновь нацепили на него наручники, прикрепив их к подлокотникам.       Напротив сел Рэй. В его взгляде читалось пренебрежение к незваному гостю, который ни в коем случае не должен был ступить на эти земли. Командир скрепил руки в замок, а локтями упёрся в свои колени. В такой сгорбленной позе он всматривался в седого мужчину и, громко сопя носом, обдумывал каждый вопрос.       Тишину прервал тлалоканец.       — Ты стал гораздо уродливее с момента нашей последней встречи, — он произнёс это так спокойно, словно вовсе не был прикован к стулу. — Раньше ты выглядел куда привлекательнее. А теперь наверняка женщин не интересуешь.       — Дерзить вздумал? — Рэй фыркнул в ответ на его грубости. — Что тлалоканец вообще может о красоте знать?       — Вот тлалоканцы в этом разбираются гораздо лучше.       — И что же для вас красота?       — Отсутствие изъянов, — ответил он, обнажив белоснежные ровные зубы. Деймон с ехидной улыбкой смотрел в глаза миктланца, один из которых помутнел и уже потерял свой цвет.       — Думаешь, можешь меня этим задеть? — он указал пальцем на своё изуродованное лицо. — Это небольшая плата за мою огромную ошибку.       — Небольшая плата, значит? — тлалоканец продолжал улыбаться.       — Мне интересно, кому в Йольне ты так насолил, что тебя решили сдать военным?       — Никому, — непринуждённо ответил Деймон. — Я мирно жил с этими людьми несколько лет.       — Но кто-то же на тебя донёс, — Рэй ухмыльнулся в ответ. — Вот это мы получили около недели назад, — он достал из внутреннего кармана конверт с письмом и бросил его на стоящий перед ними стол.       — Письмо? — Деймон, словно плохой актёр, непонимающе взглянул на конверт. — Так оно моё.       — Твоё? — с недоумением переспросил Рэй.       — Точно. Моё. Я собственными руками его написал и сам же отправил.       — То есть, ты хочешь сказать, что сам на себя донёс? — командир был в недоумении из-за происходящего и не верил в слова пленника.       — Думаешь, те недалёкие люди смогли бы это сделать? — мужчина засмеялся, запрокинув назад голову. — Я не уверен, что они писать хотя бы умеют. А чтобы на кого-то донести? — он смеялся наигранно, что резало слух. — Я и подумать не мог, что сам Рэй Йонсон по уму недалеко от них ушёл!       — Откуда ты меня знаешь? — от слов тлалоканца ему становилось всё более тревожно.       — Странно, что ты меня не узнаёшь, — он принял прежнюю позу.— Я думал, что меня ты запомнил на всю жизнь.       — Имя! — заорал Рэй, яростно вскочив на ноги и едва не опрокинув стул. — Назови своё чёртово имя!       — Деймон Ди, — спокойно ответил парень.       Звуки этого имени могильным холодом пронеслись по телу командира. Тревога охватывала его всё сильнее. Он не хотел верить своим глазам, не собирался верить и ушам. Перед ним сидел лжец. И он старался выбить Рэя из равновесия.       — Кого ты пытаешься надуть? — он мрачно сел обратно и склонился вперед, нависая над Деймоном. — Тому парню должно быть около тридцати.       — Точно, — тлалоканец вновь ухмыльнулся.— Только посмотри, что сделал со мной ваш проклятый Миктлан.       Рэй внимательно смотрел на мужчину сверху вниз. Так же, как несколько лет назад он смотрел на тлалокского мальчика. Точно такие же голубые глаза. Такие же скулы, уши, форма бровей. Эти двое не просто похожи. Это один и тот же человек!       — Ты! — он схватил Деймона за рубашку, грубо притянув к себе.       — Ты обещал, что выстрелишь мне в голову, если встретишь меня снова, — мужчина смотрел ему в глаза и ухмылялся ядовито, пронзая насквозь презрительным взглядом.       — Я сделаю это прямо сейчас, — прорычал Рэй и отбросил его на стул.       — Но, знаешь ли, у меня беременная жена,— лениво проговорил тлалоканец, демонстративно широко зевая.       — Думаешь, это меня остановит?!       — Думаю, нет, — Деймон намеренно злил солдата своей улыбкой.       — Если хочешь попросить, чтобы я её не трогал, то самое время сделать это сейчас!       — Да плевать я хотел, что ты с ней делать будешь, — он издал едва уловимый смешок. — Просто даю тебе понять, что эта женщина носит моего ребёнка.       — Какое мне до этого дело?       — Никакого,— Деймон слегка пожал плечами.— Мне просто интересно, когда этот ребёнок родится... для военных, да и конкретно для тебя, он больше будет миктланцем или всё-таки тлалоканцем?       — Что ты хочешь этим сказать?       — Что я хочу сказать, — он на секунду замолчал, — у тебя есть дети, Рэй?       — У меня есть сын,— не задумываясь, ответил миктланец.       — Сын? То есть мальчик, да? Пойдёт по твоим стопам наверняка? Станет военным, может даже дослужится до командира. Ты так не думаешь? Но мы не об этом. Можешь ли ты представить, что кто-то твоего ребёнка убьёт?       — Если ты беспокоишься за своего отпрыска, то я не трону его. Ребёнок не виноват в том, что его отец ублюдок.       — Даже так? — Деймон рассмеялся.— А кем он для вас будет в первую очередь? Миктланцем или тлалоканцем?       — Что ты несёшь? — Рэй злился всё сильнее.       — Я к тому, что он может оказаться таким же чудовищем, как и я. И что, ты сохранишь жизнь и ему?       — Замолчи,— нахмурившись, процедил сквозь зубы Йонсон.       — Он ведь может быть самым настоящим тлалоканцем и поубивать целую толпу миктланцев, как это сделал его папаша,— казалось, словно он нарочно провоцировал военного.       — Замолчи!       — Так кем он всё же будет? Тлалоканцем?       — Заткнись! Иначе я вышибу тебе мозги!       — Стреляй, Рэй!       — Заткни свой поганый рот!       — Покажи, что твои слова хоть чего-то стоят!       — Замолчи!       — Ты чёртов трус, Рэй!       Прозвучал выстрел. Командир, тяжело дыша, держал пистолет в вытянутой руке.       В голове всё перемешалось. Тлалокский мальчик с пустыми безжизненными глазами. Он потерялся в лесу и не выглядел как человек, замышлявший что-то ужасное. Горящая военная база. Погибшие товарищи, чьи тела были разбросаны совсем рядом. Робот со скрипучим голосом, ломающий ему ногу. Самый большой его страх, молящий выстрелить ему в голову. «Где я? Что происходит?»       Деймон обмяк; его голова по инерции откинулась назад. Со лба ручьём лилась кровь. Она проделывала свой путь по лицу тлалоканца, скользила по шее и терялась в ткани его куртки. Солдаты, ворвавшиеся на шум в переговорную, застали жуткую картину: Рэй Йонсон с поджатыми губами и бледным лицом застыл с пистолетом, зажатым в руке, перед сидящим на стуле трупом. Стена за спиной мертвого тлалоканца была залита бурыми пятнами крови.       — Что произошло? — напугано спросили они. — Командир?       — Он хотел напасть на меня, — медленно проговорил Рэй, не сводя глаз с Деймона.       — Но он же прикован наручниками, — осторожно заметил один из солдат.       — Он хотел напасть на меня, — более уверенно повторил командир.       Солдаты переглянулись, но не осмелились ничего сказать в ответ.       — Не хочу никого видеть сегодня, — он убрал пистолет и похлопал одного из них по плечу. — Остаёшься сегодня за главного.       — Я? — растерянно переспросил подчинённый.       Рэй ничего не ответил. Шаткой походкой он побрёл прочь.       «В первую очередь он будет ребёнком».